Пришельцы из космоса Тим Шоукросс В основу книги Тима Шоукросса «Пришельцы из космоса» положены первые впечатления тех, кто наблюдал странные события в Росуэлле в 1947 году. В ней рассказывается о секретных экспериментах, которые в то время проводились в этой местности, публикуются захватывающие дух «свидетельства» о внеземных существах, о сенсационном и противоречивом свидетельстве, касающемся «вскрытия трупов пришельцев». Происшествие в Росуэлле — даже если оно является правдой наполовину — может стать одной из самых величайших историй человечества. Книга, безусловно, увлечет и захватит читателя и заставит задуматься о правдивости и возможности происшествия. Тим Шоукросс  ПРИШЕЛЬЦЫ ИЗ КОСМОСА Что случилось в Росуэлле в 1947 году? ВВЕДЕНИЕ Происшествие в Росуэлле стало самой знаменитой тайной НЛО. Это событие потребовало двух правительственных расследований, привлекло внимание уважаемого члена Конгресса США, республиканца от штата Нью-Мексико, стало предметом следствия, проведенного в 1995 году по инициативе Конгресса Генеральным управлением по отчетности страны, привело к созданию двух городских музеев и производству черно-белого фильма, который, без сомнения, является одной из самых захватывающих кинокартин. Несмотря на все вышесказанное, происшествие в Росуэлле остается тайной. Поэтому оно требует новых расследований, тщательного освещения и внимательного анализа. Этот случай разжигает интерес у знатоков этой проблемы и просто любопытных, скептиков и верующих, поклонников сериалов «Досье X» и «Звездная тропа» и тех, кто объективно относится к имеющейся информации. Среди журнальных публикаций Европы и Америки существует уйма периодических изданий, посвященных вопросам, в которых анормальное перемешано с внеземным. Такие издания, как «Фокус», «Контакты», «Пришелец», «НЛО» и «Фортейское время» (последний журнал существовал несколько дольше, чем более развязные «новички»), свидетельствуют об огромной и явно растущей потребности в темах и рассказах, которые в буквальном смысле слова «не от мира сего». И дело не ограничивается журналами. Кажется, что по телевизионному экрану следует нескончаемая процессия плохо поставленных программ, пытающихся воспользоваться феноменальным интересом к внеземным феноменам — от пришельцев и НЛО до полтергейста и телекинеза — и обогатиться на этом интересе. Качество этих передач ставит под угрозу репутацию британского телевидения. Однако у работников телевидения на это готов ответ: мы не можем спорить с рейтингом. Несмотря на их качество, такие передачи привлекают миллионы зрителей. Вероятно, люди смотрят эти передачи не потому, что они хороши, а потому что их интересует данная тема. Почему существует такой огромный и явно растущий спрос на эти явления? Мы знаем, что среди телезрителей НЛО и мифы о жизни на других планетах особенно популярны. Чтобы понять это явление, не следует забывать, что в мире, особенно в Соединенных Штатах, постоянно растет количество людей, которые утверждают, что они были похищены пришельцами из летающих тарелок, а затем подверглись ужасающим и часто болезненным и унизительным экспериментам, проведенным над ними зловещими инопланетянами для того, чтобы получить данные о физиологии человеческой расы. Другой сферой массовой информации, заполненной НЛОнавтами, является Интернет. Компьютерная связь буквально заселена людьми, одержимыми мыслями о космосе. Общим между журналами и материалами Интернета, посвященными пришельцам, является их вера в «теории заговора» [1 - «Теории заговора», о которых на протяжении книги автор не раз упоминает, исходят из наличия в правительственных кругах США заговора с целью скрыть от общественности факты о пребывании на Земле представителей внеземной цивилизации. В некоторых вариантах этих теорий речь идет о всемирном заговоре умолчания. (Прим. перев.)]. За этим скрывается очевидная потребность поверить в реальность того, что не может быть подтверждено ощутимыми свидетельствами. Вероятно, совпадение между упадком христианства, подъемом философии Нового Века и широко распространенной веры в существование как летающих тарелок, так и их внеземных обитателей по мере приближения нового тысячелетия не случайно. Те, кто согласился с существованием внеземных обитателей, совершил, опираясь на веру, такой же прыжок в своих рассуждениях, как и последователи более традиционных религий. Являясь последователями квазирелигии, сторонники НЛО создали свой язык и свой словарь: пришельцы именуются псевдонаучным термином «внеземные биологические существа», или ВЕС; они также известны как «Серые». В то время как свидетели похищений по понятным причинам дают весьма туманные объяснения того, где находится планета, откуда прибыли пришельцы, существует поразительное единодушие в описании их физического облика: это раса с большими головами, огромными, черными миндалевидными глазами, крохотным разрезом для рта и двумя маленькими отверстиями вместо носа. Их конечности слишком длинны для их коротких тел, и у них по шесть пальцев на каждой руке и ноге. В описаниях языка, на котором говорят пришельцы, а также в рассказах о системе управления и обстановке на их космическом корабле нет единства, но образ пришельцев принят приверженцами НЛО как достоверно доказанный. В то время как рассказы похищенных граничат с крайними пределами, которые можно достичь во время свободного полета фантазии, существует поразительно большое количество детальных сообщений от людей, внушающих доверие, которые совершенно убеждены в искренности рассказчиков. Большое количество людей, которые ничего не выигрывают от фабрикации таких диких историй, рассказывали исследователям и психиатрам о том, что их «похищали» пришельцы. Возможно, похищение людей пришельцами — это крайний предел мира НЛО, но журналы и Интернет то и дело публикуют повторяющиеся рассказы из области мифологии, которые лежат в основе всего «внеземного опыта». Итак, во-первых, похищение, во-вторых, свидетельства о появлениях НЛО — от заурядных до поразительных, в-третьих, туманные фотографии планеты Марс. В-четвертых, это «Зона 51», или «Страна мечты»: место, где проводятся засекреченные эксперименты правительства США, включая испытания корабля пришельцев, который остался на Земле после их экскурсий на нашу планету. Главным «мифом» является происшествие в Росуэлле. Эта история является самой странной, и в то же время в ее пользу имеется наибольшее количество свидетельств. Для скептика суть дела кажется еще забавнее, чем другие легенды из мира НЛО, которые лихорадочно распространяют «просвещенные», то есть «уфологи» и их последователи [2 - Уфологи — люди, занимающиеся изучением НЛО (неопознан— ных летающих объектов) (по-английски, «unidentified flying objects», или сокращенно «UFO»). Автор книги исходит из того, что подавляющая часть «уфологов», или «сторонников НЛО», полагает, что НЛО созданы внеземными цивилизациями. (Прим. перев.)]. Как прикажете понимать утверждение о том, что «летающая тарелка» разбилась в пустыне на одиноком ранчо в Нью-Мексико летом 1947 года, а ее появление было отмечено операторами радиолокационной станции американских военно-воздушных сил (ВВС). И дело этим не ограничилось: корабль был обнаружен, и к потерпевшему аварию аппарату была направлена группа служащих ВВС США. Там они обнаружили предмет, подобного которому до тех пор никто не видел на планете. Внутри него находились трупы пятерых человекообразных существ. Они были одеты в плотно облегавшую форму из серебристого материала, похожего на фольгу. Описания этих существ, похожих на детей, с большими головами, огромными глазами и шестипалыми руками с необыкновенной точностью опередили все последующие описания Серых. Затем, как следует из рассказа, корабль и его мертвые обитатели были погружены на военный грузовик и увезены на ближайшую авиационную базу Армии (в то время Сухопутная Армия и ВВС находились под общим командованием) в Росуэлле. После временного хранения под тщательной охраной в ангаре, остатки крушения были упакованы в ящики и переправлены на авиабазу Райт, где располагались командование материально-технической части и штаб военно-воздушной технической разведки, а оттуда — в Вашингтон. Все это кажется совершенно неправдоподобным, но надо учесть, что в то время военные власти выпустили пресс-релиз, в котором подтверждались основы этой истории. Тайна Росуэлла привлекла внимание видных ученых, политических деятелей и Пентагон. Их оценки относительно того, что произошло, сильно отличались друг от друга, но в одном они проявляли поразительное сходство: все они утверждали о наличии заговора и версии прикрытия. Меня всегда завораживало явление НЛО, и недавно я в сотрудничестве с моим продьюсером Джоном Пурди написал сценарий и руководил съемкой документального фильма, в котором собраны все имеющиеся к настоящему времени факты о случае в Росуэлле. Этот фильм был куплен телевизионными станциями по всему миру и получил самый высокий рейтинг за документальный материал, показанный по четвертому каналу Великобритании. Книга представляет собой попытку составить объективный отчет о том, что произошло в Росуэлле, и дать оценку сенсационного и противоречивого свидетельства о «вскрытии трупов пришельцев». Возможно, что черно-белый фильм о «вскрытии» показывает процедуру обследования жертв крушения в пустыне штата Нью-Мексико, проведенного на секретной базе США летом 1947 года. С другой стороны, возможно, это — фальшивка, сделанная настолько искусно, что никто до сих пор не смог узнать, кто являются ее создателями. И все же сенсационный фильм, обстоятельства создания которого так и не были выяснены, это — всего лишь малая часть истории того, что произошло в 1947 году в небольшом городке Росуэлл. Во время работы над фильмом нам рассказали о событиях, которые были еще более захватывающими, чем сенсационные кадры. Показания порой казались столь невероятными, что невольно возникали сомнения по поводу здравого рассудка рассказчиков. Благодаря тому, что мы получили доступ к свидетелям и официальным представителям властей, выслушав как тех, кто верит, так и тех, кто отвергает истинность случая в Росуэлле, мы смогли в деталях рассказать в этой книге о событиях, которые связаны с историей того, что некоторые считают первым свидетельством подлинного посещения нашей планеты внеземными существами. Естественно, скептики остались при своем убеждении в том, что здесь имеет место коллективный самообман, по сравнению с которым визиты кровоточащей или плачущей Богородицы и другие религиозные чудеса кажутся достойными доверия и уважения. В основу книги положены первые впечатления тех, кто наблюдал странные события в Росуэлле в 1947 году. Среди них бывшие офицеры США, которые служили в 509-м авиационном полку на военном аэродроме Росуэлл. Здесь находился секретный штаб элитарной группы атомной бомбардировочной авиации американских ВВС. В ту пору это было единственное военно-воздушное подразделение в мире, обладавшее атомным оружием. Именно 509-й полк бомбил Хиросиму и Нагасаки. Именно полковник Джесси Марсел, начальник разведки этого полка, обнаружил останки разбившегося НЛО на ранчо к северо-западу от Росуэлла. Главные показания относительно природы происшествия в Росуэлле вращаются вокруг цепи событий, происшедших в июле 1947 года, и реакции на них местных офицеров ВВС. Последние выпустили пресс-релиз, в котором говорилось, что был обнаружен «летающий диск», и рассказ об этом был передан по всему свету. Автор беседовал с теми, кто был в то время на базе, а также с редакторами газет и репортерами, которые были на месте событий. В книге рассказывается о необычном поведении руководства ВВС США, представители которого на пресс-конференции объявили, что пресс-релиз был ошибкой, а на самом деле был обнаружен метеорологический воздушный шар! Мы помещаем в книге показания участников того, что, как сейчас признано, являлось неуклюже проведенной операцией прикрытия. В книге также рассказывается о секретных экспериментах, которые в то время проводились в этой местности. Военный аэродром Росуэлл был одним из засекреченных оборонительных сооружений в НьюМексико, среди которых были такие, как аэродром Аламогордо, Лос-Аламос и ракетный полигон Уайт Сэндс, где проводились эксперименты с «Фау-2», захваченными у нацистов. Эти эксперименты проводил Вернер фон Браун, нацистский ученый, который руководил группой первых американских исследователей в области ракетостроения и космонавтики. Другие секретные эксперименты, многие из которых поражали своей таинственностью, проводились в отдаленных уголках штата Нью-Мексико. История тайных экспериментов в этом районе заставила многих полагать, что в основе случая в Росуэлле лежала какая-то странная военная операция. Автор книги попытался предпринять обстоятельное исследование такой возможности для того, чтобы установить, не этим ли объясняется случай в Росуэлле. Отличительным признаком тайны Росуэлла является наличие необычно большого количества очевидцев, которые сообщали о странном летательном аппарате и о трупах, внешность которых исключала их земное происхождение. От того, насколько свидетели верно излагают события, зависит их оценка: или они сбиты с толку, или они лгут, или они говорят правду. Если имеет место последнее, то они действительно были свидетелями подлинного внеземного явления или же они искренне восприняли секретный эксперимент как визит пришельцев. Свидетели — обычные горожане, такие как шериф, пожарные, полицейские и солдаты, — совершенно не похожи на типичных «чокнутых», от которых не удивительно услыхать россказни о визитах пришельцев и похищениях. Именно правдоподобность свидетельских показаний подняли случай в Росуэлле на уровень, который требует серьезного исследования. Настоящая книга — это рассказ о том, что видели свидетели, о том, что, по их мнению, представляло увиденное ими, и о прикрытии официальными властями происшедших событий. Это рассказ, который предлагает захватывающие дух «свидетельства» о внеземных существах в небольшом американском городке. Но, в отличие от большинства рассказов об НЛО, здесь серьезно проанализирована последовательность событий, которые являются интереснейшим и таинственным эпизодом в американской истории, каким бы ни явилось его окончательное объяснение. Происшествие в Росуэлле заслуживает авторитетного расследования, направленного на то, чтобы получить определенное объяснение драматичной тайны, которая, даже если она является правдивой лишь наполовину, может стать одной из самых величайших историй человечества! 1. Если кто-либо сказал вам, что он видел летающую тарелку, вас можно простить, когда вы выразите сомнение по поводу этого факта. Если же этот же самый рассказчик скажет, что он не только видел, но и захватил ее, то ваш скептицизм может превратиться в откровенное недоверие к нему. И, однако, именно это объявили американские ВВС всему миру летом 1947 года. «Летающий диск захвачен» — гласили сенсационные заголовки местных и общенациональных газет США 8 июля 1947 года. Радиостанции, служившие главным источником новостей до наступления телевизионной эры, ежечасно передавали сообщения о «диске» и его необычных свойствах. Сначала новых подробностей не было, а потом стали просачиваться отдельные детали происшедшего. Логическая конструкция была шаткой и создана из необычного материала. К этому времени всполошились все мировые средства массовой информации. Тогдашний редактор «Росуэлл морнинг диспэч» Арт Макквидди вспоминает, что ему звонили со всего света, включая Токио и Лондон. И вдруг, когда международная шумиха стала нарастать, журналисты и корреспонденты столкнулись со стеной молчания. Через двенадцать часов после первоначального сообщения оказалось, что руководство ВВС ввело запрет на любые новости по поводу этого дела. Событие было особенно необычайным в связи с тем, что оно случилось в то время, когда летающие тарелки были сравнительно новым явлением. Термин был введен в употребление в июне 1947 года, когда американский летчик Кеннет Арнольд сообщил о том, что он заметил появление девяти предметов в форме диска, которые перемещались в районе Каскадных гор в штате Вашингтон. До этого было немало сообщений о наблюдавшихся предметах, которые объединили термином «неопознанные летающие объекты», или НЛО, но до сих пор никто и никогда не видел падения на Землю подобных предметов, если не считать случайных метеоритов. Поэтому сообщение ВВС стало мировой сенсацией. На следующий день любопытство журналистов и общественности достигло точки кипения. Просочились сведения о том, что «летающий диск» был переправлен к «высокому начальству». В Форте Уорт (штат Техас) командующий 8-й авиационной армии бригадный генерал Роджер Рамни и начальник разведки военного аэродрома Росуэлл Джесси Марсел провели пресс-конференцию, на которой они представили некоторые из останков «летающего диска». По всем штатам замелькали фотографии в сопровождении текста официального сообщения. Признаваясь в обидной ошибке, представители ВВС сообщали о превращении таинственного диска в фольгу, жженную резину и обломки материала, применяемого при изготовлении метеорологических воздушных шаров. На следующий день заголовки газет кричали: «ГЕНЕРАЛ РАМНИ ОПУСТОШАЕТ ТАРЕЛКУ!» «„ЛЕТАЮЩИЙ ДИСК“ ОКАЗАЛСЯ ВОЗДУШНЫМ ШАРОМ!». Так закончилось это дело для разочарованной прессы и общественности. Но рассказ этим не завершился. Он просто заглох на несколько лет. Те, кто тогда жил в Росуэлле, запомнили не только это происшествие, но и целый ряд странных событий, окружавших тайну. Были патрули военной полиции, которые перекрыли магистральное шоссе на несколько миль после Дня независимости (4 июля), за три дня до того, как был опубликован пресс-релиз. Были свидетели, которые видели странный свет в небе, за много дней до этих описанных событий. Существовали сведения о том, что на радаре были зарегистрированы следы неизвестного самолета. Целый ряд непонятных явлений был замечен на сверхсекретном ракетном полигоне Уайт Сэндс, в двухстах милях от Росуэлла. Рассказывали о владельце ранчо, который обнаружил странные обломки на земле. Говорили о том, что он собрал их в ящики и отвез в контору шерифа, а потом его продержали в полиции больше недели. Были радиокомментаторы, которые получили таинственные предупреждения из Вашингтона о том, чтобы они перестали что-либо передавать о «случае». Эти предупреждения следовало принимать во внимание: владельцу одной радиостанции пригрозили, что его радио просто могут закрыть. Рассказывали темные истории о том, как к горожанам приходили люди, которые себя не называли, и просили о своих визитах никому не говорить. Во время этих бесед горожанам угрожали. С одной молодой девушкой, которая утверждала, что она нашла неземной материал, который «растекался как вода по всему столу», поговорил офицер военной полиции. Он ее предупредил: если не будет молчать, то пусть подумает о том, что рядом находится большая пустыня, в которой никто не найдет ее костей. Молодой мальчик запомнил, как его отец вернулся домой страшно возбужденный. В руках он держал какие-то обломки, покрытые непонятными письменами и иероглифами. Никто не мог понять, что это за знаки. Местный сержант ВВС, до сих пор живущий в Росуэлле, рассказывал о встрече во время ночного полета с самолетом, который излучал странный свет и подавал необычные звуковые сигналы. Местный гробовщик из похоронного бюро Баллард помнит возбужденный голос офицера из военного аэродрома Росуэлл, который задавал ему вопросы о том, как следует бальзамировать трупы. Был еще один звонок: спрашивали, нет ли в бюро небольших гробов, подходящих для детей. Была встреча с красивой молодой медсестрой, которая работала на военном аэродроме Росуэлл. Она рассказала о том, как ее поспешно заставили помогать двоим врачам в операционной. Там проводили вскрытие тела, подобного которому она больше никогда не видела. Она была потрясена происшедшим. Особенно ее поразил странный запах, исходивший от трупа, столь гадкий, что все были вынуждены покинуть комнату. Эти показания различных людей похожи на сценарий фильма из сериала «Досье X». Разница лишь в том, что все это происходило до того, как телевидение начало вторгаться в жизнь каждого из нас. Все это происходило в изолированных от мира Америки малых городах, в сельской местности, где ценности правды, справедливости и преданности флагу страны не подвергались сомнению. Законопослушные граждане разделяли идеалы и верования, типичные для бесчисленного количества общин страны и являвшиеся необходимыми для ее прочности. Лето 1947 года было типичным для Росуэлла: долгое и жаркое, с ярко-голубым небом и закатами, заливавшими небосклон от края до края. Днем неумолимое солнце поджаривало скалы; ночью холодный воздух пустыни резко снижал температуру воздуха. Это был классический маленький американский городок с ежегодным парадом цирковых артистов, в ходе которого красивые танцовщицы отплясывали в длинных, вьющихся платьях времен Дикого Запада, а ковбои носили огромные шляпы и проводили конкурсы по бросанию лассо. Здесь были оркестры и устраивались соревнования. Порой над городком с ревом проносился четырехмоторный Б-29, взлетая с местной авиабазы, а в городке в это время работники с ранчо демонстрировали свое мастерство верховой езды на прекрасных конях, восседая на вычурных седлах ручной работы. По вечерам устраивались сборища с угощением жарким на вертеле и выпивкой. Те же немногие, у которых были машины, порой выезжали в ближайший крупный город Альбукерк. На это требовалось четыре часа езды. В то время Росуэлл был небольшой, спаянной общиной, каких ныне уже почти не осталось. Кроме того, он был одним из самых засекреченных мест на Земле. Естественная красота раскинувшейся вокруг пустыни, величественные горы и великолепные заходы солнца контрастировали с тем ужасом, который покрывал некоторые из сверхсекретных экспериментов, проводившихся на земле и в небесах Нью-Мексико. Спокойный пейзаж не позволял догадаться, что пустыня служит местом для проведения экспериментов, с помощью которых можно уничтожить мир. Отчасти открытые просторы и кажущиеся бесконечными голубые небеса Нью-Мексико сделали этот штат особенно привлекательным для тех, кто руководил работами по созданию средств массового уничтожения. Пустынный и изолированный от остального мира ландшафт идеально подходил для создания больших оборонительных установок, недоступных для шпионов. К тому же здесь были сотни тысяч акров территории для испытаний ракет, снарядов и бомб, которые можно было проводить, зная, что риск для местных жителей будет минимальным. Первая атомная бомба была взорвана на полигоне Тринити неподалеку от Росуэлла. Роберт Оппенгеймер и его группа, работавшая над осуществлением «проекта Манхэттен», расположилась в растущем комплексе лабораторий в Лос-Аламосе (штат Нью-Мексико). Состояние ядерной физики и эксперименты физиков с неизвестным были в то время таковыми, что некоторые люди всерьез опасались начала цепной реакции, которая погубит весь мир вследствие атомного испытания. Поставив на карту жизнь планеты, Оппенгеймер и его группа с ужасом наблюдали взрыв над поверхностью пустыни Нью-Мексико. Они все вздохнули с облегчением, когда устрашавшая их цепная реакция не произошла. В том же самом штате в Аламогородо на другой авиабазе проводились очень засекреченные испытания. Чтобы проверить, не проводит ли Советский Союз испытания атомного оружия, создавались воздушные шары, запускаемые в атмосферу с помощью подогрева; они были довольно несложными в техническом отношении. За сто миль от этого места находится геологическая аномалия, получившая название Уайт Сэндс (Белые Пески). Эта аномалия представляет собой небольшой участок пустыни, покрытой песчаными дюнами ослепительной белизны. В Уайт Сэндс находился центр космических исследований. Впрочем, в ту пору говорить о «космических исследованиях» было преждевременно; все силы были направлены на создание военной техники. Создавались ракеты массового уничтожения, способные нанести удар на максимальное расстояние и с наибольшей точностью. Эти работы осуществлялись с помощью захваченных немецких ракет «Фау-2» группой нацистских ученых, которые были похищены в Германии американскими разведчиками в конце войны. Воспользовавшись благоприятной возможностью избежать Нюрнбергского процесса над военными преступниками, они удовлетворили свое честолюбие в исследованиях, которые многим людям, трудившимся на рабских заводах в Пейнемюнде, где создавались «Фау-2», стоили жизни. Руководителем программы был легендарный ученый Вернер фон Браун, которому помогала большая группа американских ученых и техников. Сам Росуэлл служил домом и штабом 509-го полка бомбардировочной авиации, элитного и единственного в мире соединения, обладавшего способностью нести и сбрасывать атомные бомбы. Командиром базы на военном аэродроме Росуэлл был лихой летчик ВВС полковник Уильям Бланшард, по прозвищу Батч. Всеми любимый и уважаемый Бланшард был участником многих подвигов, сделавших его личность легендарной. Среди них был и знаменитый полет на реактивном самолете, совершенный им с его коллегой в Мексику. Там Бланшард так основательно загрузился виски, что самолет перекувырнулся при посадке и разбился, изрыгая клубы дыма. Однако Бланшард сумел выпрыгнуть из разбившегося самолета и так быстро приступил к исполнению своих обязанностей начальника, что успел вызвать военную полицию и приказать им поймать виновника аварии и представить его военному трибуналу. Неизвестно, разбился ли самолет, потому что был перегружен контрабандным виски, или из-за того, что пилот и штурман приняли немалую часть груза внутрь себя, но следствие зашло в тупик, так как пилоты разбившегося самолета таинственным образом исчезли. База 509-го полка была хозяином Росуэлла, она давала работу его жителям, питала его экономику, а город своими прелестными девушками привлекал к себе всех холостяков ВВС. Расцветала любовь между военными, служившими на базе, и молодыми дочерьми фермеров и сельскохозяйственных работников. У базы была даже своя газета под названием «Атомный взрыв». Когда Макбрейзел[3 - Этот главный герой происшествия в Росуэлле назван в книге то полной фамилией «Макбрейзел», то без шотландской приставки «Мак» просто: «Брейзел». Во избежание путаницы в переводе этот фермер везде назван «Макбрейзел». Кроме того, хотя на протяжении книги не раз говорится о том, что «Макбрейзел нашел на своем ранчо», в дальнейшем мы узнаем, что участок земли, на котором были обнаружены обломки, назывался «ранчо Фостера». Очевидно, что ранчо не принадлежало Макбрейзелу, а он арендовал его или какую-то его часть. Судя по содержанию книги, площадь ранчо Фостера была огромной: для того, чтобы пересечь его на машине, требовался не один час. Ясно и то, что ранчо находится от ближайшего городка Росуэлла в нескольких часах езды на машине. (Прим. перев.)] приехал в город, рассказал запутанную историю и показал ящик со странными обломками, которые завалили его ранчо, то шериф Джордж Уилкокс прежде всего подумал об авиабазе с ее заборами, охраняемыми день и ночь, постоянными взлетами, посадками и передвижениями самолетов по полю аэродрома, многочисленным личным составом, включая пилотов, штурманов, офицеров разведки и контрразведки, о базе, которая стала центром городской жизни. Макбрейзел даже не удосужился дойти до базы: он позвонил туда, и двое военных часовых прибыли в контору шерифа Уилкокса и увезли его в открытом джипе. Так в начале июля 1947 года военный аэродром получил первые свидетельства о первой «летающей тарелке». К несчастью человек, который положил начало тому, что стало мифом или реальностью — в зависимости от того, как оценивать случай в Росуэлле — теперь мертв. Но Макбрейзела все еще помнят многие, кто его знал в то время. Одним из главных свидетелей событий является Лоретта Проктор, крохотная восьмидесятилетняя старушка, которая до сих пор живет на одинокой ферме за пределами Росуэлла, на том же самом месте, где она когда-то встретила своего соседа и друга Макбрейзела. Несмотря на свой солидный возраст и ухудшающуюся память, Лоретта может довольно ясно поведать о том дне, когда Макбрейзел пришел на их ферму, страшно возбужденный, и стал рассказывать ей и ее мужу о том, что он нашел на земле, прогуливаясь по ранчо верхом после грозы. Однажды летом 1947 года Макбрейзел пришел к ним без приглашения. "В руках он держал небольшой кусок необычного материала. Макбрейзел сказал, что на земле его ранчо лежит куча странного материала, но это единственное, что он смог вытащить из нее. Поэтому я не знаю, почему впоследствии говорили, что обломки и обрывки были раскиданы по всей территории ранчо. Материал был похож на металл, и когда ты его сминал, он вновь распрямлялся и принимал прежнюю форму. Он не оставался в смятом виде. На нем были изображены какие-то лучи и отпечатаны какие-то знаки розового и пурпурного оттенков. На куске была наклеена какая-то лента, которую Макбрейзел никак не мог оторвать или отрезать. Вместе с моим мужем он попытался жечь его, но он не горел и не плавился. Они пытались резать его ножом, но лезвие не оставляло следа на нем. В то время это был самый необычный материал, с которым нам когда-либо приходилось иметь дело. Он был похож на пластмассу, но в то время у нас пластмассы еще не было". Я спросил Лоретту, не ошиблись ли они с Макбрейзелом и не натолкнулся ли он на останки воздушного шара, как впоследствии об этом говорили представители ВВС. «Конечно, я не знаю точно, — ответила она, — но дело в том, что он прежде находил воздушные шары. Находили их и другие люди, но это все было ни на что не похоже. Нет, я не думаю, что это был обычный воздушный шар». Лоретта на самом деле видела, трогала его и запомнила его свойства. «То, что он принес нам, было немного больше, чем обычный графитный карандаш. Предмет был светло-коричневого цвета. Похож на легкую древесину. Я не знаю, как бы вы описали его. Мне кажется, что это было изделие из пластмассы, но прошло много времени». Когда она взяла предмет, он показался ей очень легким: «На самом деле он был очень легким, гораздо легче, чем карандаш с графитом внутри, и мы еще говорили о том, какой он легкий. Но он отличался от всего, что мы до сих пор когда-либо видели. Это был материал, который не горел, и его нельзя было разрезать. Макбрейзел сказал, что он попытался отрезать ножом кусок того, что было похоже на фольгу, но нож не резал это вещество, похожее на алюминиевую фольгу. Он говорил, что, когда сжимал ее, она разжималась и принимала прежнюю форму, а на ней не оставалось ни одной складки, ни одного следа от сжатия». Описание физических свойств находки Макбрейзела похоже на показания других очевидцев, рассказывавших об обломках. Они обращали особое внимание на то, что материал восстанавливал свою форму после его сжатия. Через столько лет после происшествия неизбежно возникает подозрение, что свидетели просто повторяют друг друга. Они читали показания других и, по-видимому, наложили впечатления от этих свидетельств на собственные воспоминания. И все же Проктор, возможно, является одной из первых, кто трогала некоторые из обломков, обнаруженных Макбрейзелом. Проктор — простая деревенская женщина, наделенная житейской мудростью, из тех, кто не склонен привирать или вносить добавления в воспоминания в угоду моде или господствующему мнению в зависимости от поворота настроений общества в пользу таинственного или земного происхождения находки. Она категорически утверждает, что материал был непохож на «все, что мы до сих пор видели», и что он не поддавался огню и острым предметам. Лоретта и ее муж закончили беседу с Макбрейзелом, сказав, что, возможно, это — неопознанный летающий объект и ему следует сообщить об этом, куда следует. «Мы слыхали, что за находку полагается награда. Я уж не помню, сколько там полагалось, но в то время люди не раз что-то видели в небе и говорили об этом. Поэтому мы решили, что ему следует обо всем сообщить. Когда же он сообщил о находке, то его продержали в Росуэлле почти неделю. Мы слышали, что его привезли назад на самолете, он показал им, где лежат обломки, и его опять отвезли в Росуэлл. Его снова там держали, а сами послали кого-то, чтобы убрать все с земли. Поэтому я не знаю, кто этим занимался, но одно знаю точно: Макбрейзела не пускали домой. Его там держали около недели». Если мы согласимся, что рассказ представителей ВВС о «воздушном шаре» был правильным, то еще более удивительным является то, почему военные держали Макбрейзела в изоляции в течение семи дней. И даже если мы примем официальное утверждение ВВС о том, что первоначальное объяснение было попыткой прикрыть испытания сверхсекретного воздушного шара, создававшегося в ходе работ по проекту «Могол», все равно не понятно, почему надо было задерживать владельца ранчо и возить его на самолете на место, где он нашел обломки. Если проект по созданию воздушного шара был секретным, то тем меньше было оснований привлекать к нему внимание. Кроме того, как признают участники проекта, воздушный шар и материалы, применявшиеся для его создания, были самыми обычными. Секретной была лишь миссия, которая сводилась к тому, чтобы обнаружить советские испытания атомного оружия, регистрируя эхо в верхних слоях атмосферы. Хотя все это никак не подтверждает версию сторонников НЛО, таинственность происходившего очевидна: явно, что случилось нечто необычное, заставлявшее власти проявлять крайнюю озабоченность; ясно, что разбилось что-то такое или пропало нечто, вызывавшее острейшее желание властей его заполучить. Воздушный шар в любом виде или в любой форме — даже если он был продуктом сверхсекретного проекта для подслушивания совещаний Политбюро в Кремле с новейшей микрофонной технологией — вряд ли вызвал такие крайние меры. Если же воздушный шар был связан с выполнением еще более секретного задания, то тем меньше было вероятности, что кто-либо попытался скомпрометировать его. "В следующий раз, когда мы увиделись с ним, — вспоминает Лоретта, — Макбрейзел сказал: «Они мне заявили, что это воздушный шар, но, если я найду другой такой же, никому не следует об этом говорить». Лоретта добавила: «Он не считал, что это — воздушный шар, но сказал, что ему дали такие объяснения и он не хочет об этом больше говорить». То, что Макбрейзел был подвергнут давлению со стороны военных, подтверждает Фрэнк Джойс, который в ту пору работал репортером радиостанции КГФЛ в Росуэлле. Из конторы шерифа Уилкокса ему сообщили о том, что имеется интересная новость. «Я не помню, то ли я позвонил в контору шерифа, то ли мне позвонили оттуда, но я стал разговаривать по телефону с человеком, назвавшим себя У.У. Макбрейзелом. Он хотел мне рассказать о какой-то аварии, которая произошла у него на ранчо». Джойс выслушал рассказ Макбрейзела, и хотя он не стал нам подробно повторять то, что услыхал от фермера, он признает, что некоторые вещи показались ему невероятными и он хорошо помнит, что предложил владельцу ранчо связаться с местной базой ВВС. Затем Джойс узнал, что ответственный базы за информацию и связь с общественностью Уолтер Хот связался с Макбрейзелом. «Я был другом Уолтера Хота, который в то время отвечал за связь с общественностью на военном аэродроме в Росуэлле. До этого я не раз упрекал Уолтера за то, что он мне ничего не рассказывает про жизнь авиабазы. Поэтому на сей раз он сообщил, что у него есть для меня нечто интересное. Он позвонил мне заранее и сказал: „Слушай, Джойс, у меня есть для тебя пресс-релиз. Я приеду к тебе через полчаса, и у тебя будет достаточно времени для того, чтобы получить это раньше всех“. Итак, Уолтер приехал на радиостанцию и передал мне информацию, в которой по сути говорилось, что на ранчо к северу от Росуэлла была обнаружена летающая тарелка. Кажется, пресс-релиз был написан кем-то, кому было сказано, что там произошло крушение летающей тарелки, но подробностей он не знал, а поэтому описал происшествие как сумел». Фрэнк Джойс был поражен, что история, которую он услыхал от Макбрейзела, была изложена в пресс-релизе. "Я посмотрел этот пресс-релиз, который был отпечатан на папиросной бумаге, и сказал: «Минутку, Уолтер, я знаю эту историю. Я же и послал к вам этого парня!» А Уолтер вышел из комнаты, не обратив никакого внимания на то, что я сказал. Я заорал ему вдогонку: «Эй, послушай, я знаю про это. Я хочу поговорить с тобой… Мне кажется, не надо давать ход этой истории». А он прыгнул в машину… и бегом на базу. Ну, я стал читать это сообщение о том, что ВВС США считают, что это — летающая тарелка. Вообще-то я думаю, что им не стоило это делать, потому что ничего не доказано. Атак как я был военным, то знаю, как у них делаются дела. И мне пришло в голову, что, по крайней мере, кому-то из вышестоящих военных эта история не понравится. Поэтому я позвонил Уолтеру на базу и сказал ему: «Послушай, Уолтер, я думаю, не стоит использовать этот рассказ… Этот человек приходил ко мне, и история кажется неправдоподобной». А Уолтер ответил мне: «Фрэнк, все — нормально. Старик Бланшард… — кажется, речь шла о Бланшарде, или что-то в этом роде… Я за абсолютную точность, не ручаюсь — …дал разрешение на пресс-релиз, так что ты можешь передавать в эфир». Джойс бросился бегом на телеграф, который был в двух кварталах от радиостанции, и дал инструкции телеграфисту передать дословно содержание пресс-релиза в Санта-Фе[4 - Санта-Фе — столица штата Нью-Мексико. (Прим. перев.)]. К тому времени, когда он вернулся к себе, провода буквально гудели от запросов местных и общенациональных информационных служб; все требовали подробностей и подтверждений происшествия. Еще через двадцать минут все звонки разом прекратились. Джойс считает, что по чьему-то приказу связь была прервана. Тогда появился владелец радиостанции и спросил Джойса, чем вызвана суета. Пока Джойс искал бумагу с пресс-релизом, раздался телефонный звонок. Джойс вспоминал: "В тот день у меня было много телефонных звонков, но этот мне запомнился. Женский голос говорил, что звонят из Пентагона и что через несколько минут со мной будет разговаривать полковник Имярек из министерства обороны. Тут мужской голос в трубке рявкнул: «Кто это?» Я ему представился, а он сказал: «Это вы пустили в эфир историю про летающую тарелку?» Тон у говорящего был соответствующим, знаете такой тон, который невольно ассоциируется с огромной властью и жуткими угрозами. Я ответил: «Да, я». Полковник произнес: «Вы теперь изза этого не оберетесь неприятностей…» «Послушайте, — проговорил я, — я — лицо гражданское, вы не смеете говорить со мной таким тоном, вы не смеете так со мной обращаться, вы не смеете мне указывать, что я должен делать и какие истории пускать в эфир». На это я услыхал: «Вы еще узнаете, что я смею делать», — он опустил трубку. Вечером того же дня Джойс опять услыхал звонок и с удивлением узнал голос Макбрейзела, который сказал ему, что его не совсем правильно поняли, что он хотел бы, чтобы его приняли и побеседовали с ним. Джойс с готовностью согласился. «Уже смеркалось, когда Макбрейзел пришел на радиостанцию. Я впервые встретился с ним лично. „Я хотел прийти и рассказать о том, — начал он, — что у нас не совсем верно получилось с этой историей. Я кое-что рассказал такого, что могло вас сбить с толку. На самом деле у меня на ранчо оказался воздушный шар и много обломков было разбросано вокруг“. Я ему сказал, что это совсем не похоже на то, что он сообщил мне прошлый раз, что на сей раз это другой рассказ, совсем не похожий на историю про „зеленых человечков“. Говоря это, я не смотрел ему в глаза, потому что не мог назвать его лжецом прямо в лицо. И он произнес знаменательные слова: „Они не были зелеными“». Джойс был убежден, что тем самым Макбрейзел дал ему понять, что в первый раз он говорил правду. «Он тут же стал откровенным. „Послушай, Фрэнк, — сказал он, — это строго между нами. Они мне велели прийти сюда на радиостанцию и рассказать тебе про воздушный шар“. Он признал, что его попросили рассказать эту историю про воздушный шар, предупредив, что если он это не сделает, то они поступят с ним сурово. Здесь я взорвался: „Знаешь что: в конце концов, все мы — граждане США. Кем бы они ни были, они не имеют права приказывать нам, что нам следует делать, и они не имеют права приказывать тебе“. И я произнес целую речь в таком роде, а он выслушал ее и только сказал: „Я не очень уверен, что вы правы“». По мнению Джойса, Макбрейзел подвергся усиленной обработке со стороны военных, которые настаивали, чтобы он больше ничего не рассказывал, и хотя Джойс ничего не стал передавать по радио, на другой день 9 июля газета «Росуэлл дейли рекорд» опубликовала материал под заголовком «Сбитый с толку владелец ранчо, обнаруживший „тарелку“, сожалеет о том, что он рассказал эту историю». Власти организовали пресс-конференцию в присутствии Р.Д. Адейра, руководителя отделения «Ассошиейтед Пресс» в Альбукерке, и другого представителя этого агентства Джейсона Келлахина. Макбрейзела привели в редакцию, очевидно, в сопровождении военных. В сообщении газеты говорилось, что Макбрейзел наткнулся на обломки 14 июня вместе со своим восьмилетним сыном Верноном. Он сказал, что это была яркая куча из резиновых полос, фольги, довольно твердой бумаги и палок. В своей новой версии Макбрейзел утверждал, что он не возвращался к обломкам до 4 июля и лишь на следующий день, услыхав о «летающей тарелке», подумал, не обнаружил ли он ее. Лишь в понедельник, 7 июля, Макбрейзел прибыл в Росуэлл и рассказал о своей находке шерифу. Автор статьи написал в конце: «Уилкокс связался с военным аэродромом Росуэлла. После этого Макбрейзел, в сопровождении майора Джесси А. Марсела и человека в штатском, собрал остатки „диска“ и вернулся домой, чтобы попытаться восстановить его». Как утверждал Макбрейзел, восстановить конструкцию оказалось невозможно. Он попытался было соорудить из нее воздушный змей, но не смог сделать это. Он никак не мог добиться того, чтобы детали подошли друг к другу. Тогда майор Марсел взял находку в Росуэлл, и после этого Макбрейзел уже ни разу ее не видел, пока не услыхал сообщения о том, что он нашел летающий диск. Макбрейзел заявил, что он не видел, как этот предмет упал с неба, и не видел его в целом виде, а поэтому он не может ничего сказать о его размерах или форме. Однако он думал, что предмет величиной с крышку обеденного стола. Если его нес воздушный шар, то он должен был быть около четырех метров длины. Резина шара была дымчатосерого цвета, и ее обрывки разбросало на 200 метров вокруг. Когда обломки были собраны, то фольга, бумага, ленты и палки составили груду полметра в длину и сантиметров двадцать в толщину. В целом вся куча весила около двух килограммов. На территории не было обнаружено никаких признаков металла, который мог бы использоваться для мотора. Не было никаких признаков пропеллера, хотя был, по крайней мере, один бумажный стабилизатор, прикрепленный к фольге. На обломках предмета не было найдено ни одного напечатанного слова, хотя кое-где можно было увидеть отдельные буквы. Очевидно, что в конструкции использовалось значительное количество липкой ленты. На одной из лент были изображены цветы. Не было обнаружено ни веревок, ни проволоки, но в бумаге были специальные глазки, что позволяло считать, что использовались какие-то средства для ее скрепления. Макбрейзел говорил, что и раньше находил два воздушных шара на территории ранчо, но то, что он обнаружил на этот раз, совершенно не походило ни на один из них. «Я уверен, что то, что я нашел, не было воздушным шаром, — заявил он, — но если я еще что-нибудь теперь найду, за исключением бомбы, то им придется очень уж постараться, чтобы я стал об этом рассказывать». Если допустить, что Джойс прав и Макбрейзела на самом деле заставили опровергнуть свое заявление, то эта история действительно кажется подозрительной. Странно, что организаторы пресс-конференции смогли так подробно продемонстрировать обломки, если их отправили в Форт Уорт. К тому же если то, что представили на прессконференции, было обнаружено Макбрейзелом, то непонятно, каким образом ВВС приняли это за обломки летающего диска. Наконец, последние слова Макбрейзела на пресс-конференции явно выражали его недовольство тем, что его допрашивали военные. Это позволяет предположить, что все, что он заявлял публично, было против его воли. В течение всех последующих лет Макбрейзел ничего не рассказывал о своей находке ни своим друзьям, ни своим соседям. Прокторы считали, что его каким-то образом запугали: поскольку дело происходило вскоре после второй мировой войны и люди были склонны испытывать подчеркнутое уважение к мнению военных, Макбрейзел уступил и молчал. И это также удивительно, учитывая, что сначала все были взволнованы находкой. Ведь если бы оказалось, что воздушный шар был принят за таинственный диск, то не было бы причин ни говорить об этом, ни шутить на этот счет, но почему-то люди хранили молчание и не иронизировали по этому поводу. Хотя из этого никак не следует, что речь шла о чем-то внеземном, очевидно, что дело было гораздо серьезнее, чем метеорологический инструмент или воздушный шар, изготовленный по проекту «Могол». В этой связи возникает предположение, что люди имели дело с чем-то сверхсекретным и экспериментальным или же с неопознанным летающим объектом, природу которого они5 не могли объяснить. Говорили, что еще до того, как его допросили военные, Макбрейзел передал обломки на ранчо в контору шерифу. На страницах «Росуэлл дейли рекорд» появилась фотография шерифа Джорджа Уилкокса. Он был изображен с телефонной трубкой в руке, бесстрашно отвечая на телефонные звонки, которые поступали со всех концов планеты по поводу исторического сообщения о крушении летающей тарелки в Росуэлле. Джордж Уилкокс умер несколько лет назад. Члены его семьи живы, а его дочь хорошо помнит, что случившееся сильно повлияло на ее отца и сказывалось в течение всей его остальной жизни. Филлис Макгуаер все еще живет там. Энергичная семидесятилетняя женщина обитает в доме у проселочной дороги в нескольких милях от Росуэлла в сельской части штата Нью-Мексико, где сохранилось много старых зданий и деревянных построек. Крыльцо ее дома выходит на живописный берег большого озера. Внутри же домик уютный и блестит чистотой. Филлис хорошо помнит своих родителей и события, связанные с «летающей тарелкой». «Мне было немногим более двадцати, я приехала к своим родителям, когда Макбрейзел привез в город найденные им вещи и газеты сообщили об этом. Я сразу же побежала в контору отца и спросила его, правда ли все, что написано в газете. На это он ответил: „Не знаю, зачем Макбрейзелу пришло в голову тащить все это в город, если бы это ничего из себя не представляло“. Он послал своих помощников и, мне кажется, что он сам поехал на ранчо к Макбрейзелу, но тут военные опровергли сообщение о том, что была найдена летающая тарелка. К тому же они окружили всю местность солдатами, джипами и вооруженными людьми, так что никто туда не смог пробраться. Закрыли полностью. На этом все сообщения прекратились. В маленькой комнате в конторе шерифа оставались какие-то предметы, найденные Макбрейзелом. Там было две комнаты: большой офис и маленькая комната. Так вот, предметы были в маленькой. Через три или четыре дня пришли военные, чтобы забрать все, что там было. Военные запретили говорить об этом. Я не видела эти предметы. Я знала, что они там, у меня была возможность рассмотреть их, но я это не сделала. И все же я очень интересовалась происшедшим и задавала так много вопросов, что моя мать сказала: „Твой отец не хочет, чтобы ты задавала ему больше вопросов“. Теперь я понимаю, что он не хотел мне говорить, что у него не было ответов на мои вопросы. Он был вынужден отвечать по телефону, что ничего не знает по этому поводу, и направлял любопытных к ВВС всякий раз, когда его спрашивали. А в то время вопросы задавали непрерывно. Звонили из Лондона и со всех концов США». Если все дело сводилось к воздушному шару, то количество военных, которые побывали в эти дни в конторе шерифа, было чрезмерно велико. (Хотя, с другой стороны, в то время они еще могли не знать, в чем дело.) Филлис Макгуаер была там все время и хорошо помнит военные джипы и другие военные машины, на которых было не менее восьми солдат. «Они сказали ему, что не хотели бы, чтобы он говорил об этом деле хотя бы чтонибудь, — вспоминает она. — Моя мать рассказывала, что они очень давили на отца и угрожали ему и его семье, если он проговорится». Шериф Уилкокс хранил молчание даже в кругу своей семьи. «Мои родители были очень близки друг другу, — вспоминает Филлис. — Я могла задавать им любые интересующие меня вопросы, мы говорили обо всем. Я всегда много беседовала с моей матерью, поэтому мне показалось странным, когда мой отец резко оборвал меня и сказал, что не будет ничего отвечать по телефону про НЛО и пусть отвечают военные, а мать попросила меня: „Не задавай больше вопросов отцу, он не хочет об этом говорить“. Меня это немного обеспокоило, но кто-то мне сказал, что разбился экспериментальный самолет, что военные проводят много экспериментов и что, возможно, все дело в этом. И я на этом успокоилась». В последующем Джордж Уилкокс действительно проявлял удивительное нежелание что-либо говорить по поводу случившегося. И это само по себе странно, если действительно все сводится к истории с воздушным шаром. Через много лет, после того, как он умер, его вдова стала чуть более откровенной со своей дочкой. «Много лет спустя моя мать сказала, что было крушение. Им велели ничего об этом не говорить, и они молчали. Она сказала, что была тарелка, а в ней тела: три трупа. Еще она сказала, что один был жив, когда они пришли туда. Я предполагаю, что это рассказал ей мой отец и что она не рассказывала об этом никому, пока не прошло много лет». Хотя она не слышала это прямо от отца, Филлис Макгуаер не сомневается, что это так. «Он знал, что это правда. Я думаю, он верил в то, что это — правда. Мне жаль, что в то время не было телевизора, и вертолетов, и другого, с помощью чего можно было узнавать про подобные вещи, тогда мы все знали бы точно. Но ранчо было на расстоянии ста тридцати километров от Росуэлла. Связи, которая ныне существует, а мы принимаем как должное, тогда не было». Дочь шерифа Уилкокса также верит тому, что «происшествие», а также давление и угрозы, которые исходили из авиабазы в Росуэлле, повлияли на здоровье ее отца. Она помнит, что он был открытым, щедрым и веселым, что он был демократичным в обращении с заключенными и молодыми правонарушителями. Уилкокс установил новую систему содержания заключенных в тюрьме Росуэлла, отделив молодых преступников от взрослых: в те времена это считалось радикальным новшеством. Сейчас Филлис полагает, что события лета 1947 года сильно повлияли на ее отца. «В то время я не думала об этом, но теперь мне кажется, что его это очень беспокоило. Каким-то образом это сломило его здоровье». Как говорила ее мать, военные угрожали жизни шерифа и его жены. Эти угрозы воспринимались всерьез и, возможно, объясняют ту перемену, которую дочь заметила в своем отце. Трудно представить себе, что Филлис Макгуаер могла выдумать эту историю. Даже не зная ее лично, трудно вообразить, что ее мать, жена шерифа Уилкокса, была способна на такую выдумку. Когда я осторожно попытался оспорить правдивость ее рассказа и заметил, что очень трудно верить в любую из историй про летающие тарелки и пришельцев, она согласилась со мной: «Я знаю, что это так. Я знаю, что есть люди, совершенно свихнувшиеся на этом, но в принципе я думаю, что есть немало совершенно нормальных американцев, которые рассказывают эти истории». Сестра Филлис, Элизабет Талк — живая и энергичная особа — занимается разведением домашнего скота. Я встретил ее рано утром на скотоводческом рынке Росуэлла, который был заполнен коровами и быками, ковбои ловко пробирались между животными верхом на поджарых конях к стойлам, где они затем ждали начала аукциона. Подъезжали огромные грузовики и небольшие трейлеры, из которых выводили животных. Лай собак, ржание лошадей, мычание и ворчание коров, крики рабочих, лязг калиток, — все это создавало сельскую какафонию, которая мешали вести разговор. «Я помню, как приехала с мужем в Росуэлл за покупками и пришла в контору шерифа, где были мои отец с матерью. Мать готовила еду для заключенных. Там было специальное помещение для этого, — вспоминает Элизабет. — В тот день я увидела не то два, не то три… да, точно, два грузовика военной полиции, джипы возле конторы и еще подумала: „Что это делают здесь джипы?“ За обедом моя мать сказала: „Джордж не сможет пообедать с нами, потому что они подумали, что летающая тарелка приземлилась к северу от Росуэлла. Он говорит по телефону день и ночь, и все о летающей тарелке!“ Мой муж вошел в контору и стал его расспрашивать, а тот ему ответил: „Мы прибыли на место крушения, там было много сожженной травы“, но больше он ничего не рассказывал». Наличие сожженной травы свидетельствовало о какой-то аномалии, о которой никто прежде не упоминал, но Элизабет уверена в том, что ее отец говорил об этом. "Мы без конца спрашивали отца: «Что вы там нашли?» Он ответил моему мужу: «Мы нашли выжженную траву на месте крушения». Я спросил Элизабет, не могла ли она или ее отец ошибиться. «Нет, нет, — ответила она. — Он был очень здоровым и здравомыслящим человеком. Как вы и я. Он бы не осмелился говорить то, чего не было, ни Боже мой! А потом он ничего не говорил об этом. Ни он, ни мы… Но моя мать написала (в письме Элизабет), что однажды в контору шерифа приехал владелец ранчо, привез какие-то обломки и сказал, что у него приземлилась летающая тарелка». Как и ее сестра Элизабет Талк вспоминает, что ее отец никогда потом не говорил о происшествии, и хотя она не могла подтвердить, угрожали ему или предпринимали ли в отношении него что-либо подобное, его последующее поведение не согласовывалось с утверждением о том, что он просто нашел воздушный шар. Кроме того, такие люди, как шериф, которые с самого начала участвовали в этом Деле, без сомнения, отнеслись бы с большей легкостью к этому эпизоду в их жизни или бы превратили его в предмет шутки. Однако к этому событию все отнеслись поиному: или же им недоставало чувства юмора, или же события носили очень серьезный характер. В других рассказах про «случай в Росуэлле» упоминают группу археологов, которые проводили раскопки в данной местности и случайно натолкнулись на разбившуюся летающую тарелку. Эта история казалась апокрифичной, так как никто не мог назвать никого из участников этой группы или хотя бы университет, к которому принадлежали ученые. Возможно, что это всего лишь слух, но один видный археолог стал очевидцем событий, которые имеют отношение к этим рассказам. Доктор Джордж Агоджино является одним из ведущих археологов Америки, он знаменит своими работами в местах, где находят кости мамонтов, убитых людьми. Одним из самых знаменитых мест, где много останков убитых мамонтов, является стоянка Блэк Уотер в штате Нью-Мексико. Агоджино все еще активно занимается раскопками и читает лекции в университете этого штата. Когда я встретился с ним, то он очень удивился, что его до сих пор связывают с таким известным происшествием. «Считалось, что я один из тех археологов, которые видели это место, — сказал он. — Но это не правда! Я работал в университете штата Нью-Мексико над диссертацией… я уже забыл над какой… и очень часто выезжал на полевые работы. Когда произошел этот случай, предполагалось, что на месте события было четыре археолога. Единственным учебным заведением, в котором преподавали археологию, был университет штата Нью-Мексико, поэтому нас всех допросили, и тогда я впервые услыхал об этом событии… К нам пришли военные, а также журналисты из Альбукерке, которые услыхали об этом Росуэлльском происшествии. Казалось, что они нас обвиняют в том, что мы оказались на месте событий. Я подумал, что кто-то из наших был там, но мы все отрицали. У меня остались свои подозрения, но я не хотел бы об этом говорить». Как утверждает Агоджино, военные офицеры задавали вопросы нескольким людям из университета, включая его самого. «Они спрашивали меня, что я видел. Не видел ли я поврежденную ракету или космический корабль, в котором были трупы? Вопросы задавались с целью установить, были ли мы на месте событий или нет. Они хотели установить, кто из археологов был там. Я знаю, что там была группа с канадским археологом, но я не хочу упоминать его фамилию. С ним было пять человек. Среди них была женщина, которая потом скончалась во Флориде. Этот канадец сказал мне, что был на месте крушения и никогда ничего не видел, но некоторые люди из его группы рассказывали про летающую тарелку после того, как он отсюда уехал. А в то время все отрицали свое присутствие там и будут продолжать отрицать, хотя я не могу понять почему. Я понимаю, почему они раньше так поступали. Дело в том, что в 1947 году во всех Штатах было около семидесяти вакансий по археологической профессии. Поэтому археологи старались заполучить правительственные заказы на проведение реставрационных работ или чего-то подобного. Порой такие заказы зависели от военных. А те могли ставить условие: или вы болтаете, но не получаете заказов, или же вы молчите, а мы даем вам заказы. Я думаю, что именно так произошло в данном случае». 2. Фрэнк Кауфманн — седой американец с лицом, покрытым морщинами, крупного телосложения, с твердой походкой и крепким рукопожатием. Ему далеко за семьдесят. Он открыт, доступен и, кажется, его не беспокоит сознание того, что он, как утверждает, причастен к одной из величайших тайн человечества. Кауфманн живет с женой в небольшом домике, обставленном мебелью темного цвета и украшенном картинами в позолоченных рамах. Видно, что многие из картин выполнены любителем, но они явно обнаруживают прекрасное ощущение ландшафта и света Нью-Мексико. Их рисовал сам Кауфманн, и он, очевидно, гордится своими достижениями, хотя не претендует на художественное мастерство. Рядом с гостиной с камином из кирпича, который в жаркое лето кажется неуместным, находится безупречно чистенькая кухня, в которой хозяйничает Хуанита Кауфманн. Ее коронный номер — необыкновенно вкусный лимонный пирог. Фотография на стене свидетельствует, что Кауфманны активно участвовали в предвыборной кампании по избранию Билла Клинтона президентом страны в 1992 году. На других фотографиях, украшающих стены дома, изображены улыбающиеся молодые люди, женщины и дети, что подтверждает наличие большой семьи, где есть дети, внуки и другие родственники. Много лет Кауфманн возглавлял торговую палату Росуэлла. Сейчас он был занят приготовлениями к своей золотой свадьбе. Его безмятежное существование и обыкновенная судьба лишь подчеркивают необычный характер его рассказа. Как говорит Кауфманн, он поступил на воинскую службу в 1941 году и был направлен в Росуэлл, где на следующий год получил должность сержанта. Его начальником был генерал Скэнлон, а в его обязанности входило обеспечение безопасности на базе. Так как 509-й авиационный полк был единственным воздушным подразделением не только в Америке, но и во всем мире, имевшем на борту самолетов атомные бомбы, то вся его деятельность была засекречена. С другой стороны, база находилась на окраине Росуэлла, поэтому доступ туда был сравнительно легким, но бывало и так, что военные становились неприступными и недружелюбными по отношению к гражданским лицам. Помимо атомного оружия в распоряжении 509-го полка находился оптический прицел Нортона, прибор, обеспечивший американцам преимущество сначала над немцами, а затем над русскими. Вместе с атомным оружием прибор мог стать бесценным трофеем для любого вражеского лазутчика. Кауфманн демобилизовался в октябре 1945 года, но, по его словам, его почти сразу попросили возобновить исполнение своих обязанностей ответственного за безопасность базы, уже в качестве гражданского лица. Он помнит, что к концу июня 1947 года его послали в Аламогордо и в Уайт Сэндс, где была более мощная радиолокационная установка, чем в Росуэлле, чтобы понаблюдать за странными передвижениями, которые были отмечены на экране радара. Он помнит, что «блики прыгали из одного конца экрана в другой. Внезапно появилась вспышка, и все исчезло. Обычно подобное означало, что самолет, ракета или что-то вроде этого упало на землю». Сообщение о возможном крушении было передано в Росуэлл и лично командиру авиабазы Бланшарду, который, без сомнения, передал о происшедшем генералу Роджеру Рамни, командующему 8-й авиационной армии в Форте Уорте (штат Техас). Кауфманну приказали вернуться с полигона Уайт Сэндс в Росуэлл. В то время такой путь занимал три-четыре часа езды. На обратном пути было передано по рации в Росуэлл, чтобы там приготовили команду для обследования района к северу от базы по шоссе 285 на предмет поиска обломков. Кауфманн ехал по дороге два часа прежде, чем остальные участники поисковой группы присоединились к нему. «Мы стали резать проволоку, чтобы подъехать к месту, потому что увидели зарево, что-то вроде ореола, который сверкал в темноте. Мы подошли к нему на расстояние двести или триста метров. Тут мы увидели, что это — не самолет, не ракета, а какой-то необычный летательный аппарат, который врезался в кусты арройо». На одном из грузовиков был прожектор, и им осветили местность. В Росуэлл была отправлена радиограмма с просьбой прислать специальное обмундирование, потому что участники поисковой группы не знали, на что они натолкнулись. Свет от предмета вызвал у них опасения, что они имеют дело с источником радиации. Но тут зарево стало тускнеть, и члены поисковой группы решили подойти поближе, чтобы рассмотреть предмет повнимательнее. «Мы увидели странный аппарат, который был похож на подошву ботинка, что-то в этом роде, — вспоминает Кауфманн, — наполовину он был раскрыт, а одно тело было выброшено в кусты арройо; другое тело наполовину торчало наружу, а наполовину находилось внутри аппарата. Когда мы подошли поближе, то обнаружили, что еще три фигуры находились внутри него…» Аппарат, который Кауфманн схематически изобразил на бумаге, был два метра в высоту и примерно от семи до восьми метров в длину. Его форма была чем-то средним между латинской буквой V и греческой дельтой. Переднее стекло огибало корпус, а само устройство, казалось, было разрезано по горизонтали. Участники поисковой группы, по словам Кауфманна, увидели внутри корпуса контрольные панели управления и какие-то надписи, которые они не могли разобрать. Объясняя, почему они более тщательно не рассмотрели место падения, Кауфманн сказал, что самым главным для них было очистить местность, убрать летательный аппарат и отвезти его на базу в Росуэлл, где освобождали специальный ангар для того, чтобы разместить обломки и исследовать их. Кроме того, проблемы создавали сильные грозы, которые бушевали в пустыне последние дни и могли помешать вывозу обломков. Кауфманн утверждает, что позже ему предложили объяснение причины катастрофы странного авиационного аппарата. «Случилось то, что происходит один раз из триллиона, — вспоминал он. — На аппарате не было топлива, но в его днище были восьмиугольные клетки. А молния, как вы знаете, бьет с земли, и в тот раз молния ударила в днище аппарата, вывела его из строя, и он разбился. Вот так нам объяснили, что произошло». Тут участники группы снова связались с радиобазой и вызвали машину с платформой и краном. Никто не мог точно объяснить природу того, что они видели. Однако все были единодушны в том, что стали свидетелями чегото из ряда вон выходящего. Кауфманн говорит, что трудно было описать их реакцию на то, что они видели. «Ты видишь нечто не от мира сего, немного пугающее… мы уставились на этот предмет, не в силах сказать что-либо, пока, наконец, не вышли из этого транса. Трудно описать, что мы чувствовали в то время». У Кауфманна есть картина, изображающая страшноватое «лицо пришельца». Он вспоминает: «Они совсем не похожи на изображения в журналах научной фантастики: у них нет ни рожек, ни пальцев, похожих на щупальцы. У них были гладкие лица, без волос, ровная и чистая кожа. На них была одежда серебристого цвета. Мне показалось, что их рост составлял 165-170 сантиметров. У них были мелкие черты лица, небольшие носы, небольшие уши. Их глаза не были чрезмерно большими или раскосыми». Он помнит, что их просили поспешить. «Мы не расхаживали вокруг аппарата на месте крушения. Мы хотели быстро все убрать, потому что наступало утро, поскольку понимали, что если не закончим до наступления дня, то не оберемся хлопот. Возможно, сюда набежит целая толпа народа, и мы хотели как можно быстрее завершить дело, уложить все на платформу и увезти на авиабазу». Трупы были уложены в мешки со свинцовыми пластинами и отправлены в госпиталь. Кауфманн говорил, что никакого вскрытия не производилось на авиабазе и, насколько ему известно, никто из обнаруженных не был жив. «Мы быстро осмотрелись, проверив, не заразились ли и не отравились ли мы чем-либо… Мы заметили, что на одном трупе появились признаки распада: его кожа стала съеживаться. Поэтому мы быстро опустили их в мешки и отправили в госпиталь. Мы связались с базой и попросили, чтобы к нам послали еще одну команду. Ей было поручено прочесать территорию на предмет поиска других обломков аппарата и вернуть участку прежний вид как можно быстрее. Тем временем Томас, отвечавший за осуществление операции, и я, а также еще несколько офицеров направились на базу. Мы остановились у госпиталя, и нам было сказано, что сюда на самолете прислали патологоанатома из главного госпиталя в Бомонте. По-моему, звонили в местный морг, чтобы узнать, как сохранить тела. Кажется, все были в смятении. Мы пошли в штаб, чтобы составить докладные. Там был полковник Бланшард, Джесси Марсел, который являлся начальником разведки, и начальник военной полиции майор Исли. Они все собрались в комнате, обменивались мнениями и отдавали распоряжения относительно того, как переправить аппарат и трупы. Скоро к нам присоединилась и другая группа, которая была на месте события». Как рассказывает Кауфманн, все действия в дальнейшем развивались в большом ангаре 84, расположенном в середине аэродрома. Хотя аэродром был уже закрыт много лет, некоторые из сооруженных в прошлом зданий все еще стояли, а ангар все еще использовался. Когда я посетил ангар вместе с Кауфманном, то увидел, что внутри его находился самолет ДС-10 и им занималась группа авиаинженеров. Один из них поинтересовался, чем мы заняты, и, когда я ему объяснил, он отозвал меня в небольшую комнату и сообщил, что именно здесь хранились «внеземные» тела в 1947 году! Узнав, кто мы, они стали трясти руку Кауфманну, как будто он был героем войны! Кауфманн оглядел просторное помещение ангара и подтвердил, что именно здесь был центр по осуществлению операции. «Аппарат и трупы были привезены в этот ангар, а затем были отправлены самолетом отсюда в Форт Уорт и на аэродром Райт-Паттерсон. Тогда здесь кипела работа. Внутри ангара под потолком был поставлен прожектор, освещавший аппарат и трупы, — их было пять. Здесь была выставлена военная полиция, которая не пускала близко людей». «Трупы уложили на пол в ряд. Их осмотрели несколько офицеров и патологоанатом из главного госпиталя Бомонта. Аппарат был размещен в восточной части здания. Было сделано несколько фотографий. Затем сюда въехали самолеты, аппарат поместили на грузовой самолет. Я не следил за тем, как шла погрузка, и самолеты взлетели. На самом деле три самолета выполняли отвлекающие миссии: один направился на восток, другой — на север, третий — на запад. Это делалось для того, чтобы отвлечь любопытных от того, что происходило здесь. Дело в том, что мы заметили, сколько людей находилось возле ограды. Заметили и то, что у некоторых из них были фотоаппараты, и мы поняли, что они попытаются сделать снимки. Наши отвлекающие маневры могли их сбить с толку, они ведь не знали, что происходит на самом деле. Мне кажется, что было раннее утро, около 3 или 4 утра, я не помню точно, когда они покинули военный аэродром Росуэлла. Один самолет отправился в Форт Уорт, а другой — в Райт-Паттерсон, но в конечном счете они встретились на аэродроме Райт-Паттерсон». На самом деле Кауфманн здесь ошибается: в 1947 году штаб научных исследований ВВС США находился на аэродроме Райт (штат Огайо); Паттерсон был прилегающим, но отдельным аэродромом; в последующем оба аэродрома были объединены. В то время на аэродроме Райт располагался штаб отделения зарубежных технологий ВВС. В ту пору ВВС еще подчинялись сухопутным войскам, но в сентябре этого же года стали самостоятельными. Нет сомнения в том, что если бы аппарат приземлился из космоса, то его отправили на аэродром Райт. Несколько бывших летчиков из 509-го авиационного полка подтвердили, что в то время наблюдалась повышенная активность. Есть также свидетельства о том, что ящики грузились и отправлялись на аэродром Райт. Говорят, что один из пилотов заметил, что совершенный им полет был «историческим», а другой, Пэппи Хендерсон, участник второй мировой войны, сказал своей жене, что он вел грузовой самолет, на котором перевозили трупы пришельцев. Те, кто был на земле, не знали, что находилось внутри ящиков, но ходили слухи об обломках летающей тарелки и трупах, извлеченных из аппарата. Каких-либо точных свидетельств этого не было, но имелись все признаки того, что случилось что-то необычное — возросшая активность, секретность, слухи. Все это могло означать, что произошло нечто из ряда вон выходящее: например, крушение экспериментального самолета, во время которого погибли летчики, а возможно, и гражданские лица. Говорили и о возможности того, что военные называют «сломанной стрелой» (крушение самолета с ядерным грузом). Но тe, кого расспрашивали о последней возможности, ссылались на то, что во всех подобных случаях — а их было несколько — всегда такие происшествия становились известными или же о них сразу же сообщалось. Один офицер, без сомнения, был всесторонне осведомлен о происшествии, это был полковник Бланшард. Кауфманн помнит, что Бланшард «пришел и осмотрел аппарат и трупы». По его словам, он был поражен, не меньше других. Бланшард никогда не обсуждал этот эпизод на протяжении всей своей жизни. На вечере встречи старых друзей в Росуэлле через несколько дней после происшедших событий Бланшард был почетным гостем. После ужина и нескольких рюмок виски некоторые из местных жителей Росуэлла стали настаивать на том, чтобы он сообщил, что же все-таки произошло. Бланшард хранил молчание, но мэр города и еще несколько людей слышали, как он сказал: «Будь я проклят, если то, что я видел, не было самой чертовской штукой!» Арт Макквиди, который в то время был редактором «Росуэлл морнинг диспетч» поддерживал дружеские отношения с Бланшардом и не раз виделся с ним после случая в июле 1947 года. Он постоянно подбивал полковника рассказать правду о происшествии. Однако его друг упорно молчал. "Мы были очень хорошими друзьями, — вспоминает бывший редактор, — и я часто общался с ним. Как и он, я был пилотом Военно-морских сил (ВМС) во время второй мировой войны, и мы оба интересовались авиацией и тем, что происходило на базе. Мы оба обожали самолеты, и он был моим добрым другом. Почти всякий раз я выпивал с ним, а это.бывало довольно часто, но ни разу он не обсуждал то, что произошло в ту ночь. Он лишь говорил: «Знаешь ли…» — и замолкал. Порой он говорил: «Вот что я тебе скажу», но я не помню его точные выражения, а их смысл можно выразить так: «То, что я увидел, не похоже ни на что, виденное мною прежде…» Именно Бланшард отдал распоряжение опубликовать пресс-релиз о том, что ВВС захватили «летающий диск». Можно это объяснить тем, что публикация пресс-релиза была ошибкой. Обломки, принесенные Макбрейзелом, а также наблюдения, которые имели место в Росуэлле и вокруг него в начале июля 1947 года, и публикации в общенациональных газетах по всей Америке, — все это способствовало перевозбуждению, что и привело к публикации ошибочного сообщения. Но, учитывая то, что в те годы военными управляла жесткая бюрократия, это мало похоже на правду. Описание найденного предмета, которое использовалось в радиосообщении, звучало так: «хрупкий, как воздушный змей». Эту фразу использовали скептики, как очевидное свидетельство того, что обнаруженный объект на самом деле представлял собой воздушный шар, который был по ошибке принят за «летающий диск». Высказывалось предположение о том, что за обнаружение «летающего диска» была обещана награда, и это обстоятельство повлияло на Макбрейзела и возбужденное общественное мнение авиабазы Росуэлла. Не могло ли это повлиять на людей, ослабить их способности к критическим оценкам и заставить их поверить тому, что они заполучили нечто из космоса, в то время как они имели дело лишь с воздушным шаром? Это представляется весьма правдоподобным объяснением. В конце концов самому Макбрейзелу его соседка Лоретта Проктор сказала, что, возможно, он натолкнулся на «один из этих летающих дисков» и что, может быть, ему причитается за это вознаграждение. О" мог сказать шерифу, что это является «летающим диском», и его описание было передано ВВС вместе с предметами, обнаруженными на территории ранчо. Однако кажется невероятным, чтобы служащие ВВС приняли обломки деревяшек из бальзы и фольгу, оставшиеся от воздушного шара, за «летающий диск», который по самой природе не должен был напоминать что-либо, созданное из земных материалов. И все же тем, кто убежден в том, что аппарат был внеземного происхождения, можно предложить большое количество описаний очевидцев, в которых речь идет о материалах, используемых в воздушных шарах. Липкая лента, фольга, древесина бальзы, балочки, материалы необычной легкости, — все это является обычным компонентом воздушных шаров, и все это фигурирует в отчетах. Кажется, что истерия вокруг «летающих тарелок» летом 1947 года повлияла на способность людей к здравым суждениям и они готовы были поверить в их реальность. У Фрэнка Кауфманна есть оригинальное суждение, позволяющее ему объяснить противоречия в свидетельских показаниях. Он утверждает, что с появленем первого пресс-релиза была предпринята тщательно продуманная программа дезинформации. «Это был замечательный план по затуманиванию умов, — смеется Кауфманн. — Если вы хотите что-нибудь скрыть, то запутайте все, что можно!» Поэтому план состоял в том, чтобы сначала признать обнаружение «летающего диска», но упомянуть несколько описаний найденного предмета, за исключением фразы о том, что он был «хрупким, как воздушный змей». Такой шаг подготовил бы почву для следующего пресс-релиза и пресс-конференции, в ходе которой предъявят материалы воздушного шара. Если кто-нибудь считал, что аппарат на самом деле существовал и много людей среди военных знали о его существовании, то такие действия имели смысл. Частичное признание на первых порах удовлетворяло тех, кто был убежден в правильности версии о крушении «летающего диска», но последующее опровержение вызывало сомнения в их позиции. По версии Кауфманна, выполнение задачи по дезинформации возложили на майора Джесси Марсела. Именно он должен был продемонстрировать воздушный шар на пресс-конференции. Его сын, Джесси Марсел-младший, тщательно изучавший тогдашние фотографии, убежден в том, что представленный отцом материал был фальсифицирован. Он категорически заявляет, что предметы, которые были показаны на фотографии, не похожи на то, что отец принес домой в ту ночь, когда он исследовал найденные обломки со странными иероглифами. Это предположение сына согласуется с заявлением Марсела в его выступлении по американскому телевидению, в котором он признал, что увиденное ими было «не от мира сего». Если все было именно так, то из этого следует, что Марсел-старший выполнял инструкции продолжать дезинформировать общественное мнение, несмотря на то, что в этом случае он выглядел полным дураком, так как именно он нес ответственность за то, что принял воздушный шар за обломки летающей тарелки. Если все было результатом катастрофической ошибки, которую допустили начальник авиабазы, офицер по информации и связи с общественностью и, наконец, начальник разведки Джесси Марсел, то было бы естественным ожидать, что ВВС наказало бы виновных. Однако как Бланшард, так и Марсел впоследствии получили повышение по службе: Марсела назначили в Вашингтон, а Бланшард поднялся до генерала, а затем был откомандирован в комитет начальников штабов, также в Вашингтон. Правда, можно рассуждать и так: военные сочли, что все это дело так их компрометирует, что они решили проигнорировать ошибки нижестоящих офицеров и ничего не предпринимать. Последняя версия кажется малоправдоподобной, и кроме того, в ее пользу нет никаких подтверждений. Кауфманн упорно стоит на своем, полагая, что противоречивые заявления военных были следствием их умышленного стремления сбить с толку печать и общественность, хотя к тому времени, когда эта история вышла изпод контроля командования 8-й авиационной армии на авиабазе в Карсуелле (штат Техас), в ней уже обнаружились очевидные несоответствия. "Получилось так, что они чуть не погубили весь свой план во время передачи первого пресс-релиза, — утверждал Кауфманн. — Когда генерал Рамни вручал представителям средств массовой информации пресс-релиз, он сказал своему помощнику: «Мы соберем пресс-конференцию, на которой покажем ряд собранных материалов, и пресса сможет их сфотографировать». Помощник, очевидно, собрал некоторые обломки и разместил их в комнате, где должна была состояться пресс-конференция, пока генерал Рамни стоял в зале. Когда же он открыл дверь и увидел, что выставлены настоящие обломки, он быстро закрыл дверь и сказал: «Боже правый! Уберите это отсюда!» Тогда быстро собрали другие предметы, подходившие для воздушного шара, добавили немного целлофана, алюминиевой фольги, палочек — и получилось то, что демонстрировал Джесси Марсел. Но они чуть не погубили свою собственную версию!" Если дезинформация осуществлялась с таким искусством, то встает вопрос, не является ли сам Кауфманн частью кампании по сокрытию правды. Наконец, не является ли все сказанное им выдумкой от начала до конца. Я не раз пытался его подколоть, ставя под сомнение правдивость его рассказа, но всякий раз он обезоруживал меня прямыми ответами на мои вопросы. «Как долго вы хранили эту тайну, Фрэнк?» — спросил я его, когда мы сидели как-то раз у него дома в Росуэлле. «Сорок восемь лет! Да, сорок восемь лет, три месяца и Двенадцать дней!» — отвечал он со смехом. «Почему же вы решили, что сейчас наступило время сказать правду?» — поинтересовался я. «Я не решил, наступило ли время рассказать правду или нет, — произнес он уже более серьезным тоном, — но я чувствую, что что-то станет известным и пора снять запреты и сказать скептикам, что в этом деле есть истина. Большинство людей, которые были вовлечены в это, уже ушли в мир иной: Бланшард, Рамни, Джесси Марсел, Исли, Эдейр, Уилбэнкс, Смит и другие. Пэппи Хенедерсон, один из пилотов, которые перевозили эти трупы и обломки, тоже умер. Мне не хотелось бы, чтобы на нас, тех, кто остался в живых, смотрели как на участников какой-то странной, вымышленной истории. К сожалению, правда не в наших руках, она в архивах. Ищите архивные материалы, и тогда правда станет явной». «Где же архивы?» — спросил я. «Я об этом знаю не больше, чем вы», — прозвучал ответ. «Я хочу сказать, что раз не было фактов, документальных свидетельств, то как можно доказать правдивость вашего рассказа?» — продолжал настаивать я. «Это — правда, — признал Кауфманн. — Вам придется поверить моим словам или не поверить. Я имею в виду, видите ли, и… — Он остановился, подумал минутку, видимо, стараясь найти еще один аргумент в пользу своей версии. — Должны быть еще свидетельства, подтверждающие мои слова. Были и другие люди, которые прямо или косвенно участвовали в этих событиях. Они могут подтвердить то, что я говорю. У них есть частички информации. Вы можете собрать это вместе. Над ними все еще давит секретность. Иногда я чувствую, что они не готовы раскрыть секреты, но они сделают это, а когда это произойдет, я не знаю. И еще одна вещь. Слишком много людей говорят, что они были в лесу, когда их похитили пришельцы, женщины утверждают, что их изнасиловали пришельцы и они родили пришельцев. Из-за этого рассказывать правду нелегко. Но самое главное состоит в том, что в то время нам нельзя было хранить информацию, ни одного обрывка информации, ничего. Как только мы составляли донесения, мы тут же их сдавали офицеру разведки или безопасности, а он сдавал их на хранение. Что происходило дальше с этими материалами, я не знаю, не имею ни малейшего представления. У меня есть подозрения, но наверняка я ничего не знаю. Наступит день, небеса, как говорится, разверзнутся, и правда выйдет наружу. Тогда поверят Джесси Марселу, поверят майору Исли, поверят Блашарду, поверят Эдейру, Уилбэнксу, Кауфманну и некоторым другим. Раньше над нами смеялись, пытаясь сочинить историю вроде того, что произошло, но все, что произошло с нами было правдой, можете этому верить, а можете не верить, но истина восторжествует!» Я заметил, что многие люди считают эту историю слишком фантастической, чтобы в нее поверить. «Это правда, — согласился Кауфманн, опять обезоруживая мой скептицизм. — Так всегда происходит. Правда, знаете ли, всегда трудна, пока она не подкреплена чем-нибудь осязаемым». Я опять стал наступать на него: «Но вы абсолютно убеждены в том, что сказанное вами об увиденном является на сто процентов точным?» «Я абсолютно уверен на сто процентов, даже на тысячу процентов, в том, что это — правда!» «Вся правда и ничего, кроме правды?» "Именно так. Как сказал бы Рипли: «Верь или не верь!»[5 - Роберт Рипли, автор популярной в 1940-1950-х годах серии книг под общим названием «Верь или не верь!», в которых были собраны короткие заметки о всевозможных курьезах природы или поразительных случаях в человеческой истории. Некоторые сведения в книгах Рипли выглядели сомнительными или явно противоречили историческим и географическим фактам, (Прим. перев.)] Кауфманны — само воплощение респектабельности. Вежливые, добродушные, гостеприимные, они являются идеальными представителями Средней Америки. Трудно представить себе, что Фрэнк умышленно решил подшутить над мировыми средствами массовой информации, подсунув им вымышленную историю, которая должна стать окончательным объяснением тайны Росуэлла. Однако если предположить, что он придумал историю, как это, без сомнения, предположат скептики, то встает вопрос, зачем ему это было нужно. Кауфманн никогда не просил денег за интервью. Насколько я знаю, он никогда не стремился к известности и не искал внимания прессы. Напротив, казалось, что он проявляет большую неохоту, когда речь шла о том, чтобы ему выступить со своей версией событий. Может быть, как бывший глава торговой палаты Росуэлла, он пытался добиться того, чтобы его город оказался на карте туристских достопримечательностей? Возможно, что так. Но это трудно предположить, зная его характер и характер его жены. В любом случае выгоды от такой возможности трудно гарантировать и подсчитать. Кроме того, город уже занимал видное место в фольклоре НЛО, достаточное для того, чтобы привлекать сторонников НЛО без помощи Фрэнка Кауфманна. Поскольку не было очевидного мотива для сочинения такой истории, у нас остается лишь возможность признать Кауфманна патологическим лгуном. И все же даже если это так, то кажется, что это единственный случай в его жизни, когда он соврал, в то время как патологические лгуны то и дело попадаются на лжи. В действительности в характере этого человека не было ничего такого, что свидетельствовало о его лживости. Он достаточно умен для того, чтобы понимать, что люди ему не поверят, и перед лицом этого обстоятельства ему требуется немалое мужество, чтобы рассказать свою историю обществу. Даже среди тех, кто зарабатывает на жизнь тем, что исследует случай в Росуэлле и явления НЛО, есть люди, убежденные в том, что Кауфманн — лжец. Мне лично трудно смириться с идеей о том, что его история правдива. И все же я совершенно не могу поверить тому, что он сознательно обманывает значительную часть населения, рассказывая фантазии, сотканные из полуправды об истинных событиях, в которых участвовали подлинные люди, в то время как миллионы жителей планеты ищут разгадку удивительной тайны. Попытайтесь представить себя женщиной, которая сорок лет замужем за этим человеком, ведет с ним сравнительно спокойную и уединенную жизнь в респектабельном пригородном районе в Нью-Мексико. Неужели бы вам не показалось бы странным терпеть неожиданное вторжение в этот мир фантастической истории, о полной лживости которой вам хорошо известно? Неужели вы смирились бы, когда эту лживую историю повторяли бы перед представителями средств массовой информации, рискуя получить взамен осуждение, сомнение и презрение, и никакой материальной выгоды в какой-либо форме? Это невозможно, это невероятно! Рассказ Кауфманна казался бы еще более невероятным, если бы не было других свидетелей, показания которых имели некоторое отношение к его истории. Его версия о прикрытии истины, осуществленной властями во время пресс-конференции генерала Рамни в Форте Уорт, подтверждается Джесси Марселом и его сыном. Имеется также занятный рассказ Гленна Дэнниса, агента бюро ритуальных услуг Росуэлла, о котором походя упомянул Кауфманн, когда он рассказывал о телах, найденных на месте катастрофы, и о проблеме, возникшей в связи с разложением трупов. В рассказе Дэнниса есть ряд бросающихся в глаза моментов, которые усиливают его таинственность и неуверенность в том, где правда, а где ложь. В 1947 году Гленн Дэннис был молодым помощником в похоронном бюро Балларда в Росуэлле. У фирмы сложились хорошо налаженные отношения с офицерами и солдатами 509-го авиационного полка. Летом 1946 года Дэннис окончил колледж ритуальных услуг в Сан-Франциско и работал подмастерьем в похоронном бюро Балларда. Он начинал мойщиком машин, водителем и разнорабочим. Дэннис завершил свою карьеру в должности председателя правления директоров похоронных бюро штата Нью-Мексико. Во время его пребывания в этой должности в штате был принят закон, по которому для того, чтобы заниматься этой профессией, необходимо было представить диплом об окончании высшего учебного заведения. Однажды, когда Дэннис еще был молодым работником, он остался один в бюро и отвечал на телефонные звонки. Он хорошо запомнил один звонок, который раздался жарким июльским днем 1947 года. Он поднял трубку и услыхал, что с ним говорит служащий из похоронной команды военного аэродрома Росуэлла. «То, что я говорю, это чисто гипотетический случай, — услыхал он, — не найдутся ли у вас закрытые гробы в метр или метр тридцать сантиметров длиной?» «Да, — ответил Дэннис, — у нас есть метровый гроб». «Сколько таких гробов у вас есть?» «Один…» «А как скоро вы могли бы достать еще?» Помощник похоронного мастера быстро подсчитал. «Если я свяжусь со складом в Амарильо, в Техасе, до трех часов дня сегодня, то мы сможем их получить завтра утром». Поскольку у похоронного бюро Балларда была постоянная договоренность о сотрудничестве с базой в чрезвычайных случаях, таких как крушение самолета, и имелся контракт о выполнении похоронных услуг в других смертных случаях, то Дэннис предположил, что, возможно, случилась какая-то авария. "Кто-то разбился? — спросил он. «Нет, — услышал он в ответ, — я просто выясняю на всякий случай». Офицер похоронной службы повесил трубку, и Дэннис вернулся к своей работе, но снова позвонил телефон. Тот же самый офицер задал ему новый вопрос: «Что вы делаете с телами, которые пробыли в пустыне четыре или пять дней?» — спросил он, вновь заверив Дэнниса, что никакой аварии не произошло, а они интересуются просто гипотетической ситуацией, так как собирают информацию на всякий пожарный случай. Офицер также осведомился, из чего делается жидкость для бальзамирования и что происходит, если она вступает во взаимодействие с человеческой кожей. Спрашивал он и о том, как можно заделать дыры в теле, если оно повреждено хищниками, а также о том, как лучше собрать останки в таком случае. Дэннис отвечал на эти вопросы с уверенностью человека, который только что закончил курс по тем предметам, по которым задавали вопросы. Но характер вопросов и второй звонок свидетельствовали о чем-то более серьезном, чем сбор сведений для чисто теоретических упражнений. "Авария произошла что ли? — снова спросил Дэннис. «Нет… нет, — прозвучал поспешный ответ, — мы просто собираем информацию для себя». К этому времени похоронное бюро Балларда уже обслужило примерно двадцать жертв авиакатастроф на авиабазе, и в нем была зарезервирована специальная комната для подобных случаев, расположенная рядом с залом для бальзамирования. Однако, казалось, что на сей раз эта комната не понадобится. Помимо выполнения похоронных услуг бюро Балларда оказывало «скорую помощь» работникам авиабазы. Через час после второго звонка Дэннису опять позвонили с базы. На сей раз надо было отвезти летчика на базу из больницы Росуэлла, где его лечили после того, как он повредил себе руку. Летчик сидел на переднем сиденье машины, которую вел Дэннис. Когда они подъехали к авиабазе, то охранники узнали Дэнниса и, увидев рядом с ним летчика в военной форме, махнули рукой, чтобы машина проезжала. Дэннис был известным человеком на базе, как и многие жители города, которые поставляли продукты и оказывали различные услуги служащим 509-го полка. К тому же Дэннис был почетным членом популярного на базе Офицерского клуба. Дэннис проехал на машине через ворота к госпиталю, который размещался в здании, крытом железной черепицей и, как и всегда, стал ставить машину на стоянку. И тут Дэннис заметил, что на месте, где он обычно парковался, находились две санитарные машины. Поэтому он поставил свой автомобиль рядом с ними. Дэннис вышел из машины, чтобы проводить раненого летчика в госпиталь, и прошел мимо санитарных машин. Он обратил внимание, что вопреки обычному порядку возле этих машин стояла военная полиция. Заинтригованный Дэннис заглянул внутрь машин через задние окна и заметил, что в каждой из них лежит груда тонкого серебристого материала, похожего на алюминиевую фольгу, но не столь мягкую. Его внимание привлекли два куска металла, каждый из которых был примерно в 80-100 сантиметров высоты и загнут как днище каноэ. Он помнит, что заметил странные знаки, напоминавшие ему египетские письмена, обнаруженные в пирамидах. Идя по коридору госпиталя к автоматам с прохладительными напилками, Дэннис встретился с незнакомым ему офицером. «Похоже, что у вас авиакатастрофа, — заметил работник похоронного бюро. — Может, когда я вернусь в город, стоит приготовить необходимое оборудование?» «Какого чёрта вы тут делаете и кто вы такой?» — огрызнулся рыжеволосый офицер. Пораженный Дэннис представился и объяснил свое присутствие. Офицер тут же приказал Дэннису убираться из госпиталя и с авиабазы. Дэннис с готовностью подчинился приказу. Он пошел обратно по коридору, когда услыхал, что тот же офицер заорал: «Берите этого сукина сына!» Тут же появились два военных полицейских, которые сказали ему: «Когда вернешься в Росуэлл, не смей там болтать о том, что здесь произошло крушение самолета, а то…» Последовали угрозы, и это окончательно вывело Дэнниса из терпения. Все происходившее было так не похоже на те обычные отношения, которые сложились между ним и работниками авиабазы, а также другими горожанами, что он взорвался: «Вы не смеете так говорить мне! — закричал он. — Я — лицо гражданское. Вы никакого права не имеете мне приказывать!» Однако на офицера возмущение молодого человека не произвело никакого впечатления. «Слушай ты, гробовщик! — зашипел он угрожающим тоном. — Кому-нибудь придется вытаскивать твои кости из песка!» Офицер подозвал двоих военных полицейских и приказал им выпроводить Дэнниса из госпиталя, посадить в машину и отвезти в похоронное бюро. Когда они шли по коридору, открылась дверь в одну из комнат, и оттуда вышла женщина. Она казалась расстроенной, нижнюю часть ее лица закрывало полотенце. Дэннису показалось, что женщина плачет, во всяком случае, было ясно, что она была в крайне подавленном состоянии. Он сразу же узнал ее: это была одна из медсестер, работавших на базе. Оба остановились, неожиданно узнав друг друга. «Гленн! — воскликнула медсестра, — что ты тут делаешь? Тебя же расстреляют!» Пораженный словами медсестры Дэннис спокойно сказал ей, что он уже собирался уходить, указав на стоявших рядом с ним двоих грузных полицейских. Тут он заметил, что за спиной медсестры стояли два человека, которые прижимали полотенца к своим лицам. Заглянув за их спины, Дэннис попытался разглядеть, что находилось за ними и являлось причиной их странного поведения. Он увидел железные каталки на колесах, на которых перевозили больных в операционную, но больше он ничего не смог разглядеть. На следующий день медсестра позвонила Дэннису на работу, и они договорились встретиться в Офицерском клубе на авиабазе. Там молодая женщина рассказала Дэннису поразительную историю о событиях предыдущего дня. Она утверждала, что в пустыне разбилась летающая тарелка и что военные вытащили три трупа, возможно, это — пришельцы. Два тела были сильно искалечены во время падения, да еще их погрызли хищники. Третий был в сравнительно хорошем состоянии. Дэннис заметил, что она начала терять контроль над собой, и когда она стала плакать, предложил отвести ее в помещение для медсестер, расположенное вблизи базы. Он отвез ее туда, но больше никогда ее не видел. Узнав, что она переехала в Англию, он достал ее адрес и написал ей. Его письма вернулись назад с отметкой «Адресат скончался». Тогда он узнал, что его подруга погибла в авиакатастрофе. Дэннис был этим удивлен и, хотя сейчас он отстранение вспоминает о ней, можно допустить, что между ними существовали романтические отношения. Он вспоминает, что тогда в Офицерском клубе она подробно описала ему, как выглядели существа. «Она сказала, что они были маленькими, меньше взрослых людей, что их руки тякже были необычными. У них было по четыре пальца, а два средних были длиннее остальных. Она не увидела на руках больших пальцев и сказала, что анатомия руки была иной: кость от плеча до локтя была короче, чем кость от локтя до кисти. Она утверждала, что их головы были больше человеческих, глаза также казались более крупных размеров и запавшими в глазницы. Вообще все выпуклости на лице, нос, глаза, уши, казались, немного запавшими». Медсестра даже набросала на обратной стороне рецепта эскиз того, как выглядели трупы. К несчастью, этот набросок не сохранился. Дэннис помнит, что на рисунке у каждого трупа было по четыре пальца. На конце каждого пальца была подушечка, похожая на присоску. Медсестра сказала Дэннису, что два человека, которые были с ней в госпитале на авиабазе, были патологоанатомами из столичного госпиталя Уолтера Рида. Что касается полотенец на лицах, то, как объясняла медсестра, «пока не заморозили тела, запах был столь ужасным, что даже на расстоянии тридцати метров от них можно было задохнуться от отвратительной вони». Для того, чтобы вздохнуть свежим воздухом, она вышла из комнаты, где ассистировала двум врачам, пока они вскрывали тела, и тогда-то и увидела Дэнниса. Возможно, что врачи почувствовали тошноту, так как запах был таким невыносимым, что они выключили кондиционер, чтобы вонь не распространилась по всему госпиталю. Вскоре они отказались работать в таких условиях и завершили обработку трупов в ангаре. Этот рассказ, как и многие другие сообщения очевидцев, кажется невероятным, и нет свидетельств, которые могли бы его подтвердить. Кроме того, кажется невероятным, что два подготовленных патологоанатома стали проводить какое-либо медицинское вскрытие существ из космоса без защитной одежды. Более естественным было бы исходить из того, что в телах пришельцев могут оказаться неизвестные человечеству микробы и что вскрытие опасно. Скептик может обратить внимание на то, что единственный источник в рассказе Дэнниса, медсестра, скоропостижно скончалась. Но, с другой стороны, если он все это придумал, то зачем ему вводить в рассказ медсестру? Он мог бы утверждать, что все видел своими глазами, когда случайно посетил госпиталь авиабазы. Но рассказ, в котором есть такие дополнительные подробности, как телефонный разговор с офицером похоронной команды, позволяет предположить, что их автор обладает талантом научного фантаста. С другой стороны, отдельные яркие детали могут лишь использоваться для того, чтобы придать правдоподобие всему рассказу. Сейчас Дэннис — пожилой, седовласый человек, пребывающий в добром здравии. Как и другие очевидцы данного случая, он — трезвый и уважаемый в обществе человек. Порой он раздражается, когда ему досаждают журналисты и туристы, и он отказывается повторять свой рассказ всем подряд. Как и у других очевидцев, у него нет явных причин для того, чтобы создавать фантазии, на которых, если бы захотел, он мог бы заработать деньги. Хотя нет никаких свидетельств, подтверждающих его слова, за исключением некоторых мелких деталей, встречающихся в других рассказах, его характер и поведение свидетельствуют о том, что он рассказывает историю, в истинность которой искренне верит. Кроме того, он утверждает, что дал обещание медсестре хранить тайну, и он исполнил это обещание, а поэтому никому не называет ее имени. Конечно, возможно, что Дэннис говорит правду, но медсестра, которая поведала ему эту историю, или врала, или была введена в заблуждение. Его собственные впечатления подтверждают версию медсестры, но если исходить из того, что она врала или заблуждалась, то вся история оказывается ложной. Вполне возможно, что медсестра неверно поняла то, что видела, или же все выдумала, как возможно и то, что Дэннис все придумал от начала до конца. Однако встретившись с ним и другими очевидцами, которые рассказывали о случае в Росуэлле, вероятность того, что эти люди могут врать, кажется столь же абсурдной, как и их истории. Еще два очевидца, чьи впечатления добавляют к предыдущим свидетельствам таинственности, — братья Анайя. Эти двое приятных испаноговорящих мужчин прожили и проработали в Росуэлле всю жизнь. Они скромного происхождения, но, как кажется, вели жизнь честную и всегда сохраняли добродушие. Пит Анайя — невысокого роста, крепкий человек с густыми седыми усами. Живет он на окраине города в небольшом белом домике около железной дороги, откуда открывается вид на пустыню. Хотя это бедная часть города, домик Анайя ухожен и уютен. Здесь чувствуется мексиканский дух. Миссис Анайя является членом городского совета. У нее и ее мужа более остро развито чувство гражданского долга и патриотизма, что вообще характерно для иммигрантов первой волны, чем для прирожденных американцев. Пит Анайя рассказал мне о своей причастности к событиям в Росуэлле. Несмотря на то, что он провел много лет на второй родине, он все еще говорит с таким сильным испанским акцентом, что порой его нелегко понять. «Мой брат и я работали на авиабазе, — рассказал он. — Пропуск на машину был только у моего брата. Много раз сенатор Монтойя приезжал в Росуэлл. Он был губернатором штата Нью-Мексико, и мы ездили за ним, так как только мы имели пропуск на базу»[6 - На протяжении своих рассказов супруги Анайа и два брата по-разному титулуют господина Монтойя, называя этого известнейшего политического деятеля Нью-Мексико то «сенатором», то «губернатором». В 1947 году Монтойя был помощником губернатора штата Нью-Мексико, он не раз избирался членом палаты представителей и сенатором США. (Прим. перев.)]. Однажды вечером братьям Анайя позвонили и велели приехать за губернатором, чтобы отвезти его на авиабазу. Они приехали, часовые пропустили их через главные ворота, и братья остановили свою машину вблизи от ангара. По словам Пита Анайя, Монтойя вошел в ангар, но вскоре выскочил наружу; у него был вид, как будто он только что увидал привидение. «Он был напуган и сказал, что увидел двух маленьких людей, один из которых был жив. Затем показалась медсестра, и я пошел посмотреть, что там происходит, но меня не пустили…» Пит Анайя помнит, что медсестра что-то сказала ему о том, что там происходило. Потом они выехали с авиабазы и вернулись в город. Губернатор Монтойя был все еще в состоянии потрясения, поэтому они выпили. «Он был потрясен, по-настоящему потрясен, поэтому он выпил, я не шучу. А потом он отправился в Санта-Фе. Он пил виски… не кока-колу или воду или что-то такое… нет, он пил виски прямо из горла бутылки. Он был жутко напуган! Я вам не лгу… Он сказал, что там было двое людей… маленькие люди, большие головы… Позже ко мне приезжал шериф и сказал, чтобы я перестал болтать об этом. Я спросил его, собирается ли он снова выдвигать свою кандидатуру на пост шерифа, но он продолжал твердить, чтобы я перестал болтать. Я спросил: „Почему?“, а он ответил, что ФБР угрожало его жизни. Вот и все, что я знаю». Тогда шерифом был Джордж Уилкокс, который оказался причастным к этому делу с того момента, когда Макбрейзел принес в город образчики обломков и показал их ему в его конторе. Его семья подтверждала, что ему самому угрожали, что военные и офицеры полиции приказали ему молчать о случившемся. Пит Анайя подтверждает это: «Шериф Уилкокс был напуган, потому что он расследовал это дело. Он и допрашивал меня и Рубена и еще одного». Я попросил его вспомнить, что точно сказал шериф Уилкокс, и Пит ответил: «Он просто сказал, чтобы мы молчали, а то попадем в беду. И я его спросил: „Из-за чего?“ — „Из-за того, что случилось на базе с вами, сенатором и Рубеном“. Поэтому я сказал ему, что не знаю, что произошло; единственное, что случилось, так это то, что я там был, но я ничего не видел. Потому что я не видел маленьких людей, я не буду врать тебе. Я говорю только то, что слышал от сенатора и медсестры». До сих пор Пит Анайя нервничает по поводу того, что произошло, и в то же время не знает, что толком случилось. Трудно было понять, каким образом к этому делу была причастна медсестра. Возможно, она и была ключевой фигурой в истории, которую рассказал Дэннис. (То, что впоследствии рассказал Анайя, позволяет предположить, что это — одна и та же особа.) Потом я попросил Пита Анайя более подробно рассказать о том, что видел губернатор Монтойя и как он прореагировал на увиденное им внутри ангара. «Ну, он вышел оттуда… вышел напуганным. Он сказал, что увидел двоих маленьких людей с большими головами… один из них был все еще жив. Они лежали на полу, он вышел и сказал, что оба находятся там, а один — жив. Он был так напуган, когда вышел оттуда, а мне и Рубену не позволили входить внутрь. Там было полно офицеров, военной полиции, но мне не хотелось к ним приближаться. Потом вышла медсестра. Я знал эту сестру по Офицерскому клубу и спросил ее, не пустят ли нас внутрь. Она сказала: „Пит, ты сам не захочешь на это смотреть“, и потом я ее больше никогда не видел». Упоминание о медсестре, которая посещала Офицерский клуб, а затем исчезла, совпадает с рассказом Дэнниса. Заинтригованный тем, что она могла быть той же медсестрой, о которой говорил бывший работник похоронного бюро, я попытался заставить Пита Анайя вспомнить несколько подробностей об этой молодой женщине. «Она была по-настоящему милой женщиной, — вспоминал он. — Она была похожа на мою жену. У нее были прекрасные волосы. Однажды на празднике Халоуин я танцевал с ней. Это было до того, как произошел этот случай. Мы с ней дружили. Она иногда заходила к нам на кухню, но я забыл ее имя. Красивая женщина». Опять-таки не исключено, что мужчина врал или, каким-то образом услышав рассказ Дэнниса, стал развивать собственные фантазии на ту же тему. Но, с другой стороны, это предполагает наличие дара сочинительства, что не кажется правдоподобным в данном случае. Не было для этих фантазий и очевидного мотива, а Пит Анайя казался честным и правдивым. Его жены в то время не было на базе, и сначала она не верила рассказам мужа, но теперь она верит ему и не допускает, что ее муж мог сочинить этот рассказ. «Моя жена мне не поверила. Она заявила, что мы врем. Но я говорил ей: „Нет, нет, мы не лжем“. Я действительно сам все видел. Они не видели, а я видел. Никто не хотел нам больше верить». Я спросил миссис Анайя, что она помнит о том дне. Она ответила, что помнит, как ее муж вернулся вместе с братом и губернатором. «Муж был очень возбужден и сказал мне, что сенатор остался в машине. Он сказал, что сенатор хочет поговорить с нами… Тот обычно заходил к нам, когда приезжал в город. Поэтому я вышла из дома, губернатор казался напуганным. Он сказал мне: „Знаете в чем дело? Я увидел нечто такое, чего я никогда прежде не видел в жизни“. Позже мой муж мне рассказывал, что сенатор увидел двоих маленьких людей, один из них был мертв, а другой — жив». Я спросил миссис Анайя, поверила ли она своему мужу и губернатору… В конце концов они признались, что немного выпили. Может быть, они немного выпили и сильно преувеличили увиденное. Она подтвердила, что они пили, но упорно отрицала, что они были пьяны. «О, нет, нет, нет, нет! О, нет! Он не был пьян. Он был совершенно трезв, когда приехал сюда. Они стали пить, когда пришли в дом…» «Я поверила ему, — продолжала она, — потому что они были добрыми друзьями, и я знала, что они не будут врать, сенатор был надежным человеком, и я верю каждому его слову». К концу дня, который я провел в семействе Анайя, приехал брат Пита, Рубен. У него нашлось время для того, чтобы изложить мне свою версию событий. "Ну, во-первых, я был единственным, у кого… Ведь, это была очень закрытая база… У меня одного был пропуск на базу. Сенатор Монтойя, в то время он был помощником губернатора, приехал и попросил отвезти меня немедленно. Он подчеркнул: «немедленно». А я еще удивился: «А какого черта спешить?» Он мне ответил: «Ты должен поторопиться и захвати с собой Пита». Его голос по телефону казался взволнованным. Я приехал и сказал Питу, что мы захватим Монтойя по пути. У меня было двое приятелей, которые жили неподалеку… Один живет за дорогой в двух кварталах отсюда. Мы подъехали к базе, а военная полиция нас не пускала, но я им сказал, что мне надо, и двое моих знакомых были со мной, они могли быть в моей машине с пропуском, я имел разрешение. Поэтому я захватил их, чтобы вместе с ними встретить помощника губернатора Монтойя. Он был в это время в ангаре. Военная полиция провела нас туда. Я поставил машину не рядом с ангаром, а в полуквартале от него. Я еще спросил себя, что, черт возьми, здесь происходит? А потом, когда военные полицейские ушли, я подвинул машину поближе к входу в ангар. В это время ворота ангара открылись, и вышел сенатор. Он сказал: «Поехали отсюда к черту!» И он даже бормотал слова молитвы. А я спросил: «В чем проблема?» И тут выбежала медсестра, крупная блондинка. Я думаю, она была примерно метр семьдесят ростом. И она говорит: «Этого не может быть! Этого не может быть! Один двигается!» «Поэтому, естественно, я захотел узнать, что там двигается. Я увидел два тела, покрытые белой простыней, но тела были слишком малы, чтобы принадлежать взрослым мужчинам… Одно тело было не покрыто, оно двигалось. Я сказал: „Какого черта тут происходит?“ И спросил медсестру: „Кто они?“ Она ответила: „Они не из этого мира“. И это было так. И потом Монтойя пошел к машине, он был так напуган, что сел между двоих парней на заднее сиденье, то есть между мной и моим приятелем. В то время он просто повторял то, что увидел, и мы выехали с территории авиабазы. Приехали к дому. Я сказал, что ему следует выпить. У меня была бутыль „Джима Бима“, знаете, такая квадратная бутыль. И он просто взял и стал лакать виски из горлышка, буль, буль, буль, и выпил две трети, а потом бухнулся на постель и отключился». Рассказ Рубена Анайя отличается от рассказа Пита в одном важном моменте: Рубен утверждал, что одно из тел было живым. Хотя есть и другие рассказы, в которых говорится об одной оставшейся в живых жертве катастрофы, в описаниях есть противоречия. Возможно, что Рубен просто приукрашивал свой рассказ. И все же самым важным в его рассказе было то, что он подтверждал в общих чертах рассказ его брата. Я стал настаивать на том, чтобы он подробнее рассказал мне о том, что видел сенатор. «Ну, он мне сказал, что не знает, что это такое», — говорил Рубен. Тут он произнес новое для меня слово — они не были «землянами», или что-то в этом роде. Я спросил его: «Кто же они, чёрт побери?» Он ответил: «Я не знаю! Они меньше, меньше меня, а я довольно маленький! А их глаза как слезы!» И он стал двигать своими глазами. «У них маленький нос, а рот едва различим, то есть когда они лежали». Тут я опять спросил: «Кто же они, чёрт побери?» Он ответил: «Я не знаю. Я не знаю, кто они. Я не знаю». Он очень, очень нервничал". Я спросил Рубена, заглядывал ли он в ангар, и тот повторил свой рассказ об этом. «Да, я заглянул в ангар и увидел две простыни, под которыми было что-то. Один был с краю… другой немножко в стороне. А на том, кто был в стороне, на нем не было простыни, он все еще двигался». Возможно, что Рубен немного преувеличивал, но, кажется, непохоже, что он выдумал историю, которую мог подтвердить или опровергнуть его брат, а отчасти и сестры его брата. Может быть, Рубен Анайя что-то увидел в ангаре, хотя Фрэнк Кауфманн не заметил, что кто-либо остался в живых. (Но может быть, хотя существа показались в пустыне мертвыми, один из них был просто без сознания, а потом пришел в себя? Услыхав эти странные истории, можно поверить чему угодно.) Возможно, все повторяют умышленно сфабрикованные версии одной и той же истории; возможно, они повторяют одну и ту же историю, но, как это часто бывает, разночтения могут быть вызваны разницей в способностях людей к восприятию, памяти и умению воспроизводить одни и те же события. Более того, наличие упомянутых выше субъективных факторов неизбежно вызывает такие отклонения, и это само по себе может свидетельствовать об истинности события, а не о том, что оно вымышлено. Очевидно, что чем больше вы слышите разные рассказы людей об одном и том же событии, отдельные детали которых совпадают, а другие — нет, тем труднее предположить, что все эти люди врут. Предположить, что один человек преувеличивает или врет напропалую гораздо легче, чем допустить, что целая группа следует его примеру и старательно приукрашивает ложную версию, стараясь добиться правдоподобия для того, чтобы устранить в ней очевидные несуразности. 3. Из всех очевидцев, которые считают, что они что-то знают о событиях, связанных со случаем в Росуэлле, ни один не рассказал столь дикую историю, как «полковник» Ричард Тангейт. Его рассказ ярко иллюстрирует те трудности, которые возникают в связи с загадкой Росуэлла. Там можно найти немало людей, внушающих доверие, которые рассказывают невероятные истории, и людей, не внушающих доверие, которые рассказывают то, что вызывает доверие. Тангейт не только подтверждает, что случай в Росуэлле имел место, но он также настаивает на том, что был участником заговора с целью скрыть все документы, относящиеся к делу, и добавляет подробности столь удивительные, что можно усомниться в его рассудке. Сейчас Тангейт живет на окраине Росуэлла, где у него есть мастерская по переоборудованию классических американских легковых машин и грузовиков. Человек солидной комплекции с седеющими волосами, собранными на затылке в хвостик, он проводит время в своей хорошо оборудованной мастерской, возясь с проржавевшими остовами допотопных машин и превращая их в прекрасно оснащенные автомобили. На другой стороне улицы стоит одноэтажный дом, охраняемый двумя псами породы ротвеллер, обученными загрызать до смерти. Рядом с гаражом находится заросший пустырь, на котором валяются останки машин 1950-х годов. Их разбирают на запчасти, или же они ожидают чудесного превращения. До того, как он превратил свое хобби в занятие, обеспечивающее ему средства к существованию, Тангейт, по его словам, был агентом специального подразделения под названием «Дельта» и в качестве такового участвовал во многих тайных операциях в различных частях земного шара, в том числе в Южной Америке. Он утверждает, что его участие в росуэлльских событиях началось через пять лет после того, как они произошли. «В 1952 году меня направили туда, чтобы заняться документами, относящимися к этому делу: разобраться с ними, частично уничтожив, частично переклассифицировав, и переправить их в другое место. Это относилось к фотографиям и письменным материалам. В то время я был младшим лейтенантом, но мне временно присвоили звание капитана. Во время проведения операции мне надо было просмотреть все документы: фильм, который был сделан, следовало уничтожить, а ряд других документов надо было послать в другие места. Часть документов была направлена в Мериленд, часть документов — в Техас, часть — в Вашингтон. Вместе с ними должны были быть отправлены фотографии. В свое время многие документы были продублированы, а на каждом дубликате была фамилия некоей особы. Мне надо было уничтожить все эти документы, вне зависимости от содержавшейся в них информации: если эта фамилия появлялась на документе, его следовало уничтожить». Тангейту было в ту пору восемнадцать лет, трудно поверить, что ему в таком возрасте могли присвоить звание капитана, но, как он утверждает, генерал назначил его командиром, потому что знал, что Тангейт обладал «фотографической памятью». Генерал счел, что ему «будет легко пройтись по документам. Я смог бы быстро проглядеть документ и решить, следует ли его оставить в архиве, куда его направить или же его нужно уничтожить». Фотографии и фильм, которые просмотрел Тангейт, не оставили у него ни малейших сомнений в том, что возле Росуэлла разбился странный летательный аппарат. Он считает, что существуют документы, так как он отдал распоряжение направить их в архивы, доступ к которым возможен, если только знать, что они там находятся. Тангейт уверяет, что по мере того, как он разбирал документы, он сделал потрясающее открытие: «Я добрался до фотографий и обнаружил, что одно из существ осталось в живых. Вот тут я был по-настоящему поражен! Проработав документы, я прибыл к генералу, под началом которого находился, и попросил его, чтобы он разрешил мне увидеть это существо. Я сказал, что, если должен продолжать заниматься этой операцией, то должен своими глазами убедиться в том, что это существо есть на самом деле. Я поехал в Лос-Аламос, и сначала мне позволили рассмотреть его через стекло». «…Он сидел в комнате, а я сидел здесь и разглядывал его некоторое время, а потом он подошел к стеклу и взглянул прямо на меня. Тогда я попросил разрешения войти в комнату, где он находился. Он был одет в военную полевую форму, уменьшенную так, чтобы подходить для его небольших размеров». «…Он там сидел, и я вошел и сел. Он тогда встал и пошел. Я просто сидел там, а он обошел меня, вернулся на прежнее место и сел. Теперь я мог взглянуть ему в глаза. Его глаза были такими же естественными, как ваши. Он не мог общаться голосом, но некоторые вещи, которые я хотел узнать, я каким-то образом узнавал. Я мог его спросить что-нибудь и узнавал ответ внутри себя, как если бы человек отвечал мне голосом. Никакой враждебности не было между нами: его глаза были самыми дружелюбными какие только мне пришлось видеть, а ведь я его видел первый раз в жизни. Потом я вернулся и продолжил бумажную работу. А потом я углубился в фильмы и документы, и мне снова потребовалось совершить второй визит. Во второй раз мне казалось, что он был в приподнятом настроении, увидев, что я пришел к нему снова; он был рад тому, что видит дружеское лицо. Поэтому на этот раз встреча была более мирной; в первый раз она проходила более напряженно, потому что я видел то, что не приходилось видеть до сих пор, но я постепенно успокоился. Я дотронулся до его кожи, он дотронулся до моей, и мы сидели примерно полчаса, таким образом общаясь друг с другом. Я не представляю, каким образом. Он мог издавать скрежещущий звук… Вот и все, что я слышал». По словам Тангейта, существо обозначалось сокращенно ВБС, то есть «внеземное биологическое существо». ВБС содержалось в помещении в Лос-Аламосе под общим гражданским и военным контролем. Вероятно, военные кинооператоры и фотографы постоянно снимали его, запечатлевая его движения. Тангейт утверждает, что он видел ВБС и третий раз. «Я вернулся в Росуэлл и, завершив обработку материалов и направив их в различные места, я попросил, чтобы мне разрешили посетить его еще один раз. На сей раз визит был приятнее, чем предыдущие два. Я думаю, что причина была в том, что другие люди проводили эксперименты, заставляли его делать разные вещи, задавали вопросы, может быть, пытались заставить его говорить или что-то делать, я не знаю. Я просто приходил, был в спокойном состоянии, и, кажется, что он был совершенно спокоен. Я видел, что ему хорошо, по его глазам. Ни разу он не проявлял агрессивность или враждебность по отношению к своему окружению или к тому, как его содержали. Однако я был уверен, что ему не нравилось то, как с ним обращались. Но когда я приходил к нему, то он чувствовал себя свободно, и я также себя чувствовал. Казалось, что он находится в самом мирном окружении, которое только было возможным». Странно, но Тангейт утверждает, что ВБС было мужчиной, так как он заметил, что в туалете тот мочился стоя. Квазителепатический контакт, с помощью которого Тангейт общался с ВБС, не позволил ему узнать ничего точного, в том числе и его домашний адрес. Хотя поверить в эту историю крайне трудно, нет сомнения в том, что Тангейт совершенно искренен в своем рассказе. В ходе многих разговоров Тангейт сначала проявлял нежелание что-либо рассказывать. Так же, как Фрэнк Кауфманн. Такое поведение необычно для людей, стремящихся заворожить доверчивых слушателей фантастическими рассказами. И так же, как Фрэнк Кауфманн, Тангейт не мог указать на кого-либо, кто подтвердил бы его рассказ или сведения о самом себе. Он настаивает на том, что дал клятву верности и подписку о том, что будет хранить тайну и никогда не разглашать имена тех, кто был причастен к этому делу. Он говорит, что его начальство тоже посещало пришельцев, но он не хочет называть их имена. Как говорит Тангейт, генерал тоже был потрясен: «Когда он вернулся на базу, то был поражен тем, что увидел. Это как будто вы видите то, во что не верите, но это находится здесь… Это даже не похоже на что бы то ни было. Хочется задать сотни вопросов и получить ответы. Вы хотите понять множество вещей, но вы так и не узнаете разгадок». Что касается летательного аппарата, то Тангейт заявляет следующее: «Это аппарат неизвестного происхождения, созданный не на этой планете». Он также утверждает, что трогал некоторые материалы с этого летательного аппарата. «В нем была впадина и рваные края, он разбился на части. Был тускло-лилового цвета, не ярко-фиолетового… Его можно было мять в любую сторону, а он возвращался в прежнее положение. Другой кусок был из металла. На нем были иероглифы, и никто не мог понять, что они означают, но они были очень четкими и ясными». Описание Тангейтом свойств странного материала совпадает с описаниями других очевидцев, хотя он легко мог ознакомиться с этими рассказами из различных источников. Он верит, что очевидцам угрожали, как многие из них утверждали, и это объясняет, почему многие остались запуганными и почему нет физических свидетельств в виде обломков. В то же время некоторые не верят тому, что такие угрозы на самом деле были. Такое недоверие выразило командование ВВС США: в докладе 1994 года было — высказано язвительное замечание по поводу несоответствия между мнимыми угрозами и обилием последующих свидетельств. Тем не менее Тангейт утверждает, что в документах он сталкивался с примерами давления на свидетелей. «Я читал это в документах, о том, что военная полиция говорила людям. До сих пор есть люди, которые могут подтвердить, что им угрожали». Более того, он утверждает, что были не только угрозы. Некоторые из угроз были приведены в исполнение. «Я в этом уверен. Были два офицера, которые пали жертвами роковых происшествий. Была также медсестра, которая исчезла… как будто она никогда не существовала. Все ее военные документы были уничтожены, все ее документы об окончании учебных заведений были уничтожены, метрика о ее рождении была уничтожена… как будто этот человек никогда не рождался». Тангейт подтвердил, что это та самая медсестра, о которой говорил Гленн Дэннис, та, которая принимала участие в поспешном вскрытии трупов или же в медицинском освидетельствовании, проводившемся в госпитале авиабазы, та самая, которую потом никто не видел. Тангейт убежден, что она была казнена. Надо заметить, что это утверждение поразительно, но никто не может подтвердить его, если не считать, что, по свидетельству Дэнниса, медсестра, которую он хорошо знал, очевидно, исчезла. Кажется невероятным, что американское правительство могло допустить возможность убийства одного из своих граждан, молодой женщины, для того, чтобы заставить ее молчать. Тем не менее эту версию и многочисленные заявления об угрозах охотно примут авторы теорий заговоров и придут к выводу, что подобное возможно. В то же время не следует забывать, что большинство из нас на первых порах с аналогичным недоверием воспринимало сообщения о том, что демократически избранные правительства проводили радиационные эксперименты над человеческими существами и объединялись с мафией в заговорах с целью убийства. Поэтому мы не должны сбрасывать со счетов возможность того, что, хотя это кажется невероятным и никаких доказательств для таких обвинений нет, подобные вещи могли иметь место. Когда я стал на него наседать, Тангейт ответил безмятежно: «У меня нет причин для того, чтобы умалчивать правду. Прошло много лет… Рано или поздно тайное станет явным; некоторые документы уже были найдены… Сейчас идет активный поиск этих документов в архивах. Им кажется, что у них есть ключ к тому, как были закодированы эти документы, но они его еще не нашли. Они нашли четыре документа и решили, что раз нашли четыре, то могут найти и остальные. Однако пока этим дело и кончилось». Здесь прежде всего надо выяснить: есть ли тут хотя бы какая-то доля истины, так как с первого взгляда все кажется слишком надуманным, чтобы заслуживать доверия. В некоторых своих утверждения Тангейт по меньшей мере неточен, а в худшем случае — проявляет необузданную фантазию. Например, незадолго до публикации отчета Генерального управления по отчетности (или ГУО, является следственной службой Конгресса США) относительно документов, касающихся происшествия в Росуэлле, Тангейт в данном им интервью утверждал, что беседовал с представителями ГУО. Он уверенно предрек, что в своем докладе ГУО сообщит, что «летательный аппарат пришельцев разбился в Росуэлле, но документов на этот счет больше не имеется». На самом деле ГУО пришло к выводу, что нет никаких свидетельств, подтверждающих крушение аппарата пришельцев; нет никаких и официальных документов на этот счет. ГУО сообщило, что все записи, относящиеся к «летающим дискам», исчезли таинственным образом. Но, как утверждает Тангейт, участники расследования обнаружили документ, относившийся к крушению, и нашли фотографию одного из трупов. Он предсказывал, что свидетельство о «телах» будет скрыто; это его предсказание в определенной степени оказалось верным. «Они не будут долго засекречивать свидетельство, но они скажут, что им надо продолжить поиск. Возможно, что через пару месяцев они сообщат, что нашли фотографию. Они будут выпускать информацию по частям и кусочкам, потому что, если они огласили бы ее сразу, то им пришлось бы говорить, что она была полностью закрытой… На самом деле она не закрыта, она вполне доступна, люди просто не знают, где ее искать». Дальнейшие сомнения в правдивости Тангейта возникли после того, как он прореагировал на фотографии из известного фильма о якобы имевшем место вскрытии тела пришельца. Рассмотрев одну из фотографий, он сказал: «Это лицо и руки ВБС, подобного тому, которого я видел… Это фотография, которую я видел, когда разбирал фотодокументы и другие материалы и направлял их в разные места». Когда ему было высказано предположение, что фотографии из фильма о вскрытии являются фальшивками, а вся история является в лучшем случае дезинформацией и в худшем — фабрикацией, Тангейт не изменил своего мнения. «Нельзя доказать их лживость, потому что они являются подлинными фотографиями. Я видел фильмы. Я видел фотографии всего этого в 1952 году. Существуют документы, описывающие, где и когда они были сняты. Как я уже говорил раньше, никто не был заинтересован в том, чтобы рассказать людям подлинную историю о том, что произошло. Тут был один джентльмен, которого они долго искали, пока наконец не нашли меня. Им пришлось перебрать немало людей, а одному джентльмену потребовалось два года, чтобы найти меня. Он нашел меня с помощью одного человека, который служил сержантом. А тот сержант позвонил мне и предупредил, что они знают, где я живу. Поэтому, когда они добрались до меня, я знал, кто они и что ищут. Я не „дезинформатор“. Все это — правда». Тангейт даже уверял, что для него существует известная опасность из-за того, что он раскрыл это. В то же время он уверен в том, что «они» не попытаются заставить его молчать, потому что в этом случае его рассказ будет вызывать больше доверия. «Это не единственное событие, участником которого я был. Будет не очень красиво выглядеть, если меня переедут, когда я буду стоять у светофора перед красным светом. Мне даже кажется, что я надежно застрахован. Потому что, если что-нибудь случится со мною, сразу вернутся к этому интервью, и это откроет людям еще один ключ, где искать правду». Если хотя бы половина того, что сказал Тангейт, является правдой, то он — хранитель секретов величайшей ценности для американского правительства. Он утверждает, что поддерживает постоянный контакт с высокопоставленными военными, которые тесно связаны между собой, допущен в их секретный мир и является его частью. Для того, чтобы проверить сведения о его военном прошлом, я воспользовался услугами независимого следователя. В его задачу входило проверить, есть ли какие-либо данные о причастности Тангейта к тайне Росуэлла и о его участии в тайных военных операциях. Ушедший в отставку агент ФБР Эрл Брэндон, проживающий сейчас в Росуэлле, связался с Тангейтом 24 июля 1995 года, чтобы получить у него интервью по поводу некоторых деталей его биографии. Брэндон рассказал ему, кто он такой, и сказал, что хотел бы кое-что у него узнать. Совершенно случайно Брэндон также оказался любителем старых автомобилей. Для того, чтобы продемонстрировать Тангейту, что у них есть немало общего, он решил приехать к нему на «шевроле» 1941 года. Это заинтересовало Тангейта, и они договорились о месте и времени встречи. Тангейт обещал встретиться с ним на следующий день в 9 утра в своем гараже. На следующее утро Брэндон приехал на своем «шевроле» в гараж, где Тангейт его поджидал, как они и договаривались. Однако через минуту после их встречи, к удивлению Брэндона, появились трое: следователь полиции штата Нью-Мексико и два агента ФБР. Они стали допрашивать Брэндона. Оказалось, что Тангейт позвонил в полицию и сообщил, что его собирается навестить человек, выдающий себя за агента ФБР. Позже в докладе Брэндона говорилось, что, узнав, кто он такой на самом деле, "представители полиции штата и ФБР довольно быстро удалились, а Тангейт заявил, что человек с его биографией должен "проявлять максимальную осторожность, особенно, когда у него категория "Q"". Вероятно, Тангейт имел в виду высшую степень доступа к секретным документам, обозначаемую буквой "Q". Далее в своем донесении Брэндон рассказал: "Существует степень доступа к секретным документам федерального правительства, обозначаемая буквой "Q". Те, кто имеют такую степень доступа, не должны разглашать тайну о том, что они обладают такой степенью. Рик Тангейт часто упоминал о букве "Q" в своей беседе со мной, очевидно, пытаясь произвести впечатление. Я же, напротив, пришел к выводу, что у Тангейта никогда не было доступа к секретности степени "Q". Те, кто имеют или имели такой доступ, никогда не упоминают об этом. Большая часть этой беседы стала предметом обсуждения с моим близким другом, который является полковником ВВС в отставке. Он окончил военную академию в Аннаполисе в 1952 году, затем поступил в ВВС и, став пилотом истребителя, служил в Корее в конце войны. Этот полковник считает, что Рик Тангейт сильно заблуждается в нескольких вопросах, что он мало говорит правды и сообщаемые им сведения вызывают недоверие". Брэндон считает, что Тангейт лгал в целом ряде случаев, что, вероятнее всего, он служил механиком или кем-то вроде этого в ВВС в 1951-1971 годах, что скорее всего он уволился из ВВС по соображениям медицинского или психиатрического характера. «Я мог бы задать ему еще немало вопросов, — заметил Брэндон, — но РТ уже доказал свою ненадежность в качестве свидетеля, а поэтому вопросы остались незаданными». Далее в докладе Брэндона говорилось: «Для того, чтобы доказать свою точку зрения, я привожу некоторые заявления РТ с моими комментариями. Итак, РТ — белый мужчина, его седые волосы собраны в хвостик, а кожа обильно покрыта татуировкой; татуировка — старая». (Комментарий: «Обычно офицеры ВВС не делают себе татуировки».) «Я попросил РТ, чтобы он предъявил военный билет, сделанный по форме DD214. Такой билет выдают всем военным по окончании службы». (Комментарий: «В таком билете не указывается степень доступа к секретности».) "РТ указал, что ему пришлось подписать обязательство о неразглашении тайны в военном билете DD214, в котором говорилось, что он никому не покажет его копию из-за того, что имел степень доступа "Q"". (Комментарий: «Это неправда: билет по форме DD214 выдают, чтобы с его помощью получать пособия, доказывать, что ты служил и т. д».) Тангейт утверждает, что стал офицером сразу же после окончания средней школы и, проучившись год в Военном институте штата Виргиния, осваивал профессию летчика. Брэндон позвонил в этот институт, чтобы проверить, посещал ли Тангейг его. Отдел кадров ответил, что никто с такой фамилией никогда не обучался в институте, начиная с 1949 года. Секретарь отдела кадров даже «лично пролистал списки, чтобы установить, был ли кто-либо с такой фамилией отчислен из института, и его ответ был отрицательным». Кроме того, Тангейт утверждал, что поступил в ВВС в 1951 году и стал офицером в двадцать лет. Люди, с которыми связался Брэндон, сообщили ему, что в соответствии с федеральным законодательством, никому в ВВС не давали офицерского звания до достижения двадцати одного года. Как говорилось раньше, Тангейт утверждал, что ему дали так рано офицерское звание, потому что он обладал фотографической памятью и блестяще выдержал тесты. Брэндон сам посещал военный институт штата Виргиния в 1951 году. Этот институт расположен в Лексингтоне, его территория примыкает к университету Вашингтона Ли. Курсант должен пройти по территории университета, чтобы выйти в город. Решив, что стоит проверить «фотографическую память» Тангейта, о которой тот столько говорит, Брэндон задал ему несколько вопросов относительно географии института. Тангейт не смог вспомнить ни названия города, ни местонахождения университета Вашингтона и Ли. Не знал он и фамилии начальника военного института, который, как он уверял, посещал". Когда Брэндон стал ему описывать вымышленного начальника института, то Тангейт стал утверждать, что он выглядел именно так. (Когда я придумал вымышленного офицера, который якобы был участником событий в Росуэлле, Тангейт, выступая перед телекамерой, согласился, что такой человек существовал.) После происшествия в Росуэлле, военная карьера Тангейта, по его словам, была из ряда вон выходящей. Он говорил, что в 1952 году, когда он был пилотом во время Корейской войны, его сбили над территорией Северной Кореи. Он оказался в лагере для военнопленных, километрах в двадцати от китайской границы. Там он подружился с китайским офицером, который позволил ему руководить военнопленными и разрешал ему ходить, куда вздумается. Он сумел раздобыть достаточно много взрывчатки и взорвал казарму, в которой находилась охрана. Он повредил себе спину и шею, но 26 мая 1953 года чудесным образом сумел сбежать и дойти пешком до Сингапура. Там он сел на норвежский грузовой корабль и добрался до Сан-Франциско 16 (или 18) июня того же года. Кроме него, никто не сумел сбежать! (Комментарий: «Зачем комментировать? Читатель так же хорошо знает географию, как и я! Здесь мы с полковником от души повеселились!») Тангейт рассказал Брэндону о том, что среди служащих ВВС США он, возможно, имеет больше всех наград и несмотря на его тяжелые ранения, продолжал летать самолетами ЦРУ в Юго-Восточную Азию, а самолетами «Эйр Америка» — во Вьетнам. (Комментарий Брэндона: «Он что — смеется!») В Корее и Вьетнаме Тангейт, по его словам, оказывал «наземную поддержку» морской пехоте. (Комментарий Брэндона: «Не дай Бог, если бы так и было!») Правильный термин, употребляемый в ВВС, — «поддержка с воздуха»; словосочетания «наземная поддержка» в военном лексиконе нет. (Комментарий Брэндона: «Интересно, что бы Тангейт сказал, если бы я ему заявил, что он никогда не служил в армии».) К этому времени Брэндон пришел к выводу, что Тангейт — закоренелый врун. Он закончил свой доклад словами: «Есть и много всего другого. Это — тяжелый случай, но, по крайней мере, он никогда не сидел и не задерживался полицией. Нет свидетельств того, что за ним когда-нибудь велась слежка; видимо, полагали, что в этом не было никакого смысла. Судя по всему, Рик Тангейт был уверен, что он меня ловко обвел вокруг пальца. Кажется, что он безвреден, но малость не в себе. Поэтому дальнейшее расследование вряд ли имеет смысл, если только нет каких-ти других обстоятельств, требующих дополнительной проверки». Можно считать, что в настоящее время Тангейт избежал встречи с членами зловещей и мстительной организации, именуемой любителями НЛО «Люди в Черном». Считается, что эта полувоенная организация связана со сверхсекретным государственным учреждением правительства США. Теоретики НЛО убеждены, что это элитное подразделение создано для того, чтобы сберегать ревностно хранимые американским правительством сокровенные тайны о внеземном разуме. Мрачные фигуры, из которых состоит эта организация, появлялись не раз в показаниях очевидцев о наблюдениях НЛО и «близких контактах» с пришельцами. Они всегда появляются таинственным образом, обычно в машинах без номеров, для того, чтобы запугивать очевидцев и держать их под неусыпным наблюдением. Их отличительными особенностями являются устрашающее поведение; они всегда угрожают и запугивают, а их черные вертолеты без опознавательных знаков кружат вблизи от места посадки НЛО. То обстоятельство, что Тангейт не смог представить какие-нибудь доказательства, подтверждающие его рассказ о случае в Росуэлле или его собственную деятельность, позволяет вычеркнуть его из списка надежных свидетелей. И все же удивительно то, что люди, встречавшиеся с ним, считали, что он — искренен и заслуживает доверия, а я почти оказался в этой же категории людей. Но до тех пор, пока он не сможет представить какие-либо свидетельства, подтверждающие его рассказы или повествования о собственных военных подвигах, его история не заслуживает никакого внимания. В то время как параноидальные рассказы Тангейта об угрозах ему в связи со случаем в Росуэлле можно считать дымовой завесой, некоторые сообщения об угрозах, которым подвергались люди, заслуживают внимания, учитывая характер этих людей и их положение. К таким людям относятся дочь шерифа Уилкокса, Филлис Макгуаер, радиокомментатор и владелец радиостанции, Гленн Дэннис из похоронного бюро, дочка пожарника. Угрозы, которым они подвергались, были вполне определенными… но с какой целью они применялись — остается проблематичным. Если все дело с «летающими дисками» было вызвано неверно истолкованными природными явлениями, то возможно, что ВВС просто несколько перестарались в попытке направить людей на путь истинный. Если же дело было связано со сверхсекретным экспериментом, то возможно, что использование угроз было оправданным. В конце концов, авиабаза 509-го авиационного полка была единственной в мире, где хранилось ядерное оружие, а к 1947 году восторг от победы союзников растаял, уступив место недоверию и паранойе «холодной войны». Вполне разумно предположить, что к угрозам прибегали, а под горячую руку могли прозвучать и угрозы насилия и даже смерти. Это свидетельство, которое может быть весьма косвенным, показывает, что происшествие в Росуэлле носило более серьезный характер, чем заблудившийся воздушный шар, рассказ о котором использовался для прикрытия подлинного события. Память о былых угрозах до сих пор продолжает тревожить граждан Росуэлла, которые стати участниками тех событий. Это обстоятельство заставило их выступать за то, чтобы правительство предало огласке то, что действительно произошло в Росуэлле. Откликаясь на озабоченность своих избирателей и искренний интерес широкой общественности к событиям 1947 года, член палаты представителей США Стивен Шиф от республиканской партии (штат Нью-Мексико) запросил по этому поводу Вашингтон. «В конце 1993 года я стал получать письма как от граждан штата Нью-Мексико, так и от людей за его пределами. Они заинтересовались происшествием в Росуэлле и выражали общее мнение по поводу того, что правительство не проявило желания объяснить, что на самом деле произошло в 1947 году. Авторы писем просили меня обеспечить предоставление информации». Первым делом Шиф подготовил обзор просьб и направил его в министерство обороны США, а также в ряд Других учреждений, считая, что он имеет дело с рутинным вопросом и получит простые объяснения. Однако, к удивлению конгрессмена, он получил письмо от полковника ВВС, в котором скупо сообщалось, что он направил его запрос в Национальный архив. Шиф был возмущен этим ответом и расценил его как неуважение к запросу члена конгресса, так как обычно правительственные учреждения с готовностью откликались на подобные просьбы, а не занимались «спихотехникой». В раздражении он написал второе письмо в министерство обороны, спрашивая: «Вы что считаете, что именно так нужно отвечать на просьбы о предоставлении информации: просто переправить запрос в другое учреждение без какого-либо объяснения и без предложения помощи?» После этого он получил ответ в письме специального помощника министра обороны, в котором вежливо повторялось содержание первой отписки: «Мы направляем вашу просьбу в Национальный архив». Пораженный конгрессмен связался с Национальным архивом, руководство которого ответило, что у них нет никакой информации о происшествии в Росуэлле. В то же время в письме говорилось, что в Национальный архив уже много раз обращались с запросами о событиях в Росуэлле. Но Шифа не обескуражило то, что он расценил как необычную отписку. «Мне показалось, что меня водят за нос! Я подумал и решил, что, когда министерство обороны направило мою просьбу в Национальный архив, военные прекрасно знали, что в Национальном архиве нет никакой информации на этот счет. Поэтому они достигли лишь того, чтобы сорвать мои попытки получить ответы. Тогда в начале 1994 года я встретился с работниками Генерального управления по отчетности. Я им рассказал о проблеме, возникшей в моих отношениях с министерством обороны, и о том, что меня, по сути, загнали в угол. Я спросил их, не могут ли они чем-нибудь нам помочь, и передал дело в их руки». Любопытство Шифа подогрела невежливость Пентагона. Он не верил в маленьких зеленых человечков и летающие тарелки, но считал, что так нельзя поступать в условиях демократии. «Мы не собираемся проводить реконструкцию событий в Росуэлле, так как, вам хорошо известно, что это дело почти пятидесятилетней давности и пытаться восстановить все его детали невозможно. Вопрос сводится к правительственным бумагам и к тому, чтобы предоставить в распоряжение общественности любые документы, которые еще существуют, …если таковые имеются, …касающиеся событий в Росуэлле, чтобы люди могли сами составить свое мнение по этому поводу. Я обсудил этот вопрос с ГУО, так что это вовсе не охота за летающими тарелками». Инициатива Шифа, напор рядовых заинтересованных людей, а таюке групп давления от сторонников НЛО заставили ВВС подготовить свой доклад по Росуэллу. Этот доклад был опубликован осенью 1994 года, и Шиф читал его с большим интересом и растущим недоверием. «Военно-воздушные силы существенным образом изменили свою позицию в этом докладе по сравнению со своим объяснением 1947 года, — заметил Шиф. — Хотя они по-прежнему заявляют, что разбился воздушный шар, они совершенно изменили объяснение относительно характера этого шара. Самое первое объяснение гласило, что это — „летающий диск“… Теперь мы бы сказали „летающая тарелка“. Через восемь часов ВВС поменяли объяснение, заявив, что это — воздушный шар, и они держались за это объяснение более сорока лет. Они поменяли это объяснение еще раз в новом докладе. Сказали, что, хотя это был воздушный шар, он представлял собой строго засекреченный прибор, предназначенный для выяснения, проводит ли Советский Союз испытания ядерного оружия в атмосфере. Мне кажется, что последнее объяснение может быть подлинным». "Итак, у нас три разных объяснения от военных относительно того, что же разбилось. Первое объяснение: это — «летающий диск»… Они его изменили и заявили: «Мы сделали ошибку, это не был летающий диск». «Я до сих пор поражаюсь, что лучшее соединение бомбардировочной авиации США, единственное соединение, которому доверили иметь ядерное оружие на борту, не смогло отличить метеорологический зонд от летающей тарелки. Но ведь, если им верить, — случилось именно так! Потом мы получили второе объяснение, сводившееся к тому, что это был воздушный шар. Теперь у нас есть третье объяснение, что это было частью очень засекреченного радиационного эксперимента. По-моему, в росуэлльском происшествии есть две неоспоримые вещи: во-первых, что-то разбилось. Это нам известно. Во-вторых, отношение к аварии было не таким, каким оно было бы, если бы речь шла о воздушном шаре. Есть много свидетелей того, что в округе были приняты чрезвычайные меры безопасности. Из этого вовсе не следует, что это было связано с летающей тарелкой и пришельцами, во что верят некоторые люди. Это означает, что это не был метеорологический шар, и то обстоятельство, что он выполнял задание, которое в то время было очень засекречено, могло соответствовать тогдашним условиям. Тогда встает вопрос, почему потребовалось более сорока лет для того, чтобы раскрыть этот секрет. И я не думаю, что мы когда-либо получим ответ на этот вопрос». «Холодная война давно кончилась. Советский Союз испытывал ядерное оружие в течение многих лет, а поэтому уже нет необходимости засекречивать этот эксперимент. Я не знаю, каким образом мы сможем объяснить, почему ВВС потребовалось столько времени, до 1994 года, чтобы дать этот ответ. Но я думаю, что, если больше ничего не удастся выяснить, сам по себе факт того, что военные изменили свою версию через сорок лет, является знаменательным!» 4. В июле 1994 года ВВС опубликовали официальное объяснение росуэлльского события. В докладе указывалось, что он был подготовлен в ответ на запросы члена палаты представителей США Стивена Шифа, и сообщение о том, что ГУО начало самостоятельное расследование. Хотя уфологи отвергают его, он заслуживает цитирования. В начале доклада его авторы раскрывают свою методологию, указывая, что они «стали систематически обследовать различные учреждения ВВС, а также различные архивы и информационные центры на предмет выяснения обстоятельств дела. Исследование показало, что случай в Росуэлле даже не считался событием, относящимся к неопознанным летающим объектам вплоть до 1978-1980 годов. До этого на данное происшествие никто не обращал серьезного внимания, потому что представители ВВС первоначально опознали обломки, объявив, что они представляют собой останки воздушного метеорологического шара. В последующем различные авторы написали немало книг, в которых утверждалось, что на самом деле были обнаружены обломки космического аппарата пришельцев, а также тела пришельцев, которые находились на борту этого летательного аппарата. Эти утверждения продолжают распространяться, и ВВС постоянно обвиняют в проведении операции „прикрытия“ мнимого события». «Исследование не привело к обнаружению в существующих учреждениях ВВС каких-либо документов, которые бы свидетельствовали о том, что ВВС осуществляло операцию „прикрытия“. Поэтому были удвоены усилия с целью найти места хранения документов за указанный период. Найденные документы не показали, что в июле 1947 года предпринимались усиленные меры безопасности, которые могли бы подтвердить, что произошло необычное событие. Были обнаружены и тщательно исследованы документы, касающиеся СВЕРХСЕКРЕТНОГО проекта „Могол“ с использованием воздушных шаров, предназначенных для того, чтобы регистрировать советские ядерные испытания. Кроме того, были обнаружены несколько участников проекта, оставшиеся в живых, которые были проинтервьюированы. Была проведена беседа и с бывшим офицером, который первым опознал обломки на месте их падения в районе Росуэлла в 1947 году. Сравнение всей полученной информации позволяет сделать вывод, что материал, найденный вблизи от Росуэлла, соответствовал тем, что использовались при создании воздушных шаров и, скорее всего, он был одним из тех воздушных шаров проекта „Могол“, которые до того времени не были обнаружены. Исследования ВВС не открыли никаких записей о найденных телах „пришельцев“ или внеземных материалах». Доклад признает, что неудовольствие конгрессмена Шифа первым ответом привело к тому, что на сцене появилось ГУО. Можно без труда прочесть между строк: доклад ВВС был предупредительным ударом. Подготовка доклада была поручена директору особой программы по обеспечению безопасности и контроля при управлении министра авиации. Вот как он объясняет причины осуществленного расследования: "15 февраля 1994 года ГУО официально уведомило министра обороны Уильма Дж. Перри о том, что оно предпринимает ревизию деятельности министерства обороны в вопросах приобретения, классификации, хранения и уничтожения официальных государственных документов, касающихся случаев крушения воздушных шаров, самолетов и других подобных аварий. Это сообщение было передано генеральному инспектору министерства обороны, который в свою очередь информировал о ревизии министров родов войск и других лиц, которых это касалось, в письме от 23 февраля 1994 года. В письме указывалось, что «ГУО преисполнено решимости дать ответ на запрос Шифа и развеять любые сомнения в том, что министерство обороны не откликается на запросы». Таковы первые документы правительства США, в которых указывается, что цель ГУО состоит в том, чтобы осветить «все случаи крушений воздушных шаров и неизвестных самолетов, таких как НЛО и иностранные самолеты, а также факты, связанные с сообщениями о крушении НЛО в Росуэлле (штат Нью-Мексико) в 1949 году (sic. — Прим. автора), и попытки, предпринятые министерством обороны для того, чтобы скрыть истинный характер событий». "Первое совещание заинтересованных сторон состоялось в кабинете генерального инспектора министерства обороны 28 февраля 1994 года. В ходе этой встречи его участники узнали, что, хотя аудиторской проверке будут подвергнуты архивные материалы многих учреждений министерства обороны, значительная часть усилий будет обращена на архивные материалы ВВС. Ревизия получила кодовый номер ГУО 701034 и название «Методы хранения документов, касающихся воздушных шаров, неизвестных средств воздушного сообщения и подобных крушений в воздухе». «Хотя это название является довольно общим, не было сомнений в том, что истинной целью проверки было стремление обнаружить архивные материалы и другую информацию, относящуюся к „происшествию в Росуэлле“. Этот случай, который будет в дальнейшем детально изложен, связан с утверждениями о том, что в июле 1947 года ВВС США обнаружили летающую тарелку и ее обитателей-пришельцев, которые якобы разбились неподалеку от Росуэлла. Когда ВВС наконец стали самостоятельным родом войск в сентябре 1947 года, они унаследовали все оборудование, личный состав, архивы, политику и способы действий, которые существовали у авиации, когда она была подчинена Сухопутной Армии. В данном случае ВВС унаследовала обвинения в том, что военно-воздушные силы „скрывают“ „происшествие в Росуэлле“, и это продолжается уже 47 лет. В рамках ВВС за информацию, а также за безопасность и контроль отвечает управление административного помощника при министре ВВС. В силу такой организации управление административного помощника при министре ВВС являлось тем учреждением, которое стало оказывать содействие ГУО во время проведения аудиторской проверки и получило название — Центр для осуществления контактов в ходе проверки. Впоследствии тогдашний административный помощник Роберт Маккормик опубликовал 1 марта 1994 года письмо к различным учреждениям ВВС, в которых могли хранится материалы о том случае, если таковой имел место». Поиск материалов был умышленно ограничен теми, что хранились в ВВС, так как: а) ВВС не могли принуждать другие учреждения к тому, чтобы они осуществляли проверку в своих архивах; б) ВВС не могли бы следить, насколько полно осуществлялась проверка, если бы она была предпринята; в) главным руководящим органом проверки было ГУО, а не ВВС". Когда овладеешь бюрократическим языком и распутаешь тайнопись из административных названий, которые специально созданы для того, чтобы затуманивать мозги, то осознаешь одну интересную вещь. Хотя предполагается, что мы должны доверять тому, что проверка была «полной» и все обнаруженные документы подлежали огласке, руководство ВВС признает, что не было никаких возможностей узнать, насколько «полно» другие учреждения осуществляли свои усилия. Другими словами, не было никакой гарантии того, что имеющаяся информация будет действительно предана гласности. Надо иметь в виду, что те, кто верит в теории заговоров, а также твердокаменные сторонники НЛО не поверили докладу ВВС. Кроме того, следует учесть, что существует глубокое недоверие к любым официальным заявлениям, которые отвергаются как часть «большой лжи» или «дезинформации». С особым недоверием такие люди относятся к ВВС. Например, экстремисты из сторонников НЛО убеждены, что ВВС постоянно врали американскому народу об НЛО, начиная с проекта «Голубая книга» до проекта «Могол». Поэтому их не удовлетворит никакой доклад, и в то же время с поразительной нелогичностью они готовы поверить в то, что почти наверняка является фальшивкой, как, например, материалы о «проекте МДж-12» (об этом пойдет речь ниже). Было бы ошибочным считать, что все члены растущей массы «уфологов» не способны выслушивать разумные аргументы. Однако среди них в угрожающих размерах усиливается убеждение в том, что нельзя доверять любому официальному заявлению, в котором что-либо отрицается. Одновременно распространена слепая вера в любое свидетельство, официальное или неофициальное, исходит ли оно от свидетеля, фотографии или документа, полученного на основе Акта о свободе информации, коль скоро оно в той или иной степени подтверждает наличие НЛО. Если источник «утвердительной» информации является официальным, то ему доверяют, хотя очевидно, что если считать правительство мощным источником дезинформации, то нет никаких гарантий того, что официальные заявления, подтверждающие наличие НЛО, могут быть верными. Надо сказать, что для недоверия сторонников НЛО к официальным источникам есть серьезные основания. В то же время немало было открыто в ходе добросовестных исследований, осуществленных экспертами НЛО. Исследования, проведенные ими в этой области, помогли извлечь росуэлльский случай из архивной пыли и воспоминаний очевидцев, которые жили в 1947 году. Два авторитетных исследователя, которые написали книги по этому вопросу, это — Кейвин Рэндл и Дон Шмитт. Они стали первооткрывателями, обнаружив новых свидетелей и представив новые наиболее полные расписания событий. В то же время Сиэнтон Фридмэн, канадец, пишущий по проблеме НЛО, был одним из первых, кто оценил потенциальное значение росуэлльского происшествия. Работы Рэндла и Шмитта получили признание со стороны ВВС в лице полковника авиации Ричарда Л. Уивера, директора специальной программы по обеспечению безопасности и контроля, чья подпись скрепляет доклад о проекте «Могол». Вот что он заявил, ознакомившись со свидетельствами, обнародованными в книгах и статьях этих и других авторов: «После ознакомления с вышеупомянутой литературой было принято решение, что не будет предприниматься попыток с целью опровергнуть пункт за пунктом многочисленные утверждения, которые были сделаны в различных публикациях. Многие из этих утверждений являются лишь слухами, лишены документальных доказательств, вырваны из контекста, представляются односторонними и сомнительными. Кроме того, многие из вышеупомянутых авторов не в ладах с логикой, а поэтому их утверждения порой противоречат друг другу. Особенно бросаются в глаза сбивчивые и постоянно меняющиеся утверждения, путаница в датах происшествия, якобы имевшего место, указаниях относительно места расположения обломков и масштабов крушения. Эти противоречия в заявлениях очень затруднили исследования из-за того, что поле поиска в архивах постоянно расширялось. Это можно проиллюстрировать на следующем примере. В одной из упомянутых популярных книг, которые были изучены, утверждалось, что ее авторы представили Управлению по делам ветеранов и Министерству обороны фамилии и воинские личные номера „более двух десятков“ лиц, служивших в Росуэлле в июле 1947 года. Затем они перечислили одиннадцать из этих лиц и задали вопрос: „Почему ни у Министерства обороны, ни у Управления по делам ветеранов нет никаких данных об этих людях, в то время как мы можем с документальной точностью подтвердить, что эти люди служили на военном аэродроме в Росуэлле?“ Это обвинение показалось нам слишком серьезным, и мы поручили управлению административного помощника при министре ВВС проверить все эти одиннадцать фамилий в центре хранения данных о кадровом составе в Сент-Луисе. Имея в своем распоряжении лишь фамилии (так как авторы книги не представили личных военных номеров), исследователи смогли быстро найти данные о восьми из перечисленных. У остальных троих были такие распространенные фамилии, что возникало слишком много вариантов для поиска. Весьма знаменательно, что один из тех, кого авторы книги объявили „пропавшим“, на самом деле умер в 1951 году, в то время как авторы утверждали, что беседовали с ним (или же с человеком с такой же фамилией) в 1990 году». Внимательный читатель может обратить внимание на то, что доклад ВВС с искусной небрежностью игнорирует те многочисленные правильные упоминания о военной службе людей, но замечает одну ошибку в фамилии. Эти язвительные выпады направлены в адрес исследователей, которые гораздо больше сделали верных выводов, чем ошибочных. В докладе не упомянуты фамилии тех людей, которые, как было установлено независимыми исследователями, на самом деле служили в армии. Кажется, что составители доклада не попытались побеседовать с ними и Не было сделано ни одной попытки установить, подтверждают ли они их версию о происшествии в Росуэлле или отрицают ее. Или это свидетельство плохой исследовательской работы, или же отражает предвзятый подход, который сводится к следующему: все те, кто поддерживают версию о внеземном происхождении событий в Росуэлле, не заслуживают серьезного внимания. Такой подход в исследовательской работе так же опасен, как и тенденция ряда сторонников НЛО принимать на веру любое свидетельство или слух. Поскольку же так ведет себя солидная организация, какой являются ВВС, то порочность подобного подхода усугубляется, так как в этом случае утрачивается доверие читателя, обладающего объективным и открытым умом, к официальному докладу. Становится очевидным, что ВВС не могут серьезно отнестись к любому выводу, который противоречит заключениям собственного доклада, лишь на том основании, что он кажется слишком фантастическим для рассмотрения. Таким образом авторы доклада, хотели они этого или нет, льют воду на мельницу фанатиков, верящих в теории заговоров. Конгрессмен Шиф решительно выступил против предвзятого подхода, он постарался заставить колеса правительственного механизма шевелиться для того, чтобы сдвинуть с места расследование дела Росуэлла. В этой части доклада есть интересное признание. В докладе сказано, что так называемые «противоречия» в исследованиях и выводах сторонников НЛО «намного затруднили исследования из-за того, что поле поиска в архивах постоянно расширялось». Это — странное замечание, так как, если эти «противоречия» являются следствием того, что исследователи НЛО полагаются на фабрикации и слухи, то это обстоятельство должно сузить, а не расширить поле поиска документов, необходимых для расследования. Каким образом это обстоятельство может расширить поле поиска в архивах? Какие надо еще искать документы, кроме тех, которые служащие ВВС уже искали? Четкого ответа не дано; но если противоречия связаны со временем предполагаемого крушения и его точным местом, то они невелики: речь идет о разных вариантах, различающихся друг от друга на несколько недель и на сотню миль. Но какое влияние эти противоречия могут оказывать на поиск официальных документов? Речь идет об одном и том же штате, одной и той же авиабазе, одних и тех же служащих. Поэтому или же протест не имеет под собой почвы, или же существует много архивных документов, которые каким-то образом связаны с событием и должны быть рассмотрены в дополнение к уже изученным. Как будет в дальнейшем показано, из выводов ГУО следует, что вторую возможность нужно исключить. О чем же ведут речь ВВС? Нетрудно прийти к выводу, что существуют косвенные свидетельства того, что ряд документов скрывают. Что касается сферы поиска, то в докладе говорится, что она не сводится к рассекреченным материалам, но также включает документы высокой степени секретности". В докладе перечислен ряд учреждений, к которым обратились его авторы в ходе его подготовки, включая управления разведки, безопасности, информации по электронике и специальным программам, по истории ВВС, метеослужбы и по «особым расследованиям». В докладе говорилось: "Управление административного помощника при министре ВВС рассмотрело соответствующие засекреченные документы с точки зрения их возможной связи с данным делом. Что касается материалов высокой степени секретности, то следует заметить, что такие имеются в любой программе, при осуществлении которой применяются усиленные меры контроля за безопасностью; они именуются программами с особым порядком доступа (ПОПД). Контроль за этими программами проводился на основании приказа N 12356 и осуществляется руководством Министерства обороны в отношении родов войск от основе директивы Министерства N 5205.5. Эти программы обозначены в распоряжении ВВС по вопросам общей политики за N 16-7 и инструкции ВВС за N 17-701. В этих директивах содержится подробная информация о требованиях строгого контроля и точной отчетности в ходе реализации всех программ. Порядок предусматривает отчеты министра обороны (в конечном счете и Конгрессу США) по осуществлению всех программ с особым порядком доступа, которые представляются для последующего обсуждения и утверждения. При этом даются надежные гарантии, что под покровом ПОПД не находятся какие-нибудь иные программы. Эти требования отчетности определены законом. Из этого следует, что, если бы ВВС завладело какимто образцом внеземного космического корабля и (или) телами внеземных астронавтов и стало бы использовать эту находку для научных и технических целей, то такая программа осуществлялась бы а рамках ПОПД. Управление административного помощника при министре ВВС имеет представление обо всех ПОПД и поэтому категорически заявляет, что ни одна из этих программ не имеет никакого отношения к внеземным космическим кораблям или пришельцам. Кроме того, министр ВВС, являющийся также начальником штаба ВВС и возглавляющий комитет особого общего контроля, в компетенцию которого входит наблюдение за всеми специальными программами ВВС, ничего не знает о какой-либо программе, связанной с событиями в Росуэлле или технологией, которая якобы была следствием этих событий. Нет нужды говорить, что сокрытие такой информации от самого высокого начальства является нарушением правил и противозаконно. Следует также учесть, что такие действия были бы лишены смысла, так как от этих лиц зависит получение ассигнований на проведение операции, научно-исследовательскую работу и обеспечение безопасности. Без ассигнований существование такой программы, ее осуществление и организация были бы невозможны. Даже для того, чтобы каким-то образом скрыть проведение операции, придав ей «временный статус», требуются деньги. Кроме того, такие усилия потребуют бумаготворчества и специального подбора людей. На упомянутое выше распоряжение административного помощника от 1 марта 1994 года были получены ответы от всех, кому оно было разослано; все ответы были отрицательными. Таким образом, все учреждения сообщили, что никто из них не имеет информации, с помощью которой можно было объяснить происшедшие события. Следствием этих отрицательных ответов было увеличение массы документов в архивах и центрах информации. Активная работа по исследованию материалов, имеющихся в архивах и исследовательских центрах, систематически осуществляется группой по рассекречиванию материалов. Эта группа состоит почти целиком из служащих ВВС, получивших обстоятельную подготовку и имеющих большой опыт в работе по обзору архивных материалов. (Ранее подобные усилия были предприняты по рассекречиванию материалов, относящихся к Юго-Восточной Азии, проблеме военнопленных, войне в Персидском заливе.) Члены этой группы имеют доступ к секретной информации и имели разрешение министра ВВС рассекретить все засекреченные материалы, которые были связаны с Росуэллом. Управление административного помощника проверило целый ряд хранилищ, включая Национальный архив в Вашингтоне (округ Колумбия), Национальный центр учета личного воинского состава (СентЛуис, штат Миссури), Национальный центр документации в Суитлэнде (штат Мэриленд), Военно-морскую научно-исследовательскую лабораторию в Вашингтоне (округ Колумбия), Федеральный центр документации в Форте Уорте (штат Техас), Национальный музей воздухоплавания и космонавтики в Вашингтоне (Округ Колумбия), Агентство по изучению истории ВВС в Максвелле (Аляска), Центр истории ВВС в центре Боллинга в Вашингтоне {округ Колумбия), Лабораторию Филлипса в Хэнсоме (штат Монтана) и в Киркленде (штат Нью-Мексико), Римскую лабораторию в Грифитсе (штат Нью-Йорк) и Библиотеку Конгресса в Вашингтоне (округ Колумбия). Особое внимание было обращено на такие тематические разделы, которые по логике должны были бы содержать какие-то упоминания о событиях на военной авиабазе в Росуэлле в известное время. Можно предвидеть, что злопыхатели будут жаловаться, что «не были просмотрены архивы из группы X, из ящика Y, что не был просмотрен ролик Z», что «именно там находились подлинные материалы!» Такие жалобы неизбежны, и нет возможности изучать миллионы архивных материалов страница за страницей. Группа осуществляла поиск там, где было логичнее всего найти архивные материалы. Ей помогали архивисты, историки и другие специалисты по хранению архивных материалов, включая тех, которые постоянно работают с архивами Армии и ВВС с 1943 года. Группа также обследовала места хранения, которые были рекомендованы такими серьезными исследователями, как Роберт Тодд. Последний самостоятельно разобрался в сложной системы хранения архивов ВВС и обрел энциклопедические познания в этой области. Не удивительно, что группа исследователей столкнулась с целым рядом проблем во многих центрах хранения архивов (особенно в Сент-Луисе), вызванных ошибками в классификации и распределением материалов по рубрикам, нарушением порядка в рубриках за целые года и использованием различных способов кодирования материалов.. Следствием этих ошибок явилось, в частности, отсутствие небольшого количества архивных данных, относящихся к 509-му авиаполку в Росуэлле за 1945-1949 годы. Было указано, что они «уничтожены». Исследователи обнаружили, что в пропажах не было определенного порядка и большинство промахов были незначительными и вызваны такими же причинами, которые существовали в прошлом при работе над аналогичными проектами". Нет сомнения в том, что выделение ВВС в качестве самостоятельного рода войск из Армии в том же году, когда имел место случай в Росуэлле, создал небольшой административный хаос. Вследствие этих перемен, возможно, возникла некоторая путаница, вызванная неясностью того, куда направлять те или иные архивные материалы: в ВВС или оставлять в ведение Армии, которая была для авиации вышестоящей организацией. И все же, когда узнаешь, что некоторые из архивных материалов 509-го бомбардировочного полка таинственным образом исчезли (некоторые люди могут сказать: «Весьма кстати исчезли!»), невольно начинаешь верить в заговор, о котором говорят наиболее упрямые сторонники НЛО. Материалы за половину десятилетия, в течение которого был создан 509-й полк и определялись его оперативные задачи, составляют довольно значительную массу бумаг и папок, которыми можно заполнить несколько грузовиков. Каким образом такое количество документов исчезло? Если бы они пропали во время пожара, то это было бы объяснимо. Именно так погибли многие бумаги личного состава. Взяты или украдены отельным лицом? Возможно, но мало вероятно. Собраны на склад для дальнейшего отправления в Вашингтон или в какой-нибудь центр хранения архивов? Возможно, но скорее всего это было бы обнаружено. Умышленно помещены в другие места, чтобы скрыть их от глаз опытных архивистов и исследователей, которые будут искать какую-нибудь информацию в будущем? Возможно, но непохоже на правду, хотя стоит вспомнить, что именно этим якобы занимался таинственный Рик Тангейт. Ведь он утверждал, что к этому сводилось задание, возложенное на него его начальником в начале 1950-х годов. По словам Тангейта, задача состояла в том, чтобы в будущем руководство ВВС могло заявлять, что никаких архивов не существует. Тангейт уверяет, что он осуществлял искусное сокрытие документов, относящихся к происшествию в Росуэлле, но никто не может сказать, что, помимо него, были другие «Тангейты», которым было также поручено скрыть или даже осуществить прямое и полное уничтожение всей массы документов. И все же следует признать, что такое объяснение кажется неправдоподобным. Задумайтесь: насколько вероятна возможность того, чтобы полностью исчезли архивы, относящиеся к тому, что с исторической точки зрения и в момент свершения событий представлялось самым важным — деятельность 509-го бомбардировочного полка, самого важного соединения вооруженных сил США, единственного соединения, имевшего опыт обращения с атомными бомбами, их транспортировки и их применения в двух японских городах в конце второй мировой войны? Правда, самолеты, которые бомбили Нагасаки и Хиросиму, базировались сначала в Гуаме и поднимались в воздух для выполнения своих страшных миссий с аэродромов на Дальнем Востоке. Многие из архивных документов, относящихся к этому времени, сохранились, но по меньшей мере подозрительно, что огромная масса этих материалов числится «уничтоженными» без каких-либо указаний на то, где они находились, кто решил их судьбу и какие были приняты меры для того, чтобы или восполнить нанесенный ущерб, или найти и наказать ответственных за халатность. Судя по всему, потеря документов должна была расцениваться как серьезное дело. Ведь 509-й полк должен был охраняться с соблюдением максимальных мер безопасности. Неужели после того, как выяснилось, что исчезли архивные материалы за пять лет истории этого полка, не зазвучал пронзительный сигнал тревоги? По меньшей мере можно было задуматься об огромной потенциальной опасности такой пропажи для интересов страны: например, документы, или наиболее важнейшие из них, могли попасть в руки работника, получавшего деньги от Советского Союза за свою шпионскую Деятельность. Такая информация могла бы иметь колоссальное значение для стран Восточного блока. Неужели американцев не взволновала бы такая утрата? Если их не обеспокоила пропажа и если они не узнали о том, что потеряли так много документов, то это свидетельствует о вопиющей утрате бдительности, но это очень не похоже на правду, учитывая то обстоятельство, что именно эти годы приходятся на самую параноидальную стадию в «холодной войне». Даже если мы примем объяснение, что архивные документы исчезли, то можно было надеяться, что руководство ВВС предложит какие-то объяснения. Однако таковых не последовало. В констатации факта исчезновения архивных материалов нет ни объяснений, ни логики. Ничего нет. В свете этого заявления руководства ВВС, обвиняющего «злопыхателей» в ошибках при проведении исследований, неверной методологии и неубедительных свидетельствах, выглядят несколько сомнительными. По меньшей мере руководство ВВС должно было предложить некие объяснения по поводу характера документов, которые объявлены пропавшими. Вполне возможно, что руководство ВВС говорит правду, когда заявляет, что существует, а чего нет в архивных материалах о происшествии в Росуэлле, но эти отрицательные и утвердительные декларации вряд ли укрепят доверие, если они подтверждаются лишь скудными фактами, объясняющими отсутствие архивов. Признав очевидную нехватку необходимой документации, авторы доклада предлагают свою версию событий в Росуэлле. "ЧТО НЕ ПРОИЗОШЛО В РОСУЭЛЛЕ Прежде чем перейти к конкретным позитивным результатам, полученным группой, стоит заметить, что на основе информации, имеющейся у ВВС, можно наверняка утверждать, что СОБЫТИЯ В РОСУЭЛЛЕ НЕ БЫЛИ. АВИАКАТАСТРОФОЙ. "Наиболее тщательно задокументированными и изученными в ВВС являются авиакатастрофы. Документы о катастрофах имеются с первых же лет существования военной авиации. В них можно найти сведения о размере и характере ущерба, жертвах, гибели. В этих документах упоминаются аварии экспериментальных и засекреченных самолетов. Архивные данные ВВС свидетельствуют о том, что в период с 24 июня по 28 июля 1947 года только в штате Нью-Мексико произошли пять авиакатастроф с самолетами А-25С, П-5Ш, С-82А и ПКью14-Б. Однако ни одна из этих аварий не произошла в том месте, которое относится к событиям в Росуэлле, и в указанное время. Один из вопросов, который в соответствии с запросом ГУО, подлежал дополнительному рассмотрению, был связан с изучением возможности падения «метеорологического воздушного шара и других подобных крушений». Поиск материалов показал, что документов, касающихся падений воздушных шаров, не имеется (как известно, все воздушные метеорологические шары рано или поздно падают); однако существует порядок регистрации данных о «крушениях», если вследствие маловероятного стечения обстоятельств падающий воздушный шар наносит комуто материальный ущерб или кого-то ранит. Но такие документы хранятся лишь в течение пяти лет". СОБЫТИЯ В РОСУЭЛЛЕ НЕ БЫЛИ ПАДЕНИЕМ РАКЕТЫ «Обломки, найденные возле Росуэлла, часто приписывают разбившейся или сбившейся с курса трофейной ракете „Фау-2“, или одному из ее вариантов. Так как многие испытания происходили на засекреченном в ту пору близлежащем полигоне в Уайт Сэндс, то было бы логично предположить, что власти поставили бы под строгий контроль любую аварию, случившуюся с ракетой, особенно, если бы это произошло на частной земле. Однако из документов, изученных ВВС, отнюдь не следует, что дело обстояло таким образом. Ныне нет оснований для того, чтобы засекречивать такую информацию. Группа ВВС не обнаружила никаких свидетельств того, что это дело связано с ракетой, ни даже каких-либо намеков в пользу этой версии». СОБЫТИЯ В РОСУЭЛЛЕ НЕ БЫЛИ НЕСЧАСТНЫМ СЛУЧАЕМ С ЯДЕРНЫМ ОРУЖИЕМ "Была рассмотрена вероятность того, что так называемые события в Росуэлле были связаны с ядерным оружием. Для такого выводы были разумные основания, так как в то время 509-й авиаполк был единственным воинским соединением, имевшим доступ к ядерному оружию. И опять-таки изучение всех имеющихся архивных сведений показало, что дело обстоит не так. Целый ряд архивных данных, которые до сих пор носят гриф «Совершенно секретно» или «Секретно, для ограниченного круга лиц», касаются ядерного оружия; они размещены в Федеральном центре документации (Сент-Луис, штат Миссури)[7 - Ранее в докладе говорилось о том, что в Сент-Луисе размешается Национальный центр учета личного воинского состава, а Федеральный центр документации находится в Форте Уорте (штат Техас). (Прим. перев.)]. В документах, которые относятся к 509-му полку, не было ничего такого, что можно было бы связать с «происшествием в Росуэлле». Кроме того, любые документы, относившиеся к случаям с ядерным оружием, были бы переданы ныне существующему Министерству по делам энергетики. Если бы такой случай имел место, то скорее всего Министерство по делам энергетики предало бы его огласке в ходе недавно осуществленного рассекречивания и предания общественной гласности закрытой прежде информации. Однако в архивах ВВС нет никаких указаний на возможность существования таких сведений, переданных Министерству по делам энергетики. ВВС не обнаружило никаких указаний на то, что происшедшее вблизи Росуэлла в 1947 году было связано с каким-то видом внеземного космического корабля. Конечно, именно здесь суть всего дела. Сторонник НЛО, раздобыв этот доклад, конечно, начнет утверждать, что «сокрытие правды все еще продолжается». Тем не менее исследование группы ВВС с абсолютной достоверностью установило, что нет никаких свидетельств того, что какой бы то ни было космический корабль разбивался вблизи от Росуэлла, а какие-либо пришельцы были извлечены из него в ходе осуществления военной операции или иным способом. Разумеется, из этого вовсе не следует, что прежде ВВС не проявляли интереса к НЛО. Однако в прошлом НЛО, «неопознанный летающий объект», буквально означал: находящийся в воздухе предмет, который не поддается немедленному опознанию. Это не было тождественно современному понятию «НЛО», которое используется для.обозначения космических кораблей пришельцев. Архивные сведения за этот период, которые были изучены исследователями из ВВС, а также материалы, на которые ссылаются упомянутые выше авторы, показывают, что ВВС на самом деле проявляли озабоченность тем, что они не могут точно определить неизвестные летящие предметы, которые были замечены в воздушном пространстве Америки. Однако все документы показывают, что в центре внимания были не пришельцы, враждебные или невраждебные, а Советский Союз. Многие документы того времени говорили о возможности того, что экспериментальный советский самолет, о существовании которого ничего не было известно, летает в воздушном пространстве США. Разумеется, это было источником большой обеспокоенности для служащих ВВС, которые должны были защищать наше небо. Исследование обнаружило лишь один официальный документ ВВС, который показал наличие какой-то деятельности, связанной с НЛО и Росуэллом в июле 1947 года. В небольшом разделе отчета о текущей деятельности 509-го полка бомбардировочной авиации и авиабазы в Росуэлле за июль 1947 года говорилось: «Бюро по информации и связи с общественностью было довольно много занято в течение месяца, отвечая на вопросы по поводу „летающего диска“, о котором сообщалось, что он находится в распоряжении 509-го полка бомбардировочной авиации. Предмет оказался радиолокационным ориентиром воздушного шара». Кроме того, из этого отчета следует, что командир 509-го полка полковник Бланшард 8 июля 1947 года ушел в отпуск, что было бы несколько необычным для человека, который, как утверждается, участвовал в обнаружении первых внеземных предметов. (Критики утверждают, что Бланшард действовал так, чтобы избежать контактов с представителями прессы и направиться на место действия для проведения операции по доставке корабля с места его падения.) Отчет и текущие утренние сводки за тот месяц также показывают, что жизнь в Росуэлле текла своим чередом и в течение этого периода не было замечено никакой повышенной активности, мобилизации личного состава, ресурсов или усиленных мер безопасности. Аналогичным образом исследователями не было замечено никакой возросшей активности, где бы то ни было в рядах военной иерархии в июле 1947 года, увеличения обмена посланиями или издания приказов {учитывая и секретные послания и предписания). Не было никаких особых сигналов или предупреждений, объявлений тревоги, не было никаких признаков ускорения деятельности, что следовало бы ожидать в том случае, если бы летательный аппарат неизвестного происхождения и с неизвестными намерениями вторгся в пределы американской территории. Считать, что такая активность и такие меры безопасности были предприняты лишь на уровне использования ненадежных телекоммуникаций или с помощью личных контактов и от этой деятельности не осталось никаких записей, — представляется совершенно невозможным любому человеку, прослужившему в армии и знающему, насколько бумаготворчество является необходимым элементом при осуществлении любой операции, даже, если речь идет о делах деликатных, чрезвычайных или требующих секретности. Сторонники НЛО приводят в качестве примера того, что в указанное время нечто необычное происходило, ссылаются на поездку командующего хозяйственной части ВВС генерал-лейтенанта Натана Туайнинга в Нью-Мексико в июле 1947 года. Кстати говоря, были обнаружены документы, которые свидетельствуют о том, что Туайнинг направлялся на курсы командующих бомбардировочной авиации 8 июля вместе с другими высокопоставленными военачальниками в соответствии с приказом, изданным 5 июня 1947 года. Также утверждалось, что заместитель начальника штаба ВВС генерал Хойт Ванденберг в то время принял участие в руководстве операциями в связи с событиями в Росуэлле. Из отчетов о деятельности генерала, хранящихся вместе с его другими личными бумагами в Библиотеке Конгресса, ясно, что 7 июля он был действительно занят случаем с «летающим диском»; однако этот случай произошел в районе аэродрома Эллингтон и Спокане (штат Техас). После активного обсуждения этого вопроса и сбора информации было установлено, что вся история была обманом. За исключением газетных сообщений нет никаких данных о том, что генерал проявлял интерес к событиям в Росуэлле или лично участвовал в них. Вышеприведенные два небольших примера показывают, что если произошло некое событие, которое явилось одним из «водораздельных» в истории человечества, то ясно, что военные США вели себя беззаботно и высокомерно. На самом деле военным пришлось бы приказать тысячам пехотинцев и летчиков, и не только в Росуэлле, вести себя с удивительной небрежностью, как будто ничего особенного не происходит. Мало того, военные должны были воздержаться от написания каких-либо бумаг о необычных событиях, предвидя, что через двадцать лет в США будет принят Закон о свободе информации, в соответствии с которым люди смогут им воспользоваться и изучать правительственные документы. Документы показывают, что ничего подобного не произошло (если бы такое произошло, то можно предположить, что в то время существовала столь эффективная система хранения секретов, подобную которой впоследствии никому ни в США, ни за ее пределами не удалось вновь воссоздать). Если бы такая система существовала в то время, то с ее помощью можно было бы уберечь атомные секреты от Советов, но, как мы знаем из истории, этого не удалось добиться. Просмотренные документы показали, что такой сложной и эффективной системы не существовало". ЧТО ЖЕ ИЗ СЕБЯ ПРЕДСТАВЛЯЛО ПРОИСШЕСТВИЕ В РОСУЭЛЛЕ "Как уже сообщалось раньше, первоначально было объявлено о том, что был обнаружен какой-то воздушный шар, который обычно именуют метеорологическим. В то же время большая часть обломков, которые были представлены генералом Рамни и майором Марселом на знаменитых фотографиях в Форте Уорте, принадлежала радиолокационному ориентиру воздушного шара. Это приспособление, которое будет ниже рассмотрено более подробно, вполне соответствует описанию в газетной статье от 9 июля, где говорится о «фольге, бумаге, липкой ленте и палочках». Кроме того, описание «летающего диска» можно обнаружить в документе, который обычно приводится большинством сторонников НЛО в качестве доказательства существования заговора. Речь идет о телеграмме из отделения ФБР в Далласе от 8 июля 1947 года. В ней, в частности, говорится: «…Диск шестиугольной формы. Он был подвешен к воздушному шару с помощью кабеля. Диаметр воздушного шара бцл приблизительно семи метров… Найденный предмет напоминает воздушный шар, запускаемый в верхние слои атмосферы с радиолокационным ориентиром… Диск и воздушный шар переправляют». "Аналогичные выводы были сделаны во время обзора отдельных материалов популярной литературы. Один из них, озаглавленный «События в Росуэлле», выпущен под редакцией Фреда Уайтинга и при спонсорстве Фонда для исследования НЛО (ФУФОР). Хотя мы не собирались комментировать высказывания авторов коммерческих произведений и их утверждения относительно заявлений других людей, но данный документ отличается от прочих тем, что в нем содержатся подлинные копии заверенных свидетельств, полученных от лиц, которые утверждают, что они кое-что знали о происшествии в Росуэлле. Хотя многие из лиц, которые представили эти свидетельские показания исследователям из ФУФОР, были убеждены в том, что они наблюдали нечто, относящееся к внеземному, некоторые из них на самом деле описывают материалы, которые подозрительно похожи на обломки воздушного шара. Среди этих показаний имеются такие: "Джесси А. Марсел, доктор медицины (сын покойного майора Джесси Марсела; ему самому было одиннадцать лет в момент происшествия). Показания даны 6 мая 1991 года; «…Были три рода обломков: плотное, похожее на металлическое серое вещество; колкий черно-коричневый материал, похожий на пластмассу; обломки, похожие на части небольших балок. На внутренней поверхности балки было что-то отпечатано. Письмена были темно-фиолетового цвета, и, казалось, что они выбиты. Знаки представляли собой выгнутые геометрические фигуры. Они не были похожи на русские, японские или иные иностранные письмена. Они напоминали иероглифы, но изображений животных там не было…» "Лоретта Проктор (бывшая соседка У.У. Макбрейзела. Показания взяты 5 мая 1991 года): «…Макбрейзел пришел к нам на ранчо и показал моему мужу и мне кусок материала, который, по его словам, он взял из большой кучи обломков. Они валялись на земле, которой он управлял. Кусок, который он принес, был коричневого цвета, похожий на пластмассу… Он сказал, что другие материалы, валявшиеся на его земле, похожи на алюминиевую фольгу. Этот материал был гибким, не сминался и не горел. Было также нечто, похожее на липкий пластырь, на котором было что-то напечатано. Цвет печати был темно-лиловый». "Бесси Макбрейзел Шрайбер (дочь У.У. Макбрейзела; ей было четырнадцать лет во время происшествия). Показания взяты 22 сентября 1993 года: «…Обломки выглядели как куски большого воздушного шара, который лопнул. Куски были столь маленькими, что самый большой из них, который я запомнила, был диаметром с баскетбольный мяч. Большинство кусков было из какого-то двухслойного материала; с одной стороны — что-то, похожее на фольгу, с другой стороны — что-то, напоминающее резину. Обе стороны были сероватого оттенка, при этом фольга казалась более серебристой, чем резина. Палочки, похожие на те, что применяются в воздушных змеях, были прикреплены к некоторым из этих кусков материи чем-то вроде пластыря беловатого цвета. Эта липкая лента была шириной в пять-семь сантиметров, и на ней был орнамент с изображением цветов. Изображение не было ярким, скорее — в пастельных тонах и мне напоминало японские рисунки, в которых каждый цветок изображен отдельно от другого. Я не помню никаких других видов материала или обозначений, не помню я и каких-либо вмятин на почве или иных признаков, которые могли бы свидетельствовать о сильном ударе о землю. Материал из резины и фольги нельзя было оторвать также легко, как обычную алюминиевую фольгу…» "Сэлли Стрикленд Тадолини (соседка У.У. Макбрейзела; ей было девять лет в 1947 году). Показания взяты 27 сентября 1993 года: «…Бил показал нам кусок того, что было одновременно похоже и на алюминиевую фольгу, и на сатин, и на хорошо выдубленную кожу по своей упругости, и в то же время ни на один из этих материалов… Этот материал был толщиной с самую тонкую лайковую перчатку, тусклого металлического цвета, отливавшего серебристым блеском; одна его сторона была темнее другой. Я не помню никаких орнаментов или чего-то отпечатанного на нем…» "Роберт Р. Портер (пилот-инженер самолета Б-29, базировавшегося в Росуэлле в 1947 году). Показания даны 7 июня 1991 года: «В тот раз я был членом экипажа, перевозившего в Форт Уорт предметы, о которых нам сказали, что они являются обломками летающей тарелки. Среди тех, кто был на борту самолета, находился майор Джесси Марсел. Капитан Уильям Е. Андерсон сказал нам, что это были куски летающей тарелки. После того, как мы прибыли на место, материал был перенесен на самолет Б-25. Мне сказали, что он направляется на аэродром Райт в Дейтоне (штат Огайо). Я участвовал в погрузке материалов на борт Б-29. Все было покрыто упаковочной бумагой. Один из предметов был треугольной формы. Его днище составляло около 80 сантиметров в поперечнике. Остальные представляли собой небольшие пакеты, размером с коробку для ботинок. Упаковочная бумага была скреплена клейкой лентой. Материал был исключительно легким. Когда я его поднимал, то создавалось впечатление, что держишь в руках пустой пакет. Мы погрузили в самолет треугольный предмет и три коробки, величиной с коробку для ботинок. Весь груз мог легко поместиться в кузове автомашины… Когда мы пришли с обеда, то нам было сказано, что весь груз переместили в самолет Б-25. Нам объяснили, что это были обломки воздушного шара, но я не уверен в том, что это был воздушный шар». Кроме упомянутых лиц, которые до сих пор живы и утверждают, что видели и рассматривали материал, найденный на ранчо Фостера, есть еще один человек, который, по мнению многих, участвовал в перевозке обломков. Это — подполковник авиации в отставке Шеридан Кейвитт. О нем упоминают все, кто сопровождал майора Марсела на ранчо во время погрузки и вывоза обломков. Иногда упоминают также подчиненного ему офицера контрразведки Уильяма Рикетта, который, как и Марсел, умер. Хотя нет никаких споров по поводу его участия в данном деле, относительно этой фигуры существует немало кривотолков в популярной литературе. Порой его изображают как скрытного (иногда даже зловещего) заговорщика, который одним из первых стал предпринимать меры для того, чтобы скрыть «тайну Росуэлла». О нем распространяют и другие слухи. В частности, утверждается, что он написал доклад по следам событий, который никогда не был предан огласке. Так как Кейвитт был живым очевидцем событий, то было принято решение взять у него интервью и заверенное под присягой показание о том, что произошло. Перед началом интервью министр авиации предоставил письменное разрешение, позволяющее ему обсуждать засекреченные темы и освобождающее его от прежде взятых им обязательств о хранении государственных тайн. Кейвитт был проинтервьюирован у себя дома 24 мая 1994 года. Он представил воспоминания по этому вопросу в письменном заявлении, которое было сделано им под присягой и подписано должным образом. Одновременно он согласился записать на пленку интервью с ним. В этом интервью Кейвитт рассказал, что к нему не раз обращались исследователи НЛО и он с готовностью беседовал со многими из них. Однако, по его мнению, его высказывания часто подвергались искажениям, многие его замечания были вырваны из контекста, и их истинный смысл извращался. Между тем он без обиняков заявлял, что материал, который он погрузил и вывез, представлял собой нечто вроде отражательной материи, похожей на алюминиевую фольгу, а также тонкие палочки, похожие на бамбук. В то время он считал и продолжает так считать и ныне, что обнаружил воздушный метеорологический шар. Об этом он сообщал многим частным исследователям. Также он помнит, что обнаружил прибор, похожий на «черный ящик». В то время он решил, что это — радиозонд. Просмотрев известные фотографии обломков, сделанные Рамни Марселем и отвезенные им в Форт Уорт (которые, по мнению исследователей НЛО, были подменены), Кейвитт заявил, что фотоизображение совпадает с тем, что он доставил с ранчо. Кейвитг также заявил, что он никогда не присягал и не подписывал какого-либо обязательства о том, чтобы молчать по поводу происшествия, а власти никогда ему не угрожали из-за случившегося. Он вообще не подозревал, что «происшествие» было чем-то из ряда вон выходящим, вплоть до начала 80-х годов, когда его впервые проинтервьюировали. Одновременно обратились к майору в отставке Ирвингу Ньютону, который также был проинтервьюирован. Ньютон был офицером метеослужбы, служившим в Форте Уорте. Он дежурил, когда обломки, найденные в Росуэлле, были присланы в Форт Уорт в 1947 году. Ему сказали, что он должен прибыть в кабинет генерала Рамни для того, чтобы осмотреть материал. В написанном им под присягой заявлении Ньютон утверждает: «Я вошел в кабинет генерала, где лежало то, что считалось летающей тарелкой. Как только я увидел эти предметы, я засмеялся и спросил, не это ли является летающей тарелкой… Я сказал им, что это — воздушный шар и радиолокационный ориентир…» Ньютон также заявил: «Пока я разглядывал обломки, майор Марсел поднимал их один за другим, пытаясь меня убедить в том, что некоторые знаки на палках были письменами пришельцев. На палках были цифры, розоватого или сиреневого цвета. Очевидно, что они выцвели и облупились под воздействием погоды и обрели вид дикий и бессмысленный (так в тексте интервью. — Прим. автора). Он не убедил меня в том, что это были письмена пришельцев». Ньютон закончил свое заявление словами: «В последующие годы меня часто расспрашивали многие авторы, на меня не раз ссылались и мои слова не раз перевирали. Факты таковы, как я их изложил. Когда я давал свое первое интервью, на меня никто не оказывал давления. Никто не оказывает давления на меня и сейчас, чтобы я рассказал что-нибудь, кроме правды. Эта правда сводится к тому, что увиденное мною в кабинете генерала Рамни — это обломки воздушного шара и радиолокационный ориентир». Майор Ньютон — живой и энергичный американец с военной выправкой, отличающийся прямотой суждений. Хотя майор не хотел говорить дурно о покойниках, он не высказал высокого мнения относительно умственных способностей Джесси Марсела и в тот день в кабинете перед грудой обломков, разбросанных на полу, когда Марсел рассуждал о «летающей тарелке», он выразил сомнение о его умении анализировать. Ньютон — человек трезвый и практичный, наделенный здравым смыслом, он от души хохочет, когда ему говорят, что «росуэлльское происшествие» может быть связано с летающей тарелкой. Нет сомнения в том, что, если надо было опознать воздушный метеорологический шар, то наиболее подходящей фигурой для этого был майор Ирвинг Ньютон. Именно по этой причине генерал Роджер Рамни вызвал его в свой кабинет в июле 1947 года. «Я — метеоролог, — объяснял мне Ньютон. — Я составлял прогнозы погоды в течение десяти лет, пока работал на метеостанции в Форте Уорт, а также совершая полеты на самолетах метеослужбы. У нас было два поста. В тот день было мое дежурство. Обычно у нас готовили прогнозы два человека, а иногда и более. Но время было тихое, и я работал на двух постах сразу. Вдруг меня вызвали в кабинет генерала и попросили взглянуть на кое-что. Я ответил, что, наверное, не смогу это сделать, потому что я был единственным дежурным, кто составлял прогнозы. Тут позвонил сам генерал и сказал: „Слушай, оторви свою задницу от стула и марш ко мне в мой кабинет. У нас тут есть кое-что, и мы хотим, чтобы ты взглянул на это“. Я ответил: „Есть, сэр, слушаю, сэр!“ А он сказал: „Если у тебя есть машина — хорошо. Если нет, хватай любую. Бери первое попавшееся под руку транспортное средство и жми немедленно ко мне“. Никто мне не сказал, что это — летающая тарелка или что-то в этом роде. Я прибыл в его кабинет, а какой-то полковник, которого я не знал (скорее всего, это был полковник Томас Дюбоуз, офицер штаба Рамни. — Прим. автора), встретил меня в дверях. Он сказал, что кто-то в Росуэлле поднял то, что приняли за летающую тарелку. Эту штуку привезли сюда, и сейчас она в кабинете генерала, а генералу кажется, что это какая-то часть метеорологического оборудования. Вот что мне было сказано на самом деле. В действительности никто мне не говорил: „Мы хотели бы, чтобы вы вошли и сказали, что этот предмет является метеорологическим воздушным шаром“. Никто так не говорил!» «Тут меня пропустили внутрь генеральского кабинета. На полу валялась эта дребедень. И когда я это увидел, то спросил: „И это — ваша летающая тарелка?“ А они ответили: „Ага“. И тогда я сказал: „Ну, нет, чёрт побери! Это же радиолокационный ориентир и воздушный шар. А если это не так, то я готов их съесть без соли и перца!“ — „Вы уверены?“ — „Да, я уверен! Я знаю, что это такое“. В это время в кабинете находились шесть или восемь человек, генерал, пара адъютантов, майор Марсел, какие-то фотографы и настоящие репортеры». Ньютон твердо уверен в том, что видел, хотя он не должен исключать возможности того, что произошла подмена материала. Такая версия была выдвинута сыном Марсела и не исключалась самим Джесси Марселом. «Сокрытие фактов», по словам Фрэнка Кауфманна, было «блестящим» примером дезинформации. Прав ли Ньютон или нет, но его оценка ситуации является ценной, особенно для понимания характера и способностей майора Марсела. «Теперь, если позволите, я бы попытался изложить простые факты, которые мне известны об этом событии, — предложил Ньютон. — Дело в том, что в середине июня этот фермер Макбрейзел то ли ехал верхом, то ли шел пешком по пастбищу со своим сыном. Он заметил какой-то подозрительный хлам, сверкающие металлические предметы, но ушел прочь и даже не .стал ломать голову по их поводу. Но в следующем месяце поднялся шум из-за летающих тарелок, и кто-то сказал: „Послушайте, а ведь, кажется, полагается награда тому, кто найдет летающую тарелку!“ И тут Макбрейзел, как всякий умный человек, сообразил: „Эге, черт побери, да у меня есть как раз то, что нужно!“ Он, стало быть, отправился на пастбище и собрал целую охапку. Интересно, смогу ли я представить себе, что он там насобирал? Макбрейзел заявил: „Там есть участок, диаметром в двести метров, на котором разбросаны обломки и обрывки. Они состоят из резины дымчато-серого цвета, фольги, липкой ленты и палочек. Фольга лежит кучей размером метр в длину и сантиметров 20 в толщину, резина лежит в куче полметра в длину и сантиметров 20 в толщину“. Он, наверное, прикинул и решил, что все это будет весить около двух с половиной килограммов. Вот что у него было на поле. Воздушный шар, когда мы его запускаем в воздух и он поднимается на большую высоту, расширяется, возможно, даже до шести, а то и до десяти метров, а потом начинает деформироваться под воздействием Солнца и спускаться вниз по тем или иным причинам. Теперь постарайтесь представить себе огромный воздушный шар, к которому привязан радиолокационный ориентир, который носится по пустыне Бог знает сколько времени. Никто не знает, когда эта штуковина свалилась, никто не имеет ни малейшего представления о том, сколько времени она валялась там. Но, в конце концов, она порвалась в колючем кустарнике, и эта рваная ткань покрыла всю эту дребедень и стала разрушаться. Именно это случилось с резиной, или неопреном, или Бог знает из чего шар был сделан, — все это просто стало разрушаться. Ясно одно: Макбрейзел сообщил шерифу, а шериф сообщил об этом на базу. А тут как тут — офицер разведки майор Марсел. Вот хорошая возможность развить активность для разведки, и он вполне подходил для этой роли. Поэтому его пригласили посмотреть, и он разглядывал эти вещи. А потом тут оказался парень из отдела информации и связи с общественностью, и я уж не знаю, как он туда попал, но ктото показал эту вещь ему, и — Боже мой! — что тут началось! Он опубликовал заявление для прессы: „У нас летающий диск“. Никто даже не подумал сказать: „Возможно, что у нас летающий диск, и мы собираемся это проверить“. Взяли и ляпнули: „У нас летающий диск!“ То да се, связали все это в кучу и переправили в Форт Уорт, — вот здесь я вступил в дело. Привезли все в кабинет генерала Рамни и вывалили все это на пол. А он заподозрил, что это какая-то метеорологическая штуковина и вызвал первого попавшегося парня, который может знать, что это такое. Им оказался я! К счастью, я знал, что это такое, потому что принимал участие в нескольких заданиях, во время которых мы использовали подобные штуки. Вообще для сбора сведений о погоде мы обычно такие вещи не использовали, а лишь для выполнения особых заданий, например, для сбора информации о состоянии верхних слоев атмосферы при проведении операций артиллерии или авиации. Но я знал, что это такое. Я увидел это и определил что это». Уверенность Ньютона не была поколеблена утверждением, что материал мог быть подменен. Его уверенность основывается на его точном воспоминании о поведении майора Джесси Марсела, когда они были вместе в кабинете генерала Рамни. До этого они никогда не встречались, никогда не виделись и после этой встречи. "Пока мы были в кабинете, — вспоминает Ньютон, — он все время ходил за мной, пытаясь убедить меня с помощью этих палочек, на которых были изображения, похожие на иероглифы. Он повторял: «А такое вы видели?» «Ну, верно, такого я никогда не видел. Я никогда не видел такого на радиолокационных ориентирах, а сейчас видел. Но мне показалось, что он пытался убедить меня в том, что обнаружил летающий диск, что он из враждебного мира и что я никогда прежде не видел ничего подобного. Но все-то остальное я раньше видел». Еще один вопрос, в отношении которого у Ньютона существует полная ясность, касается истинной природы и свойств «странных материалов». В этом его показания получают поддержку доклада ВВС, некоторых очевидцев и, косвенным образом, Марсела. Природа и свойства этих материалов описана с необычайной степенью сходства многими различными наблюдателями. Пожалуй, это самый сильный свидетельский аргумент в пользу объяснения ВВС о том, что это был воздушный шар, а не летающий диск. Даже те, кто сомневаются в версии ВВС, вряд ли могут утверждать, что «летающий диск» построен с использованием материалов, которые сильно напоминают древесину бальзового дерева, липкую ленту, фольгу и резину. Даже если мы представим, что в летающей тарелке могут содержаться похожие материалы, то трудно допустить совпадение в использовании для конструирования воздушного шара и летающей тарелки по сути одинакового сырья или материала со схожими физическими и химическими свойствами. Теперь перед лицом этого аргумента, для того чтобы поддержать гипотезу о «внеземном летающем диске» и о попытках ВВС скрыть истину, нам придется сделать вывод о том, что ВВС в то время сочинили версию о воздушном шаре и умышленно подсунули эту версию и описания его свойств тем, кто видел или слышал об обнаруженном материале. В принципе с помощью наводящих вопросов можно было добиться того, чтобы описания подтверждали друг друга. Кроме того, нам потребовались бы какие-нибудь свидетельства, подтверждающие этот вывод. Разумеется, было бы нетрудно добиться таких описаний от свидетелей, которые были готовы сотрудничать с властями, или от тех, кому угрожали (а именно об этом говорят многие). Эти ответы можно было бы затем суммировать так: «Другие также подтверждают, что странные материалы почти похожи на древесину бальзы, алюминий и т. д…» Однако такие показания давали не противники внеземной версии росуэлльской тайны, а ее сторонники. Поэтому их ценность для земной разгадки особенно велика. Даже если мы согласимся с тем, что предметы, найденные на ранчо, являются обломками межпланетного корабля, то трудно поверить тому, что он был сооружен из таких хрупких материалов. Тем более странно, что обрывки и обломки очень похожи на те, из которых конструируется воздушный шар, даже очень необычный воздушный шар. Есть одна довольно притянутая за уши версия, позволяющая объяснить путаницу в описаниях материалов «летающей тарелки» и их большое сходство с материалами, которые использовались в воздушных шарах. Она сводится к тому, что объект, который разбился в Нью-Мексико в 1947 году, был какой-то разновидностью НЛО, запутавшейся в воздушном шаре. Следует подчеркнуть, что это кажется маловероятным, но существует документ ФБР, полученный на основе Акта о свободе информации и выпущенный в тот же день, когда ВВС опубликовали свой пресс-релиз в газетах. Этот документ дает известные основания для такой версии. "ТЕЛЕТАЙП. ФБР ДАЛЛАС 7-8-47 6.17.ДИРЕКТОРУ ОТДЕЛЕНИЯ В ЦИНЦИННАТИ. СРОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ О ЛЕТАЮЩЕМ ДИСКЕ. ПО ТЕЛЕФОНУ ИЗ ШТАБА ВОСЬМОЙ АРМИИ ВВС НАМ СООБЩИЛИ, ЧТО ОБЪЕКТ, ЯКОБЫ ЯВЛЯЮЩИЙСЯ ЛЕТАЮЩИМ ДИСКОМ, БЫЛ ОБНАРУЖЕН ВБЛИЗИ РОСУЭЛЛА, НЬЮ-МЕКСИКО, СЕГОДНЯ. ЭТОТ ДИСК ШЕСТИУГОЛЬНОЙ ФОРМЫ. ОН БЫЛ ПОДВЕШЕН К ВОЗДУШНОМУ ШАРУ С ПОМОЩЬЮ КАБЕЛЯ. ДИАМЕТР ВОЗДУШНОГО ШАРА РАВЕН ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО СЕМИ МЕТРАМ.[зачеркнуто цензурой] ДАЛЕЕ СООБЩИЛИ, ЧТО НАЙДЕННЫЙ ПРЕДМЕТ НАПОМИНАЕТ ВОЗДУШНЫЙ ШАР, ЗАПУСКАЕМЫЙ В ВЕРХНИЕ СЛОИ АТМОСФЕРЫ С РАДИОЛОКАЦИОННЫМ ОРИЕНТИРОМ. РАЗГОВОР ПО ТЕЛЕФОНУ МЕЖДУ ШТАБОМ И АЭРОДРОМОМ РАЙТ НЕ ПОДТВЕРДИЛ ТАКОЙ ОЦЕНКИ. ДИСК И ВОЗДУШНЫЙ ШАР ПЕРЕПРАВЛЯЮТ СПЕЦИАЛЬНЫМ РЕЙСОМ В АЭРОПОРТ РАЙТ ДЛЯ АНАЛИЗА. ИМЕЮТСЯ СВЕДЕНИЯ О ТОМ, ЧТО ИЗ-ЗА ВСЕОБЩЕГО ИНТЕРЕСА В СТРАНЕ К ЭТОМУ ДЕЛУ НАЦИОНАЛЬНАЯ РАДИОВЕЩАТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ, АССОШИЕЙТЕД ПРЕСС И ДРУГИЕ ПЫТАЮТСЯ СЕГОДНЯ СООБЩИТЬ О МЕСТОНАХОЖДЕНИИ ДИСКА. [зачеркнуто цензурой] БУДЕМ ПРОСИТЬ АЭРОДРОМ РАЙТ СООБЩИТЬ В ОТДЕЛЕНИЕ В ЦИНЦИННАТИ О РЕЗУЛЬТАТАХ АНАЛИЗА. НИКАКИХ ДРУГИХ РАССЛЕДОВАНИЙ НЕ ПРОВОДИЛОСЬ. ВИЛЛИ. КОНЕЦ. Вышеприведенное является подлинным документом ФБР, который был рассекречен. Он был написан в тот же день, когда вышла в свет знаменитая статья в газете «Росуэлл дейли рекорд». Весьма знаменательно, что в этом сообщении речь идет и о воздушном шаре, и о летающем диске. Таким образом, это является либо свидетельством того, что существовали два отдельных предмета — «диск», о котором было сказано, что он «шестиугольной формы», и воздушный шар, о котором сказано, что его диаметр равен «приблизительно семи метрам». Это любопытный документ. Допустим, описанный предмет действительно является воздушным шаром, но он вряд ли напоминает диск. В то же время если это был «летающий диск», то вряд ли он напоминал воздушный шар. Доклад не разрешает загадку. Известно, что воздушные шары довольно часто обнаруживали в удаленной местности и на ранчо, а поэтому люди были довольно хорошо знакомы с тем, как они выглядели. И все же немногие из этих летательных аппаратов были предметом срочных телетайпных сообщений из ФБР. Если предположить, что речь идет о воздушном шаре, то встает вопрос о том, каким образом его могли легко принять за «летающий диск» и вызвать такой переполох среди фермеров, горожан, офицеров разведки и служащих ВВС. Такая ошибка могла возникнуть только в том случае, если они все были обмануты или если всех их охватила истерия, вызванная наблюдениями за летающими тарелками, и они стали жертвами такого самообмана, который парализовал их способность трезво мыслить. Майор Ньютон считает это возможным и полагает, что, как только возник слух о том, что обнаружена летающая тарелка, никто уже не был способен проявить достаточную объективность и установить, что обломки представляли собой лишь останки воздушного шара. «Как только ковбой сказал: „У нас летающая тарелка“, я уверен все клюнули на это. Если бы они обратились к метеорологу в Росуэлле, то он смог бы легко опознать шар, но я уверен, что они не пригласили никого из тех, кто занимался составлением прогнозов погоды, или когонибудь в этом роде. Я уверен, что они ввели меры безопасности, а поэтому под угрозой смерти людям стали говорить: „Не говорите о том, не упоминайте этого“. А это наилучшим образом способствует распространению слухов. Я вижу, что они пытались сделать все, чтобы помешать распространению этой истории, но не думаю, что они по-настоящему старались добиться того, чтобы люди не рассказывали факты». Остается вопрос о том, каким образом 509-й полк мог так ошибиться, принять воздушный шар за летающую тарелку. Ньютон верит, что Марсел мог ошибиться и его кто-то сбил с толку. «Марсел не знал, что это — воздушный шар. Он вообще ничего не знал. Я думаю, что, оказавшись в окружении всех этих высокопоставленных лиц, генерала и газетчиков, он просто растерялся до безумия и хотел сделать что угодно, чтобы превратить воздушный шар в летающую тарелку. Я думаю, что он был готов на все, но беда была в том, что он не мог ничего поделать, потому, что это не была летающая тарелка. И у меня не было ни малейшего сомнения в том, — хотя существует очень малая вероятность того, что я ошибаюсь, — что вещь, которую увидел Макбрейзел и то, что я видел на полу, было одно и то же. Марсел же пытался мне доказать, что письмена пришли из космоса». Новый рассказ про воздушный шар по сути совпадает с объяснением, которое предложено сейчас ВВС. Доклад полковника Уивера отмечает, что они обнаружили документы об испытаниях воздушных шаров в Аламогордо (сейчас это авиабаза ВВС Холломэн) и в Уайт Сэндс в июне и июле 1947 года. В докладе говорится об испытании воздушных шаров «постоянного уровня» и об экспериментах, проводившихся Колумбийским университетом (город Нью-Йорк) и лабораториями Уотсона, в ходе которых использовались «метеорологические приборы». Цель экспериментов состояла в том, чтобы «проверить возможность определения взрывных волн, вызванных советскими ядерными испытаниями». Возможно, это свидетельствует о попытках создать версию прикрытия. Впоследствии всплыло на поверхность письмо штаба метеослужбы Армии, в котором описывался проект создания воздушного шара для пребывания на постоянной высоте. В письме указывалось, что научные данные этого проекта были обозначены «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. Приоритет 1А». Он назывался проект «Могол». Проект «Могол» представлял собой строго засекреченное предприятие, имевшее целью определить состояние советских ядерных исследований. Дело было в начале холодной войны, и американское правительство выражало серьезную озабоченность по поводу возможности создания в Советском Союзе атомного оружия. Так как границы Советского Союза были закрыты, то США искали способ, позволяющий определять факт проведения ядерных взрывов на большом расстоянии. Доктор Морис Эвинг из Колумбийского университета (город Нью-Йорк) предложил генералу Спаатсу в 1945 году в качестве возможного решения проект создания акустического прибора с большим радиусом приема, работающего на низких частотах и транспортируемого на воздушных шарах. (Уже в 1900 году изучалась проводимость низкочастотного давления в атмосфере.) В ходе исследования вопроса о происшествии в Росуэлле управление административного помощника при министре ВВС обнаружило научно-исследовательские планы и отчеты по проекту Колумбийского университета. Исследование также показало, что многие из людей, работавших над осуществлением проекта «Могол», все еще живы. Среди них были директор исследовательского проекта доктор Ателсан Ф. Спилхауз, инженер проекта профессор Чарлз Б. Мур, военный руководитель проекта полковник Альберт С. Траковский. Со всеми этими людьми были проведены беседы, и они под присягой представили и заверили сведения о своей деятельности. Эти беседы подтвердили, что проект «Могол» был комплексным и сложным предприятием. Группа нью-йоркских ученых отвечала за создание воздушных шаров, пребывавших на постоянной высоте, и телеметрических приборов, которые могли бы работать на определенных высотах (в пределах акустической проводимости), в то время как группа из Колумбийского университета должна была создать акустическую сенсорную аппаратуру. Доктор Спилхаус, профессор Мур и некоторые другие из группы исследователей догадывались о цели исследования, но не знали в то время условного названия проекта. В своих деловых и научных бумагах они писали о «незарегистрированном метеорологическом исследовании или же об исследовании с применением воздушных шаров». Новым сотрудникам не рассказывали, в чем суть их работы; им лишь говорили о том, что они заняты созданием метеорологического оборудования. Приезду группы ученых из Колумбийского университета на военный аэродром Аломогордо в штате Нью-Мексико предшествовало появление там ученых во главе с Альбертом П. Крейри, которые были заняты установкой сенсорных приборов и созданием необходимых условий для работы остальных исследователей. По прибытии профессор Мур и его команда провели эксперименты с воздушными шарами из неопрена различной конфигурации. Испытывались также «цепочки» из воздушных шаров, автоматические системы сброса балласта и способы использования акустических военно-морских приборов (поскольку акустические сенсорные устройства, созданные в лабораториях Уотсона, еще не были доставлены на место). Ими были налажены так называемые «служебные полеты». Эти «служебные полеты» не регистрировались, и они не были полностью описаны в опубликованных технических докладах, которые готовились на основе контракта между Колумбийским университетом и лабораториями Уотсона. По словам профессора Мура, в ходе «служебных полетов» использовались воздушные шары, радиолокационные ориентиры и грузы, специально предназначенные для испытания акустических сенсоров (сначала военноморских, а затем тех, которые были созданы в лабораториях Уотсона). Организаторы проекта заранее исходили из того, что оборудование, поднимавшееся в воздух, будет утрачено, и на некоторых шарах не было обычных в таких случаях табличек о «ВОЗНАГРАЖДЕНИИ» или с «ПРОСЬБОЙ ВЕРНУТЬ», потому что в отличие от зарегистрированных полетов о самих фактах их проведения никто не ставился в известность. Воздушные шары Колумбийского университета были перечислены в докладах в последовательном порядке: А, В, 1, 5, 6, 7, 8, 10. Ничего не было сказано о полетах шаров с номерами 2, 3, 4 и 9. Из беседы с профессором Муром выяснилось, что эти полеты не были зарегистрированы. Профессор Мур, который являлся инженером проекта, предоставил детальную информацию относительно деятельности исследователей. Он вспоминает, что к воздушным шарам прикреплялись радиолокационные ориентиры, потому что у них не было всего необходимого оборудования, в самом начале их работы в Нью-Мексико. Некоторые из радиолокационных ориентиров были сделаны на фабрике игрушек из алюминиевой фольги или бумаги с покрытием из фольги, деревянными опорами из древесины бальзы, которые для придания прочности были покрыты специальным клеем, пластырем и сплетенными нитями из нейлона. Конструкция, напоминавшая воздушного змея, скреплялась веревками, пропущенными через бронзовые колечки. Некоторые из этих устройств скреплялись также липкой лентой сиреневого цвета, на которой были изображены какие-то знаки. В соответствии с описанием, составленным группой нью-йоркских ученых, в полетах от А до 7 (с 20 ноября 1946 года по 2 июля 1947 года) использовались метеорологические воздушные шары, сделанные из неопрена (в то время как в последующих полетах использовались шары, сделанные из полиэтилена). Профессор Мур указал, что неопреновые шары подвергались разрушению под воздействием солнечных лучей, превращаясь из белых в темно-коричневые. Он рассказал, как находил в пустыне останки воздушных шаров с радиолокационными ориентирами и грузами. «Порванная в клочья неопреновая пленка похожа на черные хлопья или пепел уже через несколько дней пребывания на солнце. Пластические вещества и антиокислители, содержащиеся в неопрене, выделяют характерный острый запах. Остатки воздушного шара и радиолокационного ориентира разбрасываются поверхностным течением воздуха по земле». Ознакомившись с фотографиями, опубликованными в местных газетах в связи с пресс-конференцией генерала Рамни в 1947 году, и с выдержками из книг, в которых очевидцы излагали свои впечатления об обломках, профессор Мур пришел к выводу, что скорее всего материал представлял собой останки цепочки из многослойных неопреновых воздушных шаров со многими радиолокационными ориентирами. Материал и «черный ящик», описанный подполковником Кейвиттом, по экспертной оценке Мура, скорее всего являлся остатками от воздушного шара, запущенного во время полета N 4, «служебного полета», в ходе которого использовался военно-морской акустический прибор цилиндрической формы из металла. Очевидно, были также подобраны обломки приборов для измерения погодных условий, которые находились в ящике в отличие от обычных метеорологических радиозондов, в которых использовались картонные коробки. Кроме того, из содержания журнала записей, который вел в то время А. П. Крейри (его копию представила для ВВС его вдова) ясно, что воздушный шар был запущен во время «полета N 4» 4 июня 1947 года, но он не был обнаружен нью-йоркскими учеными. Вполне возможно, что эта цепочка из воздушных шаров, сооруженная из нестандартных материалов и запущенная в ходе СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНОГО проекта, опустилась в нескольких милях к северо-западу от Росуэлла, была разорвана на куски ветрами над поверхностью земли и в конечном счете найдена Макбрейзелом примерно через десять дней. Эту возможность подтверждают наблюдения Кейвитта, единственного оставшегося в живых очевидца того, как выглядели найденные обломки. Они «напоминали квадратные тонкие и легкие палочки, похожие на бамбук, а также какой-то металлический материал с отражающей поверхностью, который был также очень легким… Я помню, что увидел в этом материале сходство с веществом, из которого делались воздушные шары». Если это точное описание того материала, который Макбрейзел обнаружил на ранчо (затем передал шерифу Джорджу Уилкоксу, а два офицера ВВС увидели своими глазами, когда сами посетили место падения), то кажется наиболее разумным предположить, что на авиабазе сразу же должны были бы прийти к выводу, что это скорее всего какой-то воздушный шар. Во всяком случае у Кейвитта сложилось именно такое впечатление и, наверное, он обсудил этот вопрос с майором Джесси Марселем. Если последний не согласился с Кейвиттом, то, возможно, у них возникла дискуссия, а может быть, и спор, который, если он принял серьезный характер, мог бы привлечь внимание командира базы полковника Бланшарда. Однако нет никаких сведений о том, что происходил спор или хотя бы существовало какое-то разногласие, между тем различия в оценках были весьма серьезными: в соответствии с одной версией предмет был воздушным шаром, в соответствии с другой — летающей тарелкой. Никто не помнит, чтобы шел какой-то спор из-за разных оценок того, что было найдено, пока предметы не были доставлены на базу 509-го авиаполка в Росуэлле. Поэтому возникает вопрос: что вызвало появление сенсационного пресс-релиза, в котором сообщалось об обнаружении «летающего диска»? В официальном докладе ВВС это событие излагается следующим образом: «Относительно первоначального сообщения, в котором говорилось, что „ВВС захватили летающий диск“, исследовательская группа не сумела обнаружить какие-либо документальные обоснования, почему было сделано такое заявление. Однако 10 июля 1947 года вслед за пресс-конференцией генерала Рамни газета „Аламогордо ньюс“ опубликовала статью, сопровождавшуюся фотографиями. На них были изображены цепочки из воздушных шаров и радиолокационных ориентиров, найденные неподалеку от военного аэродрома Аломогордо, где работала группа из Колумбийского университета. Увидев эти фотографии, профессор Мур выразил удивление, так как в этой местности был единственный полигон для испытания воздушных шаров. Он заявил: „Кажется, были приняты меры для прикрытия нашей работы по проекту „Могол““. ВВС не обнаружили никаких документальных свидетельств того, что генералу Рамни были даны указания отстаивать на пресс-конференции версию о воздушном шаре. Скорее всего, он поступил так или потому, что знал о проекте „Могол“ и пытался отвлечь от него внимание, или же, после того как эти предметы опознал его офицер метеослужбы майор Ньютон, он искренне считал, что они принадлежат воздушному метеорологическому шару. В любом случае, предметы, обнаруженные ВВС в июле 1947 года, не представляли собой нечто особенное (особенной была лишь цель их использования), и найденные обломки не являлись сами по себе секретными материалами. Кроме того, у прессы столь же быстро угас интерес к этому событию, как совсем недавно до этого он возник. Не было особых причин разводить писанину по поводу того, что быстро перестало быть интересным». Ценная информация содержалась также в беседе с полковником Траковским. Полковник представил детали по проекту «Могол» и описал, каким образом были организованы меры безопасности по этой исследовательской программе, поскольку он непосредственно отвечал за ее секретность. Кроме того, он сообщил, что многие радиолокационные ориентиры в конце второй мировой войны производили на фабриках игрушек, а поэтому они использовали лиловую или сиреневую ленту, на которой были изображены цветы или сердца. Траковский пересказал свой разговор с одним вышестоящим офицером полковником Марселусом Даффи, который был его приятелем. Разговор происходил в июле 1947 года. Ранее Даффи занимал место, на которое был позднее назначен Траковский, а затем Даффи перевели на аэродром Райт. Траковский заявил: «Полковник Даффи позвонил мне по телефону из аэродрома Райт и рассказал об одном человеке, который прибыл к нему из Нью-Мексико, разбудил его среди ночи или что-то вроде этого, вручил ему охапку обломков и попросил, чтобы он, половник, опознал их… Он сказал: „Все это точно выглядело как те штуковины, которые вы запускали в Аламогордо“, и описал их, а я ответил: „Да, я думаю, что это так“. Конечно, полковник Даффи достаточно хорошо разбирался в радиолокационных ориентирах, радиозондах, аппаратах для измерения погодных условий, которые транспортировались на воздушных шарах. Он знал всю эту аппаратуру как свои пять пальцев». Были предприняты попытки разыскать полковника Даффи, но установили, что он умер. Его вдова объяснила нам, что у Даффи было много личных бумаг, относившихся к его службе в авиации, но она недавно все выбросила. Кроме того, было установлено, что А.П. Крейри также скончался. Однако у его вдовы осталось немало его бумаг, относившихся к тому времени, когда он занимался испытаниями воздушных шаров; сохранился и журнал, в котором он отмечал запуски шаров за тот период времени. Вдова передала имевшиеся у нее материалы исследователям из ВВС. Пока исследователи из ВВС осуществляли свой поиск, было установлено, что несколько других людей также пришли к выводу, что «происшествие в Росуэлле» могло быть вызвано обнаружением воздушного шара, запущенного по проекту «Могол». Среди них были профессор Чарлз Мур, Роберт Тодд и, между прочим, Карл Пфлок, исследователь, женатый на сотруднице из аппарата конгрессмена Шиффа. Некоторые из этих лиц высказали свои предположения, в каких архивах и библиотеках можно найти документы. Просмотр запросов, сделанных на основе Закона о свободе информации, позволил установить, что Роберт Тодд узнал о существовании проекта «Могол» несколько лет назад и, проявив немалое упорство, получил от ВВС значительную часть материалов, относящихся к этому проекту, задолго до того, как до него добрались исследователи из ВВС. Весьма знаменательно, что Пфлок опубликовал свой собственный доклад по этому вопросу под названием «Росуэлл в перспективе». Исследование привело Пфлока к выводу о том, что обломки, найденные на ранчо Макбрейзела и которые первоначально были объявлены «летающим диском», были на самом деле останками воздушного шара, запущенного по проекту «Могол». Однако он утверждает, что одновременно с падением воздушного шара неподалеку от него имело место крушение корабля пришельцев, из которого ВВС затем извлекли три тела. У ВВС не нашлось никаких данных, подтверждающих эту невероятную историю". ДРУГИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ "Был предпринят ряд других шагов для того, чтобы собрать дополнительную информацию. Прежде всего мы заручились поддержкой различных музеев и других архивов для того, чтобы добыть информацию и получить образцы настоящих воздушных шаров и радиолокационных ориентиров, которые использовались в проекте «Могол». Это было необходимо для того, чтобы сопоставить их с различными описаниями обнаруженных обломков и обрывков. В музее войск связи в Форте Монмаут были обнаружены чертежи и описания радиолокационных ориентиров. Чертежи и описания содержат сведения о фольге, клеящейся ленте, дереве, веревках, глазках для продевания веревок, а также указания по сборке. С помощью профессора Мура был получен также образец такого устройства. Изучение этого устройства показало, что оно просто делается из алюминиевой фольги, приклеиваемой к твердой бумаге, которая, в свою очередь, прикрепляется с помощью клея, липкой ленты и скрученных нитей к палочкам из бальзы. В сложенном виде устройство представляет собой сочетание треугольников. При этом площадь самого большого из них составляет 1,3 м х 0,9 м. Площадь самого маленького треугольника составляет шестьдесят сантиметров на девяносто сантиметров. (Сравните эти данные с описаниями, представленными полковником Кейвиттом и другими, а также с фотографиями обломков.) Кроме того, исследователи получили из архивов Университета Техас-Арлингтон (УТА) оригинальные фотографии, снятые в одно и то же время фоторепортерами их газеты «Форт уорт стар телеграм», на которых изображены Рамни и Марсел вместе с обломками. Тщательное изучение этих фотографий (а также негативов этих фотографий, которые были в последующем получены от УТА) позволило сделать несколько интересных наблюдений. Хотя в некоторых из ранее упомянутых источников утверждается, что Марсел якобы заявлял, что его фотографировали с «настоящими» обломками НЛО, а затем их убрали и вместо них подложили обломки воздушного шара, сравнение показывает, что одни и те же обломки появляются на фотографиях Марсела и Рамни. Фотографии также показывают, что обломки лежат на каком-то упаковочном бумажном материале (что соответствует вышеприведенным показаниям члена экипажа самолета Роберта Портера). Можно также заметить, что на двух фотографиях Рамни держит в руках кусок бумаги. На одной фотографии бумага сложена таким образом, что ничего нельзя разглядеть. Однако на второй фотографии виден отпечатанный на бумаге текст. Для того чтобы определить характер документа, относящегося к этому делу, фотография была направлена в одну организацию общенационального уровня, чтобы после ее увеличения провести необходимый анализ. В эту организацию был сделан также запрос относительно определения характера пленки с орнаментом из цветов (или «иероглифов», по мнению других людей), которые были видны, по утверждению некоторых из очевидцев"обломков, до того, как они попали в Форт Уорт. Как сообщила данная организация 20 июля 1994 года, после увеличения оказалось, что качество фотографий не позволило разглядеть эти детали для их дальнейшего анализа. Организация также смогла измерить «палочки», которые видны среди обломков, после того, как из беседы с фотографом, который делал эти снимки, стало ясно, каким фотоаппаратом он пользовался. Результаты этих исследований изложены в приложении 33 вместе с соответствующей диаграммой и фотографиями, на основе которых были сделаны измерения. Все эти измерения соответствуют деревянным изделиям, которые обычно использовались при изготовлении радиолокационных ориентиров". ВЫВОДЫ "Исследователи ВВС не обнаружили информации, подтверждающей мнение о том, что «происшествие в Росуэлле» связано с НЛО; не смогли они прийти к этому выводу и на основе других имеющихся фактов. Все имеющиеся официальные материалы, хотя они непосредственно не касаются Росуэлла как такового, показывают, что происхождение обломков, найденных на ранчо Макбрёйзела, скорее всего связано с падением на землю одной из цепочек воздушных шаров, запущенных по проекту «Могол». Хотя этот проект был в то время СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНЫМ, нет никаких фактов, подтверждающих мысль о том, что была заранее разработана официальная версия прикрытия, чтобы объяснить происшедшее событие. Кажется, что объявление в газетах о том, что найденные обломки принадлежат метеорологическому воздушному шару, было вызвано тем обстоятельством, что не было никакой существенной разницы во внешнем облике воздушных шаров, сделанных из неопрена, и радиолокационных ориентиров, которые использовались для проекта «Могол» и для метеорологических измерений (единственная разница состояла в количестве и конфигурации шаров и устройств). Кроме того, кажется, что на первоначальное освещение происшествия повлияла излишне бурная реакция полковника Бланшарда и майора Марсела, которые сообщили о «летающем диске». Между тем в то время никто толком не знал, что должен означать этот термин, который стал употребляться всего за две недели до происшествия в Росуэлле. Также в официальных документах не было никаких указаний о том, что в это время наблюдалась повышенная военная активность, которая неизбежно последовала бы, если бы были обнаружены материальные изделия и (или) пришельцы из других миров. У военных США после войны (да, кстати говоря, и у нынешних военных) не было возможности быстро определить природу такого явления. Не было у них и возможности координировать действия по обнаружению такого явления, а также по прикрытию и сведению к минимуму внимания общественности к нему. Поэтому представляется невероятным утверждение о том, что военные сумели этого добиться и не оставить ни одного следа в документах на протяжении 47 лет". Здесь следует также заметить, что в этом докладе мало говорится об обнаружении так называемых «тел пришельцев». Это сделано по нескольким причинам. Во-первых, обломки принадлежат шарам, запущенным по проекту «Могол». Там не было экипажа из «пришельцев». Во-вторых, даже группы сторонников НЛО, которые отстаивают теорию о телах пришельцев, не могут договориться друг с другом, как выглядели «трупы», сколько их было и где они были найдены. Кроме того, некоторые из этих утверждений были явными розыгрышами и считаются таковыми среди исследователей НЛО. В-третьих, такие утверждения часто приписываются людям под вымышленными именами и фамилиями под тем предлогом, что они подвергнутся каким-то преследованиям (несмотря на то, что нет никаких фактов о том, что кто-либо погиб, исчез или иным образом пострадал от правительства за последние 47 лет). В-четвертых, многие из людей, которые наиболее громко заявляют о том, что были найдены «тела пришельцев», живут за счет «происшествия в Росуэлле». Конечно, из наличия коммерческой заинтересованности в каком-нибудь деле не следует автоматически, что человек является подозрительным, но неизбежно возникают вопросы относительно подлинности того или иного факта. Если мы хотим получить истинные факты, то нам следует требовать от таких людей свидетельства (а не рассуждения), которые надо направлять в государственные учреждения с приложением всех необходимых подробностей и показаний. Наконец, лица, которые представили свои подлинные имена и фамилии и сделали некоторые утверждения, могут вполне искренне переиначить в своей памяти события прошлого и исказить их. Анализ документов ВВС установил, что нет ни одного свидетельства о том, что служащие авиации принимали участие в обнаружении какого-либо тела «пришельца» и в сокрытии фактов о таком событии. В ходе осуществления этого задания руководство ВВС поддерживало тесный контакт с ГУО и откликалось на различные запросы и просьбы об оказании помощи. Этот доклад стал результатом отклика на официальный запрос ГУО, и в нем запечатлены усилия, предпринятые ВВС в подготовке ответа на запрос. Предполагается, что у ВВС запросят копию этого доклада с тем, чтобы подготовить официальный доклад о предпринятых мерах. Было рекомендовано рассмотреть данный документ в качестве окончательного доклада ВВС по делу в Росуэлле для ГУО и для ответов на другие запросы". Доклад подписан директором программы по обеспечению безопасности и контролю в ВВС полковником Ричардом Л. Уивером. Объяснение событий с помощью обстоятельств, относящихся к проекту «Могол», кажется убедительным. Особенно убеждают сведения различных свидетелей, описавших природу материала и составных частей воздушного шара, включая фольгу, древесину бальзы, резиновые материалы и т.д. Из этих описаний следует, что воздушный шар ничем не отличался по использованным материалам от других воздушных шаров. Марсел и любой другой человек на авиабазе должен был быть знаком с воздушными метеорологическими шарами. Во время беседы майор Марсел с возмущением отверг предположение, что его отец не узнал бы воздушный шар. Или же он настолько ошибся, что неверно опознал предмет, а это граничило с халатным отношением к своим прямым обязанностям, или же военные обнаружили нечто совсем иное, и ВВС продолжают политику сокрытия правды, или же ВВС не обладают документами и возможностями для осуществления расследования, позволяющими дать иное толкование событию в Росуэлле. Следует также заметить, что ВВС не проявили взвешенности в отборе свидетелей. Это понятно, но очевидно, что не были расспрошены кто-либо из тех людей, которые представили иные описания материалов. Не были представлены мнения простых людей, таких как Филлис Макгуаер, дочь шерифа Уилкокса, которая помнит, что ее мать описывала, как были Доставлены тела из летательного аппарата. Представители ВВС не удосужились принять во внимание утверждения бывших служащих, таких как Фрэнк Кауфманн. Конечно, в интересах ВВС было бы опровержение его заявлений, но в докладе ничего не сказано о них, несмотря на то, что их можно было легко получить. Правда, не исключено, что ВВС не знали о заявлениях Кауфманна. Кроме того, те, кто проявляют недоверие к способности военных говорить правду, могут заметить двусмысленность постоянно повторявшихся в докладе заявлений о том, что исследователям из ВВС не удалось «обнаружить» необходимые документы. Если происшествие вращается вокруг всего лишь воздушного шара, то кажется странным, что в среде, для которой доклады, письма и памятные записки составляют каждодневную жизнь, ничего не удалось «обнаружить», что могло бы подтвердить или опровергнуть события в Росуэлле летом 1947 года. Если ВВС не смогли найти какие-либо документы о Росуэлле, то можно было надеяться на то, что ГУО лучше преуспеет в этом деле. В конце концов, сфера его деятельности шире, и это управление может обратиться к архивам не только ВВС, но и других учреждений. Через год основательных исследований ГУО опубликовало результаты своих поисков. 5. После разочарования, испытанного от доклада ВВС США, «уфологи» с нетерпением ожидали публикации доклада Генерального управления по отчетности. За несколько недель до того, как ГУО было готово опубликовать свой доклад, пошли слухи о его содержании. Диапазон слухов был велик. С одной стороны, утверждалось, что, наконец, будут представлены доказательства того, что правительство США организовало грандиозный заговор и на протяжении почти полувека осуществляло стодь же грандиозную операцию по сокрытию истины, держа под секретом неопровержимые доказательства существования форм жизни с других планет. По слухам, получалось, что тела хранились в замороженном состоянии в секретном ангаре авиабазы Райт-Паттерсон, в так называемой «Голубой комнате». С другой стороны, ходили слухи о том, что ГУО сообщит, что нет никаких свидетельств того, что в Росуэлле летом 1947 года что-нибудь произошло. Наконец, исследования ГУО были обнародованы в тоненьком докладе в июле 1995 года. На обложке было напечатано: «Генеральное управление по отчетности США для достопочтенного Стивена X. Шифа, члена Палаты представителей. Правительственные материалы о результатах поиска документов касательно крушения вблизи Росуэлла (штат Нью-Мексико) в 1947 году». На первой странице было опубликовано письмо из «Отдела по вопросам национальной безопасности и международных отношений к достопочтенному Стивену X. Шифу». В нем говорилось: "8 июля 1947 года бюро информации и связи с общественностью военного аэродрома Росуэлла (штат Нью-Мексико) сообщило о крушении и обнаружении «летающего диска». Сообщалось, что доставка этого предмета осуществлена личным составом 509-го полка бомбардировочной авиации. На следующий день в печати сообщалось, что командующий 8-й армии ВВС США в Форте Уорте (штат Техас) объявил, что личный состав ВВС доставил разбившийся воздушный (метеорологический) шар, а не «летающий диск». Почти пятьдесят лет продолжается дискуссия о том, что разбилось в Росуэлле. Некоторые наблюдатели верят, что объект был внеземного происхождения. В своем докладе относительно происшествия, опубликованном в июле 1994 года, руководство ВВС не отрицало, что что-то случилось возле Росуэлла, но сообщило, что скорее всего произошло падение на землю воздушного шара, запущенного в ходе осуществления строго засекреченного правительственного проекта, предназначенного для того, чтобы определить состояние советских исследований в области ядерного оружия. Споры о том, что разбилось под Росуэллом, продолжаются. Выразив озабоченность тем, что Министерство обороны, по-видимому, не предоставило вам всей необходимой информации относительно крушения, Вы попросили нас определить требования, существующие для информации по поводу аварий в воздухе, сходных по характеру с крушением вблизи Росуэлла, и сообщить о наличии правительственных документов относительно падения на землю летательного аппарата возле Росуэлла. Мы осуществили обстоятельный поиск правительственных документов, касающихся крушения вблизи от Росуэлла, изучили широкий круг засекреченных и рассекреченных документов, начиная с июля 1947 года до конца 1950-х годов. Эти документы были получены от различных организаций в Нью-Мексико и из других мест с помощью Министерства обороны, а также с помощью Федерального бюро расследования (ФБР), Центрального разведывательного управления (ЦРУ) и Национального Совета Безопасности. В конце доклада содержится описание всего объема и методологии. РЕЗУЛЬТАТЫ ВКРАТЦЕ В 1947 году правила, существовавшие в Сухопутной Армии, требовали, чтобы сообщения об авариях в воздухе поступали немедленно после того, как они произошли. Мы смогли установить четыре случая авиационных катастроф в Нью-Мексико в июле 1947 года. Все эти крушения произошли с военными самолетами и после 8 июля 1947 года — того дня, когда бюро по информации и связи с общественностью ВВС Росуэлла впервые сообщило о крушении и обнаружении «летающего диска». ВМС не сообщало об авариях в воздухе, которые имели место в НьюМексико в июле 1947 года, а требований о сообщениях по поводу падения на землю воздушных шаров не существовало. Во время нашего поиска документов, касающихся крушения под Росуэллом, мы узнали, что некоторые правительственные документы, связанные с деятельностью ВВС в Росуэлле, были уничтожены, а другие — нет. Например, были уничтожены административные документы авиабазы в Росуэлле за период с марта 1947 года по декабрь 1949 года. Из документации по хранению не было ясно, какая организация и какое лицо уничтожили документы. Не было ясно также, когда и по чьему приказу произошло уничтожение документов. Наш поиск правительственных документов, касающихся происшествия в Росуэлле, привел к обнаружению двух документов, появившихся в 1947 году: 1) хроникальный доклад о событиях в 509-м авиационном бомбардировочном полку и на военном аэродроме Росуэлла за июль 1947 года; 2) телетайпное сообщение ФБР от 8 июля 1947 года. В докладе 509-го полка и аэродрома Росуэлла сообщается об обнаружении «летающего диска», который затем был опознан военными как воздушный шар с радиолокационным ориентиром. В послании ФБР говорилось, что военные сообщили о предмете, который напоминал воздушный шар с радиолокационным ориентиром для исследования высоких слоев атмосферы. Нами были изучены и другие документы, включая те, которые в прошлом были закрытыми из-за их высокого уровня секретности, а также данные анализа неопознанных летающих объектов с 1946 по 1959 год, осуществленного ВВС (специальный доклад N 14 по проекту «Голубая книга»). Однако нигде в этих материалах не было ни разу упомянуто об обнаружении летающего объекта возле Росуэлла в июле 1947 года. Аналогичным образом, отвечая на наши запросы, различные учреждения исполнительной структуры ответили, что у них нет никаких данных о крушении возле Росуэлла. По сообщениям печати, с июля 1947 года личный состав ВВС с военного аэродрома Росуэлла принял участие в доставке летающего объекта, найденного возле Росуэлла. Если бы был подготовлен доклад по этому происшествию, то он бы соответствовал правилам, существовавшим в армии. Как сообщил представитель управления документации, правила, существовавшие в армии в 1947 году, требовали, чтобы сообщения об авариях в воздухе регистрировались постоянно. Один служащий ВВС рассказал, что подобные требования не распространялись на падения воздушных шаров. Другой служащий ВВС, который занимался документацией с середины 1940-х годов, заявил, что материалы о всех происшествиях в воздухе, подготовленные в соответствии с армейскими правилами в июле 1947 года, должны были быть переданы в распоряжение ВВС в сентябре 1947 года, когда авиация стала самостоятельным родом войск. Ответственность за подготовку докладов возложена на агентство безопасности ВВС. Мы изучили документы, запечатленные на микропленке, чтобы установить, имелись ли сообщения о крушениях в воздухе, происходивших в Нью-Мексико в это время. В авариях, случившихся в это время, пострадали военные самолеты (истребители и грузовые). Все эти несчастные случаи произошли после 8 июля 1947 года, то есть после того дня, когда бюро информации и связи с общественностью военного аэродрома в росуэлле впервые сообщило о крушении и обнаружении «летающего диска» возле Росуэлла. По данным доклада ВВС о значительных авариях, четыре крушения случились возле городов Хоббс, Альбукерк, Карризозо и Аламогордо. Только в одном из этих четырех случаев крушение привело к человеческой жертве. Летчик погиб, когда самолет разбился во время неудачного взлета. Занимаясь поиском правительственных документов, касающихся крушения в Росуэлле, нам особенно хотелось найти и проанализировать документы военных соединений ВВС за 1947 год, включая документы 509-го полка бомбардировочной авиации, 1-го авиационного транспортного взвода, 427-го авиационного взвода и 1935-ой авиационной роты военной полиции. Порядок направления документов, который мы получили из Национального центра учета личного воинского состава (Сент-Луис, штат Миссури), позволил нам узнать, что в 1953 году офицер, ответственный за хранение документов на авиабазе Уолкер, перевел сводки этой базы в хранилище документов Армии в Канзас-сити. Среди хроникальных сводок были относившиеся к 509-му авиационному полку и военному аэродрому в Росуэлле с февраля по октябрь 1947 года, 1-му авиационному транспортному взводу с июля 1946 по июнь 1947 года, 427-му авиационному взводу с января 1946 по февраль 1947 года. Мы не смогли найти каких-либо документов, указывающих на то, что документы 1935-й авиационной роты когдалибо передавались в распоряжение Национального центра учета личного воинского состава или других хранилищ, существовавших до его создания. В хронике 509-го полка бомбардировочной авиации и военного аэродрома Росуэлла за июль 1947 года говорится, что бюро информации и по связи с общественностью «было очень занято… отвечая на запросы о „летающем диске“, о котором сообщили, что он находится в распоряжении 509-го полка бомбардировочной авиации. Как было установлено, объект оказался воздушным шаром с радиолокационным ориентиром». Поставив свою подпись, начальник авиабазы в Росуэлле подтвердил, что этот доклад представлял собой полный и точный отчет о том, что происходило на авиабазе в июле 1947 года. Кроме хроникальных отчетов мы искали другие государственные документы о крушении в Росуэлле. В этой связи Главный архивист Национального центра учета личного воинского состава предоставил нам документы, в которых отмечалось, что: 1) архивы военного аэродрома Росуэлла, касающиеся финансов, снабжения, строительства и землепользования, а также общих административных вопросов, охватывающие период с марта 1945 по декабрь 1949 года, были уничтожены; 2) бумаги, исходящие из военного аэродрома Росуэлла с октября 1946 по декабрь 1949 года, были также уничтожены. По словам этого официального лица, документ, в котором говорится об уничтожении этих архивов, не сообщает, по чьему приказу было осуществлено уничтожение архивов, как это следовало бы сделать в соответствии с действующими правилами. Главный архивист центра указал, Что из личного опыта ему известно, что многие архивы ВВС за этот период были уничтожены без упоминания того официального лица, по приказу которого это было сделано. Этот вывод подтверждает и наше знакомство с инструкциями, которые определяют порядок прохождения документов, в которых регистрировались факты уничтожения документов ВВС по организационным вопросам, включая исходящие документы авиабазы в Росуэлле. Во время работы с документами в ФБР мы обнаружили телетайпное послание из отделения этой организации в Далласе (штат Техас) в ее головное учреждение и в ее отделение в Цинцинати (штат Огайо). Представитель ФБР подтвердил подлинность этого послания. Судя по содержанию послания представитель штаба Восьмой армии ВВС сообщил по телефону в отделение ФБР в Далласе о том, что возле Росуэлла обнаружен диск шестиугольной формы, который был прикреплен к воздушному шару с помощью кабеля. Далее в послании говорилось, что диск и воздушный шар были направлены для обследования на аэродром Райт (ныне авиабаза ВВС Райт-Паттерсон в штате Огайо). По данным представителя Восьмой армии ВВС, обнаруженный предмет напоминал воздушный шар с радиолокационным ориентиром, запускаемый в верхние слои атмосферы. В послании говорилось о том, что никаких последующих расследований ФБР не предпринимало. Для того, чтобы узнать о развитии событий после телетайпного сообщения от 8 июля, мы рассмотрели микропленки, относящиеся к деятельности ФБР в Далласе и Цинцинати за июль 1947 года. В обзоре, подготовленном отделением ФБР в Далласе 12 июля, вкратце излагалось содержание послания от 8 июля. В обзоре материалов отделения ФБР в Цинцинати не содержалось ни единого упоминания о крушении летающего предмета возле Росуэлла. Поскольку в послании ФБР сообщалось о том, что обломки крушения в Росуэлле были перевезены на аэродром Райт для их изучения, мы решили узнать, существуют ли военные правила обращения с подобными обломками. Мы не смогли обнаружить таких правил. В конце концов мы просмотрели архивы командования материальнотехнической части ВВС (аэродром Райт) с 1947 по 1950 год для того, чтобы установить, в какой степени личный состав командования был задействован в этом деле. Мы не нашли никаких архивных материалов, в которых были бы упомянуты события в Росуэлле или факт осмотра облЛков служащими командования материально-технической части ВВС. Мы направили письма в несколько федеральных агентств с просьбой сообщить, имеются ли у них какиенибудь архивные материалы относительно крушения в Росуэлле. По этой причине мы связались с Министерством обороны, Национальным Советом Безопасности, Управлением Белого дома по вопросам науки и техники, ЦРУ, ФБР и Министерством энергетики". Нет ничего удивительного в том, что все эти учреждения ответили, что в их распоряжении нет никаких архивных материалов (если не считать ранее упомянутого документа ФБР). ГУО признает: «Мы не проводили независимую проверку правдивости этих ответов». Кажется, что было бы очень удобно заявить, что исчезли или были уничтожены любые документы, которые могли пролить свет на это дело, и ГУО указывает, что к такой практике часто прибегали. Нельзя не прийти к выводу, что, даже если бы «летающего диска» не существовало, в каком-нибудь архиве могло храниться какое-либо письменное объяснение причин, каким образом воздушный шар был принят за «летающий диск». Ведь кто-то был озабочен тем, что обнаружение «летающего диска», который затем превратился в воздушный шар, возбудило мировую прессу. Возникает вопрос, почему при подготовке пресс-релиза были предприняты столь малые усилия для того, чтобы проверить обстоятельства дела. Возглавлявший отдел информации и связи с общественностью офицер, который опубликовал пресс-релиз в 1947 году, все еще жив, и хотя о нем умалчивает официальный доклад ВВС от 1994 года, он подробно рассказал о тех нескольких днях, когда был участником этих событий. Уолтер Хот все еще живет в Росуэлле. У него и его жены зеленый деревянный домик неподалеку от того дома, в котором жил Джесси Марсел в 1947 году. Хот является добропорядочным христианином; он и его жена активно поддерживают местную церковь. Трудно найти человека, который в большей степени отвечал представлениям о нормальном и среднем американце, чем этот отставной офицер. Один из первых вопросов, который я задал Хоту, касался степеней доступа к секретной информации. «На базе были очень суровые правила относительно секретности, — вспоминает он. — Вот вам пример. Я был штурманом бомбардировщика. Летал над Японией тридцать восемь раз. Я сбрасывал приборы, покрытые стеклом, в место взрыва в Бикини. Но я не имел права приближаться ни к одному самолету, конфигурация которого позволяла использовать его для транспортировки атомной бомбы. Несмотря на мой опыт, мой послужной список, я не получил доступа к секретности, достаточного для того, чтобы подойти близко к самолету, который мог перевозить атомное оружие. Поэтому я не мог видеть, какое у них оружие, как устроен бомбовый механизм, что было внутри бомбового люка. Все было засекречено тщательнейшим образом. Если мне следовало что-то знать, то мне говорили; если не следовало знать, не стоило стараться узнавать: все равно мне ничего бы не рассказали! Для прохода на базу у каждого должен был быть пропуск. Для того, чтобы пройти на взлетную полосу, нужен был особый пропуск. Для того, чтобы подойти к самолетам, нужен был еще один пропуск. Эта была самая строгая система секретности». Несмотря на строгую засекреченность, были участки авиабазы, куда пропускали торговцев, жен обслуживающего персонала и работников госпиталя. Более засекреченные участки были огорожены забором, и их охраняли часовые. В обязанности Хота входило обеспечение добрых отношений с местными людьми. «Когда-то, после окончания Вест-Пойнта, Бланшард служил офицером по связям с общественностью. Поэтому он понимал роль отношений между авиабазой и местными жителями. Полковник мне приказывал развивать связи с местным населением. Если им нужен был грузовик для праздничного шествия или если они хотели чего-нибудь, то мы им предоставляли это, в разумных пределах… Например, если у них было какое-нибудь мероприятие по случаю 4 июля, то мы посылали наши самолеты, чтобы они пролетели над их манифестацией. Мы делали много того, что выходило за пределы обычных отношений с общественностью. Мы пытались добиться сближения между военными и гражданскими, сломать барьеры, которые существуют во многих местах, добиться того, чтобы военные и гражданские лица действовали заодно, и у нас это получалось». Часть его обязанностей сводилась к работе с местными газетами и радиостанциями. «Я должен был сообщать двум местным газетам и радиостанциям обо всем, что могло представить для них интерес. Наша работа с прессой сводилась к следующему: мы выпускали пресс-релизы, приглашали их работников к себе на базу по особым случаям и позволяли им фотографировать на некоторых участках базы. Мы, например, не позволяли им приближаться к бомбовому складу или к Б-29. Мы напряженно работали для того, чтобы наладить добрые отношения, и в конечном счете добились многого… Например, я мог поднять телефонную трубку, позвонить мэру и сказать ему: „Я хочу сделать то и то. Вы сможете об этом договориться с городским советом?“. Он отвечал: „Валяй!“ А если они хотели чего-нибудь, они звонили мне или полковнику Бланшарду и говорили: „Вы знаете, нам бы очень хотелось…“ Мы отвечали: „Считайте, что это у вас уже в кармане“. Между авиабазой и местным населением сложились тесные рабочие отношения». Хот сохранил память о необычном дне в его жизни — том дне, когда был выпущен пресс-релиз о «летающем диске». «Мне кажется, что это было утро 8 июля, когда меня попросили выпустить пресс-релиз с заявлением о том, что у нас находится летающая тарелка, а офицер разведгруппы майор Марсел отправил самолетом ее части в Форт Уорт. Теперь я улыбаюсь, когда вспоминаю, что в пресс-релизе мы сказали, что майор Марсел послал по воздуху материал в Форт Уорт. Первый телефонный звонок, на который я ответил, вернувшись на базу после передачи пресс-релиза, иностранным агентствам, пришел из Лондона. Голос, отличавшийся характерным английским произношением, спрашивал: „А как вы знаете, как он летает по воздуху?“ — и мне пришлось разъяснять ему, что предмет был по частям уложен в самолет, а самолет полетел в расположение Восьмой армии ВВС. Вот так сделаешь одну оговорку, не обратив внимания на точность выражений, а потом расплачиваешься. Этот человек готов был наброситься на меня и задать мне множество вопросов о том, кто узнал, как это устройство летает по воздуху. Какой двигатель? И все такое прочее…» Я попытался узнать у Уолтера Хота, как появился на свет пресс-релиз и кто был его автором. Он ответил: «Полковник Бланшард дал мне инструкции подготовить прессрелиз, в котором было бы сказано, что у нас находится летающая тарелка и что ее переправят по воздуху в штаб Восьмой армии ВВС в Форт Уорт. Все это было около полудня 8 июля». Я также хотел узнать, кто точно написал текст пресс-релиза: Хот или Бланшард? «Честно говоря, я не помню, — ответил Хот. — Во многих случаях полковник Бланшард печатал текст сам и говорил мне: „Вот что я хотел бы…“ Иногда же он звонил мне по телефону и говорил: „Хот, вот, что я хотел бы, чтобы ты сообщил в пресс-релизе, и я хотел бы, чтобы ты сделал это немедленно“. Все зависело от обстоятельств. Возможно, что в тот раз он отпечатал содержание в своем кабинете, а я зашел к нему и взял текст. У полковника Бланшарда были полномочия давать информацию почти обо всем, что он захочет. Разумеется, он не мог сообщать о том, что у нас три атомные бомбы на базе, и о таких секретных предметах. О подобных вещах он должен был советоваться с руководством Восьмой армии ВВС, а то, в зависимости от важности дела, должно было или дать „добро“, или же мы должны были выкручиваться сами, пока не получим положительный или отрицательный ответ сверху». В связи с этим возникает вопрос, затрагивал ли пресс-релиз, в котором сообщалось об обнаружении «летающего диска», проблемы национальной безопасности и международной жизни? Очевидно, что даже в 1947 году этот вопрос был актуален. Позволительно ли было полковнику Бланшарду выпустить такой пресс-релиз под свою ответственность, игнорируя вышестоящее начальство? Хот полагает, что вполне возможно, что не полковник Бланшард санкционировал публикацию пресс-релиза. «По правде говоря, я не думаю, что полковник Бланшард дал распоряжение опубликовать пресс-релиз. Я думаю, что публикацию санкционировал генерал Рамни, а может быть, и высшее командование Восьмой армии. Возможно, что все это было организовано таким образом, чтобы командир местной базы на голубом глазу заявил: „А у нас летающая тарелка!“, а потом вышестоящий начальник, генерал Рамни, заявил бы: „Эге! Да вы ошиблись. Это — воздушный шар“. Они видели этот материал до 8 июля, а поэтому я считаю, что у них было немало времени для того, чтобы продумать план, как представить это публике, а затем отступить и сказать: „Ах, извините, ошибочка вышла!“ Мне лично кажется, что так и было. Они просто решили, что могут так действовать, и позволили нам передавать по радио, что мы завладели этой штуковиной, а затем заявили: „Ой, они же ничего не смыслят! Это просто воздушный шар новой конструкции!“, и это сбило всех с толку. Никто не стал волноваться по поводу того, что воздушный шар упал на землю». В гипотезе Хота есть своя логика. Принимая во внимание осторожность и скрытность, характерные для военных, не похоже, чтобы они опубликовали какой-нибудь пресс-релиз, не убедившись с абсолютной точностью, получит ли он одобрение и в том, что его содержание отвечало целям публикации. Это относится и к вопросу о том, было ли это «летающим диском» или воздушным шаром. Менее вероятным является тот вариант, в котором нас пытаются убедить: а именно, что пресс-релиз, посвященный предмету, который был в распоряжении ВВС, был кем-то санкционирован без достаточной уверенности в том, что заявление является правильным. Другими словами, материал, который собрал Джесси Mapсел, чем бы он ни был, без сомнения изучили, проверили и проанализировали ДО пресс-конференции, а не после ее. Хот помнит описание, которое услыхал от Джесси Марсела о природе материала, который он собрал. «Вот что мне рассказывали майор Марсел и его сын о найденном материале: этот материал можно было сминать в руке, а затем отпускать руку, и он принимал прежний вид. Я не думаю, что в 1947 году у нас было нечто подобное. Не было у нас тогда такой фольги, которую можно было сминать, отпускать, а затем она вновь становилась гладкой. Может быть, где-то подобное существовало в какой-то технической лаборатории в некоей организации, связанной с высокими технологиями, но я не думаю, что у нас было нечто подобное тому, о чем рассказывал мне майор Марсел. И балочки размером около одного сантиметра, по которым они долбили четырехкилограммовыми кувалдами. Они укладывали эти балочки на бетонные плиты, и парень с размаху бил по ним четырехкилограммовой кувалдой, а кувалда отскакивала от них. Это довольно мощный материал, его прочность превосходила все, на что способно наше воображение». Хот убежден, что такие материалы не были похожи на что-либо, имевшееся в то время в Америке. Он говорил, что обсуждал этот вопрос с майором Марселом и его сыном. «Я поговорил с каждым из них и довольно долго. Они рассказали почти одно и тоже. Я поверил им, потому что в их рассказах были небольшие отличия. Один, например, говорил, что цвет был бледно-лиловый, а другой заявлял, что цвет был светло-сиреневый, один говорил, что балочки были меньше сантиметра толщиной, а другой говорил, что они были более сантиметра. Это меня убеждало в истинности их рассказов». Хот думает, что различия в этих рассказах, а также в показаниях других очевидцев, говорят в пользу их реалистичности. Но я задал ему вопрос о том, что он думает о докладе ВВС, в котором говорилось, что это был воздушный шар, запушенный по проекту «Могол», а Марсел мог ошибиться или же был психически неуравновешенным. Хот, человек с большим жизненным опытом и сражавшийся за свою страну в годы второй мировой войны, скептически отнесся к этим утверждениям: «Ну вот, сейчас они предлагают нам другой воздушный шар. Что касается умственных способностей Марсела, то он был офицером разведки на базе и его никто не освобождал от должности по причине психического расстройства. Его сыну было в это время двенадцать лет, и он довольно хорошо помнит то же самое про физические свойства материалов. Я думаю, что когда мы подойдем к пятидесятой годовщине этого крушения, то появится новый воздушный шар или что-то вроде этого. Они найдут что-то другое и затем начнут отказываться от этой версии. У меня есть два друга, которым я доверяю. Я знаю других свидетелей. Лоретта Проктор из Короны трогала этот материал. Есть еще несколько людей, которые дали то же самое описание физических свойств этого материала. Если бы они все повторяли одно и то же точно в таких же словах, то мы могли бы заподозрить, что тут что-то неладное, но когда существуют различия, то это естественно: так всегда бывает с группой Людей, которые что-то видели сорок восемь лет назад. Они не могут все запомнить точно». Я обратил внимание Хота на то, что такой же аргумент использован в докладе ВВС для поддержки версии о воздушном шаре. На это он заметил: «Интересно, почему в докладе ничего не сказано, что материал, похожий на фольгу, не могли проткнуть острым ножом, что серебряный покров не могли содрать с балочки? Они упомянули в докладе только то, что отвечает их версии». Хот признает, что сам не был лично знаком с предметами, но он разговаривал со многими людьми, а некоторые из них были непосредственными участниками событий с самого начала. «Из всего того, что я видел, — сказал он, — крушение произошло около 11 часов тридцати минут ночью 4 июля. 5 июля военные отправились туда и собрали обломки. Все было бы хорошо, но тут в конторе Шерифа появился Макбрейзел с охапкой материала, который был ни на что не похож, совсем легкий. Им пришлось что-то придумывать, и тогда они придумали такой сценарий развития событий: сначала признать, что, мол, да, у нас в руках разбившаяся летающая тарелка, и все это исходит от нашей базы, а потом через пять часов высокое начальство заявит: „Да что вы! Вы ошиблись, это — воздушный шар“. Вот так делаются истории прикрытия. Если бы они сразу сказали, что это воздушный метеорологический шар, то в этом трудно было бы убедить людей, которые были направлены туда и подбирали материал. Фермер сказал, что он им показывал обломки при свете дня, а поэтому им трудно было бы сразу отвергнуть его рассказ. Однако когда сначала вы признаете все это, а потом высшее командование заявляет: „Мы точно знаем, что это воздушный шар определенного типа. Это — часть такой-то и такой-то операции…“, или дают какие-то другие объяснения, то получается прямо-таки цирковой фокус». Любопытно, что Хот утверждает, что ни разу не разговаривал с Джесси Марселом о том, что было найдено, и что он впервые поговорил с ним об этом деле лишь в 1980 году, через тридцать три года! Он сказал Хоту, что "по сути, материал, который был найден, не был с Земли. Он на этом крепко стоял. Я начал задавать ему такие вопросы: «Ты уверен, Джесси?» Это было время технического прогресса, и он шел так быстро, что мы создали атомную бомбу… Но Джесси доходил до такого состояния, что готов был на стенку лезть, отстаивая свою точку зрения. Он был небольшого росточка, но мне казалось, что он готов был на меня полезть, если я поставлю под сомнение его правдивость. Он был очень настойчив: «Это было не с Земли». Хот хорошо помнит, как встретился с Джесси Марселом дважды. Оба раза Марсела привозили в Росуэлл, когда телевидение снимало передачи о событиях 1947 года. «После того, как они закончили съемку на месте падения, мы с ним пошли в гостиницу „Росуэлл Инн“ — он там останавливался, — и беседовали с ним три часа. А потом другая компания привезла его через два года, и мы опять с ним повторили то же самое. Он не изменил своего отношения к событиям… Он был очень, очень настойчив в этом деле. У него не было ни малейших сомнений в том, что произошло именно так, как он себе это представлял. При малейшем возражении он тут же вставал в позу. Стоило только сказать: „Послушай, Джесси, может быть, это было что-то, построенное в Сэндиа или еще где-то, а они здесь испытывали“. Он тут же огрызался: „Нет, нет!“ Мы чуть не подрались из-за этого!» Хот помнит, что Марсел рассказывал ему о том, что материал, который демонстрировался на фотографии с генералом Рамни, без сомнения, не был тем, который он обнаружил и переправил самолетом в Форт Уорт. «Генерал Рамни пригласил майора Марсела к себе в кабинет, заставил его присесть и держать куски воздушного шара и заявить, что это то, что было обнаружено на ранчо. Джесси говорил потом: „Это не то, что я доставил; это было воздушным шаром. Я прекрасно знаю, как выглядит воздушный шар“. Но фотография была опубликована». Бывший офицер по вопросам информации и связи с общественностью вспоминает, что Марсел рассказывал ему, что был поставлен в неудобное положение, так как ему пришлось позировать с предметами, которые, как он знал, являются поддельными. Хот убежден, что Марсел говорил правду. "Я думаю, что это была операция по сокрытию правды, — утверждает Хот, который также верит, что сообщения о трупах пришельцев скорее всего являются правдивыми, хотя никаких прямых доказательств этого не существует. Он доверяет рассказу Гленна Дэнниса. Хотя Джесси Марсел мертв, большинство людей, которые его знали, включая Хота и его сына, уверены в том, что он не мог допустить такой вопиющей ошибки и принять за изделие внеземной цивилизации воздушный метеорологический шар, что бы ни было к нему привязано, радиолокационный ориентир или что-то другое. Это кажется им так же невозможным, как и то, что предмет никто другой не рассматривал до выпуска пресс-релиза. К счастью, прежде чем Марсел умер, у него взяли интервью представители телевидения и отдельные независимые исследователи, поэтому у нас есть представление о том, что он помнил об этом происшествии. Судя по всему, Марсел имел безупречный послужной список, как до, так и после происшествия в Росуэлле. Он стал служить в рядах ВВС в 1942 году, сначала как адъютант генерала, а затем поступил в разведывательную школу в Харрисбурге (штат Пенсильвания) под командованием полковника Эгмонта Кёнига. Затем его опыт использовался в картографировании и фотосъемке. Некоторое время он служил в качестве инструктора, а затем его направили в район боевых действий в южной части Тихого океана. Там он служил начальником разведывательного взвода. Марсел летал с 1928 года и принимал участие в нескольких боевых операциях на борту самолетов Б-24. Он получил повышение и стал начальником разведывательной роты. Его направили в Америку незадолго до того, как на Хиросиму была сброшена атомная бомба. Он проходил курсы радиолокации на аэродроме Лэнгли, когда самолет 509-го полка сбросил атомную бомбу, а затем его направили в распоряжение Восьмой армии ВВС, в Росуэлл в качестве начальника разведки для группы бомбардировщиков. Одним из его первых заданий было участие в испытаниях атомной бомбы в Бикини в качестве наблюдателя. Он хорошо запомнил происшествие в Росуэлле, но неточно называл даты в своем интервью местному телевидению: «Это было в июле 1947 года. Я был в своем кабинете, когда мне позвонил шериф из Розуэлла». Речь идет о шерифе Уилкоксе, тот сказал Марселу о том, что у него находится Макбрейзел, который приехал в город, чтобы продать овечью шерсть. Однако он посетил шерифа, чтобы сообщить, что что-то разбилось на ранчо Фостера не то за день, не то за несколько дней до того. Шериф спрашивал, заинтересован ли майор Марсел в том, чтобы расследовать это происшествие. «Ну, хорошо, — ответил Марсел. — Где я могу с ним встретиться?» Шериф сказал, что Макбрейзел находится сейчас в его кабинете и что он собирается уехать в 3.30 или 4.00. Он пригласил майора к себе. Марсел переговорил с Макбрейзелом и из этого разговора понял, что на земле ранчо лежит большое количество обломков. Он вернулся на базу, чтобы доложить об этом полковнику Бланшарду. Последний порекомендовал ему взять с собой одного из агентов из корпуса контрразведки, чтобы осмотреть местность. Марсел не смог вспомнить фамилию офицера, который сопровождал его. Они отправились в джипе вслед за пикапом Макбрейзела, надеясь успеть до заката солнца. Но приехали, когда уже стемнело, поэтому им пришлось провести ночь в небольшом сарае и утром продолжить поездку. «Прибыв на место, мы стали подбирать обломки, которые показались мне необычного вида, — рассказывал Марсел. — Они были не похожи на материалы, производившиеся в нашей стране. Я никогда не видел ничего подобного. До сих пор я не знаю, что мы подбирали. Я собрал сколько смог и привез их на базу. Тут один из сметливых солдат попытался собрать обломки вместе и посмотреть, что из этого получится. Мне кажется, что ему не удалось соединить вместе хотя бы два кусочка, потому что все было разбито на мелкие части и разбросано по широкой площади. Мне кажется, куски валялись на территории в два километра в длину и в несколько сотен метров в ширину. Итак, мы погрузили обломки и вернулись на базу. Тем временем наш чрезмерно активный офицер, который отвечал за информационную службу и связь с общественностью, связался с „Ассошиейтед пресс“. Сразу же после этого начался ажиотаж. Мне звонили по телефону, кажется, со всех концов света. Все новые репортеры пытались связаться со мной. Но у меня для них ничего не было. Они хотели увидеть материал своими глазами, а я не мог им его показать. Мой начальник отправил меня рано утром в Карсуелл». В Карсуелле произошло знаменитое фотографирование. Несмотря на свидетельства других людей о том, что он был «подготовлен», сам Марсел никак не комментирует, что с ним произошло. Не сделал он заявлений ни по поводу обнаружения пришельцев, ни относительно найденного летательного аппарата. В своем последнем телевизионном интервью Марсел давал понять, что, возможно, чрезмерно быстрая реакция Уолтера Хота спровоцировала возникновение легенды о «летающей тарелке». Однако сам Хот утверждает, что пресс-релиз не мог быть опубликован без одобрения начальника базы полковника Бланшарда. Он даже считает, что версия была создана «высшим командованием» как первый шаг в кампании по дезинформации. Возникли также сомнения относительно послужного списка Марсела, касающегося боевых действий и количества его боевых вылетов, хотя, возможно, эти разночтения являются результатом неточностей, а не результатом обмана. К сожалению, майор Марсел умер, и с ним нельзя побеседовать об этом. 6. Уфологи, которые изучали эту историю в конце 1970-х годов, обнаружили несколько других свидетелей, наблюдавших яркие огни в небе. Что еще более важно, они пришли к выводу, что было два места: место обломков и место падения. Место обломков находилось на территории ранчо Фостера. Место падения было там, где летательный аппарат прекратил полет. Возможно, что это место было описано Фрэнком Кауфманном. Это означает, что проводились две различные военные операции для сбора материала с двух мест и вывоза их на базу. Другая версия, в пользу которой говорят косвенные свидетельства (показания Кауфманна и догадки Хота), состоит в том, что место падения было определено почти сразу же военной группой из 509-го авиаполка. Возможно, ей были приданы группы из Аламогордо и военной полиции, мобилизованной отовсюду, например, из ЛосАламоса или Сэндиа, засекреченного учреждения неподалеку от Альбукерке. От поисковой команды требовалось подмести буквально все в пустыне под Росуэллом, и, как утверждает Кауфманн, перевезти все на базу. Все это делалось до середины июня (Макбрейзел обнаружил обломки 14 июня) или до начала июля, и было достаточно времени для того, чтобы подготовить кампанию по дезинформированию с целью скрыть тайну обнаружения летательного аппарата на месте его падения. Этот план должен был быть обоснован необходимостью объявить об обнаружении обломков на ранчо Фостера, с тем чтобы развеять подозрения тех, кто принял участие в обнаружении места падения, и отвлечь внимание тех, кто поверил слухам и сплетням. Только после этого начиналось осуществление второй стадии плана, которая сводилась к тому, чтобы представить обломки воздушного шара в кабинете Рамни на авиабазе Карсуелл в Форте Уорт (штат Техас), в штабе Восьмой армии ВВС. Хотя эта гипотеза представляется довольно сомнительной, в нее верят многие сторонники НЛО. Однако вне зависимости оттого, является ли эта гипотеза правильной или ошибочной, нет сомнения в том, что ВВС были в состоянии в то время осуществить подобное мероприятие. Надо вспомнить, что ВВС только что завершили участие во второй мировой войне, в ходе которой для обмана противника и спасения жизни своих солдат применялись методы искусной пропаганды и дезинформации. Эта гипотеза помогает также объяснить отсутствие архивов, так как очевидно, что такой явный акт обмана вряд ли был бы запечатлен на бумаге: ведь цель подобной операции состояла в том, чтобы скрыть случившееся и внести смятение в умы. В поддержку этой версии служат высказывания Марсела по поводу происшествия в Росуэлле, сделанные им лет тридцать назад в беседе с журналом «Америкэн рипортер». Марселу был задан вопрос, насколько далеко были разбросаны обломки. «Настолько, что их можно было видеть, — ответил начальник разведки 509-го полка. — Примерно на километр в длину и на сто метров в ширину. Я заметил одну особенность, — подчеркнул майор, — на земле не было следов ударов от падения. Видимо, что-то взорвалось в воздухе, а затем упало на землю. Я был поражен тем, что было ясно, откуда и в каком направлении двигался предмет. Он перемещался с северо-востока на юго-запад. Можно было видеть, где началось падение обломков, а где их падение постепенно уменьшилось. Хотя я не объехал всю территорию, мне стало ясно, что было гуще там, где мы начали поиск, и становилось все меньше обломков по мере движения к юго-западу. Позже я узнал, что далее к западу, по направлению к Карризозо, они нашли нечто похожее». (Выделено мною. — Автор.) Воспоминания Марсела перекликаются с показаниями многих других свидетелей, утверждавших, что было другое место падения. Некоторые из них выглядят правдоподобными, как, например, хроника событий, изложенная Кауфманном. Многие просто повторяют чужие истории, добавляя к ним отдельные подробности, чтобы придать им видимость правдоподобия. Однако даже наличие двух мест не дает неопровержимых свидетельств или даже твердой уверенности в том, что мы имеем дело с посещением Земли пришельцами из других миров. Когда его спросили, не принял ли он за внеземное изделие обломки какого-нибудь экспериментального самолета или ракеты «Фау-2», запушенного из Уайт Сэндс, Марсел упорно отстаивал свое: «О, нет! Нет и нет! Я видел ракеты, которые запускали на полигоне Уайт Сэндс. Было очевидно, что найденное нами не было частью самолета, или ракеты, или снаряда. Я был довольно хорошо знаком с большинством предметов, запускаемых в то время в воздух, и не только со своим самолетом, но и летательными аппаратами различных стран. Я все еще верю, что ничего подобного на Земле не существовало. Я допустил самую большую ошибку, не оставив себе ни одного обломка, но такова уж была у нас профессиональная этика. Я только поражался одному: почему ВВС не придаст происшедшее гласности. Мне кажется, что есть какие-то обстоятельства, которые они хотят скрыть. В этой местности было много сообщений о „летающих тарелках“. Правда, я не уверен, что могу поклясться, но был и такой случай. Я жил в городе. Однажды, примерно в 11.30 вечера, мне позвонил начальник военной полиции: „Давай, поспеши сюда!“ Он не хотел мне рассказывать по телефону, что произошло. Я сел в машину и поехал как можно быстрее. Дорога была прямой. Тут я кое-что заметил. С севера на юг по небу двигалась цепочка огней, но их движение было таким необычным. Я хочу сказать, у нас не было таких самолетов, которые бы перемещались с такой скоростью. Я точно знал! У нас не было самолетов, которые могли мчаться на такой скорости, потому что я их видел всего три-четыре секунды от зенита до горизонта. Яркие огни, выстроившиеся буквой V. Я не смел даже рот открыть, чтобы рассказать кому-нибудь о том, что видел, потому что мне бы никто не поверил. Но дня через два или три один солдат мне сказал: „Я видел кое-что в небе пару дней назад“, и он описал именно то, что видел я». Эта дополнительная интересная подробность весьма кстати. Надо сказать, что несколько местных жителей в конце июня и начале июля 1947 года замечали в небе в Росуэлле и вокруг него странные огни. И не только в Росуэлле и вблизи него: наблюдения подобного рода были сделаны примерно в то же время в штате Нью-Мексико. Наблюдения людей, заметивших странные предметы в небе, были многократно описаны. По мере того как количество сообщений увеличивалось, они превращались в мощную силу, что выражалось в интересе со стороны прессы и радио, поэтому эти случаи быстро становились известны. Вскоре количество наблюдений и показаний свидетелей породило первую волну истерии вокруг «летающих тарелок», которая прокатилась по всей стране. Через несколько лет эта истерия повторилась, а затем она повторялась постоянно примерно раз в десять лет. Порой возбуждение умов достигало такой степени, что Белый дом был вынужден говорить об угрозе интересам национальной безопасности. Правительство откликнулось на такие настроения, обратившись с приказом к ЦРУ и другим федеральным агентствам сообщать о явлении, которое превратилось в призрак, нарушавший покой мирных граждан страны. Явление казалось особенно тревожным, потому что оно исчезало, как только к нему пытались приблизиться. Первая волна общественного беспокойства по поводу посещения пришельцев и само рождения термина «летающая тарелка» совпали со временем происшествия в Росуэлле. Во вторник 24 июня 1947 года Кеннет Арнольд на личном самолете отправился на поиски обломков пропавшего самолета вблизи городов Чехейлис и Яхима (штат Вашингтон). Кеннет Арнольд зарабатывал на жизнь продажей противопожарных устройств. В тот день он устанавливал противопожарные устройства на аэродроме в Чехейлисе. Во время работы он разговорился с главным пилотом аэродрома Хербом Критцером, который рассказал ему о таинственном происшествии: транспортный самолет ВМС С-46, о котором говорили, что он исчез в районе горы Рейнир, до сих пор не был найден. Арнольд знал, что за обнаружение самолета родственники членов экипажа обещали награду в 5000 долларов. Заинтересовавшись услышанным и обещанием награды, немалой по тем временам, Кеннет Арнольд наметил маршрут в район Якимы. Сначала в пути не происходило ничего интересного. «Я просто сидел в кресле, разглядывал небо и землю… Вдруг яркая вспышка отразилась на корпусе моего самолета». Пораженный Арнольд подумал, что он слишком близко летит от другого самолета, отражение которого упало на корпус его машины. Арнольд взглянул на небо. Позже он так описал увиденное: «Я разглядывал небо и никак не мог понять, откуда исходил источник света, пока я не взглянул налево, на север от горы Рейнир. Тут я заметил цепь из девяти необычных .самолетов, которые летели с севера на юг на высоте примерно 3000 метров. Они следовали четко определенным курсом под углом в 170 градусов». Сначала Арнольд, как всякий пилот, решил, что это — эскадрилья реактивных самолетов. Он был уверен, что свет исходил именно от них, потому что «два или три из них через перерывы в несколько секунд ныряли вниз или слегка меняли свой курс, но при этом солнце падало на них под таким углом, что его свет отражался на корпусе моего самолета». Поскольку их разделяло существенное расстояние, Арнольд не мог точно определить тип самолетов, но когда они пролетали мимо снежных вершин Рейнира, то на контрастном фоне снега ему удалось лучше разглядеть их и он смог более четко определить очертания и форму самолетов. То, что он увидел, поразило его и продолжает многие годы удивлять исследователей. «Меня поразило то, что я не смог обнаружить хвостового оперения, но я предположил, что это были реактивные самолеты какого-то вида». Арнольд с беспокойством заметил, что эти самолеты летели очень близко к вершинам гор, и еще более поразился, увидев на белоснежном фоне такую картину: «Когда солнце отражалось от одного, двух или трех предметов, я увидел, что они были совершенно круглыми». Хотя в таких условиях нелегко определить размеры предмета и расстояние до него, Арнольд, будучи опытным пилотом, рассчитал, что летающие объекты находились от него в сорока-пятидесяти километрах. Если это было так, то они должны были быть довольно больших размеров, чтобы попасть в его поле зрения. Сравнивая размеры этих объектов с застежкой для занавески в своем самолете, Арнольд затем сравнил их с самолетом ДС-4, который летел слева от него. Самолет оказался меньших размеров. «Ширина их корпусов была такая же, как расстояние между самыми крайними моторами ДС-4». Пытаясь рассчитать скорость их движения, Арнольд заметил время, которое им потребовалось для того, чтобы пройти между вершинами гор Рейнира и Адамса. «Когда последний предмет прошел над самым южным, высоким, покрытым снегом хребтом горы Адаме, я взглянул на секундную стрелку часов, и оказалось, что они преодолели это расстояние за одну минуту и сорок две секунды. В то время меня эти данные не обеспокоили, так как я был уверен, что после приземления найду какое-то объяснение всему увиденному». Арнольд наблюдал прохождение таинственной эскадрильи примерно в течение трех минут. После того, как предметы исчезли из виду, бесстрашный пилот продолжил свой поиск самолета С-46 в течение 15-20 минут, но он уже отвлекался от первоначальной цели своего полета. «Я продолжал искать пропавший самолет ВМС, но то, что я только что увидел, отвлекало меня. Эти впечатления стали меня беспокоить, а поэтому, взглянув последний раз на резервуар Титон, я направился к Якиме». Только что увиденное оказалось более захватывающим, чем желание получить награду в 5000 долларов, и Арнольд решил вернуться на аэродром Якима, чтобы обсудить свое приключение с другими летчиками. Возможно, кто-то из них смог бы пролить свет на эту тайну и прокомментировать его грубые подсчеты и траекторию самолета. В конце концов, вспоминал он,."пилоты все время здесь спорят о том, с какой скоростью могут двигаться реактивные самолеты и ракеты". Примерно в четыре часа дня Арнольд прибыл в Якиму и направился в кабинет главного управляющего аэродромом Ола Бакстера, чтобы все ему рассказать. Позже Арнольд вспоминал, что, как ему показалось, Бакстер не придал большого значения его сообщению. Правда, в ходе их беседы Бакстер пригласил к себе в кабинет одного из пилотов, чтобы тот тоже послушал рассказ. Пилот заметил, что, возможно, это были управляемые снаряды, которые запустили с ближайшей базы Мозез Лейк (штат Вашингтон). Арнольд заправил самолет горючим и полетел в Пендлтон, где обнаружил, что его рассказ тоже совершил перелет и опередил своего автора. Когда он приземлился, его окружили любопытствующие. «Никто из них ничего не говорил. Они просто стояли и смотрели на меня… Прошло несколько минут, и оказалось, что все на аэродроме собрались, чтобы выслушать мой рассказ». Воспользовавшись опытом собравшихся, Арнольд произвел новые расчеты возможной скорости увиденных им объектов. Используя подробные карты местности, Арнольд вернулся к своим первоначальным расчетам. «Когда у меня получилось, что они превысили скорость в 3000 километров в час, то я подумал: „Боже ты мой! Я преувеличил расстояние, так как брал за основу вершины гор Рейнир и Адамса“. Поэтому мы пересчитали расстояние и получилось, что скорость составляла 2300 километров в час». Арнольд вынужден был прийти к выводу, что летательные аппараты были «снарядами, которыми управляли роботы», просто по той причине, что «человеческое тело было не в состоянии выдержать такую скорость, особенно учитывая траекторию движения этих странных аппаратов. Они летели не так, как какой-либо известный мне самолет. Они двигались как катера на волнах или как китайские воздушные змеи, которых я однажды наблюдал в воздухе. Они вздрагивали и тряслись, поворачиваясь в стороны и испуская ярко-белые вспышки от своей поверхности». Удовлетворившись тем, что он разобрал и проанализировал случившееся так тщательно, как только мог, Арнольд, собрав свои подсчеты и карты, направился в местное отделение ФБР. «Я считал своим долгом сообщить об этом, — вспоминал он позже. — Я чувствовал, что должен сообщить об этом ФБР, потому что знал, что во время войны мы летали на самолетах в Россию через Северный полюс, и я подумал, что, возможно, эти штуки прибыли из России». К несчастью, отделение ФБР было закрыто. Это не остановило Арнольда, он отправился в редакцию местной газеты. В помещении «Ист Орегониэн» он встретил редактора еженедельной рубрики «В конце недели» Нолана Скиффа. Ему-то Арнольд и поведал историю своего приключения. Сначала проявив законный скептицизм, Скифф постепенно поверил Арнольду. Очевидно, в ходе беседы Арнольд привел сравнение между траекторией полета объектов и плоским камнем, который бросают по поверхности воды. Объекты летели как «тарелки, если их бросать по поверхности воды». Один из коллег Скиффа, Билл Бекетт, счел, что эта история может заинтересовать всю страну, и направил корреспонденцию с рассказом Арнольда в «Ассошиейтед пресс». Она звучала так: "ПЕНДЛТОН, штат Орегон, 25 июня (АП). Пилот Кеннет Арнольд из Бойзе, штат Айдахо, сообщил, что наблюдал девять ярких объектов, напоминающих тарелки, которые летели с «невероятной скоростью» на высоте трех тысяч метров. Пилот заявил, что он не смог отгадать, что они из себя представляют. Являясь сотрудником службы лесничества США, Арнольд был занят поиском пропавшего самолета. Он сказал, что заметил таинственные объекты вчера в три часа дня. Он сообщил, что они летели между горой Рейнир и горой Адаме в штате Вашингтон, а в их движениях были заметны колебания и отклонения от строя. Арнольд рассчитал их скорость, и оказалось, что она составляла 2300 километров в час. Его расспросы в Якиме вызвали лишь недоумение. Однако он добавил, что переговорил с одним человеком из штата Юта, к югу отсюда, который вчера видел подобные объекты вблизи города Юкиа. «Это кажется невероятным, но это — так, — заявил Арнольд». Это сообщение «Ассошиейтед пресс» превратило Арнольда в героя дня всей страны. Порожденная этим сообщением лихорадка, привела к искажениям фактов и преувеличениям, поскольку журналисты стремились превзойти друг друга и, эксплуатируя историю до пределов возможного, превращали в сенсацию голые факты. Вскоре Арнольд обнаружил, что он осажден репортерами. Многие из них были знакомы лишь с самыми скудными сведениями из его истории, но не тратили много времени на сбор данных, довольствуясь лишь парой высказываний нового героя, полученных из его уст, и мчались, чтобы отправить в печать новую версию. После этих событий Арнольд заявил: «Многие из этих рассказов искажали правду и были неточными, и я не разделял всеобщего возбуждения. Я даже не пытался подсчитать число непосредственных обращений людей, писем, телеграмм и телефонных звонков, на которые попытался ответить. После трех дней этого столпотворения я пришел к выводу, что я был единственным человеком, который еще сохранял разум». Публикация о наблюдении Арнольда дала толчок для первой волны сообщений о «летающих дисках» и открыла эру летающих тарелок. Вечерние газеты северо-восточных штатов США от 25 июня 1947 года были первыми, в которых содержались подробности из релиза «Ассошиейтед пресс». На следующий день «Чикаго трибюн» сообщила о новом наблюдении. Утверждалось, что пара, жившая в Пендлтоне, видела движущиеся по небу объекты 24 июня, в тот же день, когда их видел Арнольд. 26 июня газеты столицы штата Аризона «Республика» и «Балтимор Сан» опубликовали сообщение «Ассошиейтед пресс», сделанное за день до этого, о наблюдении старателя из Портленда. Он наблюдал за пятью или шестью дисками вблизи от Каскадных гор в то же утро, когда Арнольд вел свои исторические наблюдения 24 июня. Затем 26 июня газета «Оклахома сити тайме» сообщила о наблюдении некоего Байрона Сэвиджа, сделанного им за четыре недели до того. Одновременно «Канзас сити стар» сообщила еще об одном наблюдении в Уэст Дейвенпорте. «Тарелкомания» наступила за несколько дней до самого крупного события в Росуэлле. За этими отдельными случаями последовало множество новых наблюдений и сообщений, которые заполняли газеты в течение нескольких дней. Комментируя это неожиданное возникновение потока летающих тарелок, Арнольд заметил: «Если верить этим сообщениям, за которыми я внимательно слежу, то можно подумать, что скоро у каждого в гараже появится по этому предмету. Чтобы прекратить заниматься тем, что я считал совершенной глупостью, я пошел в аэропорт, завел свой самолет и полетел домой в Бойзе!» Хотя многие сообщения были абсолютно достоверными, некоторые из более респектабельных газет старались держаться в стороне от этого спорного вопроса. Например, «Нью-Йорк таймс» ни разу не упоминала о «летающих тарелках» вплоть до 4 июля, игнорируя многочисленные публикации предыдущих трех недель. В день независимости в газете появилась первая статья о «тарелках». В этом материале излагалась позиция военных по этому вопросу. В статье приводились слова представителя ВВС в Вашингтоне. Он заявил, что имевшиеся до сих пор наблюдения «не дали достаточного количества фактов, позволяющих начать расследование этого явления». «У нас нет никаких оснований для того, чтобы считать реальным сообщение, сделанное на прошлой неделе бизнесменом из Бойзе, который летел на самолете… Служащие ВВС склонны считать, что либо наблюдатели просто вообразили, что они что-то видели, либо есть метеорологическое объяснение этого явления». На метеорологический характер «Нью-Йорк таймс» ссылалась в своем сообщении о «солнечных отражениях на низко висящих облаках, которые создали „спектральные блики“». Газета писала, что эти блики «могли быть приняты за движущиеся объекты». Возможно, указывалось в газете, в воздухе «разбился небольшой метеорит» или «оледенение в верхних слоях облаков создали „крупные градины“, которые пр иняли плоскую форму и немного блестели на солнце». (Автор этой статьи не замечал того, что подобные необычные метеорологические условия, возможно, являются еще более редкими, чем «летающие тарелки»!) Видимо, к 6 июля газета перестала проявлять осторожность в сообщениях о наблюдениях. В дневном издании были опубликованы сообщения о наблюдениях «таких внушающих доверие людей, как капитан Э.Дж. Смит из авиакомпании „Америкэн эйрлайнс“ и пилот Рольф Стивенс». В газете также упоминалась «первая фотография летающей тарелки», сделанная 4 июля работником спасательной службы на пляже Фрэнком Раймэном. «Сообщают, что вместо комментариев военные и гражданские работники метеослужбы лишь пожали плечами», — гласило несколько туманное заключение «Нью-Йорк таймс». Хотя столь почтенный орган печати и перестал сдерживать публикации, посвященные этому сомнительному явлению — скорее всего, под влиянием роста тиражей его популистских конкурентов — он проявлял крайнюю осторожность, стараясь помещать такие сообщения, которые можно было объяснить неверным истолкованием природных явлений. Газета приводила слова куратора планетария в Хейдене, который заявил, что в то время как первые сообщения были «совершенно подлинными», последующие представляли собой "мешанину из описаний различных метеоусловий в сочетании с «массовым гипнозом». Наиболее распространенным объяснением служил рассказ о «ледяных кристаллах, созданных природой высоко в небе». Говорилось о естественных кристаллах, гораздо более крупных, чем те, что можно было получить в лаборатории и которые «могли отражать солнечные лучи, подобно небольшому зеркальцу». Газета писала: «Некоторые предположили, что летающие тарелки могут быть метеоритами, но мы склонны считать, что они не относятся ни к метеорологическим, ни к астрономическим явлениям, так как метеориты не обладают формой диска, а их размеры колеблются от булавочной головки до массы в тридцать шесть тонн». Репортер «Нью-Йорк таймс» попросил нескольких видных ученых дать возможные объяснения. Профессор Колумбийского университета астроном доктор Ян Шильт заявил, что «правильный ответ можно дать на основе анализа явлений, наблюдавшихся в период последних двух мировых войн, когда во время боевых действий самолеты загрязняли атмосферу, что искажало прохождение солнечных лучей». Он продолжил свои рассуждения, предположив, что воздействие на атмосферу вращающегося пропеллера и движения крыльев наэлектризовывает атмосферу и создает своеобразные «дымовые кольца»! Среди менее экзотических объяснений упоминались летящие птицы и отражение фар машин в облаках. Волна наблюдений продолжала распространяться по всей стране. Если это был случай «массового гипноза», то умственное заболевание стало заразным. О дополнительных наблюдениях сообщали из Орегона, Мичигана, Луизианы и Пенсильвании. На сей раз это вызвало скептический комментарий представителя Отдела синоптических докладов и прогнозов Бюро погоды США: «Я должен сам увидеть это, прежде чем я скажу, что оно из себя представляет». Представитель Бюро стандартов в Вашингтоне (округ Колумбия) прозорливо заметил: «Это похоже на сообщения о чудовище Лох Несса. Как только появляются сообщения, все думают, что они тоже это видели». Кажется, что «Нью-Йорк таймс» не освещала подробно происшествие в Росуэлле по свежим следам. Возможно, это объяснялось тем, что печать с готовностью поверила, опровержению руководства ВВС, сделанному на пресс-конференции в Форте Уорт. И все же странно, что это событие, происшедшее в самый разгар «тарелкомании» летом 1947 года, не вызвало желания тщательно и серьезно разобрать этот случай. Если вся история представляла собой пример искреннего заблуждения, то можно было ожидать, что печать позлословит по этому поводу, но было очевидно, что этого не произошло. (Существует предположение, что были предприняты попытки заставить радио замолчать, и это документально подтверждено; однако, кажется, что подобных мер в отношении прессы не предпринимали.) Журналист «Нью-Йорк таймс» в это время сообщил о том, что возле фермерского дома в штате Огайо был найден какой-то предмет, но «представители ВВС объяснили, что это — радиозонд», часть воздушного шара для ведения наблюдений. Любопытно, что в статье содержался комментарий от анонимного «ученого-специалиста в области ядерной физики» из Калифорнийского технологического института, который заявил, что летающие тарелки «могут быть следствием экспериментов, в ходе которых произошла трансмутация атомной энергии». Это заявление было опровергнуто в сообщении «Ассошиейтед пресс» из Денвера, в котором говорилось, со ссылкой на председателя Комиссии по атомной энергии США Дэвида Лилиенталя, что это явление никоим образом не связано с атомными испытаниями. Лилиенталь добавил, что «конечно, он не может никому запретить говорить глупости». Вторая заметка о летающих тарелках появилась в «Нью-Йорк таймс» 6 июля. В заметке привлекалось внимание к фотографии, снятой работником спасательной станции на побережье. В заметке говорилось, что на ней видны "яркие маленькие точки, выстроившиеся в ровный порядок… Беда лишь в том, что фотография сделана в 5.30 дня 4 июля. Яркие маленькие точки обычно появляются на небе в любое время на протяжении славного Четвертого июля[8 - 4 июля — главный государственный праздник США — День независимости, в течение которого в стране происходят торжественные мероприятия и фейерверки в честь подписания Декларации о независимости США 4 июля 1776 года. (Црим. перев.)]. Правда, мы не хотим подвергать явление огульным насмешкам". Возможно, принимая во внимание то, что до этого газета избрала слишком категоричный тон по поводу предмета, о котором у значительной части населения страны было сложившееся мнение, газета сделала уступку: «Многие люди видели диски, они единодушно отвергают мысль о том, что это были солнечные пятна. Не вращающиеся пятна на самом солнце, а изображения пятен, которые образуются на сетчатке глаза под воздействием света. Летающая тарелка может быть настоящей». Корреспондент газеты «Нью-Йорк таймс», писавший о «летающих тарелках», в конечном счете признал, что большая часть страны с волнением ожидала дальнейшего развития событий: «Возможно, что могут прибыть гости из другой планеты в космических кораблях, бросивших якорь над стратосферой!» Первоначально «Нью-Йорк таймс» утверждала, что ВВС не проявляют интереса к сообщениям. Это не соответствовало действительности. На самом деле ВВС проявляли повышенный интерес к происходившим событиям, так как многие наблюдения были сделаны летчиками и операторами радиолокационных станций. Вскоре «Нью-Йорк таймс» опубликовала сообщение «Ассошиейтед пресс» из Сан-Франциско, в котором говорилось, что военные самолеты, оснащенные фотоаппаратурой, были направлены для выполнения задания с целью выследить летающие тарелки в небесах над Орегоном и Калифорнией, а также в других местах. Очевидно, что поиск не дал результатов, но приводились слова официального представителя. Он заявил, что, хотя никто не знает, что из себя представляют летающие тарелки, никто не верит, что «кто-либо в этой стране или за ее пределами создал управляемую ракету, которая может перемещаться со скоростью в 2300 километров в час, как указывалось в некоторых сообщениях». В тот день, когда газета «Росуэлл дейли рекорд» радостно объявила в заголовке: «Авиабаза Росуэлла захватила летающую тарелку на ранчо возле Росуэлла», «Нью-Йорк таймс» сообщала, что "по данным «Ассошиейтед пресс» летающие тарелки пожаловали в гости в тридцать девять штатов страны, а также в округ Колумбия[9 - В 1947 году США состояли из 48 штатов и столичного округа Колумбия. (Прим. перев.)] и в часть Канады… Несмотря на насмешливую недоверчивость к этим сообщениям ученых и военных экспертов, последние слухи свидетельствуют о том, что игра воображения усиливается. Например, теперь диски были не только белого цвета. В некоторых случаях они превратились в цветные. Преобладающим оттенком является оранжевый". В той же статье говорилось об эксперименте одного профессора физиологии из Сиднея, который продемонстрировал, как легко люди могут увидеть, «как летающие тарелки играют в салочки со звездами». Профессор попросил 450 студентов «смотреть пристально на точку в небе, находившуюся примерно на расстоянии в два километра». В результате через десять минут двадцать два студента сообщили о том, что они заметили движущиеся светящиеся объекты". Они даже нарисовали рисунки, доказывая, что видели «летающие диски». Физиолог пришел к заключению, что «это является результатом воздействия красных шариков крови, проходящих перед сетчаткой глаза. Это давно признано, и любой, кто заинтересован в этом явлении, может сделать для себя необходимые выводы». Настойчиво требовали к себе внимания и другие объяснения. Пришли сообщения о том, что мнимая летающая тарелка была воздушным шаром, который ударился о самолет. В другом случае летающая тарелка попала в чей-то двор, и о ней сообщили в ФБР, но она взяла, да превратилась в циркулярную пилу! Когда 9 июля генерал Рамни вылил ушат холодной воды на пресс-релиз Уолтера Хота, это событие прошло почти незамеченным в неиссякаемом потоке сообщений о наблюдениях. Лишь мимоходом было замечено, что летающий диск, который разбился около места атомных испытаний, оказался на поверку аэрозондом. В следующем месяце «Нью-Йорк таймс» сочла достойным внимания такое обстоятельство: по данным Института Гэллапа, в то время как лишь один из двух американцев слышал про «план Маршалла», девять из десяти из них слышали про летающие тарелки. Что бы ни происходило потом, было очевидно, что Кеннет Арнольд без всякого умысла дал рождение не только явлению летающих тарелок, но и тому, что превратилось в постоянное занятие средств массовой информации. Он вселил в журналистов и редакторов газет по всей Америке уверенность в том, что летающие тарелки можно будет с выгодой использовать для продажи газет увлеченным читателям. Родился новый век вместе с темой, которая удовлетворяла неутолимый аппетит средств массовой информации к сенсации и тайне; этот аппетит обрел гипертрофированные формы в идиотских публикациях таких изданий, как «Национальный энвкайерер» и «Уорлд ньюс». Европа не переживала подобного приступа «тарелкомании», которую в масштабах всей страны испытала Америка; в США сложилась постоянно растущая прослойка энтузиастов, любителей и исследовательских групп, которые были заняты изучением этого явления. Со временем эта эксцентричная группа, находившаяся сначала на периферии общества, превратилась в одну из значительных сил общественного мнения. Влияние этих сил проявилось в популярности фильма «День независимости» и серийной передачи «Темные небеса» на канале Си-Би-Эс. Это позволяет нам понять, в какой степени восприятие этого предмета изменилось за последние пятьдесят лет. Если на первых порах интерес к НЛО проявляло меньшинство людей, одержимых единомышленников, то в последующем ряды увлеченных этим предметом так возросло, что не удивительно, почему ни один политический деятель не позволял себе игнорировать его: политиканы прекрасно знали, что их интерес к НЛО — это верный способ обеспечить им поддержку нескольких миллионов избирателей. (Весьма показательны примеры президентов Картера и Рейгана, которые превзошли всех, заявив, что они наблюдали НЛО и могут подтвердить это неопровержимыми доказательствами!) Мы видели из примеров, как менялось поведение репортеров «Нью-Йорк таймс». Еще в 1947 году существовала неуверенность в том, как относиться к информации об НЛО: многие еще не были готовы открыто признать, что верят в возможность того, что мы, земляне, невольно приняли в гости вторгшихся пришельцев. По мере того как в стране кипели страсти, родоначальник новой идеи Кеннет Арнольд, наконец, смог спокойно поговорить по телефону со своим другом Дейвом Джонсоном, редактором газеты «Айдахо стейтсмен», который вел в газете раздел по авиации. Арнольд уважал его за «способности и познания в области гражданской и военной авиации». Арнольд был рад возможности побеседовать со специалистом, который мог предложить наилучшее решение загадки. Доверие, которое он испытывал по отношению к своему другу, было выражено в его последующих комментариях: «Сомнения в моем рассказе, которые он высказал, убедили меня в том, что он мог хорошо знать дело, а поэтому был абсолютно уверен в том, что это не были управляемые снаряды. Если же то, что я видел, было правдой, то тогда это не было создано в нашей доброй Америке. Только тут я начал испытывать сомнения». Джонсон сообщил Арнольду по секрету, что у него есть свои контакты с ВВС и что люди с авиабазы Райт в штате Огайо хотели бы узнать от него, что тот видел, с малейшими подробностями. Интерес был вызван общенациональной истерией, которая была порождена наблюдением Арнольда. В это время журналисты со всех концов Америки собирались вокруг дома Кеннета и Дорис Арнольдов в Бойзе. Супруги оказались в осаде, а затравленный мистер Арнольд «чувствовал себя так, будто жил на Центральном вокзале Нью-Йорка!» Арнольд пошел на крайний шаг, он покинул свой дом и скрывался от своих преследователей-репортеров. Вместе со своим другом полковником Полем Уилэндом он тайно от всех отправился на рыбалку на озеро Секью. Во время полета на самолете они вновь вернулись к теме того наблюдения, которое вызвало столь много шума. Арнольд стал сомневаться, мог ли он увидеть тело, перемещающееся со столь большой скоростью, но приятель заверил его в том, что такое может быть; он обратил внимание на то, что можно разглядеть невооруженным глазом артиллерийские снаряды, которые движутся со скоростью более 1200 километров в час, несмотря на их малые размеры. Это успокоило Арнольда: он понял, что его расчеты скорости, с которой передвигались тела, были не столь уж невероятными. Дело в том, что именно это обстоятельство вызывало сомнения в точности его наблюдений. На следующий день оба друга перелетели из Секью в Сиэттл, где они, по странному стечению обстоятельств, встретились с группой представителей ВВС, о которых также много писали в газетах как об очевидцах передвижений летающих дисков. Испытывая интерес к встрече с другими очевидцами и надеясь, что их впечатления подтвердят его собственные и докажут реальность явления, которое он наблюдал, Арнольд встретился в местном кафе с капитаном Э.Дж. Смитом (по прозвищу «Большой») и Рольфом Стивенсом. Здесь он стал расспрашивать их о всех подробностях того, что с ними произошло во время их полетов. Он хотел получить дополнительные сведения, которые позволили бы ему понять удивительное явление. Трое обменялись впечатлениями о наблюдениях за «летающими тарелками». Хотя эти впечатления не были уникальными, но к этому времени они были окружены таким ореолом тайны, что вполне понятно, почему каждый из собеседников ощущал нервное напряжение. Оказавшись в центре внимания средств массовой информации, Арнольд испытывал естественное желание избежать общения с прессой, чтобы собраться с мыслями. Капитан Смит рассказал Арнольду о наблюдениях с борта самолета компании «Юнайтед эйрлайнс». По его словам, все произошло до старта, когда кто-то явно под влиянием последних газетных заголовков спросил его, верит ли он в «летающие тарелки». На это капитан ответил, что он поверит в том случае, если увидит их собственными глазами. К его удивлению через восемь минут, когда они пролетали над городом Эммет (штат Айдахо), он и члены его экипажа смогли увидеть не одну, а девять «летающих тарелок»: сначала группу из пяти, а потом группу из четырех. Капитан помнит, что все они были круглыми с плоскими днищами и неровностями в их верхней части, а по размерам они были сопоставимы с самолетами типа ДС-3. Арнольду эти наблюдения показались поразительными. «Когда Большой Смит закончил свой рассказ, я продолжал повторять: „Просто поразительно! Просто поразительно!“ Наблюдение Смита сделало то, что увидел я, маленьким и незначительным». Вернувшись домой, Арнольд добросовестно разобрал корреспонденцию, которую он получил после своего первого наблюдения. Он заметил: «Ни в одном письме не было ни строчки критики в мой адрес. Это было удивительно, так как большая часть газет забавлялась тем, что изображала меня и других наблюдателей психами или же считала, что мы видели изображения кровяных шариков на сетчатке глаза». Когда в Нью-Мексико паника вокруг «летающего диска», обнаруженного в Росуэлле, начала утихать, Арнольд и его друг, редактор Дейв Джонсон в сопровождении фотографа газеты «Стейтсмен», отправились туда, где он впервые увидел летающие тарелки. К несчастью, попытки запечатлеть таинственные летающие тарелки на пленку не увенчались успехом. Противореча своим первоначальным заявлениям, ВВС проявили значительный интерес к этому и другим наблюдениям, а авиабаза Райт запросила у Арнольда информацию по этому поводу. Арнольд, который жаждал какого-либо знака внимания со стороны ВВС, с благодарностью написал для них подробный отчет, в который включил даже характеристики о себе, сделанные его коллегами-пилотами времен войны! Из этих характеристик следовало, что он не относится к людям, склонным ко всякого рода видениям! В то же время эти люди по секрету говорили ему как другу, что во время выполнения боевых заданий некоторым доводилось видеть подобные странные вещи. Арнольд не смог удержаться и не упомянуть о том, что один из его друзей-летчиков с большим опытом работы сказал ему, что летающие диски представляют собой экспериментальные летательные аппараты, которые разрабатываются в ходе выполнения секретного государственного задания или же являются продуктом усилий зарубежной державы. Арнольд дал ясно понять, что не ищет дешевой популярности, заявив: «Я сообщил то, что, по моему мнению, сообщил бы всякий пилот». У него вызвало возмущение, что ни Армия, ни ФБР, «эти две самые важные силы, охраняющие нашу страну», не выразили никакого интереса к его наблюдениям и не стали проводить расследования. Как настоящий патриот, он мужественно заявил о своей готовности пройти любое медицинское или психическое обследование, если это необходимо военным. Через несколько дней Арнольда, наконец, посетили представители ВВС. Ими были два офицера разведки ВВС из аэродрома Гамильтон (штат Калифорния). «Я был рад с ними встретиться, — говорил Арнольд. — Я никак не мог понять, почему такая солидная организация, как военная разведка, не навестила меня прежде». Однако вера Арнольда в возможности разведки его страны быстро испарилась, когда два офицера, лейтенант Фрэнк М. Браун и капитан Уильям Дэвидсон, пригласили его поужинать и быстро признались, что у них нет ответов на поставленную им загадку. «Они заявили мне прямо и открыто, что не знают, что такое летающие тарелки. Они нам сказали, что никогда их не видели, но, как только услыхали о моих наблюдениям, они буквально все глаза проглядели, рассматривая небо!» После ужина Арнольд предложил им встретиться с капитаном Смитом, работавшим в авиакомпании «Юнайтед эйрлайнс», который мог дать им свои показания о наблюдениях 4 июля. Офицеры разведки с удовольствием приняли предложение Арнольда и направились в муниципальный аэропорт Бойзе, где Арнольд случайно встретил своего вездесущего друга Дейва Джонсона из «Айдахо стейтсмен». Видимо, Браун и Дэвидсон пожелали побеседовать с Джонсоном, который к этому времени сам уже имел опыт наблюдения летающих тарелок; это с ним случилось 9 июля, в тот же день, когда генерал Рамни провел пресс-конференцию в Форте Уорт по поводу происшествия в Росуэлле. После короткой дискуссии, в ходе которой все, по словам Арнольда, «говорили одновременно и никто ничего толком не понял», он и его жена пригласили офицеров ВВС к себе домой, где они могли бы побеседовать без помех. Здесь они задали Арнольду огромное количество вопросов. «Я не считал, что мое мнение является самым главным, но я твердо придерживался фактов. Я нарисовал несколько рисунков и повторил свои наблюдения как можно точнее». Перед отъездом Браун и Дэвидсон просмотрели почту, полученную Арнольдом, особенно тщательно проглядев письма, авторы которых просили его составить письменные описания его наблюдений. «Я был рад, что они просмотрели письма, направленные мне, — говорил впоследствии Арнольд, — потому что не мог дать им верную оценку». Любопытно, что, хотя они признались в том, что не знают ничего о природе явления, офицеры посоветовали Арнольду не распространяться о нем и связаться с ними, как только он столкнется с чем-то необычным. До этого Браун и Дэвидсон проверили Арнольда. При этом они ссылались на то, что желают установить, насколько можно верить его словам и нет ли хотя бы самой отдаленной возможности того, что он является иностранным шпионом. С этой целью они позвонили Дейву Джонсону, который сказал им, что, насколько он знает, все, о чем говорит Арнольд, следует воспринимать очень серьезно, а лично он, Джонсон, верит тому, что мистер Арнольд видел упомянутые летающие диски. Встретив позже Джонсона, Браун и Дэвидсон заявили, что у них сложилось точно такое же мнение об Арнольде. Два офицера составили доклад, который направили Аллену Хайнеку, астроному ВВС. Хайнека попросили изучить этот доклад и выяснить, не стал ли Арнольд свидетелем какого-либо астрономического явления. Впоследствии Хайнек засвидетельствовал, что в случае с Арнольдом нет какого-либо «астрономического объяснения этого происшествия, которое явилось прототипом для многих других историй про летающие тарелки». Он не знал, как объяснить этот случай, но обратил внимание на некоторые непоследовательности в рассказе Арнольда. «Арнольд нарисовал предметы, изобразив их в определенных формах и указав, что их длина превышала ширину в 20 раз. По его оценке, их длина составляла от 15 до 17 метров. Он определил, что расстояние до них составляло от 35 до 45 километров. Он также подсчитал, что расстояние в 84 километра они прошли за 102 секунды, то есть их скорость составляла 3000 километров в час. Если он верно определил расстояние, то для того, чтобы видеть такие отдельные детали предметов, какие были изображены им на рисунке, Арнольд должен был приблизиться к ним на расстояние немногим более 10 километров. На таком расстоянии угловая скорость, замеченная наблюдателем, должна была соответствовать в лучшем случае 700 километрам в час. Вероятнее всего, объекты были гораздо ближе к Арнольду, чем он думал, и они передвигались с дозвуковой скоростью». Хайнек сделал вывод, что Арнольд видел какой-то самолет. Однако трудно предположить, что такое формирование не было военным, а ВВС не предложило никакого объяснения, почему какие-либо их самолеты появлялись в небе. Сам Хайнек стал одним из ведущих исследователей мира по проблеме НЛО, основал Центр по изучению НЛО и стал одним из советников ВВС США в проекте «Голубая книга», посвященном этому явлению. 7. Как вспоминали свидетели из Росуэлла в своих интервью, наблюдения за «летающими тарелками» летом 1947 года были широко распространенным явлением, и это обстоятельство, возможно, повлияло на решение Макбрейзела принести обломки в контору шерифа Уилкокса. Сам Марсел вспоминал, что он видел странные огни за несколько дней до своей экспедиции на ранчо Фостера. Однако возникают сомнения относительно того, насколько точны его воспоминания; он довольно неясно описал характер найденных обломков и лишь мимоходом упомянул о наличии другого места, где, если верить Фрэнку Кауфманну, разбился основной корабль, или нечто неизвестное. Говоря о другом месте падения, Марсел признавал: «Я ничего не знаю о нем». Но он все же туманно говорил о том, что «другой случай» произошел примерно в ста-ста пятидесяти километрах к западу от ранчо Фостера и приблизительно в то же самое время. В своем рассказе, лишенном каких-либо подробностей, Марсел упоминал о том, что, как ему показалось, место падения было обнаружено «каким-то старателем». Беседуя с телевизионном репортером, Марсел вспоминал о другом месте падения, между прочим, невольно разжигая этим любопытство. Потому что в этой связи возникает главный вопрос: если правда то, что там произошло, то почему Марсел ничего об этом не знал? Одним из возможных объяснений является то, что туда была выслана другая поисково-спасательная группа, получившая приказ строго соблюдать секретность, включая запрет на рассказы кому бы то ни было на базе. (В пользу возможности того, что существовало строгое распределение обязанностей, свидетельствует, например, рассказ Кауфманна о процедурах, предпринятых для отправки обломков летательного аппарата на базу. Он утверждал, что этим занималась другая группа, о которой он ничего не знал.) Как только стало ясно, что место крушения привлекло к себе внимание, то возникла необходимость создать плотное оцепление вокруг этой территории, а место на ранчо потеряло значение. И все же странно, что начальник разведки 509-го полка Марсел оказался не у дел. Если же, с другой стороны, как это предполагалось, полковник Бланшард сразу сообщил вышестоящему начальству о разбившемся летательном аппарате необычной природы (оставим пока в стороне вопрос о том, были ли на его борту пришельцы и прибыл ли он из космоса), то его непосредственные начальники и, в свою очередь, командующие в Вашингтоне, без сомнения, должны были понять, что данное происшествие представляло собой крайне опасное вмешательство в зону безопасности вокруг военностратегических объектов и ставило под угрозу национальную безопасность Америки. Можно легко себе представить, что были введены экстренные меры безопасности, в соответствии с которыми были запрещены какие-либо независимые расследования происшествия, и последнее относилось и к Марселу. Если объект представлял собой внеземное изделие, то, как ни странно, были бы введены такие же меры безопасности, и в эфире не прозвучало бы ни одного слова о том, что Америка завладела «летающим диском». Даже на этой стадии развития событий было бы ясно, что они открывают возможность существенно увеличить технологические и научные преимущества страны, поднять ее научный престиж до немыслимой высоты. Поэтому возникала необходимость сохранить секрет любой ценой от личного состава за исключением лишь тех, кому следовало знать о нем в силу служебной необходимости. Поэтому же возникла обостренная восприимчивость к материалам прессы и радио на эту тему. Вероятность такого развития событий подтверждает рассказ владельца местной радиостанции в Росуэлле. В 1947 году Джад Робертс был совладельцем местной радиостанции КГФЛ. Сейчас ему за восемьдесят, и хотя он не отличается крепким здоровьем, он прекрасно все помнит. «Мне позвонили из Вашингтона, из офиса одного сенатора. Мне было сказано: „Послушай, если ты будешь пускать в эфир какие-либо рассказы об этом деле, то у тебя отберут лицензию на радиовещание. И запомни: отберут ее у тебя не через какое-то время, а в тот же самый день, как мы скажем, что эфир для тебя закрыт“. Роберте также прекрасно помнит, что военные выставили заслоны вокруг места с обломками. „Если это был воздушный метеорологический шар, то зачем им понадобилось столько голубых машин службы безопасности, которые всюду носились и не разрешали никому выезжать на своих машинах“. Достаточно было приехать туда, чтобы обнаружить, что там все перекрыто. Никому и в голову не приходило в этом краю, где метеорологические шары валяются повсюду, что их можно принять за что-то другое. Они всюду валялись как старые шины». Робертс вспомнил, что работники радиостанции имели обширные связи со служащими авиабазы, и станция не раз транслировала передачи, в которых выступали офицеры. Из бесед, которые он вел в ту пору со служащими базы, он запомнил, что, по их мнению, в официальной версии многое было скрыто от глаз и ушей общественности. «Мы знали, что ребята, которые возили эти вещи на аэродром Райт-Паттерсон и обратно, ни слова не говорили об этом деле. Они молчали об этом, и поэтому не возникало сомнений в одном: эта штука была не из нашего мира». Рассказы об угрозах, запретах на публикации, слежка за Макбрейзелом, — все это указывает на то, что ВВС пытались держать информацию под надежным контролем и как можно скорее передать все дело элитарной группе из руководителей армии и науки, которые могли бы дать оценку этой проблеме. Если бы это произошло, то мало вероятно, что ни слова об этой операции не вышло бы наружу. В декабре 1984 года поступили сведения о том, что действия осуществлялись именно по такому сценарию. Эти сведения служили сенсационным подтверждением того, что было на самом деле открыто в Росуэлле. Один из наиболее спорных моментов в исследованиях НЛО связан с появившимся документом, в котором утверждалось, что была образована группа с целью дать оценку технологии «разбившихся дисков». 11 декабря 1984 года телевизионный продьюсер Хайме Шандера получил тщательно упакованный конверт, в котором была непроявленная 35-миллиметровая фотопленка. На ней, как оказалось, были запечатлены несколько страниц сверхсекретных документов, известных под названием «МДж-12», или «Маджестик». В этих документах упоминались видные ученые и военные, которые изучали захваченные летающие тарелки и пришельцев. В это время Шандера работал вместе с исследователем НЛО Уильямом Муром, соавтором одной из первых книг, посвященной событиям в Росуэлле. Документы МДж-12 разделили сторонников НЛО на тех, кто считает их фальшивкой, на тех, кто считает их абсолютно подлинными, и тех, кто верит, что, хотя документы могут быть фальшивкой, люди, описанные в них, существовали, а описанные события происходили на самом деле. Первая страница документа озаглавлена: «ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ». Под этим предупреждением — знак классификации документа: «СТРОГО СЕКРЕТНО», а затем следует: "ПРЕДМЕТ: ОПЕРАЦИЯ «МАДЖЕСТИК-12» ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ ОЗНАКОМЛЕНИЕ ИЗБРАННОГО ПРЕЗИДЕНТОМ ЭЙЗЕНХАУЭРА[10 - В США лицо, избранное президентом на всеобщих выборах, которые проходят в первый вторник после первого понедельника ноября каждого високосного года, приступает к исполнению своих обязанностей лишь 20 января следующего года. До этого он считается лишь «лицом, избранным президентом», а обязанности президента продолжает исполнять его предшественник, избранный на этот пост четыре года назад. В течение трех месяцев победитель на президентских выборах входит в дела и знакомится с государственными проблемами и секретами. (Прим. перев.)]. ДОКУМЕНТ ПОДГОТОВЛЕН 18 НОЯБРЯ 1952 ГОДА. ЛИЦО, ОТВЕТСТВЕННОЕ ЗА ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ОЗНАКОМЛЕНИЯ: АДМИРАЛ РОСКОУ Х.ХИЛЛЕНКОТТЕР (МДж-1). ПРИМЕЧАНИЕ: Этот документ был подготовлен лишь для предварительного ознакомления. Его следует рассматривать как вступительный этап при осуществлении полного ознакомления, которое последует. "ОПЕРАЦИЯ «МАДЖЕСТИК-12» представляет собой СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНУЮ научно-исследовательскую, технологическую и разведывательную операцию, подотчетную лишь Президенту Соединенных Штатов. Операции этого проекта осуществляются под контролем группы «Маджестик-12» (или же «Маджик-12»), которая была образована в соответствии с исполнительским приказом Президента Трумэна от 24 сентября 1947 года по рекомендации доктора Ванневара Буша и министра Джеймса Форрестола (см. приложение "А")". В документе перечислены двенадцать членов группы, среди них ведущие ученые и видные военачальники, включая командующего материально-технической части ВВС генерала Натана Туайнинга и начальника штаба ВВС генерала Хойта Ванденберга. На второй странице подробно излагалось, как была создана программа «Маджестик». "24 июня 1947 года гражданский пилот, пролетая над Каскадными горами в штате Вашингтон, заметил девять летательных аппаратов, имевших форму дисков, которые перемешались в строю с высокой скоростью. Хотя это не было первым наблюдением таких объектов, это был первый случай, привлекший внимание средств массовой информации. Вскоре последовали сотни сообщений о наблюдениях такого рода. Многие из этих наблюдений были сделаны военными и гражданскими лицами, заслуживавшими доверие. Эти сообщения привели к тому, что различные группы военных предприняли независимые усилия с тем, чтобы в интересах национальной безопасности проверить природу этих объектов и их предназначение. Были проведены беседы с рядом очевидцев и предприняты безуспешные попытки преследовать на самолетах упомянутые диски во время их полетов. Порой реакция общественности на эти сообщения граничила с истерией. Несмотря на эти усилия, о природе этих объектов имелось мало сведений, пока местный фермер не сообщил, что один из дисков разбился в отдаленном районе Нью-Мексико, расположенном примерно в ста тридцати километрах к северо-западу от авиабазы ВВС в Росуэлле (теперь именуемой аэродромом Уолкер). 7 июля 1947 года начала осуществляться тайная операция по сбору обломков крушения для научного исследования. В ходе этой операции воздушная разведка установила, что четыре небольших человекоподобных существа были очевидно выброшены из аппарата до того, как он взорвался. Они упали на землю примерно в трех-четырех километрах от места падения. Все четверо были мертвы, а их тела были.сильно повреждены хищниками и пребыванием на открытом воздухе в течение примерно недели до того, как они были обнаружены. Переправкой этих тел занялась специальная научная группа. (См. приложение "С".) Обломки аппарата были направлены в разные места. (См. приложение "В".) Гражданским и военным очевидцам были даны соответствующие инструкции относительно того, как им следует излагать события, свидетелями которых они были. Журналистам была предложена убедительная версия прикрытия подлинных событий. Согласно этой версии утверждалось, что объект представлял собой сбившийся с курса воздушный метеорологический зонд. Генерал Туайнинг и доктор Буш, действуя по прямому указанию Президента, предприняли тайное исследование, участники которого пришли к предварительному единодушному выводу (19 сентября 1947 года), что диск представляет собой разведывательный аппарат ближнего радиуса действия. Этот вывод был сделан главным образом на основе размеров аппарата и отсутствия на нем какихлибо видимых запасов питания. (См. приложение "D".) Аналогичным образом доктор Бронк организовал исследование четырех трупов, обнаруженных на земле. По предварительному выводу, который сделали члены группы (30 ноября 1947 года), хотя эти существа были человекоподобными, биологические и эволюционные процессы, которые привели к их возникновению, существенным образом отличались от тех, которые наблюдались при возникновении homo sapiens'a. Доктор Бронк предложил термин «внеземные биологические существа», или ВВС, в качестве стандартного понятия для обозначения этих существ до тех пор, пока не будет согласовано более точное определение. Почти наверняка известно, что этот аппарат не был создан в какой-либо стране на Земле, но не было достигнуто единства по вопросу о том, откуда он мог прибыть и каким образом. Одним из возможных мест старта был назван Марс, хотя некоторые ученые, особенно доктор Мензел, считают более вероятным, что мы имеем дело с существами из другой солнечной системы. Среди обломков были найдены многочисленные образчики того, что представляется формой письма. Были предприняты попытки расшифровать их, но они до сих пор оказались безуспешными. (См. приложение "Е".) Столь же безуспешными оказались попытки разгадать двигательную систему или природу и метод передачи энергии. Исследование такого рода было осложнено из-за отсутствия крыльев, пропеллеров, реактивных устройств или других известных нам устройств, с помощью которых осуществляется движение, а также из-за отсутствия металлических проводов, вакуумных труб или аналогичных электронных компонентов. (См. приложение "Е".) Предполагается, что двигательная система была полностью уничтожена при взрыве, который вызвал крушение аппарата. Необходимость в получении как можно большей дополнительной информации об этих аппаратах, их технических данных и их предназначении привела к созданию в декабре 1947 года Военно-воздушными силами США проекта «САЙН». В целях безопасности связь между проектами «САЙН» и «Маджестик-12» осуществляли два человека, служивших в отделе разведки при материально-техническом командовании ВВС. В их задачу входила передача информации определенного рода через соответствующие каналы. В декабре 1948 года проект «САЙН» был преобразован в проект «ГРАДЖ». В настоящее время операция проводится под кодовым названием «ГОЛУБАЯ КНИГА». Связь с ней осуществляется офицером ВВС, который возглавляет проект. 6 декабря 1950 года второй объект, вероятно, такой же природы, пролетев по длинной траектории с большой скоростью, упал на землю в районе Эль Индио-Герреро на границе между Техасом и Мексикой. К тому времени, когда прибыла поисковая группа, остатки объекта почти полностью сгорели. То, что удалось собрать, было доставлено на предприятие Комиссии по атомной энергии США в Сэндиа (Нью-Мексико) для проведения исследований. Главное следствие этих событий для национальной безопасности страны состоит в том, что мотивы и конечные цели этих посетителей остаются совершенно неизвестными. Кроме того, значительное увеличение количества сообщений о разведывательной деятельности этих объектов, начиная с мая и продолжаясь осенью этого года, вызвало озабоченность относительно того, что можно ожидать в ближайшем будущем. По этим причинам, а также по очевидным причинам международного и технологического характера и желания избежать всеобщей паники группа «Маджестик-12» приняла единодушное решение непрерывно поддерживать меры строжайшей секретности и при новой президентской администрации. В то же время следует быть готовыми к исполнению плана МДж1949-04П/78 (совершенно секретно — только для прочтения), когда возникнет необходимость для публичного сообщения (см. приложение "G")". "ПЕРЕЧЕНЬ ПРИЛОЖЕНИЙ. ПРИЛОЖЕНИЕ "А"…Специальный секретный исполнительский приказ N092447 (ТС/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "В"…Доклад о проведении операции «Маджестик-12» N1, Часть А. 30 ноября '47. (ТС-МАДЖИК/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "С"….Доклад о проведении операции «Маджестик-12» N1, Часть В. 30 ноября '47. (ТС-МАДЖИК/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "D" Предварительный аналитический доклад об операции «Маджестик-12». 19 сентября '47. (ТС-МАДЖИК/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "Е" Доклад о действиях группы «Маджестик-12» — «Голубая книга». N5, ТС 30 июня '52. (ТС-МАДЖИК/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "G" План действий по операции «Маджестик-12» в чрезвычайных обстоятельствах. МДж-1949=04П/78. 31 января '49. (ТС-МАДЖИК/ЕО) ПРИЛОЖЕНИЕ "Н" Операция «Маджестик-12», карты и фотографии (выдержки из документов). (ТС-МАДЖИК/ЕО)". Наконец, имелось неопровержимое доказательство заговора правительства, о котором так долго твердили наиболее упорные сторонники НЛО, пробивавшиеся сквозь, казалось бы, несокрушимые стены официальных структур. Хранители ключей к Святому Граалю[11 - Согласно средневековой западноевропейской легенде, Святой Грааль является чашей, из которой пил вино Иисус Христос во время тайной вечери. В эту чашу была собрана кровь Христа после его казни. Чаша с кровью Христа была увезена в Англию и надежно спрятана от нечистых духом. Поиском Святого Грааля заняты многие герои рыцарских легенд. В переносном смысле Святым Граалем именуют самые заветные и тщательно хранимые тайны. (Прим. перев.)] «летающих тарелок» наконец должны были бы признать, что они умышленно скрывали тайну от американской общественности и всего мира. Свидетельства должны были подтвердить реальность внеземной жизни и обнаружения «летающих тарелок» и их обитателей. Это новое свидетельство разрешило бы раз и навсегда все споры вокруг происшествия в Росуэлле и уничтожило бы без следа все версии прикрытия, которыми руководство ВВС отреагировало на это и последующие события, отрицая их реальность. В течение нескольких недель в стане сторонников НЛО царила эйфория. Документы МДж-12 расценивались как неоспоримое свидетельство того, что неустанные усилия исследователей восторжествовали над попытками бюрократии отгородиться непроницаемой стеной и наглым обманом. Однако в результате трезвого анализа и расспросов, большая часть которых была осуществлена самими сторонниками НЛО, стало ясно, что документы МДж-12 почти без сомнения являются фальшивкой. После открытия документов были потрачены тысячи долларов, чтобы доказать их подлинность, и не меньшее количество денег было истрачено на то, чтобы доказать противоположное. Были ли они подлинными или фальшивыми, но документы МДж-12 стали главным предметом спора между противоборству щи ми группами уфологов, и им посвящали целые гектары типографских полос. В этих публикациях содержались скрытые намеки на темные обстоятельства для того, чтобы доказать свою правоту, или для того, чтобы дискредитировать своих идейных противников, а также и для того и для другого сразу. Помимо уфологов, журналисты и прирожденные скептики, такие как Филип Класс, известный корреспондент журнала «Авиейшен уик», собирали обильную жатву, посрамляя своих недругов и используя эту возможность для того, чтобы объявить МДж-12 изощренной фальшивкой. По их мнению, кто-то умышленно решил дискредитировать псевдоученых исследователей, так долго бросавших вызов науке без наличия достаточных фактов и с избытком фанатизма. Но уфологи держались уверенно, настаивая, что документы Мдж-12 являются подлинными, а Стэнтон Фридмэн, ветеран уфологии, получил пособие от Фонда исследований НЛО для того, чтобы основательно проверить их подлинность. Как оказалось, факты не могли подтвердить подлинность документов МДж-12. Существенные сомнения возникли относительно номеров исполнительских приказов, которые, очевидно, не соответствовали тем, что использовались в то время. Не соответствовал существовавшему в то время и шрифт, которым были набраны документы. Подпись президента оказалась явно скопированной с какого-то другого документа. Класс сделал немало красноречивых заявлений об этом наборе документов, отмечая несообразности в их стиле и употреблении слов, а также способ обозначения дат. Например, совершенно необычным было использование нулей перед однозначными датами. Класс даже заметил, что такой способ датировки совпадает с тем, к которому прибегал уфолог Уильям Мур. Другим подозрительным моментом было то обстоятельство, что Мур и Шандера два года держали у себя этот документ прежде, чем выпустить его в свет. Когда они его выпустили, то в нем было немало вымаранных кусков, что часто случается в рассекреченных документах, но, видимо, в этом случае вымарывания были сделаны самими авторами открытия. Дело о выяснении подлинности документов сделало шаг вперед, когда произошло удивительное открытие другого документа в Национальном архиве в Мэриленде, который стал известен под названием «меморандум Катлера — Туайнинга». Это якобы памятная записка, составленная специальным помощником президента США Эйзенхауэра Робертом Катлером для генерала Натана Туайнинга, в ней говорится о намеченном заседании по программе «Маджестик». Весьма кстати документ был обнаружен Муром и Шандера во время посещения ими Национальных архивов, где они попросили материалы из архивной группы 341 и после продолжительного поиска неожиданно напали на ящик номер 189, в котором находилась папка с документами: Т4-1846. Взяв этот документ, Шандера прочитал следующее: «Президент решил, что брифинг по МДж-12/ССП должен состояться во время уже запланированного заседания в Белом доме, намеченного на 16 июля, а не вслед за ним, как первоначально планировалось. Уточнения будут внесены на месте. Пожалуйста, измените ваши планы соответствующим образом. Ваше согласие с внесенными изменениями предполагается». Документ озаглавлен: «14 июля 1954 года Национальный Совет Безопасности/МДж-12 Проект Специальных Исследований». Казалось, что МДж-12 был реабилитирован, и Мур чувствовал себя оправданным, объявив, что документ «бесспорно подтверждает существование в 1954 году группы МДж-12, и без сомнения связывал его с Национальным Советом Безопасности и президентом США». Из этого следует, продолжал Мур, что раз существовала группа МДж-12, то существовали и летающие тарелки! Меморандум Катлера — Туайнинга вновь разжег острый спор между противоборствующими группами уфологов, а также между ними и их критиком Классом. Роберт Тодд, трезвый исследователь НЛО, направил запрос в Библиотеку Эйзенхауэра и получил следующий ответ: "1. В книге записей о ежедневных мероприятиях президента Эйзенхауэра не содержится никаких отметок о специальном заседании 16 июля 1954 года, во время которого мог бы состояться брифинг по МДж-12. Даже если у президента были «сверхплановые» мероприятия, в книге записей о них делались заметки с упоминанием времени встреч и их участников. 2. Разметка, которая поставлена на меморандуме, никогда не использовалась в документах администрации Эйзенхауэра. «Строго секретно» и «Для ограниченного круга лиц» — это два различных типа классификации. Никогда не было такой разметки: «Строго секретно для ограниченного круга лиц». Использование разметки «Для ограниченного круга лиц» было прекращено в ноябре 1953 года. 3. Бюро по рассекречиванию Национального Совета Безопасности проинформировало нас, что нигде не записано о том, что принималось решение о рассекречивании такого меморандума или любых документов этого якобы существовавшего проекта. 4. Никакой дополнительной документации по МДж-12 не было обнаружено ни в Национальных архивах, ни в Библиотеке Эйзенхауэра. 5. Наконец, по решению президента Эйзенхауэра Роберт Катлер 14 июля 1954 года, то есть в тот день, в который он якобы написал памятную записку, находился за границей в инспекционной поездке по военным объектам". В документах администрации Эйзенхауэра имеется меморандум Катлера и его доклад, представленный президенту по возвращении из поездки. Меморандум помечен 20 июля 1954 года, в нем идет речь о его поездке по военным объектам в Европе и Северной Африке с 3 по 15 июля. Более того, фамилия Катлера не фигурирует в списке лиц, которые приняли участие в очередном заседании Национального Совета Безопасности 15 июля. Среди бумаг Совета Безопасности имеется меморандум от 3 июля 1954 года, составленный Катлером для своих подчиненных, Джеймса С. Лея и Дж. Патрика Койна, в котором объяснялось, как вести административные дела по Национальному Совету Безопасности во время его отсутствия. Можно предположить, что если бы памятная записка Туайнингу была подлинной, то ее подписали бы Лей и Койн. Новые сомнения в подлинности меморандума Катлера — Туайнинга всплыли в ответе от самого Национального архива. Начальник сектора по военным справкам из военного отдела архивов Джо Энн Уильмсон обратил внимание, что на этом документе нет номера, обычного для всех бумаг из архивной группы 341, на которых есть отметка «Совершенно секретно». Кроме того, на документе нет буквенного знака или водяного знака, свидетельствующего о том, что это правительственный документ. Специалист, который проанализировал документ, пришел к следующему выводу: "Работники Библиотеки Эйзенхауэра просмотрели собрание бумаг Катлера. Все бумаги, на которых печатал свои документы Катлер, когда он работал в Национальном Совете Безопасности, имели водяной знак с изображением орла и представляли собой особый вид бумажного изделия, так называемую «луковую кожицу». Большинство документов, которые издавались НСБ, были подготовлены на бумаге Белого дома с соответствующими знаками. В течение коротких периодов времени, когда Катлер работал вне НСБ, копии его документов печатались на бумаге, именуемой «престижная луковая кожица». Документ же, который найден Муром, был выполнен под копирку на бумаге, именуемой «луковая кожица для диктовки». В целом становилось ясно: вне зависимости от того, кто сочинил меморандум Катлера — Туайнинга, он проглядел важные детали, необходимые для документа данного периода и обрек этот фальшивый материал на короткую жизнь. Неясно было и то, каким образом Мур наткнулся на этот документ. Его объяснение, что он получил анонимную почтовую карточку, в которой содержались загадочные намеки на то, где искать материал, не может развеять подозрений в том, что он сам сфабриковал этот документ и подложил его в нужном месте. Несмотря на строгости, существующие в Национальном архиве, подсунуть что-нибудь в папку не является невозможным. Сомнения в меморандуме вместе с несообразностями в бумагах МДж-12 привели к неверию в подлинность этих документов, хотя до сих пор существуют люди, которые считают, что либо фальсификация не доказана, либо все, что было получено к настоящему времени, является составной частью продолжающейся операции прикрытия. И все же, кроме меньшинства, состоящего из упрямцев, почти все, кто изучал свидетельства специалистов, включая наиболее респектабельные группы исследователей НЛО, пришли к твердому убеждению, что вся история является изощренной фальшивкой. Однако Стэнтон Фридмэн продолжал не очень убедительно утверждать, что документы подлинные. При этом он пытался опровергнуть заявления о том, что доктор Дональд Мензел, на которого были ссылки в документе, постоянно высмеивал заявления о летающих тарелках. Фридмэн утверждал, что Мензел участвовал во многих сверхсекретных правительственных проектах, а поэтому его обязательно бы привлекли к работе по проекту МДж-12. Может быть, это и так, но Фридмэн не представил никаких доказательств в пользу своей версии. Что касается источника фальсификации, то многие указывали на тех, кто обнаружил документы, а именно на Уильяма Мура и его коллегу с телевидения Хайме Шандеру. Конечно, именно они выиграли бы больше всего от появления этих документов. В то же время следует заметить, что нет никаких доказательств того, что они действительно сфальсифицировали документы. В их пользу говорит то обстоятельство, что они долго ждали, прежде чем дать этим документам ход. В ходе поиска фальсификатора всплыло также имя Ричарда Л. Доти, который служил сержантом в разведывательном отделе ВВС США, известном как Отдел специальных расследований ВВС (АФОСИ). Название этой организации фигурировало в прежних отчетах исследователей НЛО. Одно время Доти служил на авиабазе Киркленд (штат Нью-Мексико), в 1980 году он передал Муру документ, в котором речь шла о МДж-12. Документ был объявлен фальшивкой представителями ВВС. После того, как другой исследователь НЛО был сбит с толку Доти, последнего уволили из ВВС. (Доти повел кинопродюсера Линду Мултон Хауи по ложному следу, обещая ей всевозможные неоспоримые свидетельства наличия летающих тарелок и пришельцев.) Правда, официальным предлогом для увольнения Доти послужило его обвинение в том, что он снабжал разведку фальшивыми отчетами о мнимых связях с коммунистическими агентами, когда работал в Западной Германии. Ходили слухи о том, что под кличкой «Ястреб» он снабжал Мура наиболее засекреченной информацией, передавал ему сведения про летающие тарелки и пришельцев. В одной из телепередач некий «Ястреб» утверждал, что он имеет непосредственный доступ к информации о захваченных пришельцах и что их любимой едой является клубничное мороженое! Если, как постоянно утверждал Мур, явление НЛО — одно из наиболее тщательно хранимых секретов Америки, то очень странно, что простой сержант ВВС получил доступ к сокровенным тайнам правительства США, которые успешно оберегались в течение пятидесяти лет. Сообщение о том, что пришельцы поедают клубничное мороженое, достаточно красноречиво само по себе. Доти отрицал, что он был тем человеком, внешность и голос которого были изменены во время телепередачи 18 октября 1988 года «НЛО: Сокрытие фактов продолжается!» В своем письме он утверждал, что по-прежнему работает для «правительственного агентства». Хотя его попросили добровольно покинуть АФОСИ после происшествия, когда он участвовал в контрразведывательной деятельности в Западной Германии (утверждалось, что он должен был участвовать в операции по заманиванию в западню иностранных агентов), за Доти сохранили допуск к секретной информации. Будучи причастным к самым заветным тайнам явления НЛО, хранимым ВВС, Доти писал: «Относительно проблемы НЛО я полагаю следующее: думаю, что Земля не является единственной планетой во Вселенной, на которой существует разумная жизнь. У меня нет достаточной информации о том, посещали ли Землю существа с других планет, а поэтому я не могу принять разумного решения. Если при выработке такого решения я исходил бы из той информации, к которой имел доступ, когда служил на государственной службе, то я бы сказал, что Землю посещали. Однако я не на все 100% уверен в том, что информация, к которой я имел доступ, является абсолютно точной». Возможно, Доти говорит правду, но некоторые верят, что бывший сержант говорит то, что составляет часть программы по дезинформировании, в которой участвуют самые разные бывшие работники разведки, а также ныне служащие там. Им приказано говорить полуправду и распространять фальшивки для того, чтобы дискредитировать усилия отдельных исследователей НЛО и их организации и сбивать их с толку. 8. Хотя документы МДж-12 были, без сомнения, фальшивкой, существуют сотни интереснейших официальных бумаг относительно явления НЛО, которые были по-настоящему рассекречены. Многие из них ранее считались «совершенно секретными», и их опубликовали в соответствии со сравнительно либеральным Законом о свободе информации. Хотя ничего не получилось из расследования, проведенного Генеральным управлением по отчетности, исследования, осуществленные другими организациями, включая некоторые из тех, которые первыми стали изучать НЛО, дали некоторую информацию. Документы показывают, что правительство США в целом относилось к НЛО очень серьезно, а его разведывательные органы не раз организовывали довольно исчерпывающие исследования этого явления. Как ЦРУ, так и НАБ (Национальное агентство безопасности представляет собой американский эквивалент английской организации ПШС, то есть Правительственный штаб связи, но в гораздо большем масштабе. — Прим. автора) до сих пор хранят документы в своих секретных архивах, которые они не пожелали открыть на том основании, что их публикация может повредить национальной безопасности. Те же материалы, которые стали достоянием общественности, представляли огромный интерес. Многие люди были поражены, узнав, что такие организации, как ЦРУ и ПШС, проводили официальные исследования явления НЛО. Но единственная причина, почему это кажется странным, вызвана тем, что сегодня понятие НЛО ассоциируется в умах людей с представлением о «летающих тарелках» и «внеземных движущихся механизмах». Из-за этого официальные ответы на сообщения о наблюдениях обычно носят ироничный характер, а сами сообщения объясняются воздушными шарами, пролетавшими стаями гусей или же планетой Венерой, которые были увидены в необычном свете. Большинство наблюдений за НЛО может быть объяснено такими банальными причинами. Тем не менее существенная доля зрительных наблюдений, данных радаров, показаний гражданских и военных пилотов, впечатлений людей, заслуживающих доверие, таких как полицейские и ученые, не поддается рациональному объяснению. Эти случаи, которые привлекли внимание интеллектуалов, поставили их в замешательство. Следует также учесть, что когда после второй мировой войны это явление стало привлекать серьезное внимание, понятие НЛО предполагало именно тот смысл, который стоял за сокращением, а именно «неопознанные летающие объекты»: это были предметы, которые люди видели в небе и не могли опознать, чем они являются. Лишь позже получила распространение внеземная гипотеза, которая вызвала насмешку официальных властей (как мы видели, главным образом благодаря наблюдению Кеннета Арнольда и волне «тарелкомании» 1947 года). Конечно, такого рода наблюдения делались и раньше. Многие свидетельства на протяжении человеческой истории можно приписать визитам НЛО: начиная от строк Библии и рисунков доисторических людей на стенах пещер вплоть до призрачных объектов, о которых сообщали пилоты второй мировой войны, называвшие их «Истребители Фу». В 1946 году пришло более двух тысяч сообщений из Финляндии, Норвегии, Швеции и Дании о «призрачных ракетах». В то время считалось, что, возможно, эти объекты представляли собой либо какое-то ужасное оружие, изобретенное немцами, либо странные метеориты. В 1947 году возникли понятия «летающие диски» и «летающие тарелки», и ВВС США стали серьезно заниматься этим явлением. Арнольд представил свой официальный отчет в ВВС: "ПЕНДЛТОН 12 ИЮЛЯ 1233А. КОМАНДУЮЩЕМУ ГЕНЕРАЛУ. АЭРОДРОМ РАЙТ, ДЕЙТОН, ШТАТ ОГАЙО. ДОРОГОЙ СЭР! Я ПРЕДОСТАВЛЯЮ ВАМ РАЗРЕШЕНИЕ ЦИТИРОВАТЬ, РАСПРОСТРАНЯТЬ ИЛИ ПЕРЕПЕЧАТЫВАТЬ МОЙ ПИСЬМЕННЫЙ ОТЧЕТ ОТНОСИТЕЛЬНО ДЕВЯТИ СТРАННЫХ ЛЕТАТЕЛЬНЫХ АППАРАТОВ, КОТОРЫЕ Я НАБЛЮДАЛ 24 ИЮНЯ В КАСКАДНЫХ ГОРАХ В ШТАТЕ ВАШИНГТОН. ЭТОТ ОТЧЕТ БЫЛ НАПРАВЛЕН ВАМ ПО ВАШЕЙ ПРОСЬБЕ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ НАЗАД Я С БОЛЬШИМ РАЗОЧАРОВАНИЕМ УЗНАЛ, ЧТО ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ДАТЬ ОБЪЯСНЕНИЙ ЭТИМ ЛЕТАТЕЛЬНЫМ АППАРАТАМ, ТАК КАК СЧИТАЛ, ЧТО ОНИ ПРИНАДЛЕЖАТ НАХШЕМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ. ОЧЕВИДНО, ОНИ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЛИ УГРОЗЫ, НО ЕСЛИ ИХ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В КАЧЕСТВЕ ОРУДИЯ РАЗРУШЕНИЯ В СОЧЕТАНИИ С НАШЕЙ АТОМНОЙ БОМБОЙ, ТО МОЖНО УНИЧТОЖИТЬ ЖИЗНЬ НА НАШЕЙ ПЛАНЕТЕ. ПИЛОТ СТИВЕНС ИЗ КОМПАНИИ ЮНАЙТЕД ЭЙРЛАЙНС И Я СРАВНИЛИ НАШИ НАБЛЮДЕНИЯ, И ОНИ СОВПАЛИ ВО МНОГИХ ДЕТАЛЯХ. МЫ ПРИШЛИ К ВЫВОДУ, ЧТО МЫ НАБЛЮДАЛИ ОДИН И ТОТ ЖЕ ТИП ЛЕТАТЕЛЬНОГО АППАРАТА, СУДЯ ПО ЕГО ВНЕШНЕМУ ВИДУ. МЫ ОТНЕСЛИСЬ СЕРЬЕЗНО К НАШИМ НАБЛЮДЕНИЯМ. МЫ ВЫРАЖАЕМ СТОЛЬ ЖЕ БОЛЬШУЮ ОЗАБОЧЕННОСТЬ БЛАГОПОЛУЧИЕМ НАШЕЙ СТРАНЫ, КАК И ВЫ. КЕННЕТ АРНОЛЬД. БОЙЗЕ ШТАТ АЙДАХО, ПИЛОТ, ЛЕТНОЕ УДОСТОВЕРЕНИЕ 24 333487". Как мы видели, отчеты Арнольда и пилота компании «Юнайтед эйрлайнс» привели к тому, что ВВС направили двоих офицеров для проведения расследования. Учитывая новые наблюдения, которые были сделаны по всей стране, руководство ВВС стало проявлять более серьезный интерес к ним, и 23 сентября 1947 года командующий материально-технической части ВВС генерал Натан Туайнинг направил записку в ответ на просьбу заместителя помощника начальника штаба ВВС бригадного генерала Шульгена сообщить ему, что известно ВВС относительно «летающих дисков». Этот секретный доклад был впоследствии рассекречен. "23 сентября 1947 года. Тема: Мнение командования материально-технической части ВВС относительно «летающих дисков». Командующему ВВС Вашингтон, 25, округ Колумбия. Копия: Бригадному генералу Джорджу Шульгену, заместителю помощника начальника штаба ВВС. 1. В соответствии с запросом заместителя помощника начальника штаба ВВС ниже излагается мнение командования материально-технической части ВВС относительно так называемых «летающих дисков». К этому мнению пришли в результате ответов на вопросы, полученных заместителем помощника начальника штаба ВВС, а также предварительных исследований, осуществленных личным составом Т-2 и лабораторией инженерного отдела Т-3. Общее мнение было согласовано на совещании представителей Авиационного технологического института, разведывательного отдела Т-2, инженерного отдела, лабораторий авиадвигателей и пропеллеров из инженерного отдела Т-3.2. Вот это мнение. А. Явление, о котором сообщали, является чем-то реальным, а не результатом галлюцинаций или вымысла. В. Существуют объекты, которые, возможно, походят по форме на диск. Их размеры приближаются к размерам самолетов. С. Также существует вероятность того, что некоторые из происшествий были вызваны такими природными явлениями, как метеориты. D. Эти объекты обладают известными операционными характеристиками, такими как чрезвычайно высокие показатели в наборе высоты и маневренности. Было замечено, что некоторые движения объекты совершали с целью уйти от контакта или наблюдения. Все это позволило сделать вывод, что некоторые из этих объектов управляются либо вручную, либо с помощью автоматики, либо с помощью дистанционного контроля. Е. Наиболее общие описания объектов следующие: 1) Наличие металлической или иной отражательной поверхности. 2) Отсутствие следа в воздухе, за исключением тех немногих случаев, когда объект двигался в трудных условиях. 3) Форма круглая или эллиптическая; плоское днище и куполообразный верх. 4) В нескольких сообщениях говорилось о том, что объекты перемещались строем — от трех до девяти объектов. 5) Обычно объекты не издавали звука, за исключением трех случаев, когда был слышан сильный рокот. 6) По оценке, скорость полета обычно составляла более 300 узлов. F. Если будут предприняты значительные технологические усилия, то уровень современных знаний, имеющихся в США, позволит создать пилотируемый самолет, который мог бы обладать характеристиками, перечисленными в параграфе е). Кроме того, такой самолет мог бы действовать в радиусе порядка 12 500 километров на дозвуковой скорости. G. Любые усилия по созданию такого самолета потребовали бы больших средств, затрат времени и могли бы привести к успеху лишь за счет значительного сокращения затрат на осуществление текущих предприятий, а поэтому для его создания потребовалось бы принятие программы, независимой от ныне действующих. Н. Следует рассмотреть такие возможности: 1) Возможность того, что эти объекты являются отечественными изделиями, созданными в ходе осуществления проекта высокой степени секретности, о которых неизвестно заместителю помощника начальника штаба ВВС или командованию материально-технической части ВВС. 2) Отсутствие вещественных свидетельств в виде обнаруженных обломков после крушения, что позволило бы наверняка доказать существование таких объектов. 3) Возможность того, что какая-то иностранная держава имеет новый вид двигателя, возможно, ядерного. Однако это находится за пределами наших отечественных познаний. 3. Рекомендовано, чтобы: А. Штаб ВВС издал директиву, в которой для детального изучения этого вопроса были бы определены: его приоритетное положение, уровень секретности и номер кодирования. К этому предполагается подключить всю информацию, имеющуюся на этот счет, и предоставить ее в распоряжении для Сухопутной армии, ВМС, Комиссии по атомной энергии, Группы научных консультантов ВВС для их комментариев и рекомендаций. Предлагается подготовить предварительный доклад в течение 15 дней после получения информации, а детальные доклады должны составляться раз в 30 дней по мере расследования. Необходим полный обмен информацией. 4. Ожидая специальной директивы, командование материально-технической части ВВС продолжит расследование, используя наличные ресурсы, с тем, чтобы более точно определить природу данного явления. Подробное описание основной информации будет подготовлено и распространено через соответствующие каналы. Н.Ф.Туайнинг, Генерал-лейтенант США, Командующий материально-технической части ВВС". Этот документ, известный как меморандум Туайнинга, является весьма знаменательным, особенно в связи с делом Росуэлла. Если диск на самом деле разбился и был найден ВВС, как об этом сообщалось в первоначальном пресс-релизе, то, без сомнения, на это обстоятельство было бы каким-то образом указано в данном документе. Единственно, чем можно объяснить неупоминание о нем, так это тем, что обнаружение обломков (и, как утверждают, и трупов) было засекречено на таком высоком уровне, что Туайнинг и его начальник генерал Шульген были исключены из круга лиц, допущенных к этому секрету. Но это кажется весьма сомнительным, хотя знаменательно, что Туайнинг допускает возможность проведения какой-то экспериментальной операции, которая осуществлялась без его ведома. Сторонники теорий заговоров указывают на это, как на косвенное свидетельство в пользу их версии, считая, что в меморандуме не полностью отметается случай в Росуэлле. Однако представляется невероятным, что генерал Шульген не знал о том, что происходило на аэродроме Райт, где был расположен штаб командования материально-технической части, которая входила в ВВС Сухопутной армии (позже непосредственно в ВВС, после разделения двух родов войск в 1947 году). Эта организация, скорее всего, могла участвовать в расследовании любого разбившегося НЛО. (Те, кто верят в существование МДж-12, членом которого якобы являлся Туайнинг, считают, что данный меморандум является фальшивым прикрытием, а на самом деле Туайнинг выполнял приказ не говорить ни слова о Росуэлле.) В других секретных документах говорится, что высшее командование ВВС было искренне озабочено волной наблюдений «летающих дисков» в 1947 году и не могло разгадать их природу. Записки и доклады из штаба ВВС в Вашингтоне показывают, что ФБР также сообщало о данном явлении и к нему обращались за помощью. В письме директору ФБР от 5 сентября 1947 года за три недели до появления на свет меморандума Туайнинга генерал Шульген заверил ФБР, что не существует никакого секретного проекта ВВС, осуществление которого стало причиной различных сообщений о летающих объектах. В своем письме в сектор связи ФБР Шульген писал: «Отвечая на устную просьбу вашего сотрудника мистера С.У. Рейнольдса, сообщаем вам, что полное знакомство с исследовательской деятельностью ВВС показало, что у нас не существует никакого проекта, работы над которым вызывали бы явления, сходные с теми, которые связывают с летающими дисками». Кажется, что подоплекой этого письма явилась внутренняя бюрократическая борьба между ФБР и ВВС по поводу этого явления. В бумагах ФБР отмечено, что генерал Шульген обратился к ФБР с просьбой сообщать о наблюдениях «дисков» и в приписке добавил: «Я бы порекомендовал, чтобы Бюро не занималось расследованиями этих случаев, так как замечено, что нередко сообщения об обнаруженных дисках являются шалостями. Мы исходим из того, что Бюро ничего не добьется, занимаясь этими расследованиями». Видимо, соглашаясь с этой рекомендацией, помощник Гувера, Клайд Толсон, сделал заметку на полях письма: «Я думаю, мы так и должны действовать». К этому есть приписка от руки, сделанная Дж. Эдгаром Гувером: «Я тоже так считаю, но прежде чем с ними соглашаться, надо потребовать, чтобы нам дали доступ ко всем обнаруженным дискам. Например, в (неразборчиво) случае военные завладели им и не дали нам возможность хотя бы поверхностно ознакомиться с ним». К несчастью, почерк Гувера такой неразборчивый, что неясно о каком случае идет речь. Плохо написанное слово кажется похожим на «Ла», а это может означать Лос-Анджелес или Луизиана (эти географические названия в США принято писать сокращенно, используя буквенное сочетание «Ла», — Прим. перев.), а может быть, что-нибудь еще. (В последующем документе ФБР от 24 июля говорится о комментариях директора ФБР, и непонятное слово «Ла» перепечатано в том же виде, оставляя неясным о чем идет речь.) Если речь идет о Луизиане, то возможно, что Гувер имел в виду случай в Шревпорте, когда 7 июля 1947 года был обнаружен сорокасантиметровый диск с некоторыми деталями от радиоприемника. Однако в этом случае ВВС сотрудничали с ФБР, и вряд ли Гувер стал бы его упоминать. Возможно, что он имел в виду Росуэлл, но, учитывая, что записка написана 15 июля 1947 года, когда было много наблюдений, то нельзя быть абсолютно в этом уверенным. Через девять дней в записке к агенту ФБР Д.М. Лэдду, который отвечал за сортировку корреспонденции в центральном помещении Бюро в Вашингтоне, было сказано, что ФБР вновь связалось с генералом Шульгеном и сообщило ему о недовольстве директора: «Генерал Шульген указал (имя агента вымарано), что он хотел бы заверить мистера Гувера в своей готовности сотрудничать с ним в этом вопросе, и сообщил, что он направит инструкции по службам с тем, чтобы обеспечить сотрудничество с ФБР и чтобы все обнаруженные диски поступали в распоряжение для изучения агентами ФБР, Генерал Шульген указал, что он время от времени будет информировать ФБР о результатах исследований его ученых для того, чтобы оказать помощь агентам Бюро. Генерал Шульген заметил, что… уменьшилось количество сообщений о наблюдаемых дисках. Вероятно, дело в том, что интерес к ним в обществе упал. Однако он дал понять, что необходимо продолжать изучение этого вопроса, чтобы узнать как можно точно, наблюдались ли диски на самом деле, и определить их природу». Помимо соперничества между звеньями государственной машины Дж. Эдгар Гувер, без сомнения, был заинтересован в «летающих дисках», так как первоначально подозревал, что это является каким-то секретным советским орудием или же каким-то дьявольским коммунистическим заговором с целью вызвать панику и раздоры в американском народе. Впоследствии эту идею через несколько лет подхватило ЦРУ. ВВС также не исключало возможности того, что за этим стоит что-то вредное. В той же записке говорилось, что «генерал Шульген указал, что, по его мнению, вся история могла быть предпринята некоторыми подрывными элементами с целью вызвать массовую панику. Он предложил, чтобы агенты Бюро обратили внимание на эту сторону во время проведения своих бесед относительно возможных наблюдений». Очевидно, что ФБР последовало этому совету и проявило активный интерес как к самим наблюдениям, так и к людям, которые о них сообщали. Один из документов ФБР, который был подготовлен 17 сентября 1947 года, представляет особый интерес, так как подтверждает одно из самых знаменитых наблюдений всех времен и свидетельствует о необычной активности НЛО, которая за несколько дней предшествовала событиям в Росуэлле. Таким документом явилась служебная записка местного отделения ФБР для Гувера в Вашингтон, и она стоит того, чтобы ее привести полностью: "Директору ФБР От специального агента, ответственного за отделение в Портленде. Предмет: НАБЛЮДЕНИЯ ЗА ЛЕТАЮЩИМИ ДИСКАМИ ВОПРОС БЕЗОПАСНОСТИ — X. В связи с письмом из Сан-Франциско от 4 сентября 1947 года (первая часть предложения вымарана) из Портланда сообщил, что 24 июня 1947 года, когда он проводил изыскательские работы в Каскадных горах примерно на высоте полутора километров над уровнем моря, он заметил световой блик. Он взглянул и увидел диск, который двигался в юго-восточном направлении. Как только он заметил этот предмет, он обратился к телескопу и наблюдал в него диск на протяжении примерно пятидесяти-шестидесяти секунд. Он заметил, что с помощью его телескопа возможно наблюдать предметы на расстоянии двадцати километров. В то время когда диск был замечен мистером (фамилия вымарана), он был освещен солнцем. Он увидел еще пять или шесть подобных объектов, но сосредоточил свое внимание на одном из них. Он рассказал, что они не летели в определенном строю. По его оценке, они были метрах в трехстах от того места, где он находился. Он сказал, что диаметр этого объекта равнялся примерно десяти метрам. Ему показалось, что у него был стабилизатор. По словам (фамилия вымарана), он оставался в окрестностях Каскадных гор в течение нескольких дней, а затем вернулся в Портленд. Там он прочитал в местной газете о том, что некий человек из Бойзе (штат Айдахо) наблюдал тот же самый объект, но власти отрицали какое-либо знакомство с этим предметом. Он заявил, что связался с военными с единственной целью подтвердить рассказ человека из Бойзе. (Фамилия вымарана) также сообщил, что во время наблюдения за объектами 24 июня 1947 года он пользовался компасом и часами. Он обратил внимание на то, что за некоторое время до того, как он увидел объект, его компас стал вести себя необычным образом, а его стрелка начала прыгать из стороны в сторону, но эти колебания прекратились, как только диски скрылись из виду. Информатор производит впечатление надежного человека, он сообщил, что был старателем в штатах Монатана, Вашингтон и Орегон в течение последних сорока лет". Это наблюдение подтверждает знаменитое происшествие с Кеннетом Арнольдом в такой степени, что кажется невероятным. Хотя существует возможность того, что «информатор» сделал свое сообщение после того, как прочел о встрече Арнольда с дисками, все же маловероятно, что в это время кто-то пожелал выдумать такую историю, а затем начать волынку, организуя встречи с военными и ФБР. Учитывая, что, по мнению специального агента, ответственного за отделение ФБР в Портленде, этот человек был «очень надежным» и что Бюро уже внимательно следило за любителями шуток и розыгрышей, а также за подрывными элементами, то возможно, что наблюдение является совершенно подлинным и поэтому подтверждает поразительный случай с Арнольдом, который может считаться первым и самым важным контактом современности с НЛО. Случай с Арнольдом подтолкнул ВВС к тому, чтобы начать первые официальные секретные расследования явления НЛО: проект «Сайн» (по-русски — Знак. — Прим. перев.). Он был официально начат 30 декабря 1947 года после письма начальника штаба ВВС командующему материально-технической части ВВС, которое вскоре стало известным как командование технической разведки (АТИК). 9. Проект XS-304 — таким запутанным шифром стали обозначать в ВВС «летающие диски». 5 августа 1948 года ВВС представили своему начальнику штаба генералу Хойту Ванденбергу доклад под названием «Оценка ситуации». Хотя там не упоминался случай в Росуэлле, генерал Ванденберг был так обеспокоен его выводами, что приказал сжечь все экземпляры этого документа. Вина авторов доклада состояла в том, что они отнеслись со слишком большим доверием к гипотезе о внеземном происхождении объектов. Если верить капитану Эдуарду Раппельту, который возглавил исследовательскую группу ВВС по НЛО под названием проект «Голубая книга», то авторы доклада пришли к выводу о том, что НЛО имеют "внеземное происхождение ". Отказ генерала Ванденберга принять доклад был якобы вызван тем, что его авторы не сумели представить достаточных доказательств для обоснования своих выводов. Уфологи, исходящие из теорий заговоров, указывают, что Ванденберг назван одним из членов МДж-12 и поэтому он просто был соучастником операции сокрытия фактов о том, что пришельцы на самом деле приземлились в Росуэлле. Хотя подобное в принципе не исключено, нет ничего, кроме подозрений, подтверждающих это обвинение. Позже капитан Раппельт сообщил, что, по его мнению, вызвало негативную оценку проекта «Сайн» у генерала Ванденберга: «Генерал сказал, что доклад авторов проекта вызовет всеобщую панику. Как можно убедить общественное мнение в том, что пришельцы не враждебны по отношению к нам, когда мы сами не знаем об этом?» 16 декабря 1948 года проект «Сайн» снова переименовали, теперь он стал проектом «Градж» (по-английски, «недовольство», «недоброжелательство», «зависть»). В ходе осуществления проекта исследования были завершены летом 1949 года. При этом значительная часть полученных сведений была понижена в ранге секретности, а иные материалы были рассекречены. Окончательный доклад был основан на анализе 243 отечественных и 30 иностранных случаев. В нем также были использованы данные исследования, которое по субконтракту было выполнено Университетом штата Огайо. Это исследование было направлено на то, чтобы определить астрофизические параметры наблюдений (или, проще говоря, изучение тех случаев, когда наблюдение могло быть без сомнений объяснено тем, что наблюдатель видел Венеру или иное небесное тело). Эта часть доклада была подготовлена под руководством доктора Дж. Аллена Хайнека, который был консультантом ВВС по вопросам астрономии. Особое исследование было также предпринято «Рэнд корпорейшн». Его цель состояла в том, чтобы оценить «отдаленную возможность» того, что кто-то наблюдал космические корабли или движущиеся спутники. Однако к тому времени, когда «Сайн» превратился в «Градж», выводы авторов претерпели коренную метаморфозу, и они с порога отвергли «внеземную» гипотезу: «Была рассмотрена возможность того, что некоторые случаи могут быть вызваны наблюдением технических достижений, которые значительно опережают уровень знаний инженеров и ученых нашей страны. У служащих ВВС данного командования нет фактов, которые бы позволили объективно оценить такую возможность. Вся информация, которая до сих пор была представлена о возможном существовании космических кораблей с другой планеты или о самолете с новым видом мотора, работающем на атомной энергии, является большей частью домыслом». Естественно, не хочется попасть в соблазнительную ловушку и начать пристрастно анализировать текст для того, чтобы найти подтверждения какой-либо теории заговора. И все же следует отметить, что вышеприведенное заявление выглядит несколько странным. Кажется, что предложение «у служащих ВВС данного командования нет фактов, которые позволили бы объективно оценить такую возможность», специально сконструировано таким образом, чтобы позволить их авторам проявлять сдержанность при изложении правды. Хотя доклад не подтверждает подлинность происшествия в Росуэлле, выбор слов в данном абзаце показывает, что их автор не на столь уж много световых лет удалился от того, кто постарался бы не раскрывать правду, обладая высшими знаниями и храня темные тайны, но будучи связан клятвой верности и требованиями секретности. Возможно, что эта правда такова, что могла бы легко вызвать панику у доверчивой и впечатлительной публики и довести ее до состояния истерии, как того опасался генерал Ванденберг. В этом заявлении не говорится ни слова о выводах предыдущего доклада по проекту «Сайн»: странное проявление невнимания, которое можно объяснить лишь тем, что доклад настолько выпал из памяти официальных лиц, что никто не может вспомнить его выводов. Учитывая, что ВВС имели возможности опровергнуть миф о «летающих тарелках» и маленьких зеленых человечках, тем более странно, что их служащие не проявили должной категоричности в опровержении этого доклада. Не обязательно вставать на точку зрения сторонников теорий заговоров, чтобы найти некий тайный смысл в таких оборотах, как «информация, которая до сих пор была представлена» или «является большей частью домыслом», которые использованы по отношению к внеземным версиям. Не стараясь увидеть в этих словах больше, чем они означают, все же стоит заметить, что эти заявления не являются категорическим отрицанием внеземных гипотез, а этого можно было ожидать от официальных структур. Абзац нескладно завершается выводом, в котором нет четкой уверенности, характерной для большинства официальных оценок по поводу несостоятельности межпланетной гипотезы. В данном докладе обсуждается возможность применения нового двигателя: «Исходя из исследовательского опыта ядерных двигателей в нашей стране, трудно предположить (подчеркнуто мной. — Прим. автора) существование на Земле механизмов столь небольшого размера и веса, способных передвигать описанные предметы». Разобрав 244 сообщения, безымянные официальные лица, скрытые за проектами «Сайн» и «Градж», пришли к тому, с чего они начали, потому что в заключении написали: «Современные оценки НЛО показывают, что эти летающие объекты не представляют угрозы для безопасности Соединенных Штатов… доклады об НЛО были следствием неверного понимания обычных предметов, массовой истерии или войны нервов. Такие доклады фабриковались с целью поддержать обман или добиться общественного признания». В то время как, судя по всему, ВВС были заняты тем, чтобы принизить или свести к нулю потенциальную опасность летающих тарелок, в других кругах американской разведки стала возрастать озабоченность. Такая поляризация общественного сознания проявилась в раздвоенности поведения ВВС и тех, кто стоял за ними, на протяжении последующих десятилетий. В течение этого периода они проповедовали с утомительной настойчивостью, что в явлении нет ничего такого, чего нельзя было бы объяснить, но в то же время втайне проявляли беспокойство и пытались выяснить, что же все-таки скрывается за этим и представляет ли это угрозу национальной безопасности. 31 января 1949 года в конфиденциальном меморандуме директору ФБР в Вашингтоне (округ Колумбия) специальный агент, ответственный за отделение в Сан-Антонио, выразил озабоченность в связи с угрозой со стороны летающих тарелок для некоторых наиболее секретных установок Америки. Он сообщил о «недавно состоявшемся еженедельном совещании представителей разведслужб, включая ФБР, в зоне 4-й армии». "На совещании обсуждались «неопознанные самолеты», или «неопознанные воздушные явления», известные также как «летающие диски», «летающие тарелки» или «огненные шары». Этот вопрос считается представителями разведки Сухопутной Армии и ВВС сверхсекретным. Хорошо известно, что за последние два года из различных частей страны поступали сообщения по поводу наблюдавшихся неопознанных летающих воздушных объектов, которые были названы в печати «летающими дисками», или «летающими тарелками». О первых наблюдениях такого рода впервые сообщалось из Швеции и считалось, что эти объекты направлялись из России, однако их предназначение было неизвестно. В июле 1948 года неопознанный самолет был «увиден» пилотом самолета компании «Истерн эйрлайнс», а также его напарником и несколькими пассажирами, находившихмися на борту этого самолета, когда он пролетал над городом Монтгомери (штат Алабама). Этот самолет был необычного вида, без крыльев, и напоминал «ракетный корабль», подобный тому, что изображают в комиксах. Сообщали, что у него были окна, что он был больше, чем самолет компании «Истерн эйрлайнс», что он перемещался со скоростью около 4800 километров в час. Он возник из туч грозового фронта и немедленно исчез в другой туче, чуть не столкнувшись с самолетом компании «Истерн эйрлайнс». Его появление не сопровождалось никакими звуками, а также какими-либо колебаниями воздуха. В течение последних двух месяцев были получены различные сообщения о наблюдениях необъяснимых явлений в окрестностях установок Комиссии по атомной энергии США в районе Лос-Аламоса (штат Нью-Мексико). Создается впечатление, что в этом районе такие явления отмечаются особенно часто. В течение декабря 1948 года (5, 6, 7, 8, 11, 13, 14, 20 и 28) необъяснимые явления были отмечены специальными агентами отделения бюро особого расследования, пилотами самолетов авиакомпаний, военными летчиками, инспекторами безопасности Лос-Аламоса и гражданскими лицами. 6 января 1949 года еще один похожий объект был в поле зрения в этом же районе. (Фамилия вымарана), известный метеоролог, отвечавший за обсерватории возле Лос-Аламоса, пытался определить характеристики необъяснимого явления. До настоящего времени было получено мало конкретной информации. Явления наблюдались и в дневное время. При этом объекты порой напоминали выхлопы какого-то вида реактивного движущегося тела. В ночное время наблюдались световые пятна, обычно ярко-зеленого оттенка, напоминающего зеленый цвет сигнала в уличном светофоре или же цвет зеленой неоновой надписи. В некоторых сообщениях говорилось о том, что свет возникал и прекращался в виде красной или оранжевой вспышки. В других сообщениях отмечались красный, белый, бело-голубой или желто-зеленый цвета. В некоторых описаниях говорилось о красных бортовых огнях. Спектральный анализ света показывает, что такой свет может быть следствием сгорания такого компонента меди, который используется в ракетных экспериментах и сгорает без следа во время взрыва. Замечено, что необъяснимые явления также не оставляли за собой следа. Недавние наблюдения показали, что неопознанные объекты движутся со скоростью минимум 5,5 километров в секунду, что представляет собой среднюю величину, при этом наибольшая зарегистрированная скорость составляла 12,5 километров в секунду, а наименьшая — чуть менее одного километра в секунду. Их курс передвижения показывает, что они движутся по линии Восток — Запад. Скорее всего, они появляются из северной части полушария, и, видимо, это является последней стадией их полета, если они стартуют в России. Обычно они летят на одном уровне на высоте от одиннадцати до восемнадцати километров над земной поверхностью. Порой они ныряют в конце пути перед поворотом, а в двух случаях удалось заметить явную перемену курса. Однако эти явления ни разу не были замечены на промежуточном пути между Россией и Лос-Аламосом, а лишь в конце их пути, поскольку очевидной их «целью» является Лос-Аламос. В каждом таком случае, за единственным исключением, форма объектов была круглой. Свет обычно исходил из одной точки; при этом вокруг источника света была освещенная область. В одном из сообщений говорилось о ромбообразной форме объекта. В другом сообщении говорилось об удлиненных хвостовых огнях. Размер объектов обычно сравнивался с четвертью полной луны. Иногда размер объекта сопоставлялся с баскетбольным мячом, а размеры хвостовых огней — с бейсбольной битой. Это явление обычно ни разу не сопровождалось звуком; однако порой из Лос-Аламоса сообщали о возникновении звуков, природу которых не могли объяснить. В двух случаях сообщалось о появлении нескольких объектов сразу. Приводятся девять научных обоснований для возникновения подобных явлений, помимо того, что их причиной могут быть появление метеоритов. Единственные выводы, к которым пришли на сегодняшний день, сводятся к следующему: либо мы имеем дело с природным явлением, которое до сих пор не наблюдалось, либо это явление представляет собой продукт человеческой деятельности. В стране не известно о проведении научных экспериментов, которые бы могли стать причиной подобных явлений". По мере того как количество наблюдений увеличивалось, военные проявляли все большее беспокойство. Разведки Сухопутной армии и ВВС, а также ЦРУ расследовали все случаи наблюдений, но не смогли разгадать тайну. В день Нового, 1949, года полковник Поланд из разведки Сухопутной армии США (Г-2) направил памятную записку от имени командующего Четвертой армии, штаб которой находился в Хьюстоне (штат Техас), на имя директора разведывательной службы Пентагона. "Разведывательные службы в Нью-Мексико крайне озабочены этими явлениями. Они считают, что некоторые иностранные державы производят «сенсорную пристрелку» с помощью какого-то сверхстратосферного приспособления, способного на самоуничтожение… Выдвинуто и другое предположение о том, что явление связано с экспериментами по ведению иностранной державой радиологической войны. Также предполагается, что мы имеем дело со смертоносным излучением, или явлением, вызывавшим авиакатастрофы, которые происходили в последнее время. Еще одна версия… связана с возможностью того, что в Соединенных Штатах осуществляются какие-то сверхсекретные эксперименты… Полагают, что эти опыты имеют такое большое значение — особенно в связи с тем, что они происходят вблизи от весьма уязвимых в стратегическом отношении установок, — что следует безотлагательно направить в эту местность комиссию из ученых, которая смогла бы изучить обстановку и принять решение по поводу этого чрезвычайного явления". Действуя с нетипичной для нее скоростью, военная бюрократическая машина назначила на 16 февраля 1949 года проведение конференции по проблеме НЛО в ЛОс-Аламосе. Среди ее участников были «отец атомной бомбы» доктор Эдуард Теллер и знаменитый астроном из Университета штата Нью-Мексико доктор Ла Пас. Астроном был абсолютно убежден в том, что зеленые огненные шары не имеют ничего общего с обычными шаровыми молниями или метеоритами. Как и некоторые другие ученые и военные он, к своему удивлению, стал свидетелем необычного явления 18 декабря 1948 года. «Огненный шар возник внезапно, и его свечение сразу же обрело высокую степень интенсивности — никакого постепенного нарастания света не наблюдалось… Длину волны свечения можно было оценить в 5200 ангстремов. Излучаемый свет был зеленоватого оттенка, которого я никогда ранее не наблюдал во время падения метеоров. Насколько можно было оценивать визуально, движение было почти горизонтальным… Затем зеленый огненный шар развалился на части, которые оставались ярко-зеленого цвета». Был создан специальный проект, получивший название «Твинкл» (по-русски, «мигание». — Прим. перев.), для научного изучения этого явления. Но Ла Пас и его группа не смогли прийти к каком-либо позитивному решению. Если же они и приняли такое решение, то оно не было опубликовано, а сообщения о наблюдениях продолжали поступать. Атомные исследовательские установки и другие секретные военные объекты фигурировали с необъяснимым постоянством в сообщениях об НЛО на протяжении последующих 30 лет. Были выдвинуты различные теории. Объясняли это и аномальными геологическими и метеорологическими условиями, которые вызывали необычные эффекты в небе — самым вероятным из них считалась шаровая молния. Ссылались и на такое обстоятельство: поскольку на этих объектах существует строгий контроль и охрана следит за безопасностью двадцать четыре часа в сутки, то вероятность того, что найдется человек, который заметит необычные явления, здесь существенно возрастает. Благодаря тому, что эти явления наблюдались в районе таких объектов, существенно возрастала вероятность того, что их заметят подготовленные наблюдатели или ученые, которые могли предложить детальные описания увиденного, даже если они не могли это объяснить. Таким человеком был Чет Литл. Ныне он — высокий, убеленный сединами пожилой джентльмен, который продолжает активно заниматься электроникой и производственной деятельностью. Во время второй мировой войны он занимался конструированием принимающих и передающих устройств для радиозондов. В последующем он создал небольшое производственное предприятие, которое работало над выполнением заданий по проекту «Манхэттен», выпуская компоненты взрывного механизма для атомной бомбы. Литл налаживал свое производство на авиабазе Киртленд и часто посещал ракетный полигон Уайт Сэндс. (Расстояние между Уайт Сэндс и Киртленд составляет примерно 360 километров.) Литл вспоминает случай, который произошел, когда атомная бомба хранилась недалеко от взлетной полосы на авиабазе. «Мы заметили внеземные летательные аппараты, которые, по нашему мнению, наблюдали за тем, что мы делали. Единственные приборы, с помощью которых мы могли их наблюдать, были теодолиты. Эти аппараты выглядели так: диск и шишка наверху; они двигались очень быстро, когда хотели удалиться. Было похоже, что они осуществляли наблюдения в неурочное время — много раз мы замечали их рано утром, потому что проделывали на авиабазе разные штучки с атомным оружием под покровом темноты. И тогда мы заметили эти аппараты рано утром. Казалось, они наблюдали за нами, выясняя, что мы делаем на авиабазе». Литл убежден, что «аппараты» скоро поняли, что за ними наблюдают, и тогда они «с очень большой скоростью удалились». Он считает, что они могли развивать скорость от 9 до 18 тысяч километров в час. Однажды, находясь на аэродроме Райт, Литл получил новое подтверждение тайны НЛО и их способности уклоняться от контакта, когда его пригласили посмотреть фильм, снятый летчиком ВВС во время полета. «Там был показан монитор, на котором обозначались движения реактивных самолетов, посланных, чтобы догнать НЛО, но они не смогли выполнить это задание. Как только они стали объектом наблюдения, аппараты быстро исчезли из поля зрения». Литл не помнит точно, когда смотрел этот фильм. Он считает, что это произошло в конце 1940-х — начале 1950-х годов. Это похоже на правду, так как на эти годы приходится пик «тарелкомании» и большое количество наблюдений вызвало беспокойство в ВВС. Общие впечатления Литла подтверждают многие ученые и высшие офицеры, которые работали на различных засекреченных военных объектах вокруг пустыни Нью-Мексико. Даже такой архискептик, как Чарлз Мур, который принимал участие в осуществлении проекта «Могол» и других запусков в Аламогордо в 1947 году, направил официальный отчет о своих наблюдениях. «Я видел много НЛО», — признался Мур, когда я встретил его в Нью-Мексико в 1995 году, чтобы послушать его рассказ о проекте «Могол». Тогда он выражал уверенность в том, что на ранчо Фостер был подобран один из его воздушных шаров и что этот шар лежит в основе тайны Росуэлла. «Некоторые из них были нашими воздушными шарами или воздушными шарами, запущенными другими людьми. Я видел один такой объект, когда готовил к запуску большой воздушный шар по программе для Военно-морского флота. Я производил измерения скорости и направления ветра, когда увидел объект, который напоминал воздушный шар. Он двигался более быстро, и я стал следить за ним с помощью теодолита. Я заметил, что он двигался против ветра, направление которого я определил позже. Он пролетел по небу за шестьдесят пять секунд на северо-восток, при этом поднимаясь все выше и быстро уменьшаясь в видимых размерах. Мы сообщили о нем». ВВС, в которых служил Мур по контракту, не смогли найти объяснений, и этот случай пополнил длинный список необъясненных явлений, которые служили для ориентации при выполнении проекта «Голубая книга». Сейчас ВВС США отвергают представление о том, что любой неопознанный летающий объект или «неопознанное воздушное явление» (НВЯ) могут быть объяснены внеземными причинами. Однако в период, когда в Америке было сделано множество наблюдений летающих объектов, а ВВС осуществляли собственные исследовательские проекты (в конце 1940-х годов), они проявляли большую открытость ума, как мы видели из доклада «Оценка ситуации», отвергнутого руководством. Несмотря на приказ генерала Ванденберга уничтожить все экземпляры этого доклада, он не смог полностью уничтожить «внеземную» гипотезу из официального мышления. В одном из приложений к проекту «Сайн» были многочисленные отсылки к «внеземной гипотезе». В разделе «Космические корабли» приложения "С" («Некоторые соображения, касающиеся объяснений сообщений о неопознанных летающих объектах»), которое было составлено членом научно-консультативного совета при администрации начальника штаба ВВС Дж.Э. Вэлли, было сказано: "Из этого следуют такие соображения: А. Если есть внеземная цивилизация, которая может производить подобные объекты, то вполне возможно, что ее развитие намного опередило нашу. Этот аргумент может быть обоснован без необходимости прибегать к астрономическим гипотезам. В. Такая цивилизация может заметить, что на Земле имеются атомные бомбы и быстро создаются ракеты. Учитывая прошлую историю человечества, представители такой цивилизации могут проявлять обеспокоенность. Поэтому мы можем в настоящее время ожидать такого посещения. Так как испытания атомного оружия легко наблюдать с большого расстояния, мы можем предположить, что существует некая связь между временем атомных взрывов, временем, когда космические корабли были замечены, а также временем, которое необходимо для того, чтобы такие корабли прибыли со своей базы и убыли на нее". Представление о том, что «летающие тарелки» являются космическими кораблями, было исследовано Дж.Э. Липпом, сотрудником отдела ракет из «Рэнд корпорейшн». В своем письме к руководителю научно-исследовательского отдела ВВС он обосновал, насколько высока вероятность жизни за пределами Земли, в то время как в другом научно-исследовательском проекте разбиралось, какими летными характеристиками и внешними данными должны обладать космические корабли. Давая оценку прогресса, достигнутого в науке за сравнительно короткое время, Липп написал захватывающий дух прогноз, в котором рассмотрел возможность появления различных форм жизни на Марсе и Венере. Липп писал: «Астрономы в целом согласны с тем, что лишь на одной планете Солнечной системы (кроме Земли) могут существовать высшие формы жизни. Такой планетой является Марс. Однако даже Марс кажется пустынным и негостеприимным, а поэтому человеческая раса там была бы больше озабочена выживанием, чем жители Земли». Далее Липп процитировал книгу «Земля, Луна и планеты» Ф.Л. Уипла: «Если мы правильно представляем себе историю развития Марса, то у нас мало оснований считать, что жизненные процессы развивались там иначе, чем шла земная эволюция. Исходя из этого возникает три возможности. Во-первых, разумные существа могли защитить себя от чрезмерной потери атмосферы, кислорода и воды, создавая такие дома и города, которые бы контролировались в научном отношении. Во-вторых, можно предположить, что эволюция могла привести к созданию существа, способного вынести суровый климат Марса. В-третьих, человеческая раса могла там погибнуть». Делая логический вывод из марсианской гипотезы, Липп переходит к рассуждениям: "Было бы разумно сделать следующий логический шаг и предположить, что Венера является возможным домом для разумной жизни. Правда, там атмосфера состоит из углекислого газа с тучами из формальдегида, а воды или мало, или совсем нет. И все же живые организмы могут развиться в химическом окружении, которое является необычным для нас: например, растительная жизнь развивается на основе энергетического цикла, совершенно отличного от того, в котором существует человек. Различные люди предполагали, что представители высокоразвитой цивилизации с Марса или Венеры могли посещать Землю с интервалами в десятилетия, а то и целые эпохи. Сообщения об объектах в небе передаются из поколения в поколение. Если это так, то раса, обладающая таким уровнем знаний и мощи, могла бы установить какую-нибудь форму прямого контакта. Они могли увидеть, что обитатели Земли не обладают способностью нанести вреда своим космическим соседям. Если представители такой расы бояться завезти домой болезни, то они бы, по крайней мере, попытались бы общаться. Трудно поверить, что технически совершенная раса прибыла бы сюда, продемонстрировала бы свои достижения таинственным образом, а затем просто удалилась бы… раса, которая обладает инициативой в освоении планет, вряд ли проявила бы такую робость, чтобы остановиться на полпути, когда главное уже сделано. Следует рассмотреть еще одну гипотезу. Она сводится к тому, что марсиане давно наблюдают за Землей и их обеспокоили атомные взрывы. Эти наблюдения могли привести их к мысли о том, что мы — воинственны и что мы находимся на пороге космических путешествий… Первые летающие объекты были замечены весной 1947 года после пяти взрывов атомных бомб, в Аломогордо, Хиросиме, Нагасаки, на полигонах «Перекресток А» и «Перекресток Б». Из них первые два были произведены таким образом, что могли быть видимы с Марса. Видимость третьего испытания с Марса сомнительна (на краю земного диска в дневное время), а два последних происходили на той стороне Земли, которая была невидима с Марса. Вероятно, что астрономы Марса, на котором разряженная атмосфера, могли соорудить достаточно большие телескопы, с помощью которых можно видеть взрывы атомных бомб на Земле, даже на расстоянии в 300 миллионов километров во время испытания в Аломогродо и в 275 миллионов километров во время бомбардировки Хиросимы. Самым слабым звеном в этой гипотезе является то обстоятельство, что постоянное наблюдение Земли на предмет возможной защиты от нее является продолжительным (длящимся, возможно, целые тысячелетия) и скучным занятием и вряд ли какая-либо раса, которая хотя бы отдаленно напоминает людей, могла бы посвятить себя этому. Во всяком случае мы не занимаемся такими делами". Представление о том, что НЛО является проявлением благосклонного внимания со стороны каких-то наших внеземных соседей, приобрело всеобщую популярность. Все возраставший поток невероятных рассказов о встречах с красивыми визитерами из других миров выплеснулся на страницы массовых газет, журналов и книг. Некий доктор Дэниел Фрей (видимо, звание «доктор» является так же вымышленным, как и его повесть) написал книгу под названием «Случай в Уайт Сэндс». В ней он утверждал, что, работая на полигоне Уайт Сэндс, являвшемся базой в Нью-Мексико для испытания первых американских ракет, он увидел, как приземлилась летающая тарелка. Удивившись, автор книги приблизился и хотел было потрогать корпус тарелки, как услыхал голос: «Лучше не трогай, парень, а то обожжёшься!» Как только корпус остыл, а Фрай успокоился, он вступил в контакт с существом, который откликался на имя «А-лан», которое можно было для удобства произносить и как «Алан». «Алан» пригласил Фрая на борт корабля и прокатил его до Нью-Йорка и обратно; все путешествие заняло менее тридцати минут. Во время полета Алан попросил Фрая, чтобы тот написал книгу о необычном приключении для того, чтобы мир не погряз в «жуткой пучине» ядерной войны. Алан терпеливо объяснил землянину, что он и его люди не могут лично обратиться к жителям Земли с такой просьбой, потому что появление существ из космоса нарушит неустойчивое «эгоцентричное» равновесие земной цивилизации. Дополнительный и своевременный совет содержался в призыве к «Пониманию» между народами Земли. Видимо, совет был услышан, потому что мы сумели не уничтожить себя. Другие современные отчеты о близких контактах включали рассказ Ховарда Менджера, рисовальщика афиш из Нью-Джерси, который в лесу познакомился с летающей тарелкой и ее обитателями уже в 1932 году. В отличие от маленьких и вредных современных существ, стремящихся провести свои чудовищные медицинские эксперименты над своими жертвами в операционных на борту своих космических кораблей, прежние пришельцы 1950-х годов были гораздо приятнее. Пришелица, которую встретил Менджер из Нью-Джерси, была длинноволосой белокурой красавицей, которая сидела, прислонившись к скале, возле кристально чистых вод ручья. Вместо существа с тощими руками, огромной головой и миндалевидными глазами Менджера встретила особа, одетая в прозрачный «лыжный костюм», под покровом которого наш везучий герой сумел разглядеть «изгибы прекрасного тела». Не удивительно, что эта встреча в лесах Нью-Джерси вызвала «огромный взрыв теплоты, любви и физического влечения». Это видение внеземного неба объяснило молодому человеку, что оно «проделало большой путь», и вскоре исчезло. Следующий контакт имел место во время отпуска, который Менджер получил, когда проходил воинскую службу. Дело было в Хуаресе, в Мексике, неподалеку от границы в районе Эль-Пасо (штат Техас). Молодой человек с длинными белокурыми волосами пригласил его в такси. Хотя Менджер отказался от этого предложения, он позже узнал, что молодой человек был эмиссаром из космоса. Ему также сообщили, что мексиканцы принадлежали к одной из избранных рас, с которыми был установлен контакт задолго до того, как конкистадоры познакомились с ацтеками". Белокурые внеземные жители поделились многими своими секретами со старыми цивилизациями Земли, но, к сожалению, стали свидетелями того, что их знания и высокие достижения их технологии были утрачены в ходе вторжений и завоеваний, осуществленных более агрессивными расами. Затем отправившись как-то на Гавайские острова, Менджер отвлекся от обычного туристского маршрута и забрел в какую-то живописную пещеру, где ему опять повезло, и он вновь имел контакт с инопланетянами. На сей раз это было видение смуглой красотки, которая была облачена в розовую прозрачную тунику и такие же шаровары. От нее исходило мощное излучение духовного совершенства, и оно вызывало «сильное физическое влечение, которое невозможно было сдержать в ее присутствии». Менджер пережил все эти межгалактические волнения и войну, и в 1959 году написал книгу «Из космоса к тебе», хронику многочисленных встреч, в которых он служил пришельцам посредником. В этой роли он должен был снабжать их различными земными изделиями. Среди них была коллекция лифчиков для летающей тарелки, битком заполненной девушками. Он описал их неблагодарность, когда они стали швыряться в него лифчиками, заметив при этом, что там, где они живут, таких вещей не носят! Пришельцы-мужчины были, видимо, более дружелюбно настроены и в обмен на его помощь раскрыли ему секрет «мотора на свободной энергии». Нет сомнения в том, что представители «Форда» и «Дженерал Моторс» пришли бы в смятение, если бы увидали фотографию Менджера, на которой он был изображен, держа в руках небольшую конструкцию из соединенных пружиной шарикоподшипников. Менджер утешался тем, что был не единственным, кто испытал близкий контакт с внеземной женщиной. Трумэн Бетрурум опубликовал дневник о своих приключениях в космосе в 1954 году под заголовком «На борту летающей тарелки». Автор — бывший дорожный строитель из Калифорнии, вступил в контакт сначала с более знакомыми нам «людьми небольших размеров, ростом примерно в полтора метра». Их делегация, состоявшая только из мужчин, которые в совершенстве владели английским языком, пригласила его на борт корабля, капитаном которого была женщина. Ее звали Ора Ранес, автор считал, что она — «само совершенство формы и красоты». Ора приветствовала его от имени планеты Кларион, которая всегда заслонена нашей Луной. На Кларионе нет налогов и политики, а существа, такие как она, сойдут за жителей нашей планеты, оказавшись на Земле. Автор засвидетельствовал, что позже он встретил Ору в ресторане, когда та пила апельсиновый сок, но она сделала вид, что его не заметила. Вероятно, самым прославленным из всех землян, вступивших в контакт с внеземными существами, был Джордж Адамский, польский иммигрант, 1891 года рождения, который стал самым знаменитым, а затем наиболее высмеиваемым уфологом. В соавторстве с британским писателем Десмондом Лесли Адамский написал книгу «Летающие тарелки приземлились», которая стала бестселлером. За ней последовала другая книга, в которой излагались его межзвездные путешествия «Внутри космических кораблей». В ней он рассказал о своих многочисленных встречах с пришельцами; внешность каждого из них была поразительно похожа на нашу. Разница была лишь в том, что все они были очень красивы. Его попутчики были родом с Юпитера, Венеры и Сатурна. Адамский опубликовал несколько фотографий, которые сейчас объявлены фальшивками. Он заявил, что лидера «Космического Народа» зовут Хозяин. Адамскому повезло, и он провел много часов в обществе Хозяина, беседуя с ним на философские темы и наслаждаясь выпивкой и обществом прекрасных внеземных дев. Несмотря на наглую неправдоподобность своих приключений, Адамскмй стал звездой лекционных выступлений, а также радио и телевизионных шоу. Без сомнения, он был первым, кто успешно заработал немало денег, создав целый набор фильмов и книг, основанных только на желании людей поверить интересной истории, а не правде! Пришельцы Адамского принимали интересы человеческой расы близко к сердцу и терпеливо объясняли, что их миссия состоит в том, чтобы предупредить землян об угрозе уничтожения планеты путем экспериментов с новым атомным оружием. Миссия автора сводилась к тому, чтобы передать это послание. Он справился с этой миссией и сумел поддерживать веру в свой обман в течение многих лет вплоть до своей смерти в 1965 году. Знаменательно, что многие из эпизодов приключений Адамского были добросовестно воспроизведены в последующих рассказах, написанных его современниками. Среди них были и писатели, такие как автор бестселлеров Уитли Стрибер, чья книга «Общение» является отчетом о том, как он еще в детстве был похищен пришельцами. То обстоятельство, что до написания этой книги ее автор был известен как плодовитый создатель научно-фантастических произведений, не ослабило желания читающей публики глотать очевидное вранье. Противоестественным образом люди более склонны верить врунам, чьи корыстные интересы особенно очевидны! 10. Совокупность нескольких социальных и технологических факторов в годы после второй мировой войны стимулировала интерес людей к научной фантастике и безудержному сочинительству. Самым большим из них явилось то обстоятельство, что конец войны освободил американский народ от тревог 1940-х годов. К этому времени стали реальными некоторые научные достижения, которые невольно воплотили в жизнь пророчества писателей-фантастов предшествующего поколения. Когда наблюдения за «летающими тарелками» достигли эпидемических масштабов в 1947 году, этим почти истерическим интересом воспользовались издатели, писатели, журналисты и кинематографисты. Они все успели вскочить в поезд, движимый спросом на рассказы о фантастическом. Эти рассказы могли быть самыми разными — и про демонов в небе, и про демонов в морских глубинах. Среди них были и книги Жюля Верна в толстых переплетах, и комиксы с приключениями Дэна Дейра, Бака Рождерса и Супермэна. Одной из ведущих фигур в этой области был Рей Палмер, главный редактор ежемесячного журнала «Удивительные рассказы». Любимая тема воплотилась в нескольких рассказах Ричарда Шарпа Шейвера, который писал отчеты о своих путешествиях в таинственнре подземное царство в недрах Земли. Там живут два соперничающих племени: Деросы и Теросы. Помимо прочего Шейвер утверждал, что можно увидеть корабли этих подземных рас, когда они плывут в небесах над подземным царством. Можно видеть и космические корабли с других планет, которые стали колониями потомков народа Атлантиды. Видимо, атланты эмигрировали в космос после гибели Атлантиды примерно 12 000 лет тому назад. Рассказы Шейвера стали чрезвычайно популярны, а некоторые издания журнала расходились тиражом в 250 тысяч экземпляров. Июньский выпуск 1957 года был полностью посвящен подземному царству Шейвера, а октябрьский номер быстро отреагировал на летние страсти вокруг НЛО. «Часть известной всему миру Тайны Шейвера оказалась правдой! 25 июня (и еще раньше, как это сейчас доказано) в нашей стране были замечены таинственные сверхзвуковые суда, либо космические корабли, либо корабли из пещер! Анализ фактов свидетельствует о том, что эти корабли не были и не могли быть созданы какой-либо цивилизацией, существующей на Земле». Другой журнал, который был скорее похож на бюллетень, а не на издание, называвшийся «Сомнение», был учрежден членами Фортейского общества, созданного в память Чарлза Форта, основателя учения о странных происшествиях, необъясненных, паранормальных и небесных явлениях. В осеннем издании 1947 года имелось подробное описание явления «летающих дисков». Рей Палмер также быстро пошел по следам Кеннета Арнольда. 15 июля он послал Арнольду предложение сотрудничать с его журналом и принять участие в расследовании другого наблюдения, которое было сделано вблизи порта Такома. Там два свидетеля заметили летающую тарелку, которая, по их сообщениям, взорвалась, обсыпав их обломками; некоторые из них свидетели сумели сохранить. Арнольд отверг несколько других предложений использовать его приключение, но заинтересовался предложением Палмера и согласился участвовать в расследовании. Более того, он привлек к этому делу своего друга и такого же очевидца пилота компании «Юнайтед эйрлайнс» капитана Э.Дж. Смита. Арнольд даже связался с двумя исследователями из ВВС, Брауном и Дэвидсоном, которые согласились прийти к нему и побеседовать с новыми свидетелями. Однако после того, как Арнольд объявил, что «обломки» являются кусками лавы, вся эта история растаяла без следа. Это был очередной обман, количество которых, к несчастью, постоянно возрастало в последующие годы, превратившись в постоянный рацион потребления читателей изданий, продававшихся главным образом в супермаркетах. Причем эти выдуманные рассказы выдавались за чистую правду. Однако к чести редактора журнала «Удивительные рассказы» он стал расследовать вышеупомянутую историю, хотя ему ничего бы не стоило просто ее опубликовать. Сегодняшним американским изданиям, распространяемым в супермаркетах, таким как «Нейшенал инквайерер» и «Уорлд ньюс», совершенно неизвестно, что такое «журналистское расследование». Да, впрочем и само понятие «журналистика» им вряд ли ведомо. Палмер воспользовался успехом, который он приобрел, издавая «Удивительные рассказы», и в следующем году основал новый журнал «Судьба». В его первом выпуске был опубликован подробный рассказ о наблюдениях Арнольда в Каскадных горах. Главной причиной растущего интереса к предметам, о которых писали такие журналы, как «Удивительные рассказы» и «Судьба», был прогресс в технологиях, о которых люди до сих пор читали лишь в научно-фантастических произведениях и считали плодом воображения их авторов. Прежде всего этот прогресс связывался с созданием ракет. В отличие от британцев, которые на себе испытали ужасы «Фау-1» и «Фау-2», большинство американцев едва-едва слышали об этих ракетах, а уж тем более не видали ни их, ни реактивных самолетов до конца войны. Когда изобретатель гитлеровского секретного оружия был вывезен из оккупированной Германии американской разведкой в конце войны, родилась американская программа развития ракетного производства. То, что до сих пор служило предметом для научно-фантастических книжек и комиксов, теперь стало реальностью в пустынях Нью-Мексико и в еженедельной кинохронике. Вернер фон Браун родился в Вирзитце (ныне Виржицк, Польша). Он окончил Берлинский университет в 1934 году, а уже в юности стал проводить эксперименты с ракетами. С 1937 по 1945 год он был директором Германского ракетного исследовательского центра в Пейнемюнде на побережье Балтийского моря и руководил созданием «Фау-2», ракеты дальнего радиуса действия на жидком топливе. Этими ракетами бомбили Англию в последние месяцы второй мировой войны. В 1945 году он был захвачен американской разведкой. В обмен на обещание получить свободу Вернер фон Браун согласился отправиться в США и стать техническим советником ракетной программы США, осуществлявшейся на полигоне Уайт Сэндс в штате Нью-Мексико. По сути, он был руководителем этого объекта, на котором также находились несколько трофейных «Фау-2». В 1950 году он был переведен в Хантсвилл (штат Алабама), где в течение десяти лет возглавлял ракетную программу «Редстоун» («Красный камень». — Прим. перев.). Фон Браун получил американское гражданство в 1955 году, а в 1960 году стал директором научно-технических исследований в Центре космических полетов имени Джорджа С. Маршалла (при НАСА) в Хантсвилле. Он играл решающую роль в осуществлении американской космической программы и был ведущей фигурой, способствовавшей успехам американцев в их соревновании с русскими в освоении новых космических рубежей. Он также отвечал за разработку ракетоносителя «Сатурн-V», который был использован при выведении на орбиту космического корабля «Апполон», доставившего людей на Луну. Летом 1947 года фон Браун и многие другие немецкие ученые, взятые в плен американцами, вместе с их американскими коллегами проводили эксперименты с трофейными ракетами «Фау-2» и работали над программой, в ходе осуществления которой должны были быть созданы новые ракеты. Хотя общепризнанно, что это явилось началом осуществления космической программы, главная Цель переправки фон Брауна в Уайт Сэндс состояла в том, чтобы создать более точный и мощный вариант ракеты «Фау-2», способный переносить больше взрывчатых вещества и на большие расстояния. «Программа „Фау-2“ была начата здесь около 1946 года, — вспоминает Дон Монтойя, руководитель отдела информации Уайт Сэндс и историк ракетного полигона. — В это время Вернер фон Браун и многие другие ученые, которые работали с ним в Германии, были заполучены американцами в ходе осуществления операции „Скрепка для бумаг“ и привезены сюда. Сначала их поместили в Форте Блисс (штат Техас) и каждый Божий день возили оттуда на полигон Уайт Сэндс. В марте 1946 года здесь оказалось наибольшее количество немецких ученых. Именно тогда был совершен первый успешный запуск „Фау-2“. Ракета была собрана из трофейной техники, вывезенной из Германии. Запуск состоялся в мае 1946 года. Ракета поднялась на высоту семьдесят километров над земной поверхностью». В начале над осуществлением первой американской программы создания ракет, получившей название «проект Гермес», трудилось до сотни немецких ученых. Они пытались использовать годные ракеты «Фау-2» и запускать их как можно выше и как можно дальше. Гигантская военно-промышленная и электронная компания «Дженерал электрик» активно участвовала в осуществлении этого проекта, пытаясь заполучить секретные технологии немцев. «Сначала „Фау-2“ использовали главным образом для научных целей, а не для военных. В ходе запусков проводились эксперименты по фотографированию и использованию рентгеновских лучей, осуществлялись исследования космического пространства. Аппаратура размещалась в носовой части ракет „Фау-2“, которые запускались с полигона Уайт Сэндс, — объяснял Монтойя. — В носовом конусе ракет могли разместить все, что угодно: от амеб до мышей. Одна серия экспериментов, получившая название „проект Альберт“, предусматривала запуск обезьянки. Нет необходимости говорить, что обезьянка не выжила из-за некоторых технических трудностей при возвращении носовой части в земную атмосферу». На авиабазе Холломэн, которая примыкала к полигону Уайт Сэндс, находилось медицинское отделение авиации, в котором также проводились эксперименты. Цель этой программы состояла в том, чтобы определить воздействие на живой организм полета на большой высоте. На рассекреченных кадрах из фильмов, снятых в это время, можно увидеть целый зверинец, который был мобилизован на службу во славу Дяди Сэма. В одном фильме можно увидеть, как выстроившиеся в ряд четверо ученых, одетых в белые халаты и при галстуках, торжественно запускают больших домашних котов в воздух: в ходе полета на самолете на них проверялось воздействие невесомости на организм. На территории авиабазы была проложена длинная железная дорога, по которой передвигались сани с реактивным двигателем. К сиденью этих саней пристегивались различные животные, такие как собаки и шимпанзе. Цель экспериментов состояла в том, чтобы измерить последствия быстрого ускорения и падения скорости для организма. Существует много страшных кадров в фильмах, на которых изображены шимпанзе, пристегнутые сложной упряжью к различным инструментам. Эти инструменты регистрировали жизненные функции организма. Несколько животных были принесены в жертву во имя науки, пока американские ученые осуществляли опыты с тем, чтобы выяснить воздействие космического полета на организм. В наши дни многие сочли бы немыслимым проводить такие эксперименты, но в 1947 году таких сдерживающих моментов не существовало. Согласно официальной записи, сделанной в ходе осуществления программы испытательных полетов, «на полигоне Уайт Сэндс медицинское отделение авиации авиабазы Райт-Паттерсон осуществило пять полетов, во время которых проводились биологические эксперименты. Живые животные направлялись в космос для того, чтобы узнать о возможных опасностях и условиях, ограничивающих пребывание человека в космическом пространстве». Дэвид Дж. Саймон, бывший тогда капитаном ВВС США и инженером проекта вплоть до второго полета, заявил: «Какие существуют проблемы космического полета? Рассуждая чисто теоретически, можно указать ряд опасных моментов и ограничивающих обстоятельств и одновременно придумать способы, как можно уберечься от опасностей и преодолеть трудности. Однако лишь осуществив эксперимент, можно доказать или опровергнуть ту или иную гипотезу, найти способы борьбы с угрозами и впервые обнаружить наличие таких опасностей, о существовании которых и не подозревали. Только в том случае, когда мы получали животное, которое уцелело во время эксперимента и в организме которого не было обнаружено никаких негативных последствий, можно было утверждать, что ни одна существенная трудность не осталась без внимания». Вполне возможно, что с животными проводились еще более ужасающие эксперименты, которые никогда не стали достоянием гласности. Некоторые животные могли быть помещены в боевую головку специально перестроенной ракеты, которая затем разбилась вблизи от Росуэлла. Догадки такого рода позволяют объяснить сообщения о телах и необходимость обращения к похоронному агенту Гленну Дэннису по поводу гробов детских размеров. Можно ли предположить, что фон Брауну и его команде дали возможность провести эксперименты с людьми? Возможно, калек или детей из приютов убедили принять участие в каком-то ужасном эксперименте, который прошел неудачно, а затем был скрыт. Это предположение ужасно, и нет свидетельств того, что правительство США участвовало в таких бесчеловечных испытаниях, но, к сожалению, такая версия не находится за пределами невероятного. В конце концов многие считали Вернера фон Брауна военным преступником, который избежал правосудия. В подземном комплексе в Пейнемюнде, в котором он создавал свои первые орудия устрашения, находились невольники. Они жили и трудились в жутких условиях, болезни и жесткость были их постоянным проклятием, тысячи людей погибали во имя того, чтобы воплотить в жизнь его мечту о секретном оружии, которая бы изменила соотношение сил в пользу Гитлера в последние месяцы войны. Почти невозможно представить, чтобы подобный эксперимент был произведен в Америке в 1947 году, но такой вероятности исключить нельзя. Может быть, этот эксперимент был представлен как уникальная возможность проверить условия полета и было сказано, что участники эксперимента имеют большой шанс уцелеть. В этом случае не исключено, что американцы могли пойти на это. Учитывая документальные свидетельства, которые ныне всплыли на поверхность, об ужасных экспериментах, проводившихся правительством США над живыми людьми в ходе изучения воздействия радиации и медикаментов на человеческий организм и сознание, не столь уж фантастичной покажется версия о том, что крушение в Росуэлле явилась результатом какого-то бесчеловечного эксперимента. Официально было не раз заявлено, что не проводилось никаких секретных экспериментов, позволяющих объяснить показания очевидцев из Росуэлла, в которых рассказывалось о телах пришельцев. Хотя отсутствие доказательств не позволяет выносить обвинений военным, следует рассмотреть версию о том, что такие эксперименты проводились хотя бы для того, чтобы доказать несостоятельность этой версии. Если предположить, что такие эксперименты проводились, то в этом случае существовала причина для уничтожения архивных материалов и создания сложной версии для прикрытия тех, кто санкционировал осуществление таких опытов. Упоминание о нацисте Вернере фон Брауне еще в большей степени скомпрометировало бы официальные лица, поэтому у них есть основание хранить молчание даже через пятьдесят лет после события. Версия о некоем секретном эксперименте, который привел к появлению странных трупов, увиденных несколькими очевидцами в Росуэлле, укрепилась после моей беседы с Чарлзом Муром. В ходе этой беседы я спросил его, почему многие люди сообщали о «мертвых пришельцах». «Это правда… Люди говорили… но я думаю, что это другая история и что-то может станет о ней известно впоследствии, но она не имеет ничего общего с тем, что мы запускали в воздух», — так он мне ответил первый раз, когда я беседовал с ним. Когда я позвонил ему по телефону из Англии, то спросил его, не сможет ли он мне сообщить что-нибудь о том предмете, по которому он ограничился довольно загадочным замечанием. Он мне ответил, что переговорил по этому поводу с Пентагоном и что, возможно, в 1995 или 1996 году появятся более подробные сообщения ВВС, может быть, в форме нового доклада. В этой связи можно ожидать окончательного объяснения странных тел в Росуэлле. Я продолжал нажимать на него, и Мур начал волноваться, заявив, что и так сказал больше, чем надо, и довольно резко закончил разговор. Когда я позвонил ему еще раз, он был еще более сдержан. Мне показалось, что он был явно обеспокоен тем, что рассказал мне слишком много. Нет необходимости говорить, что никакого доклада на свет не появилось, но я очень надеюсь на то, что Чарлз Мур скажет правду о новой версии событий, окружающих Росуэлл. Он не хотел излагать подробности, но он был уверен в том, что существует объяснение трупов. Хотя доказательств нет, есть основания предположить, что это было следствием какого-то экспериментального полета. Учитывая, что испытания с полетами предпринимались в Уайт Сэндс, то есть в 350 километрах от Росуэлла, вне зависимости от того, были ли живые существа на борту или нет, неизбежно возникает подозрение, что предмет, который разбился, мог быть «Фау-2» или какой-либо еще экспериментальный летающий аппарат. Хотя ракетные испытания номинально проходили под контролем Сухопутной армии, на некоторых этапах ВВС участвовали в разработке различных программ. Правда, во время росуэлльского «крушения» космические эксперименты были окутаны завесой секретности, но теперь большая часть информация относительно них рассекречена. Официальный ответ из Уайт Сэндс отрицал наличие какой-либо связи между полигоном и событиями в Росуэлле, ни в ходе расследования крушения, ни в смысле ответственности за ракеты или иные предметы, которые могли сбиться с курса. До сих пор полигон в Уайт Сэндс используется для ракетных испытаний, его просторы являются идеальным местом для проведения экспериментов вдали от общества: как с точки зрения безопасности людей, так и с точки зрения соблюдения полнейшей секретности. Еще сохранились некоторые из зданий, построенных во времена фон Брауна, огромная ракета, выкрашенная в ярко-красный цвет, красуется на пусковой площадке как память о прошлом базы. Что касается возможности того, что ракета, запущенная отсюда, могла упасть либо в месте, названном Фрэнком Кауфманном, либо на ранчо, где Макбрейзел нашел обломки, Дон Монтойя уверен, что ни одна из «Фау-2» не имела радиус действия, позволявший этой ракете залететь так далеко. «Все „Фау-2“ приземлялись главным образом на расстоянии в двадцать-тридцать пять километров, может быть, даже на расстоянии в семьдесят километров к северу. Лишь единственный случай не укладывался в эти рамки, да и то это была не ракета „Фау-2“, а „Гермес-2“, в которой были использованы части „Фау-2“ и ее конфигурация. Там еще были приделаны фальшивые крылья наверху. Вместо того, чтобы лететь на север, она случайно повернула на юг. Ответственные за безопасность полета сочли, что так как ракета поднялась резко высоко, то она упадет в пределах полигона. К сожалению, после сорока семи секунд полета она повернула на юг и упала неподалеку от города Хуарес (в Мексике) и чуть не стала причиной международного скандала. Тогда никто не пострадал. Это произошло 29 мая 1947 года. Но это был единственный случай, когда ракета сбилась с курса на полигоне Уайт Сэндс». Из-за официального интереса как со стороны Конгресса, так и Генерального управления отчетности Дон Монтойя, будучи руководителем информационной службы Уайт Сэндс, внимательно разбирал архивные материалы. Получив вместе с другими правительственными учреждениями задание произвести анализ материалов, он вынужден был признать, что ничего не нашел. "Было бы занятно узнать, что за это несет ответственность Уайт Сэндс, — говорил Дон Монтойя, который, в отличие от других государственных служащих, проявлял искренний интерес к данному делу и, возможно, ничего другого не желал бы, как успешного раскрытия тайны. — К сожалению, мы тщательно проверили наши архивы, и в тот день и даже в тот месяц ничего не происходило в данной местности. Мы запускали несколько воздушных шаров, но ничего в том месяце, когда случилось крушение в Росуэлле. Все ракеты, которые мы запускали, учтены в течение этого периода времени, а в Уайт Сэндс тогда не было ничего такого, что могло достичь Росуэлла. Мы очень строго следили за безопасностью, как за безопасностью людей, работавших на территории полигона, так и за тем, чтобы ракета не вышла за пределы Уайт Сэндс в любом направлении, на восток или запад, на север или юг. Просмотрев наши архивы, мы связались с Национальными архивами и другими агентствами, находящимися в ведении Конгресса, которые запрашивали нас по поводу этого происшествия. Мы вновь проверяли наши архивы и даже посылали наши документы, чтобы показать, что не было никаких запусков или испытаний, о которых нам известно и которые могли бы быть спутаны или связаны с происшествием в Росуэлле". Если только не предположить, что архивы были умышленно скрыты или уничтожены, то, кажется, Уайт Сэндс не имеет никакого отношения к возможному объяснению происшествия в Росуэлле. Однако весьма знаменательно, что Монтойя не полностью удовлетворен версией о воздушном шаре, вне зависимости от того, был ли это метеорологический шар или зонд, запущенный по проекту «Могол», и поэтому он добавил: «Были испытания с воздушными шарами, которые происходили в Аламогордо, но я еще раз подчеркиваю, что у нас есть документы за 1947 год, и в них нет указаний на какие-либо случаи того, что воздушные шары залетали туда. Что же касается полигона Уайт Сэндс, то мы совершенно непричастны к этому происшествию». Интересно, что Монтойя знает также видных ученых, как Чет Литл, которые работали на базе и наблюдали странные огни в небе, природу которых они не могли объяснить. Его мнение таково: «Крушение возле Росуэлла — это совершеннейшая тайна. У нас здесь есть люди, которые верят в НЛО, и, возможно, у каждого из них есть свои истории на этот счет. Я не хочу называть их фамилии, но есть такие, кто верили в НЛО и видели их в близлежащих местах, таких как Эль Пасо или Лас-Крусес. Были еще эти слухи о летающей тарелке, захваченной на авиабазе Холломэн в конце 1950-х годов. Лично я бы хотел повидать НЛО. К сожалению, мне ни разу не повезло!» 11. Хотя нет никаких существенных доказательств для того, чтобы объяснить происшествие в Росуэлле проведением сверхсекретного эксперимента, это не означает, что такого не могло быть. В официальных документах, как ФБР, так и ВВС с конца 1940-х годов ставился вопрос о возможности проведения секретной операции правительством страны таким образом, что эти структуры могли не знать о ней. В знаменитом меморандуме Туайнинга также допускается возможность того, что явление было реальным. Такая же возможность допускается в интересной записке ФБР. Помеченная 19 августа 1947 года и направленная Д.М. Лэдду, старшему агенту ФБР, который получал предшествующие послания, эта записка посвящена «летающим дискам». Фамилия автора записки вымарана. Записка открывается поразительным заявлением: «Специальный агент (фамилия вымарана) из сектора по связям, обсуждая вышеупомянутое явление с подполковником (фамилия вымарана) из разведки ВВС высказал возможность того, что летающие диски представляют собой строго засекреченный эксперимент, проводившийся Сухопутной армией или ВМС. Господин (фамилия вымарана) был очень удивлен тем, что подполковник (фамилия вымарана) не только согласился с такой возможностью, но и конфиденциально сообщил, что, по его мнению, это весьма вероятно. Подполковник (фамилия вымарана) дал по секрету понять, что это мнение разделяет также господин (фамилия вымарана), который является ученым, прикомандированным к разведке ВВС». Хотя имена отсутствуют, ясно, что предположение о том, что НЛО представляет собой секретный эксперимент, высказывается не одним человеком, а еще каким-то подполковником и каким-то ученым. В документе излагаются возможные обоснования этого утверждения: «Подполковник (фамилия вымарана) заявил, что он исходил при этом из следующего: когда летающие объекты были замечены над Швецией, „высокое начальство“ Военного министерства оказывало большое давление на разведку ВВС с тем, чтобы продолжить сбор информации и ее анализ и определить природу наблюдаемых явлений. Подполковник (фамилия вымарана) заметил, что, в отличие от этого, когда мы сообщали о наблюдениях за неизвестными объектами в США, то „высокое начальство“ проявляло полное безразличие к этой информации. Такое поведение начальства привело полковника к выводу о том, что они достаточно хорошо информированы об этих объектах, чтобы выражать беспокойство. Подполковник (фамилия вымарана) далее сообщил, что указанные предметы были замечены многими людьми, которых он назвал „опытными наблюдателями“, таких как пилоты. В заключении он подчеркнул, что некоторые из этих лиц имеют репутацию людей, заслуживающих доверия. Он обратил на все это внимание, потому что пришел к выводу, что об этих увиденных объектах правительству все хорошо известно». Тогда возникает вопрос о том, что если «летающие диски» являлись экспериментом, проводившимся правительством США, то ФБР не было бы смысла осуществлять расследования с целью выяснения их природы. Безымянный подполковник соглашается с этим, заявив, что разведке ВВС было бы «чрезвычайно обидно» узнать о том, что диски были «нашими». Хотя записка не содержит никаких выводов, но в ней указано, что генералы Чэмберлен и Тодд дали заверения, что Сухопутная армия не причастна к этому делу. Несмотря на прежние заверения ВВС безымянный подполковник ВВС связался с генералом Шульгеном и упомянул о «возможности неприятной ситуации в отношениях между разведкой ВВС и ФБР. Генерал Шульген согласился с подполковником (фамилия вымарана), что следует подготовить письмо за подписью генерала Макдональда к генералу Лимею, который руководил отделом научно-исследовательских работ в ВВС. Подполковник (фамилия вымарана) заметил, что в таком письме следовало бы указать характеристики объектов, которые были замечены различными людьми, внушавшими доверие. В этом письме следовало бы попросить генерала Лимея сообщить, не проводят ли ВВС эксперименты, которые могли бы быть связаны с наблюдаемыми явлениями. Подполковник (фамилия вымарана) указал, что, как только такой ответ от Лимея будет получен, соответствующая информация будет передана в ФБР». Неизвестно, было ли направлено такое письмо или нет, но вне зависимости от этого в записке достаточно много сказано о подозрениях, распространенных относительно ВВС, внутри самих ВВС и со стороны ФБР. Одновременно встает вопрос, который часто задают скептики: если НЛО является реальным явлением и правительство знало о нем, каким образом ему удается так долго сохранять секрет? Ясно, что ФБР и ВВС допускали возможность того, что секретные эксперименты могли проводиться без их ведома; а если уж они (подчеркнуто автором) были в неведении, то что уж говорить о широкой общественности. Это относится и к версии о том, что НЛО представляли собой секретный правительственный эксперимент, и к версии о том, что правительство завладело разбившейся летающей тарелкой, как об этом утверждается в документах МДж-12. Предположение о том, что могла осуществляться сильно засекреченная программа без ведома ФБР и многих людей в ВВС и других ветвях государственного механизма, косвенно подтверждает мысль о том, что если происшествие в Росуэлле на самом деле произошло и тарелка была захвачена, то возможно, что секрет утаивали не только от общественности, но и от работников соответствующих служб. В пользу этой удивительной версии, с помощью которой можно объяснить утаивание и обнаруженных тарелок, и создание собственных «летающих дисков» в ходе сверхсекретных экспериментов, говорит и еще одна — рассекреченное письмо от специального агента, ответственного за отделение в Ноксвилле, директору ФБР в Вашингтоне Дж. Эдгару Гуверу от 10 января 1949 года. Предмет письма — «Летающие тарелки». Они были замечены над Окриджем на запретной территории, имевшей индекс секретности: «ВНУТРЕННЯЯ БЕЗОПАСНОСТЬ-Х». Документ начинается так: «К письму приложены две фотографии предметов, которые именуют „летающими тарелками“. Они были замечены над Окриджем (штат Теннесси) в один из июльских дней 1947 года. Вся информация, содержащаяся в этом письме, была получена от (несколько слов вымарано), Комиссии по атомной энергии и Сухопутной армии, который является главным технологом в Центре изучения применения ядерной энергии для двигателей летательных средств в Окридже (штат Теннесси)». Очевидно, фотографии, о которых идет речь, были сделаны в июле 1947 года упомянутым выше, но анонимным технологом и работником ядерного центра в Окридже. Кем бы ни был этот человек, известно, что он фотографировал свою семью перед своим домом июльским вечером (именно в этот месяц произошло крушение в Росуэлле и в стране поднялся ажиотаж вокруг летающих дисков), когда заметил дымный след в воздухе, который он успел сфотографировать. Он сделал еще один снимок на последнем кадре на пленке и сумел еще раз запечатлеть объект в небе. Фотографии были переданы в местную газету «Ноксвилл ньюс сентинел», которая опубликовала их. Фотограф сделал копии этих снимков и распространил их среди своих коллег в ядерном центре в Окридже. Очевидно, что кто-то обеспокоился тем, что эти фотографии стали широко распространяться (печать в газете не отличалась яркостью, а текст, сопровождавший фотографию, был довольно туманный), и приказал собрать все экземпляры. Всем, кто видел эти фотографии, было приказано ничего не рассказывать о том, что они видели. Фотографии были посланы в разведку ВВС, а в записке было сказано, что изучение негативов (неясно, кто его осуществлял) показало, что снимки были подлинными, а не подделкой. В экспертизе указывалось, что «дымный хвост и ореол огня выглядят темными на негативе, а это показывает, что на пленке отражался свет. По мнению (фамилия вымарано) фотографии являются, без сомнения, подлинными». Это само по себе достаточно интересно, так как до сих пор лишь немногие фотографии такого рода были признаны официальными источниками подлинными. В письме также сообщается о беседе то ли с лицом, которое сделало эти фотографии, то ли с человеком из Окриджа, который изучал их; судя по всему он — ученый. Как и следовало ожидать, его фамилия вымарана, а поэтому мы не можем сказать, кто он. Человек, с которым беседовали, признался, что не знает ничего о том, как официальные власти объясняют природу «летающих тарелок» или «таинственных снарядов», за исключением того, что разведчики из ВВС считают, что они являются «изделием людей». В письме говорится: «Он, кроме того, считает, что разведкой ВВС собрана большая информация по поводу этих снарядов и что исследования ведутся на аэродроме Райт в Дейтоне (штат Огайо). Он высказал мнение о том, что информация, которая собрана разведкой ВВС США, доступна для ФБР в Вашингтоне (округ Колумбия)». Затем интервьюируемый высказал свои соображения по поводу «тарелок»: "По его мнению, летающие диски давно рассматривались как наилучшая теоретическая возможность для преодоления сверхзвуковых барьеров. В течение многих лет ученые пытались создать самолет такого рода. Некоторые подобные эксперименты проводились в Соединенных Штатах, но в настоящее время, насколько он знает, не предпринимается никаких практических шагов в этом отношении. (Фамилия вымарана) рассмотрел и еще одну возможность, достойную внимания. Он указал на то, что, насколько известно американским ученым, в настоящее время нет химического топлива, с помощью которого можно было бы осуществить полет на такие огромные расстояния, приписываемые «летающим тарелкам». Лишь чисто теоретически можно представить себе вид топлива, с помощью которого можно было бы осуществить такой полет — это атомная энергия. В качестве свидетельства того, что для передвижения объекта, изображенного на фотографии, использовались силовые установки, (фамилия вымарана) обратил внимание на туманный след и газообразный ореол, который часто описывают как огненный шар. По его мнению, это может быть свидетельством того, что здесь присутствовало радиоактивное облако. Интервьюируемый, который явно был ученым, продолжает делать логические выводы по поводу того, что туманный след может быть следствием изменений в атмосфере, совершающихся «по пути снаряда», а это исключает вероятность того, что мы имеем дело с самолетом обычного типа. Он заметил, что информация, которой он поделился, должна рассматриваться как конфиденциальная, что он не говорит как лицо официальное, а лишь делится свои мнением по-товарищески. Он подчеркнул, что представители военно-воздушных сил или других родов войск не допускают никакого распространения информации по поводу этого снаряда. Однако заметил, что из разговоров с представителями аэродрома Райт и из сообщений, полученных от иностранной агентуры, он собрал кое-какую информацию, которая может быть полезной для выяснении того, являются ли эти так называемые снаряды подлинными, можно ли их создать и использовать и, наконец, представляют ли они угрозу для Соединенных Штатов. Во-первых, он подчеркнул, что идея создания такого самолета отнюдь не является новой. Известно, что еще четыре года назад работы по созданию подобного летающего диска были предприняты русскими. Кроме того, заметил он, недавно были получены сведения от представителей Центрального разведывательного управления в Южной Европе и Южной Азии о том, что русские проводят эксперименты с каким-то новым типом самолета или управляемого снаряда, который радикальным образом отличается от прежних видов. Это летательное устройство может быть направлено на большое расстояние над морем, может быть развернуто в полете и возращено туда, откуда оно прибыло. На это сообщение стоит обратить внимание, так как эксперименты в нашей стране до сих пор ограничивались созданием снарядов, которые попадали в требуемую точку, но не рассматривалась возможность придания снаряду способности возвращаться. Во-вторых, он сказал, что, как известно, русские пытаются получить какой-то вид ядерной энергии. Также известно, что они получили огромный запас информации относительно ядерной энергии во время оккупации Германии и что они к тому же имеют ограниченный запас необходимых расщепляющихся материалов". Источник ФБР высокого уровня заявил, что, хотя у него нет доказательств того, что русские обладают необходимой технологией, он знает, что у них есть некоторые выдающиеся ученые в ядерной области, а также «некоторые из самых выдающихся и способных ученых германской нации». (Он забыл упомянуть о том, что остальные ученые Германии находились к тому времени в США.) Источник указал, что, насколько он знает, ни одна «тарелка» не была захвачена и что единственным свидетельством являются фотографии, которые имеются в распоряжении инженеров с аэродрома Райт в Дейтоне. Хотя этот свидетель ничего не сказал по поводу происшествия в Росуэлле, возможно, что, если бы оно и имело место, он мог о нем не знать. Однако он обратил внимание на другой схожий случай, происшедший примерно в это же время. "Сообщалось о столкновении этих снарядов с самолетом другого типа. Как он утверждал, это сообщение появилось незадолго до многочисленных наблюдений дисков над территорией США. Сообщение пришло из Чехословакии. В нем говорилось о том, что чехословацкий транспортный самолет, когда он находился над океаном, столкнулся в воздухе с каким-то неопознанным снарядом. И этот самолет, и снаряд полностью разрушились так, что не осталось ни уцелевших людей, ни отдельных обломков. По мнению (фамилия вымарана), этот никем не описанный снаряд, возможно, принадлежит к той же категории предметов, что и летающая тарелка. (Фамилия вымарана) также хотел обратить внимание еще и на явление, которое запечатлено на фотографии. Оно состоит в том, что снаряды могут удерживаться на определенной высоте над поверхностью в зависимости от контура местности. Возможно это достигается с помощью какого-то радиоальтиметра или же радиоконтроля. Он заявил, что однажды сам наблюдал, как туманный хвост тянулся за самолетом, летевшим на невероятно большой высоте, причем тянулся от горизонта до горизонта по абсолютно ровной линии. Он наблюдал за этим туманным шлейфом, пока тот формировался и утверждал, что он был совершенно не похож на любые другие, которые он видел не раз в прошлом, когда служил в авиации". Анонимный свидетель убежден в том, что объекты, которые он упорно продолжал именовать «снарядами», находились под контролем во время своего движения, а поэтому не относятся к категории естественных явлений. К этому он добавил: «Тем не менее это дело вызывает большую озабоченность в военных кругах. Разведкой были предприняты большие усилия с тем, чтобы определить природу этих снарядов. Установив же их природу, следует решить, какие надо принять меры для создания адекватных защитных средств против них. Он также заметил, что появление этих объектов придало импульс исследованиям, которые предпринимают ВВС в ходе осуществления собственной программы использования ядерной энергии в двигателях для летательных средств или создания управляемых снарядов». Наконец, по мнению информатора, не было прямой связи между появлением летающих дисков и местом расположения Окриджа, сверхсекретного исследовательского объекта: «Их увидели здесь просто потому, что их видели в сорока шести или сорока восьми штатах США в течение июля, когда было получено так много сообщений», Ни одно из сообщений о двух появлениях летающих объектов, которые не вызвали сомнений у информатора (один из этих случаев, по его словам, был связан с воздушной катастрофой), не включено в список обнаружений в проекте ВВС «Голубая книга». Это письмо также интересно тем, что показывает, как американский гражданин фактически действует как шпион другого разведывательного агентства. Явно ФБР подозревали ВВС. Гувер жаловался на то, что ВВС не предоставили доступа для его Бюро к захваченному диску (довольно странное замечание, если речь идет об одном из предметов, созданных шутниками и любителями розыгрышей; непохоже, чтобы ФБР стало бы заниматься фальшивой подделкой). Были также подозрения по поводу того, что осуществляются некие секретные эксперименты, связанные с летающими тарелками. При этом подозревалось, что эти эксперименты хранятся в тайне от различных учреждений, которые имеют законные основания о них знать. В связи с этим возникает вопрос не только о том, что в Росуэлле, вероятно, разбилась настоящая «тарелка», но и о том, что неустрашимый Дж. Эдгар Гувер, вероятно, не смог узнать, что же там произошло на самом деле. Несмотря на способность выведывать все секреты, которая устрашала всех его политических противников, включая нескольких президентов и даже Никсона, подозрения, исходившие от ФБР, позволяют предположить, что секрет мог остаться не открытым Гуверу. Конечно, не исключено, что Гувер позже был обо всем проинформирован, а затем дал обязательство хранить тайну. Если происшествие в Росуэлле на самом деле имело место, то Гувер рано или поздно должен был об этом узнать, либо благодаря собственным усилиям, либо об этом ему сообщили хранители секрета. Хотя для объяснения событий в Росуэлле нельзя абсолютно исключить секретные эксперименты, кажется, что такие альтернативные варианты, как воздушные шары или ракетные испытания, также не дают удовлетворительного решения загадки. Если принять во внимание показания свидетелей, то существует столько же косвенных доводов в пользу внеземной гипотезы, если не больше. Неудивительно, что, пытаясь открыть тайну, люди стали полагаться на самые ненадежные свидетельства в поисках ответа на вопросы и способствовали появлению всякого рода подделок, обманов и розыгрышей. Много времени спустя после происшествия показания нескольких свидетелей были полностью опровергнуты. В то же время, как бы ни казались сомнительными некоторые рассказы тех, кто был процитирован в этой книге, доказать их обман полностью было невозможно. Действительно, отсутствие осязаемых свидетельств было на руку тем, кто или фабриковал показания, или фальсифицировал документы. Проблема состояла в том, что, как и в показаниях очевидцев, опровергнуть внезапно материализовавшуюся информацию было, к удивлению, чрезвычайно трудно. 12. Если документы МДж-12 представляли собой сравнительно скромную попытку подлога, предпринятую неизвестными силами, то следующее соблазнительное «доказательство», которое появилось на свет, было более грандиозным. В 1994 году Рей Сантилли, тогда еще никому не известный бизнесмен, который владел компанией по продаже видеокассет, объявил на весь мир, что он стал обладателем потрясающего черно-белого фильма, в котором была показана операция вскрытия человекоподобных существ, погибших в Нью-Мексико в 1947 году при падении космического корабля. В фильме показаны два человека, с ног до головы одетые в так называемые костюмы Эн-Би-Си — одежды с капюшоном и пластмассовым покрытием для глаз, которые используют солдаты и ученые, чтобы защитить себя от радиоактивной, биологической или химической опасности. Фильм длится около пятнадцати минут, и за это короткое время он обрел так много славы и позора и такую известность, как никакой другой фильм в истории кино! Мы видим, как две фигуры приближаются к трупу, лежащему на тележке для перевозки больных в операционную, осматривают тело, затем берут скальпель и другие инструменты с подноса, чтобы произвести вскрытие. Все это снято одной камерой. Фильм не очень хорошо снят, и детали внутри существа не видны. Или это сделано умышленно, или же является результатом низкого мастерства оператора, но эти кадры вызывают раздражение у зрителей. Существо кажется меньших размеров, чем нормальный человек. Его голова больше обычной головы человека. У него миндалевидные глаза. Голова кажется скорее совершенно лысой или безволосой от природы, чем выбритой. С человеческой точки зрения, тело довольно пропорционально, правда, руки кажутся немного длиннее человеческих. На руках и на ногах по шесть пальцев. Их размеры и формы похожи на человеческие. Вскрытие начинается с разреза, который производят от верхней части горла к лопаткам. Кажется подозрительным, что сам акт разрезания и убирания кожи в сторону не запечатлен. Зритель видит, как из грудной клетки и брюшной полости трупа вынимают куски странного темного вещества. Эти «органы» помещают в стандартный поднос и уносят в сторону. Этот фильм посмотрел профессиональный патологоанатом доктор Айан Уест, известный эксперт, медицинский консультант Скотленд-Ярда в самых знаменитых делах об убийствах последних лет. Патологоанатом был вполне удовлетворен медицинской техникой двух «докторов». Насколько он мог судить, в их маневрах и методах не было ничего вопиюще фальшивого или сыгранного. Когда его попросили вынести суждение о том, что, по его мнению, изображено, доктор Уест заявил: хотя на «девяносто пять процентов» он уверен в том, что это — фальшивка, он допускает возможность того, что «фильм правдив». Интересно, что такой знаменитый специалист был готов допустить некоторую долю сомнений, хотя и очень небольшую. Другие эксперты, которым Джон Пурди и я показывали отрывок из этого фильма, высказывались более решительно относительно его подлинности. «Фальшивка» — такой однозначный вывод сделал эксперт по иллюзорным трюкам в кино. В то же время он добавил, что для того, чтобы специально соорудить такое существо и снять сцену его вскрытия, потребовались бы немалые деньги, примерно 200 тысяч долларов, а это огромная сумма для того, чтобы снять такой короткий фильм, хотя возможно, что оценка и завышена. Кроме того, следует учитывать, что если этот фильм является подделкой, то тот, кто финансировал съемку, сильно рисковал, так как мог не компенсировать понесенных затрат: при создании фальшивки всегда существует опасность, что обман будет раскрыт. Человек, который готов рискнуть своими деньгами, может найти гораздо более легкие пути для того, чтобы заработать деньги. Как оказалось, фильм принес финансовую прибыль. Говорили о том, что Сантилли заплатил 100 000 долларов за фильм; его же доходы от продажи отдельных кадров газетам и журналам, от демонстрации фильма в различных телевизионных студиях, без сомнения, многократно превысили его первоначальные вложения. Только продав право на показ фильма по каналам телекомпании «Фокс», он получил 200 000 долларов. Еще больше он получил за счет продажи полных вариантов фильма на видеокассетах. Однако риск был велик. Случаи, когда небольшие кинопленки приносят большой доход, чрезвычайно редки. Обычно они изображают какое-нибудь исключительное событие или уникальное явление: например, такой явилась пленка Би-Би-Си, на которой было запечатлено интервью с принцессой Дианой. Если допустить, что фильм является поддельным, то, учитывая финансовый риск, с производством которого он был связан, мы должны рассмотреть две возможности. В одном случае создатель фальшивки был уверенным игроком. В другом случае кто-то-вложил в его создание минимальные деньги, с тем, чтобы свести финансовый риск к минимуму; возможно, съемки велись в небольшой киностудии в течение небольшого времени. Однако бизнесмен, который извлек фильм на свет Божий и представил его вниманию публики, яростно отрицает, что он является фабрикацией. Таким бизнесменом является Рей Сантилли, чья компания «Мерлин» специализируется на сборе архивных кинопленок, посвященных выступлениям музыкальных исполнителей, и выпуске их для массового рынка. Он утверждает, что совершенно случайно натолкнулся на «пленку о вскрытии», находясь на съезде музыкантов в США. Там Сантилли встретил одного пожилого оператора, у которого он собирался купить пленки с концертами Элвиса Пресли. Как утверждает Сантилли, в ходе переговоров оператор предложил ему нечто более интересное, чем кадры о выступлении Пресли. Продавец пленок сообщил, что работал на военных в 1947 году и был официальным оператором в Вашингтоне (округ Колумбия), где ему приходилось снимать на пленку различные эксперименты, включая взрыв первой атомной бомбы. Как он утверждал, летом 1947 года его послали в Нью-Мексико для того, чтобы снять разбившийся летательный аппарат. Он показал Сантилли полученный им результат, продемонстрировав фильм на стене своей жилой комнаты во Флориде. В фильме была показана процедура «вскрытия пришельцев». Как утверждал оператор, он сумел скрыть от начальства некоторые коробки с фильмом. Эти куски фильма требовали особого освещения при проявлении. Каким-то образом их отделили от остальных и так никогда и не взяли у него обратно. Одной из причин этого стало выделение ВВС из Сухопутной армии в самостоятельный род войск, что породило административный хаос. В результате этого недосмотра фильм остался у оператора еще на сорок лет. Хотя Сантилли не раз спрашивали, как зовут оператора, он категорически отказывался назвать его. В течение нескольких недель, которые мы потратили на ведение переговоров по поводу возможности передать его пленку по четвертому каналу Британии в передаче «Тайная история: происшествие в Росуэлле», он с раздражающим упорством отказывался назвать фамилию оператора. Лишь под сильным давлением с нашей стороны — ведь нужно было получить какие-то доказательства того, что такой человек на самом деле существует — Сантилли согласился съездить с Джоном Пурди в Майами, чтобы попытаться там встретиться с неуловимым оператором. Как утверждал Пурди, когда они оказались в Майами, создалось впечатление, что Сантилли предпринимал попытки встретиться с этим человеком. Пурди был свидетелем нескольких телефонных разговоров, один из которых он записал на видеопленку. Просмотр сцены, запечатленной в видеозаписи, оставляет впечатление, что Сантилли пытался убедить оператора прийти к ним на встречу в гостиницу. Казалось, что человек, с которым шел разговор, согласился, но он не выполнил своего обещания и не пришел. Проведя утомительные сорок восемь часов в Майами, в течение которых он сидел в гостиничном номере, ожидая телефонного звонка, Пурди решил, что с него хватит, и улетел в Вашингтон, заручившись обещанием оператора, что тот свяжется с ним по телефону. Просидев в номере вашингтонской гостиницы еще полтора дня, Пурди, наконец, услыхал телефонный звонок. Голос в трубке был грубый, а тон говорившего — неприветливый. Человек утверждал, что он является оператором. Говорил, что ему надоело давление, которому он подвергается, особенно со стороны Сантилли. Он сказал, что звонит по просьбе Сантилли, чтобы показать, что он на самом деле существует, но не желает вести какие-либо беседы. И этим все кончилось. Происшедшее помогло отчасти развеять наши подозрения о том, что все это дело сочинено Сантилли от начала до конца. И находясь в Майами, и еще ранее в Лондоне, он, казалось, искренне старался организовать встречу с оператором и рассыпался в извинениях, когда обещанная встреча не состоялась. Он утверждал, что его знакомство с оператором, длящееся третий год, за это время дошло до такой стадии, что они едва ли могут разговаривать друг с другом. По его словам, этот человек был в ярости от того, что его личность была скомпрометированна и что он оказался втянут в историю, которая привлекает внимание средств массовой информации. Он настаивал на сохранении полной анонимности, и ему казалось, что Сантилли предал его, выставляя на всеобщее обозрение. Он желал сохранить инкогнито по ряду причин, в том числе и потому, что не имел права отавлять оригинальный киноматериал. Кроме того, он хотел заработать денег, чтобы оплатить свадьбу дочери и защитить себя от зоркого ока Налоговой службы. Все, что предпринимал Сантилли для рекламы фильма, оператор воспринимал как угрозу своим финансовым делам, и, видимо, эта озабоченность привела к резкому ухудшению отношений между ними. Сантилли говорил, что, по крайней мере, ему удалось получить от оператора заявление, с помощью которого смог хотя бы отчасти объяснить время и место действия фильма о вскрытии трупов. В этом заявлении говорилось: "Я пошел служить в армию в марте 1942 года и демобилизовался в 1952 году. Десять лет, которые я прослужил моей стране, были лучшими годами моей жизни. Мой отец работал в кинематографии, а это означало, что он неплохо разбирался в киноаппаратуре и фотографии. Это обстоятельство помогло мне поступить на службу в армию, так как медицинская комиссия меня забраковала бы из-за того, что в детстве я болел полиомиелитом. После того, как я принес присягу и прошел обучение, я смог использовать мои кинематографические навыки и стал одним из постоянных военных операторов. Меня посылали в разные места. Время было военное, и я привык производить киносъемку в трудных условиях. Я не буду долго рассказывать свою биографию, просто скажу, что осенью 1944 года меня направили в разведывательное подразделение, находившиеся под командованием помощника начальника штаба ВВС. Пришлось много покрутиться, выполняя самые разные задания. В свое время я снял немало, включая испытания, проводившиеся в Уайт Сэндс (по проекту Манхэттен/Тринити). Я хорошо помню, как однажды получил приказ ехать в Уайт Сэндс… Росуэлл. Незадолго до этого я вернулся из Сент-Луиса (штат Миссури), где производил киносъемку нового вертолета Рамджет. Было 1 июня, когда Макдональд попросил меня прибыть к генералу Макаллану для выполнения особого задания. Я никогда раньше не работал с генералом Макалланом, но, поговорив с ним несколько минут, я понял, что не желал бы стать его врагом. Макаллан без разговоров сразу же перешел к делу. Мне было приказано вылетать на место крушения к юго-западу от Сокорро. Задание было срочное, я должен был снять все на месте и не покидать обломков, пока их не уберут. Мне должны были обеспечить доступ ко всей территории, где произошла авария. Если у меня возникнут проблемы в этом, то пусть командир немедленно свяжется с Макалланом. Через несколько минут после того, как я получил приказ от Макаллана, мне были даны такие же указания от Туи, который заявил, что произошло крушение русского шпионского самолета. Если к тебе обращаются два генерала за один день, то это значит дело — серьезное. Я вылетел с аэродрома Эндрюс вместе с шестнадцатью другими офицерами и солдатами, главным образом, медицинской службы. Сначала мы сели на аэродром РайтПаттерсон и приняли на борт новых людей и снаряжение. Оттуда мы полетели в Росуэлл на самолете С-54. Мы прибыли в Росуэлл и оттуда отправились на место катастрофы. Когда мы туда приехали, место падения уже охранялось людьми. С самого начала стало ясно, что это не русский шпионский самолет. Это был большой диск, опрокинувшаяся «летающая тарелка»; от земли вокруг нее еще излучалось тепло. Командир приказал приступать к делу врачам, которые ждали приезда Кении. Никто ничего не делал: все ждали приказов. Было решено подождать, пока не спадет жара, так как работать при такой температуре было рискованно. Кроме того, эти уродцы, как из цирка, лежавшие под летательным аппаратом, постоянно вопили. Они казались совершенно неуместными здесь, и было вообще непонятно откуда взялись. Каждый из них прижимал к груди двумя руками коробку. Они просто лежали там, держа в руках эти коробки. Как только поставили мою аппаратуру, я приступил к съемке. Сначала я снял летательный аппарат, затем место аварии и обломки. Около 6 вечера, наконец, решились подойти к аппарату. Уродцы продолжали кричать, а когда мы приблизились, то они стали кричать еще громче. Они не отпускали коробок, но мы ударили уродцев ружейными прикладами по головам и вырвали их из рук. Трех уродцев оттащили, связали веревками и пластырями. Один из них был уже мертвым. Сначала солдаты из медицинской команды не хотели приближаться к уродцам, но так как некоторые из них были ранены, то им пришлось приступить к работе. Как только этих тварей схватили, то стали собирать те обломки, которые можно было убрать без риска обжечься. Обломки валялись возле внешних подпорок, на которых крепился очень небольшой диск у днища аппарата. Их отнесли в палатки, где их рассмотрели и описали, а затем уложили в грузовики. Через три дня приехала команда из Вашингтона, и было принято решение увезти аппарат. Внутри аппарата была удушливая атмосфера. Достаточно было пробыть там больше нескольких секунд, как тебя начинало тошнить. Поэтому было решено приступить к анализу на базе. Аппарат погрузили на грузовик с платформой, а затем перевезли на авиабазу Райт-Паттерсон, куда я тоже прилетел. Я оставался на базе Райт-Паттерсон еще три недели, занимаясь обломками. Затем мне приказали прибыть в Форт Уорт (Даллас, штат Техас), чтобы снять на пленку акт вскрытия. Обычно у меня не возникало проблем с подобными съемками, но здесь пришли к выводу, что уродцы могут быть источником заразы, а поэтому потребовалось, чтобы я также надел такой же защитный костюм, как и врачи. В таком одеянии очень трудно правильно держать кинокамеру, заряжать ее и ставить изображение в фокус. Поэтому я, нарушив приказ, снял защитную одежду во время съемок. Первые два вскрытия произошли в июле 1947 года. После съемок у меня оказалось несколько сотен рулонов пленки (в каждом рулоне была пленка продолжительностью в три минуты). Я отделил рулоны, которые требовали особого внимания при проявлении (я собирался заняться ими позже). Первую партию я послал в Вашингтон, а остальные проявил через несколько дней. Как только я проявил последние пленки, я связался с Вашингтоном, чтобы их забрали. Невероятно, но никто так и не приехал, чтобы их забрать или организовать их вывоз. С тех пор пленки остались у меня. В мае 1949 года меня попросили произвести киносъемку третьего вскрытия". Правду сказал этот человек или нет, но его слова, без сомнения, вызывают интерес. И все же, несмотря на то, что инстинктивное желание сомневаться в каждом его слове господствует в моем сознании, автор чувствует, что здесь могут содержаться зерна истины. Следует признать, что это чувство не основано на чем-нибудь большем, чем изучение сотен заявлений и документов, касающихся происшествия в Росуэлле вообще и явления НЛО, в частности, но я верю, что здесь есть нечто такое, что не укладывается в рамки подлога. Трудно привести какие-нибудь доказательства в пользу такого вывода, но мне кажется, что заявление оператора вместе со всеми показаниями свидетелей и категорическим утверждением Фрэнка Кауфманна о том, что имело место крушение и связанные с ним обломки и трупы, — во всем этом есть какой-то отголосок правды. Кроме того, я не думаю, что Сантилли рассказал нам все об операторе и его поразительной пленке, которую он показал миру. Я готов истолковать сомнения в его пользу. Короче говоря, я не верю, что он сфабриковал всю эту историю от начала до конца или что он является жертвой умышленного обмана, если речь идет о пленке. Хотя я не готов утверждать, что фильм является подлинным, у меня нет и определенных доказательств того, что он является подделкой. Сантилли обязан сообщить больше подробностей для того, чтобы внимательнее разобраться с его пленкой. В то же время те, кто объявил его пленку фальшивкой, должны представить доказательства для подтверждения своих заявлений. До сих пор ни одна сторона так не поступила. Я лично убежден в том, что этот фильм может считаться заслуживающим доверия лишь в самой малой степени, пока не будут представлены убедительные доказательства. Интересным моментом в этом фильме является секретность, окружающая его. Создание такого фильма потребовало бы участия минимум шести — максимум двадцати человек. Поэтому удивительно, каким образом никто из них не сообщил о том, что фильм является фальшивкой. Если кто-либо решил умышленно сфабриковать такой киноматериал, то ему потребовалось бы иметь целую команду единомышленников-заговорщиков. По меньшей мере потребовался бы мастер спецэффектов, кто-то, обладающий необходимыми данными для создания «пришельцев». Потребовался бы также дизайнер, который смог бы создать операционный зал, в котором происходит вскрытие. Понадобился бы художник по костюмам, который бы дал совет, какая одежда нужна для «докторов». Нужны были бы осветитель и оператор. Проявляли бы такой фильм в лаборатории, а редактор, возможно, вместе с киномехаником, просматривал бы готовую пленку на экране. Неизбежно несколько сцен, которые бы не вошли в окончательный вариант, оказалось бы на полу в монтажной и в памяти редактора. Потом возникла бы необходимость заплатить всем этим участникам из доходов от продажи фильма и кадров из него. Представляется не столь уж невероятным, что подобное могла бы предпринять компания, ответственная за распространение своей окончательной продукции по всему свету, в данном случае компания Сантилли. Возможно, что сохранили бы полную преданность компании все ее сотрудники, включая даже таких работников, как оператор и мастер спецэффектов, которых, без сомнения, пришлось бы приглашать со стороны. Но почти невозможно поверить тому, что никто из участников производства фильма, — ни оператор, ни мастер спецэффектов, ни бухгалтер, ни секретарь, ни те, кто ваял части, необходимые для трупов, актеры, которые играли роли докторов, — что никто из них не выступил бы на каком-то этапе и не раскрыл бы правду. Каждый из них мог бы рассказать, что фильм представляет из себя лишь довольно искусную подделку, которая создавалась в студии и была предназначена для того, чтобы обмануть ничего не подозревавшую публику. Чисто по-человечески каждому из них захотелось бы поделиться со своим приятелем или родственником тем, что они участвовали в этом «пресловутом фильме о вскрытии пришельцев». Надо еще представить себе, что каждый такой человек смог бы преодолеть соблазн получить большую сумму денег, продав свой рассказ средствам массовой информации. Если телевизионная компания Руперта Мердока «Фокс» была готова заплатить 250 000 долларов за исключительное право на пленку, то какую же сумму готова была бы заплатить соперничающая компания за разоблачение величайшего кинообмана? Ответ: солидную сумму. Следует помнить, что большинство обманов и фальсификаций, во всяком случае тех, что возникали в последние годы, разоблачались довольно быстро; чем больше вокруг них шуму, тем быстрее они гибнут. Например, «Дневники Гитлера» были разоблачены в течение нескольких дней; сейчас главный вопрос не в том, выдержит ли фальшивка проверки экспертов, а в том, можно ли положиться на участников обмана, смогут ли они сохранить тайну. В данном случае ими могут руководить такие стимулы: или же преданность тем, кто хочет нажить миллионы на обмане, или же желание получить часть прибыли от продажи и эксплуатации продукции. И снова это кажется сомнительным, потому что довольно значительные вложения, которые необходимы для производства фильма, могут уничтожить надежду на возмещение затрат. Как и высказавшийся выше мастер по трюкам, другие специалисты в этой же области единодушно заявляли, что это обман, и к тому же обман, сделанный высококачественно. Даже если фильм был подлинным, то маловероятно, что специалист по спецэффектам признал бы его таковым. Столкнувшись с фотографией настоящего пришельца, никто бы не знал, подлинная она или нет, так как нет образца, по которому можно судить о правдивости изображенного. Учитывая, что мастера спецэффектов в Голливуде могут воспроизвести почти все, что угодно, и, что более важно, могут создать что им вздумается, они в этом смысле наименее подходящие авторитеты, к чьим суждениям о подлинности или поддельности предмета стоит прислушиваться. Их профессия сводится к тому, чтобы сделать нереальное реалистичным. Поэтому возникает вопрос: каким образом они умеют отличать правду от неправды? Единственное, что они могут знать достаточно точно, так это кто из их коллег участвовал в создании такого существа, что, безусловно, было бы дорогостоящим делом. Нет сомнения в том, что в сравнительно узком и замкнутом мирке специалистов по спецэффектам возникли бы какие-нибудь слухи, распространенные каким-нибудь техническим работником студии или кинолаборатории, ставшим участником обмана. Возвращаясь к вопросу о том, можно ли доверять пленке или нет, такой мастер спецэффектов, как Трей Стоукс, при участии которого были созданы фильмы «Пропасть», «Пузырь», «Бэтмэн возвращается» и «Робокоп II», указал, что поза и равновесие трупа на столе в фильме не соответствует обычному виду тела в лежащем положении и очевидно, что это сделано с телом, находившимся в вертикальном положении. Хотя это может быть и так, но сторонники подлинности фильма могут отпарировать это утверждение тем, что мы не знаем, как построено тело пришельца. В окоченевшем состоянии оно может проявить иные свойства, чем те, которые наблюдаются у человеческого трупа. Учитывая, что нам известно о фильме и его происхождении, предположение о том, что он является фабрикацией, не представляется слишком смелым, как это может показаться. Конечно, существует возможность того, что фильм является подлинным, но он изображает не вскрытие пришельца. Вполне возможно, что осуществляется какой-то странный медицинский эксперимент или некое военное упражнение. Этого нельзя исключить. Интересные сомнения в подлинности пленки были высказаны медицинскими специалистами, которые видели либо фильм, либо кадры из него. Например, патологоанатом из Лондонского университета доктор Пол О'Хиггинс заявил: «Я думаю, вероятность того, что эволюция в другом мире могла привести к созданию существ, подобных нам, ничтожно мала». Когда я обвинил Сантилли в том, что он сам организовал этот обман, тот поклялся, что это не так, и сказал, что если бы он этим занялся, то не стал бы делать человекоподобное существо. Он утверждал, что если бы захотел сфабриковать сцену вскрытия пришельцев, то постарался бы, чтобы внешность существ выглядела более необычной. Предположив, что создатель фильма стал жертвой антропоморфизма, О'Хиггинс усомнился в том, что в изображаемой ситуации применялись бы те методы вскрытия, которые были показаны: «Судя по содержанию фильма, вскрытие совершилось в течение пары часов. Однако если это были пришельцы, то они представляли собой невиданную возможность для науки. И нам предлагают поверить, что их разделали за вечер? Мне бы потребовались недели, чтобы совершить такое вскрытие». Другой патологоанатом Эд Утмэн из Чикагского университета был совсем не убежден видом внутренних органов пришельцев: «Самым неправдоподобным было то, что у „пришельца“ из внутренних полостей вынимали какие-то аморфные куски ткани. Я не могу себе представить, что у пришельца, у которого внешние органы тела так похожи на наши, имелась бы совершенно иная внутренняя структура органов. Отдельные стороны внешнего строения мнимого пришельца, такие как выступающие кожей мышцы и кости, например, ключица, соответствуют аналогичному строению человеческого тела. Однако то, что было удалено из внутренних полостей, выглядит совершенно не по-человечески. Это несоответствие ставит под сомнение возможность существования такого организма; по сути, мы здесь имеем дело с гибридом, который является человеческим снаружи и нечеловеческим внутри. Существо, которое наполовину является человеком, наполовину чем-то еще. Хотя такие существа упоминаются в мифологии — минотавры, кентавры, русалки, оборотни, — их нет в реальной жизни. Сходство тел „мертвых пришельцев“ с человеческим телом предполагает, что данные существа либо созданы воображением мастеров спецэффектов, либо представляют собой ужасные деформации человеческого организма». (Однако все врачи, включая патологоанатома Айана Уеста, заявляли, что эти деформации не похожи на что-либо известное медицине. Выдвигались даже предположения, что труп представлял собой хирургически обработанное человеческое тело.) Что же касается самого Сантилли, то каждое его заявление, каждое его слово, которое он произносил по поводу фильма, подхватывалось уфологами и анализировалось ими. Без сомнения, в его речах было немало непоследовательностей, но в то же время он довольно правдоподобно объяснял их. Хотя в его различных объяснениях происхождения фильма было много несуразностей, в них не было ничего такого, что нанесло бы сокрушительный удар по его версиям. Одна из нелепостей возникла в связи с тем, что, ссылаясь на Сантилли, утверждали, что в сцене вскрытия можно было разглядеть президента Трумэна. Говорили, что якобы Сантилли заявлял, что Трумэна можно увидеть среди других людей, которые стоят за стеклянной дверью. Там президента США можно было настолько хорошо разглядеть, что по движению его губ удавалось понять, что он говорит. В другом заявлении исследователь НЛО Кент Джеффери рассказал о своем разговоре с Сантилли, в котором тот поведал о своей беседе с каким-то кинопродюсером, а тот в свою очередь беседовал с Кентом Джеффери. В этих беседах речь шла о том, что Сантилли подробно описал место крушения. Он утверждал, что, судя по пленке, это — холмистая местность, летательный аппарат хорошо виден, но он не целый, а разломанный на несколько больших кусков, для подъема которых потребовался кран. Он утверждал, что там видно много солдат в форме; они сняты так, что их лица хорошо видны, а поэтому их можно узнать. (Когда мы разговаривали с Сантилли по поводу использования пленки в документальной передаче для четвертого канала британского телевидения, он дал понять, что у него есть пленка, на которой запечатлено место крушения, и там видны машины и прочее.) Наличие таких сцен, особенно присутствие президента Трумэна, открывало возможность получить бесспорное доказательство подлинности пленки; такие сцены являлись бы важнейшим ключом к разгадке тайны происхождения фильма. Но эти доказательства так и не были представлены. Кент Джеффери также утверждал, что первоначально Сантилли заявлял о том, что фильм был сделан из пятнадцати «десятиминутных» роликов, но затем стал гово1 рить о двадцати двух «трехминутных» роликах. Были противоречивые заявления о пленке «Кодак» и возможности определить время изготовления фильма по старению пленки. Ходили слухи о том, что сначала Сантилли говорил, что фильм был снят в 1947 году на нитропленке, но «Кодак» никогда не производил 16-миллиметровую нитропленку. И опять — и здесь автор присоединяет свой голос к хору сомневающихся — не раз давались обещания представить образцы подлинной 16-миллиметровой пленки для проверки. Когда летом 1995 года мы создавали документальный фильм для четвертого канала, мы постоянно просили эту пленку и нам постоянно обещали скоро привезти ее. В своем телевизионном интервью с Сантилли я спросил его: «Не могли бы мы дать подходящий отрывок из фильма с соответствующими изображениями для того, чтобы „Кодак“ мог его проверить должным образом?» Сантилли ответил: «Я вам дам все, что смогу, а именно пленку с изображением. Единственно, что мне нужно, это получить пленку от коллекционера, который первым купил сцену вскрытия. Сейчас эта пленка уже в пути». Через пару месяцев в интервью для программы «Городское собрание» телевидения Сиэттла, транслировавшейся 10 ноября 1995 года, Сантилли попытался создать впечатление, что оригинальная пленка с подходящими изображениями сцен вскрытия была широко представлена всему миру. «Английскому и французскому телевидению была передана оригинальная кинопленка с изображением», — объявил Сантилли. Когда же его спросили о «Кодаке», то он сказал, что «материал был передан „Кодаку“ на проверку телевизионщиками». На самом деле никто не получил ни единого кадра из оригинальной пленки. Очевидно, что никто не видел 16— миллиметровую оригинальную пленку в коробке или во время ее проекции на экране. Когда я спросил Сантилли о том, каким образом материал с кинопленки был воспроизведен на видеопленку, тот мне ответил, что оригинал был в столь плохом состоянии, что потребовалась специальная кинолаборатория, чтобы восстановить фильм. Это был медленный, дорогостоящий и мучительный процесс. Когда я попросил его назвать кинолабораторию, которая справилась с этим трудным заданием, он мне ответил, что работники этой фирмы не любят высовываться, но он постарается сообщить мне ее название. Нет необходимости писать, что случилось. После того, как был выпущен пресс-релиз, в котором сообщалось, что «Кодак» заявил о подлинности фильма, в эту фирму стали без конца звонить по телефону фанатики НЛО, требовавшие информации о фильме. Тогда представители «Кодака» заявили, что они готовы провести проверку любого отрывка из фильма, если таковой поступит к ним. Специалист по вопросам качества продукции в отделе киноизделий «Кодака» Тони Амато прождал несколько месяцев поступления в фирму отрывка из фильма. Через Сантилли представителей «Кодака» уведомили о том, что подходящий отрывок из фильма уже в пути и он прибудет со дня на день. Он так никогда и не был получен. Ранее в Лос-Анджелесе был подвергнут проверке кусок пленки. Оказалось, что он соответствует нужным показателям, но это был всего лишь кусок пленки с начальными кадрами без изображения, а такой отрывок можно было взять из любого старого фильма. Поэтому эта проверка не имела никакого значения, так как не позволяла определить подлинность сцены «вскрытия пришельца». Как сообщил Амато, «Кодак» был готов работать хотя бы с двумя кадрами. При этом ущерб для пленки был бы минимальным: всего лишь по небольшому проколу в одном из кадров. Такое повреждение было бы невелико, особенно, если сравнить его с возросшей ценностью пленки после подтверждения ее подлинности. (В 16-миллиметровом фильме продолжительность одного кадра составляет 1/24 долю секунды, или менее 1/25000-й доли от продолжительности всего фильма.) Представители «Кодака» указывали на то, что так как химический состав производимой фирмой пленки изменился с годами, то приблизительное время производства данного отрывка пленки можно определить, установив ее точную химическую формулу и сравнив с соответствующими данными за различные годы. Так как «Кодак» никогда не разглашает химического состава своей пленки, то любые экспертизы, которые проводились бы лабораториями других фирм, не имели бы значительной ценности. Любая пленка, которая была бы получена «Кодаком» для проверки, была бы возвращена через две недели целой и невредимой (за исключением небольшого прокола в одном кадре). Хотя «Кодак» проявлял терпение и готовность к сотрудничеству, ни одного кусочка пленки так и не появилось. Но даже если такое случилось бы и анализ подтвердил бы, что пленка 1947 года, то все равно это еще не свидетельствовало бы о том, что фильм запечатлел подлинную процедуру вскрытия пришельцев. Во-первых, кинопленка могла быть 1947 года, а съемка была произведена на ней много позже с соблюдением необходимых мер предосторожности; во-вторых, фильм мог быть снят на подлинной пленке и снят во время происшествия в Росуэлле, но он изображал не процедуру вскрытия пришельца, а какой-то спецэффект, как подозревают некоторые мастера этого дела, видевшие фильм. Хотя в те годы мастера спецэффектов вряд ли могли создавать подобные существа, этого нельзя исключить. В то же время тогда для создания подобного фильма потребовалось бы значительно меньше людей, а поэтому существенно уменьшалась вероятность того, что сведения о том, что происходило на самом деле, просочились бы за пределы узкого круга участников фабрикации. Наконец, нам дали кусочек пленки, которая соответствовала тому времени, но не имела решительно никакого отношения к изображениям в фильме. Кадры запечатлели военного или военно-морского офицера в пилотке. Когда мы спросили об этом Сантилли, то он лишь ответил, что его подвел «немецкий коллекционер», богач, который хранит у себя оригинал фильма. Очевидно, коллекционеру надоели просьбы предоставить кусочки «его фильма», поэтому он послал отрезок пленки, но, как оказалось, совершенно непригодный для проведения экспертизы. По словам Сантилли, это был человек, ревниво хранящий ради личного удовольствия кусочек фильма, за приобретение которого он заплатил солидную сумму денег. Это было мало похоже на правду, и, как оказалось, коллекционер совершенно не интересовался летающими тарелками. Если он и коллекционировал что-нибудь, то его коллекция состояла не из редких, дорогостоящих и сомнительных фильмов про мертвых пришельцев. Его звали Фолькер Шпильберг, когда-то он был деловым партнером Сантилли и занимался в Германии коммерцией в сфере музыки и видео. Шпильберг живет в Австрии, но у него есть небольшая контора в Гамбурге. В ходе небольшого интервью в прямом эфире для французского канала ТФ-1, переданного 23 октября 1995 года, Сантилли снова задали вопрос об оригинальной пленке и он снова сослался на то, что она ушла из его рук. До этой передачи сотрудники ТФ-1 провели журналистское расследование, выясняя личность «частного коллекционера», и заранее отсняли фильм, в котором показали маленькую контору Шпильберга в Гамбурге и квартиру в Австрии, где его фамилию можно увидеть на дверной табличке возле звонка. Показав этот репортаж, ведущий ТФ-1 объявил, что Шпильберг не является коллекционером фильмов. Рей Сантилли разволновался и обвинил ТФ-1 в нарушении соглашения о том, чтобы сохранить некоторые стороны дела в тайне. Тогда ведущий Жак Прадель заметил, что Сантилли не выполнил свое обещание представить вырезки из оригинальной пленки. В программе также были использованы отрывки из записи телефонного разговора от 28 сентября 1995 года между сотрудником ТФ-1 Николем Мейлардом и неуловимым Шпильбергом. Мейлард обратил внимание Шпильберга на огромное значение, которое имеет оригинальная пленка, находящаяся в его распоряжении. Он попросил его оказать ему помощь и предоставить отрывок пленки для анализа. Вот запись того, что ответил Шпильберг: «Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Я — коллекционер. Я хочу, чтобы меня не вовлекали в это дело. Я не хочу ни с кем связываться по этому вопросу, потому что это мое личное дело… Говоря просто: меня это не интересует. Видите ли, все это дело меня не касается, я так решил. У меня есть мои убеждения и все. Я получил то, что хотел. Я доволен и все. Что я собираюсь с этим делать? Насколько я знаю, я владею всеми роликами фильма. Подлинный он или нет, это не мне судить, но я считаю, что да. Я не хочу поддерживать какую-нибудь вшивую телевизионную компанию или радиостанцию в этом вопросе, нет! Послушайте, я сделал свое дело и я могу вам сказать, что я доволен! Я получил то, что хотел, и все! Я не лез из кожи вон, чтобы попасть в эфир или на страницы газет — и все это в мировом масштабе. Во всяком случае мне это не нравится, но это — другая история, мне приходится с этим мириться. Я должен признать, что уже поздно это остановить, но, нет, я хотел бы, если позволите мне это сказать вам, чтобы меня оставили в покое, ладно?..» Хотя Шпильберг, как и кинодива Гарбо, требовал уединения, тон, которым он выражал свое желание, немного отличался от того, к которому прибегала звезда экрана и сцены, просившая избавить ее от внимания. Когда французский ведущий предположил, что, дав побольше информации, его собеседник мог бы принести пользу обществу в целом, а также зрителям телепрограммы, Шпильберг не пожелал демонстрировать свое расположение к людям: «Нет! нет! Я так не думаю. У меня совсем другое мнение. Пошел к чёрту весь мир! Я хочу сказать, что в мире много эгоизма, и я такой же…» Хотя Сантилли был чрезвычайно уклончив, объясняя роль Шпильберга в этой драматической истории, он никогда не отрицал, что у них существуют деловые отношения в сфере музыки. Сантилли ухитрялся избегать объяснений, каким образом эти отношения таинственным образом превратились в связи, основанные на преданности друг другу и одержимости желанием сохранить тайну куска черно-белой пленки. При этом достоверность этой пленки никем не была подтверждена, а финансовая стоимость ограничена, но, в случае если бы она оказалась подлинной, ее ценность не имела бы границ. Неизбежно возникало подозрение в том, что в этом партнерстве, скрепленном общим интересом к пленке, было нечто странное. На другой части «пленки Сантилли» показаны некоторые предметы, обнаруженные на борту летательного аппарата. Действие происходит внутри палатки, где на столе, стоящем на козлах, разложены предметы, похожие на отливки из чугуна. Мы видим человека в военной форме, лицо которого так и не появляется на экране. Он собирает отдельные предметы с привязанными к ним ярлыками, а потом показывает их перед кинокамерой прежде, чем положить их на стол. Среди предметов можно видеть две панели. Одна из них похожа на поднос, который, видимо, сделан из металла. На этом подносе отпечаток шестипалой ладони. В кадре появляются руки солдата, который берет то, что похоже на железную балку. Кинокамера проходит по этому предмету, беря в фокус письмена, которые не похожи на наш алфавит, но напоминают греческие буквы и удивительным образом выглядят как надпись: «Видео ТВ». Последняя часть фильма демонстрирует другую палатку меньших размеров. Внутри нее находятся два человека, одетые в халаты врачей, которые, очевидно, оказывают первую помощь одному из пришельцев. Свет, идущий от газовой горелки, не позволяет разобрать отдельных деталей. Врачи в масках, поэтому нет никакой возможности разглядеть их лица. Пришелец не похож на своих земляков по размерам и внешнему виду. Это существо кажется выше и тоньше. Сцена иллюстрирует то, что оператор назвал попыткой привести существо в чувство, как только в нем были обнаружены признаки жизни. На другую странность обратила внимание газета «Санди тайме» от 30 июля 1995 года в статье с длинным заголовком — «Фильм, который доказывает, что пришельцы посещали Землю, является фальшивкой». Автором статьи был Морис Читтенден. (Следует заметить, что в статье содержалось несколько ошибок, автору не удалось доказать, что фильм является фабрикацией.) В статье обращалось внимание на довольно необычную пометку о секретности, которая появлялась в правом углу экрана на протяжении всего фильма. Однако после того, как была поставлена под сомнение ее подлинность, эта пометка исчезла при последующих показах фильма. Пометка гласила: «ОГРАНИЧЕННЫЙ ДОСТУП Классификация а101 ПРЕДМЕТ 1 от 2 ИЮЛЯ 30-го 1947». В статье «Санди тайме» указывалось, что пометка «ограниченный доступ» не ставится в военных документах США, а «Классификация а101» — это типично голливудское изобретение. Кроме того, датировка сделана не так, как это принято в американских вооруженных силах. Там полагается обозначать даты в таком порядке: день, месяц, год. Поэтому должно было быть написано так: «30 июль 1947». Морис Читтенден заметил, что пометка отсутствовала, когда фильм показывали более ограниченной аудитории. Гэри Шефилд, который работает с Сантилли, отрицал, что такая пометка когда-либо появлялась, но Сантилли бесхитростно признал, что он сделал эту пометку частью фильма, а затем ее удалил. Он объяснил свои первоначальные действия тем, что увидел эту надпись на коробках, в которых хранились пленки. В специальной передаче программы «Фокс» в Америке особый восторг вызвали две панели, о которых было сказано, что, вероятно, это — «панели управления кораблем». В этой связи Кент Джеффери заметил, что «они больше похожи на куски мостовой перед Китайским театром Мэнна в Голливуде»[12 - Мостовая перед входом в Китайский театр Граумэна в Голливуде выложена небольшими плитками из бетона, в которых запечатлены отпечатки ладоней и ног ведуших звезд Голливуда. (Прим. перев.)]. Что касается балки, то она выглядит точно, как балка, применяемая в строительстве при сооружении внутренних перегородок, или же, как заметил Джеффери, «подпорка, сделанная в прокатном цехе». Очень странно видеть этот предмет здесь. Если так называемые панели содержат, по крайней мере, намек на культуру пришельцев или являются плодом воображения мастеров спецэффектов, пытавшихся воспроизвести нечто, подходящее для второсортного кинофильма 1950-х годов о вторжении пришельцев на Землю, то балка не могла выглядеть более земной. Если она была вдохновлена знакомством с описанием обломков Марселем, которые его отец принес домой и показал ему, то его слова были поразительным образом неверно поняты. Те балочки, о которых вел речь Марсел, были тонкими и хрупкими, а совсем не такими, как те, что были сняты в фильме — небольшой балки со строительной площадки. Марсел-младший также сообщил, что видел странные письмена на внутренней части балочки, и, возможно, поэтому появилась надпись, напоминающая слова: «Видео ТВ». Одним из самых неудачных свойств фильма является то, что он снят таким образом, что немедленно вызывает подозрения, а не рассеивает их. Например, когда появляется человек, нельзя увидеть его лицо. Когда у пришельцев удаляют органы, то камера показывает их не в фокусе, чтобы можно было внимательно рассмотреть, что из себя представляет органическое вещество. Все, что можно увидеть, так это лишь необычное «большое грязное пятно», которое не похоже на какое-либо органическое вещество. Конечно, можно возразить, сказав, что у нас нет никакого представления о том, как должны выглядеть внутренние органы пришельцев. Поэтому мы не можем ни признать подлинность фильма, ни доказать его фальшь, исходя из внешних впечатлений. Действительно, нельзя доказать подлинность или поддельность фильма, просмотрев то, что видно на экране. Единственный способ найти доказательства — это присмотреться к тем, кто дал ему путевку в жизнь. 13. Пока же лучшим расследованием происхождения фильма и его оператора, а поэтому и вскрытия пришельца, является то, которое с должной тщательностью провел Кент Джеффери. Джеффери — сын прославленного офицера ВВС, он является основателем движения «Росуэлльская инициатива». Это движение, представляющее рядовых граждан страны, стремится оказывать давление на правительство США с целью заставить его открыть информацию, которую оно, возможно, хранит относительно происшествия, и собирает, чтобы создать большую группу общественного воздействия. Наилучшая возможность установить происхождение фильма открывалась в случае, если бы удалось узнать личность оператора, с которым Сантилли, как он утверждал, встретился во время переговоров о пленке с записью концерта Элвиса Пресли. Предположим, что такой человек существует на самом деле. В этом случае вопрос о подлинности фильма быстро выяснится. Действительно, если Сантилли был убежден в подлинности этого фильма, то было бы очень глупо с его стороны не проверить эти сведения тщательнейшим образом, потому что любое свидетельство в пользу подлинности картины подняло бы ее ценность до небес. Вместо этого он вел себя крайне осторожно и старался не беспокоить оператора. По словам Сантилли, такое поведение объяснялось ранее достигнутым соглашением с «оператором», с которым было нелегко вести деловые переговоры и который непременно желал сохранить инкогнито и оградить себя от внимания публики. Все это игнорирует тот факт, что если в фильме запечатлена какая-то секретная операция, а именно обнаружение корабля пришельцев американскими военными, то правительство США в считанные минуты могло узнать, кто был кинооператором, где он жил, его номер телефона, а возможно, и гораздо больше. Если он существовал на самом деле и был озабочен тем, чтобы сохранить свою анонимность — и это понятно, если бы его фильм содержал зримое свидетельство величайшей тайны в мировой истории, — то почему он не сочинил какую-нибудь версию для прикрытия своей личности, вместо того, чтобы открыть себя с головы до ног для опознания правительством? Кроме того, существуют несообразности в некоторых подробностях, о которых сообщено в заявлении, приписываемом Сантилли оператору. В этом заявлении сделана попытка рассказать о воинской службе неизвестного кинооператора. Кент Джеффери обратил внимание на эти детали, сравнив утверждения оператора и существовавшие в то время военные порядки. В своем автобиографическом заявлении, которое он позволил обнародовать Сантилли, оператор сообщает о том, что находился в Вашингтоне, когда ему был дан приказ отправиться в Росуэлл, чтобы снять «какой-то разбившийся русский самолет». Это расстояние составляет около трех тысяч километров. Для преодоления такого расстояния в 1947 году требовалось от десяти до двенадцати часов. Таким образом прибытие на место должно было произойти через несколько часов после крушения. Однако оператор описывает, как он снимал на пленку первое приближение солдат к разбившемуся аппарату и вопли «уродцев, лежавших под летательным аппаратом». Эти вопли становились все громче по мере того, как оператор приближался к ним. Трудно поверить, что военные ждали более двенадцати часов и не приблизились к аппарату и странным существам, пока не прибыл оператор. Если присутствие оператора было столь необходимым, то почему не прислать кого-либо из Росуэлла, Аламогродо, Уайт Сэндс или Лос-Аламоса? Трудно поверить, что на том или ином военном объекте не было военных кинооператоров без необходимого оборудования и не имеющих необходимого доступа секретности. Оператор также упомянул о том, что снимал на пленку испытание «Тринити», первый взрыв атомной бомбы в Нью-Мексико в 1945 году, а незадолго до Росуэлла он в Сент-Луисе (штат Миссури) снимал испытательный полет нового вертолета «ХН-20 Рамджет», известного как «Маленький Генри» и созданного компанией «Макдоннел Эйркрафт». Этими сведениями воспользовалась Французская телевизионная станция ТФ-1, и 16 октября 1995 года Николь Майлард получил по факсу письмо из отдела по связи с общественностью компании «МакДоннел Дуглас» (наследница компании «Макдоннел Эйркрафт»), в котором сообщалось, что для съемок испытательных полетов, в том числе и в ходе эксперимента с вертолетом «ХН-20 Рамджет», «Макдоннел» использовала своих сотрудников, а не военных кинооператоров. В письме даже были указаны два сотрудника компании «Макдоннел», которые производили съемку полета «Рамджет». Их звали Честер Терк, который снимал на кинокамеру, и Билл Шмитт, который работал с фотоаппаратом. Сантилли намекнул на то, что оператора зовут Джек Барнетт. Это вызвало множество расспросов и внесло смятение в жизни нескольких ни в чем не повинных Джеков Барнеттов Америки. В июне 1995 года бывший руководитель БУФОРА, британского отделения исследований НЛО, Филип Мэнтл, который изучал многие стороны повествования Сантилли, смог поговорить по телефону с человеком, про которого ему сказали, что он — Джек Барнетт. ТФ-1, как и мы до этого, не раз обращались с просьбой организовать интервью с оператором, и, как и нам, им было обещано, что такое интервью состоится, но ничего не последовало. Однако Сантилли согласился передать оператору список вопросов. 14 сентября 1995 года ответ для ТФ-1 был передан по факсу. Два ответа являются довольно интересными. Первый вопрос ТФ-1 гласил: «Какие испытания вертолета „ХН-20 Рамджет“, или „Маленького Генри“, вы снимали в Сент-Луисе в мае 1947 года?» На это был дан туманный ответ: «Первоначальные испытания». Второй вопрос французского телевидения касался самого происшествия: «Почему армия решила не использовать цветную пленку для съемки такого события?» Ответ был таков: "Мне дали указания, чтобы я выезжал немедленно для съемки авиационной катастрофы русского шпионского самолета. У меня не было времени для того, чтобы заказать набор цветных пленок и специальное оборудование для кинокамеры. Я использовал обычный набор пленки и обычную кинокамеру «Белл энд Хауэлл». Этот ответ может подойти для того, чтобы объяснить, почему съемка на месте крушения производилась на черно-белой пленке, но вряд ли это может объяснить, почему на черно-белой пленке производились съемки в операционной — гораздо позже, на авиабазе в Форте Уорте в Техасе. Ключом к обнаружению оператора была история, часто повторявшаяся Сантилли, о том, что он впервые встретился с ним во время своих поездок по Америке в поисках редких пленок со съемками выступлений Элвиса Пресли. Репортер ТФ-1 Николь Мейлард сумел найти человека, от которого Сантилли получил пленку. Его звали не Джек Барнетт, а Билл Рэндл. Рэндл был диск-жокеем из Кливленда (штат Огайо), он дал Сантилли пленку с выступлениями Пресли, ту самую пленку, которую Сантилли, по его словам, получил от оператора. На самом деле покупка состоялась в офисе Рэндла 4 июля 1992 года в присутствии Гэри Шёфилда, который в то время работал для компании «Полиграм», но потом присоединился к компании Сантилли и стал участвовать в продаже и распространении фильма о вскрытии. Фильм, права на который приобрели Сантилли и компания «Полиграм», был первым киносвидетельством выступления Элвиса Пресли на сцене и представлял собой часть более крупного документального фильма, сделанного совместно Рэндлом и киностудией «Юниверсал пикчерз» в 1955 году. Пленка, проданная Сантилли, была довольно короткой, на ней были запечатлены фрагменты двух концертов: дневной концерт в средней школе в Кливленде и вечернее выступление в местной аудитории. Оба выступления происходили в четверг 29 июля 1955 года и в нем участвовали группа «Четыре парня», Билл Хейли, ансамбль «Кометы», Пэт Бун и тогда еще никому не известный Элвис Пресли. Оба представления были сняты частным оператором, который был нанят Рэндлом. Звали этого оператора Джек Барнетт. Это по крайней мере, объясняет происхождение фамилии, которую Сантилли выбрал для своего «оператора». Барнетт, сын эмигрантов из России, родился в США 1 января 1906 года и умер в 1967 году. Он был кинооператором на итальянском фронте во время второй мировой войны, но он не был военным и не служил в американской армии. Получив материал, который, без сомнения, должен был нанести сокрушительный удар по всей версии Сантилли, создатели программы в ТФ-1 собирались выложить эти новые сведения в присутствии Сантилли в ходе беседы с ним ведущего Жака Праделя во время прямого эфира 23 октября 1995 года. Однако, как это бывало и раньше, когда истина не совпадала с его версией событий, после того, как на экране появилось изображение Билла Рэндла, Сантилли остался невозмутимым. Он немедленно начал рассказывать новую версию прикрытия или новую настоящую историю. Он заявил, что чрезвычайно рад тому, что телевизионщики разыскали Билла Рэндла, и затем начал рассказывать о том, что человек, у которого он купил пленку, не был оператором, но что он встретил настоящего оператора позже, после того, как он купил запись концерта Пресли, летом 1992 года (хотя ранее Сантилли говорил, что приобрел пленку в 1993 году). К сожалению, шоу приближалось к концу, а перед его заключением дали прослушать пленку с голосом скрытного Фолькера Шпильберга, и в это время было заметно, что Сантилли явно не по себе. Если рассказ о Пресли неправдив, то Сантилли мог объяснить, что он решил им воспользоваться для того, чтобы скрыть свой источник, поскольку дал заверения в том, что не допустит раскрытия его анонимности. (Эти обещания, по словам Сантилли, были частью сделки. Именно поэтому Сантилли смог «купить» доверие оператора и убедить его расстаться с пленкой. Правда, решению этой задачи помогла передача значительной суммы долларов.) Стоит отметить, что опыт многих разговоров с Сантилли свидетельствует о том, что он умеет произвести впечатление человека, которому можно доверять. У него всегда находятся самые убедительные аргументы для того, чтобы объяснить любые возникающие противоречия. Действительно, очень трудно назвать какое-либо заявление преднамеренной ложью; скорее, приходиться говорить о полуправде или неточности, которые являются следствием столь благородных порывов, что это не кажется умышленным обманом. Например, когда Сантилли почувствовал, что я все больше сомневаюсь в подлинности его пленки о «пришельце», он изобразил боль и смятение по поводу того, что я ему не верю, и, казалось, он был искренне удивлен. Если была какая-то правда в истории о происхождении оператора, то одна группа людей могла знать об этом. Речь идет о его современниках — профессиональных операторах ВВС. В 1996 году в ходе своего исследования «пленки Сантилли» Кентом Джеффери были найдены три оставшихся в живых военных оператора. Джо Лонго является президентом Международной ассоциации «Боевая камера», объединившей несколько сотен бывших операторов, участвовавших в боевых действиях во всем мире. Он был военным кинооператором ВВС на тихоокеанском театре военных действий в годы второй мировой войны, а затем во время Корейского конфликта в 1950-х годах. Демобилизовавшись, он поступил на работу оператором на горную наблюдательную станцию ВВС в Южной Калифорнии. В его обязанности входило выполнение заданий по закрытым исследовательским проектам Комиссии по атомной энергии, а также по проекту Х-15. В начале 1960-х годов он заснял знаменитую сцену: самолет Х-15, пилотируемый летчиком-испытателем Скоттом Кроссфилдом, был выброшен катапультой из корпуса бомбардировщика Б-52, а затем, после ввода в действие его реактивного двигателя, устремился в космос — на девяносто километров над поверхностью Земли. У Билла Гибсона необычная биография: он прослужил в качестве военного оператора во всех трех родах войск. В апреле 1942 года он заснял старт шестнадцати самолетов Б-25, совершивших знаменитый «рейд Дулитл», в ходе которого бомбили Токио. Кадры, запечатлевшие, как тяжело груженые бомбардировщики отрываются от палубы авианосца «Хорнет» и с трудом набирают высоту, стали одними из самых знаменитых в документальном кино второй мировой войны. Много лет спустя он стал свидетелем другого знаменитого старта — запуска «Аполлона-11», отправившегося к Луне. Вскоре после «рейда Дулитл» «Хорнет» был торпедирован, и Гибсон вместе с остальными уцелевшими был спасен американским военно-морским судном «Хьюз». После войны Гибсон фотографировал запуски американцами ракет «Фау-2» на полигоне Уайт Сэндс, а также запуски воздушных шаров и операции по сбору упавших шаров в ходе осуществления проекта «Могол». В конце 1940-х годов он принял участие в двух исследованиях ВВС, связанных с НЛО: проектах «Градж» и «Твинкл». В качестве, консультанта НАСА в конце 1960-х годов он конструировал кинокамеру, которая запечатлела первые шаги человека на Луне. Однако и это не исчерпывает его славную деятельность, В течение восьми месяцев Гибсон был приписан в Белому дому и снимал на пленку президента Трумэна. Гибсон снимал также Франклина Рузвельта, Рональда Рейгана, Джорджа Буша, Уинстона Черчилля, Альберта Швейцера и Вернера фон Брауна. С каждым из них он установил близкие дружеские отношения. Третий член этого выдающегося триумвирата — подполковник Дэниел А. Макговерн, который служил во время второй мировой войны в Восьмой дивизии ВВС на европейском театре военных действий. Будучи кинооператором, он на борту бомбардировщиков Б-17 выполнял опасные задания над территорией Германии. Он отснял значительную часть пленок, которые были использованы для создания знаменитого документального фильма времен второй мировой войны «Мемфис Белли». Однажды во время боевого вылета зенитный снаряд пробил Б-17 там, где был его пост, который он буквально за несколько мгновений до этого покинул. Другой раз он сумел уцелеть после того, как сильно поврежденный немецкими зенитками самолет перевернулся во время приземления в Южной Англии. После капитуляции Японии в августе 1945 года Макговерн был первым американским оператором, который заснял ужасные разрушения в Хиросиме и Нагасаки. Через четыре недели после того, как были сброшены бомбы, он отснял несколько тысяч метров 16-миллиметровой цветной пленки в этих двух городах. Вскоре фильм был засекречен, и даже теперь большая его часть не показана. Как и Билл Гибсон, Макговерн в конце 1940-х годов также работал над выполнением проектов «Градж» и «Твинкл» и отвечал за фото— и киносъемки во время проведения операций по этим проектам. В 1947 году все чаще стали поступать сообщения об НЛО от людей, внушавших доверие, в том числе от летчиков и военных служащих. Эти сообщения поступали с мест, находившихся неподалеку от некоторых из наиболее секретных и уязвимых объектов, включая авиабазу Киркленд и полигон Уайт Сэндс. Власти были этим так озабочены, что поручили ВВС заснять на пленку НЛО, осуществляющий «шпионский» полет над засекреченным объектом. На земле и на борту реактивных самолетов были установлены специальные камеры. Хотя нет никаких официальных записей о фильмах, посвященных этим таинственным предметам, но сведения о нескольких наблюдениях в последующем стали достоянием гласности в соответствии с Законом о свободе информации. Среди наблюдателей, внушающих доверие, был и сам Макговерн. В его сообщении сказано, что «объекты появились из-за горизонта на высокой скорости. Они летели под углом 45 градусов и на высоте около 20-25 тысячи метров, меняя направление полета от вертикального до горизонтального. Затем от НЛО возник яркий свет, и они исчезли в небе». Макговерн продолжал заниматься «специализированной фотографией» на протяжении всей своей двадцатилетней военной карьеры. Демобилизовался он с авиабазы Ванденберг (штат Калифорния), где был командиром фотоэскадрильи. Уйдя в отставку, он стал главным гражданским начальником фотоотдела ВВС в испытательном центре на авиабазе Эдварде в Калифорнии. Так как они все служили в рядах одного и того же рода войск, Лонго, Гибсона и Макговерна, естественно, заинтриговало появление как пленки с изображением «вскрытия пришельца», так и утверждения о том, что ее отснял человек, который, скорее всего, был известен одному из них или всем им. Он должен быть им известен если уж не лично, то, по крайней мере, как специалист, и не исключено, что он сопровождал одного из них при выполнении заданий. Разумеется, все они были прекрасно знакомы с военной дисциплиной и бюрократическими правилами, которые следовало соблюдать при съемке любого засекреченного события. С началом холодной войны почти все подлежало кассификации и засекречиванию в той или иной степени. Фактически же военные считали, что все может представлять интерес для шпионов, поэтому то, что было записано или запротоколировано, запечатлено на фото— или кинопленку, автоматически засекречивалось. Три ветерана согласились рассмотреть вопрос о том, есть ли доказательства, подтверждающие утверждения «оператора» Сантилли. Они изучали пленку, на которой изображена процедура вскрытия, и фотокопии наклеек с коробок для кинопленок, которые достал Сантилли и предоставил в распоряжение французской телекомпании ТФ-1. Все трое единодушно указали на противоречия как в рассказе, так и в наклейках. Соответствующие военные порядки того "времени распространялись на все задания, а поэтому должны были соблюдаться и оператором, который осуществлял съемку «вскрытия пришельца». По мнению этих специалистов, тут концы с концами не сходятся. Относительно утверждения, что оператор находился в Вашингтоне (округ Колумбия) и вылетел оттуда 1 июня 1947 года в Росуэлл (штат Нью-Мексико), они заметили, что квалифицированные кинооператоры, имевшие допуск к «совершенно секретным» объектам, имелись во всей стране, включая Нью-Мексико. Можно было немедленно направить фотографов и кинооператоров на место действия из таких близлежащих военных объектов, как Аламогордо или Росуэлл, а не из Вашингтона. Поскольку речь шла, возможно, о самом серьезном вторжении в воздушное пространство США, которое когда-либо имело место, то из этого следовало, что главным фактором была быстрота действий, и высшее командование позаботилось бы о том, чтобы доставить операторов на место событий как можно скорее. Оператор Сантилли уверял, что он проявлял пленку сам и что власти в Вашингтоне не забрали ролики с пленкой. Военные ветераны отвергли это утверждение, как сущую чушь. Во время осуществления проектов особой секретности кинооператор ни при каких обстоятельствах не проявлял сам пленку. Более того, военные правила требовали, чтобы кинооператор отчитался за всю пленку, и не просто за каждый ролик, а за каждый кадр в каждом ролике. Для этого измерялась длина пленки каждого ролика вручную (и из нее выводилось число кадров) или же с помощью специального устройства — кадрометра. Человек, которого цитировал Сантилли, утверждал, что происходило три вскрытия. Из содержания пленки ясно, что он отснял большую часть одного вскрытия. Уже только этого достаточно, чтобы представить себе, насколько неправдоподобно, что те, кто отвечали за проведение операции, упустили такую большую часть фильма. В 1947 году военные использовали три типа пленки: 16— миллиметровую цветную, 35-миллиметровую черно-белую и 16-миллиметровую черно-белую. Для осуществления особых и важных проектов — нет сомнения, что вскрытие и сцена на месте крушения были бы засекреченными — использовалась бы 16-миллиметровая цветная пленка. Однако оператор Сантилли использовал 16-миллиметровую черно-белую пленку. Более того, по мнению Макговерна, который сам не раз снимал сцены вскрытия, все медицинские процедуры автоматически записывались на цветной пленке. Он также указал на то, что для осуществления важных медицинских процедур применялись две камеры и каждая из них находилась в зафиксированном положении. Первую камеру ставили на треножник, который мог подниматься, чтобы дать оператору дополнительный обзор. Треножник устанавливался возле операционного стола. Вторую камеру закрепляли на потолке над операционным столом, чтобы получить «вид сверху». Пленка Сантилли снята одной камерой. Все три эксперта также обратили внимание на то, что кинооператора всегда сопровождал фотограф и они работали вместе единой командой. Во время вскрытия каждый шаг в осуществлении процедуры снимался фотографом, который неизбежно появлялся в кадре фильма, снимаемого кинооператором. (Врачи, смотревшие пленку Сантилли, также заметили, что, конечно, должен был бы снимать операцию и фотограф.) В фильме Сантилли о вскрытии нет никаких признаков присутствия фотографа или фотографирования. Но если, как утверждает оператор, было три вскрытия, то, конечно, при этом должен был присутствовать фотограф. Даже при самых жестких мерах по обеспечению безопасности фотоаппарат применялся бы: им бы пользовался либо кинооператор, либо один из врачей. Учитывая уникальный и чрезвычайный характер происходившего и бесценные возможности, которые они открывали для медицинской науки и биологии, невероятно, чтобы такая процедура была проведена без попытки получить полную и всеобъемлющую запись всего, что было открыто в ходе вскрытия (или вскрытий). По мнению ветеранов документального кино, сама техника съемки, которую применял оператор Сантилли, не соответствовала правилам и методам, которые были предписаны военными в то время. Лонго, Гибсон и Макговерн прекрасно знают эти правила: все трое были опытными военными операторами в эти годы. Они согласны, что качество операторской работы в фильме настолько низкое, что не соответствует самым элементарным требованиям, которые были определены военными правилами. «Если бы, кто-нибудь в моем подразделении снял бы так фильм, то его бы быстро отослали на кухню скрести горшки!» — сказал Лонго. Судя по наклейке от коробки для хранения пленок, которую представил Сантилли, использованная пленка была кодаковской высокоскоростной, супер XX, панхроматической, безопасной. Три оператора согласились, что применение такой пленки в камере «Белл энд Хауэлл» модели 70 должно было позволить снять сцену так, чтобы была видна каждая деталь. Даже при самом посредственном освещении объекта съемки качество изображения было бы гораздо лучше, чем то, которое было в настоящем фильме. Операторы полагают, что качество изображения было бы «отличным». Они подсчитали, что с такой пленкой и такой камерой, если поставить фокус на восемь метров, а диафрагму на f8, и при нормальном комнатном свете все, находящееся от камеры на расстоянии от 45 сантиметров и более, должно было оказаться в фокусе. Но этого не произошло. Макговерн пришел к выводу о том, что «снималось умышленно вне фокуса, чтобы нельзя было разглядеть ни одной детали ни у одного предмета». Три оператора также обратили внимание на несообразности в наклейках на коробках для пленок. Например, на наклейке стоит печать, на которой был виден орел, что, очевидно, должно было означать принадлежность к официальному миру. Однако никто из операторов прежде никогда не видел подобной печати. Из собственного опыта они знают, что из тысяч коробок, заказанных военными у фирмы «Кодак», ни на одной из них не было печати. На одной из наклеек Сантилли написано: «Ролик N52; Трумэн; 85 Фильтр 2/3 Стоп; Светосила X 2 стоп-возможно». Вывод экспертов гласил, что отметка «85 Фильтр» использовалась лишь для обозначения цветных фильмов. Отметка «2/3 Стоп» означает количество света, которое будет поглощено фильтром. Отметка «Светосила X 2 стоп-возможно» показывает, какое количество дополнительного времени для проявления потребуется, чтобы компенсировать нехватку освещенности, вызванную применением фильтра. По сути, это предписание для того, чтобы не дать достаточной освещенности во время съемки, а затем передержать при проявлении в лаборатории — такие действия увеличат зернистость в изображении и приведут к тому, что изображение будет не в фокусе. Все вышеприведенное, а также явно невероятное содержание фильма убедило операторов в том, что пленка является фальшивкой. Правда, Макговерн готов многому поверить, если Сантилли даст больше информации о личности оператора. Если бы были известны имя и фамилия этого человека, а также его воинский номер, то было бы легко установить, где он служил, обратившись в архив ВВС в СентЛуисе (штат Миссури). Макговерн, имеющий высший доступ к секретным материалам, даже пообещал сохранить полученную им информацию в секрете; единственное, что он сообщит, являются ли данные о воинской службе оператора подлинными или нет. Кроме того, Макговерн поставил единственное условие — чтобы оператор поговорил с ним по телефону в течение пятнадцати минут. Тогда Макговерн смог бы проверить его утверждения и, опираясь на свои знания о личном составе и положении в армии, он смог бы установить, является ли тот обманщиком или нет. У двоих людей могло быть немало общего. Дело в том, что в июне 1947 года подполковник Дэн Макговерн также находился в Вашингтоне, там же, где и упомянутый оператор, которому было приказано выполнить таинственное задание в пустыне Нью-Мексико. Зная Сантилли, я живо могу себе представить его ответы, которые он предложил бы на высказывания бывших военных операторов. Их замечания по поводу наклеек он парировал бы каким-нибудь заявлением о том, что они были переданы ему в таком виде. Если же пометки или отдельные их детали сделаны неверно, то виноват человек, который их передал ему, но он, Сантилли, не пытался кого-либо обманывать. Что же касается качества самого фильма, то Сантилли уже объяснял это тем, что оператор был вынужден производить съемку в защитном костюме. Из-за этого ему было невыносимо жарко, а маленькое пластмассовое отверстие, сквозь которое он смотрел, быстро запотевало, и это мешало ему как следует пользоваться видоискателем. Отсутствие фоторепортера он, возможно, объяснил бы тем, что на процедуру вскрытия было допущено ограниченное число лиц для сохранения секретности. Возможно, сказал бы, что фотографии снимались отдельно и никогда не были обнародованы, как и весь фильм. Нет сомнения в том, что оператор мог заявить, что участвовал в выполнении какого-либо одного из самых секретных заданий в то время, поэтому он носил вымышленную фамилию и использовал придуманную биографию, даже когда он служил в ВВС. Более того, он мог бы в дальнейшем утверждать, что причина, по которой именно его послали в Росуэлл, а не оператора с ближайшей военной базы, состояла в том, что генерал Макаллан и его начальники очень доверяли ему, считали, что он сможет хранить тайну о своей миссии при любых обстоятельствах. Чем больше думаешь об этом, тем легче сочинить набор лживых ответов, которые тем не менее довольно трудно опровергнуть. Кинопленка о вскрытии и документы МДж-12 в настоящее время обитают в серой нейтральной полосе, застряв где-то между правдой, вымыслом, стремлением выдать желаемое за действительность и хитро задуманным обманом. 14. Если какое-либо правительственное учреждение могло знать правду о Росуэлле, то таким учреждением было Центральное разведывательное управление. Хотя в настоящее время оно утверждает, что не проявляет никакого интереса к этому предмету, как и другие разведывательные и военные учреждения правительства, оно активно участвовало в рассмотрении и расследовании этого явления с конца 1940-х годов. В книге «Выше сверхсекретного» Тимоти Гуд всесторонне и исчерпывающе описывает участие различных учреждений в этом деле, поэтому ее можно порекомендовать читателям, заинтересовавшимся данной темой. Хотя для последующих книг Гуда характерно легковерие и явное тяготение к крайним теориям заговора, авторы которых утверждают, что существует секретное соглашение между пришельцами и правительством США, книга «Выше сверхсекретного» является в большей части трезвым и подкрепленным фактами исследованием. В ней справедливо указано, что Бюро научной разведки (ОСИ) являлось отделом ЦРУ, в котором велась наиболее активная, работа по изучению НЛО. Этот отдел изучал, в частности, «зеленые огненные шары», которые были замечены над различными военными объектами в Нью-Мексико. Эти наблюдения привели к появлению проекта «Твинкл», который не дал никаких результатов. Случай, который вызвал тревогу в недавно созданном тайном разведывательном управлении, был связан со вторжением в Вашингтон флотилии летающих тарелок в 1952 году. Первые из этих летающих тарелок были замечены на борту самолета ДС-4 компании «Панамерикэн эйруэйз», летевшего 14 июля 1952 года по маршруту Сан-Хуан — Нью-Йорк и пилотируемого Уильмом Нэшем и У.Х. Фортенберри. В 9 часов 12 минут вечера в окрестностях авиабазы Лэнгли в Виргинии на высоте двух километров ниже самолета возникли шесть сверкающих дисков, которые приближались с фантастической скоростью. Объекты были диаметром в тридцать метров и летели строем. Ведущий диск, очевидно, увидев ДС-4, быстро сбавил скорость, потом два диска какое-то время «покачивались из стороны в сторону», а затем все шесть НЛО «повернулись на край», и пилоты смогли оценить толщину их корпуса: оказалось, она составляла примерно пять метров. Затем объекты быстро двинулись прочь, снова выстроились в строй, а странное сияние вокруг них усилилось, когда они совершали этот маневр. Затем два диска появились Под корпусом ДС-4. Они ярко засверкали, когда присоединились к шести дискам, летевшим впереди. Вдруг все диски потускнели, потом снова засверкали, когда восемь объектов выстроились в линию. Наконец, диски поднялись на большую высоту и исчезли со скоростью, которая, по оценке пилотов, составляла 350 километров в минуту, то есть более 20 тысяч километров в час. Когда самолет приземлился в Майами, экипаж был допрошен представителями Бюро особых расследований ВВС. Через пять дней целые флотилии летающих тарелок были замечены над Вашингтоном (округ Колумбия) несколькими пилотами коммерческих и военных самолетов. Эти объекты были зафиксированы на радиолокационном устройстве авиабазы Эндрюс, а также в контрольном центре воздушного движения Национального аэропорта Вашингтона в нескольких километрах от Белого дома. Было замечено, что объекты парили, летали со сравнительно небольшой скоростью в 180-230 километров в час, а затем разгонялись, набирая фантастическую скорость. Через неделю, в ночь на 26 июля, произошло еще одно вторжение в воздушное пространство над Вашингтоном. НЛО были засечены радарами Национального аэропорта и авиабазы Эндрюс. Служащие Управления гражданской авиации утверждали, что показания радара свидетельствовали о том, что «предметы были в целом твердыми», а инспектор этого Управления сообщил о «пяти объектах, которые излучали слабый блеск, от оранжевого до белого, на высоте около 700 метров». Некоторые пилоты коммерческих линий сообщили, что они замечали блики, похожие то на «огонек сигареты» (красно-желтые), то на «свет». Реактивные самолеты Ф-94 были подняты по тревоге, чтобы перехватить НЛО, но успеха они не добились. Судя по показаниям радиолокаторов, один пилот провел свой самолет сквозь блики на приборе. Другой пилот сообщил, что увидел четыре огня, а затем один, но не смог «сблизиться с ним». Сообщили про лейтенанта ВВС, который увидел «семь твердых целей». Справившись о состоянии, погоды, он узнал, что имеет место небольшая температурная инверсия, но недостаточная для того, чтобы вызывать миражи и менять показания радара. В официальном сообщении ВВС говорилось о том, что "большинство показаний было о «твердых предметах»… никогда их не появлялось так много, в течение столь долгого периода времени, и никогда эти объекты не были видны так отчетливо, как в ночь с 26 на 27 июля 1952 года. Об этом чрезвычайном происшествии сообщили газеты во всем мире. Ажиотаж в то время можно сравнить с тем, который возник вокруг события в Росуэлле. ВВС быстро и бестолково провели пресс-конференцию, на которой все события объяснили «температурной инверсией». Это климатическое явление может вызывать нарушения в работе радиолокатора, в результате которых на экране возникают неверные показания. Однако этим явлением трудно объяснить странные наблюдения последних двух ночей. К. тому же аналитики из разведки ВВС не поддержали официальную точку зрения. В письме ФБР, написанном через несколько дней после этих событий, приводились слова начальника отдела текущих разведывательных данных из разведки ВВС Бойда, который «предположил, что замеченные объекты, возможно, прибыли с других планет… но в настоящее время нет никаких оснований для того, чтобы подтвердить эту версию. Тем не менее эту возможность отрицать нельзя». Разумеется, такая возможность отрицалась бы, если бы в ВВС верили собственным объяснениям о «температурной инверсии». Истерические настроения охватили огромные массы людей и были на грани перерастания в панику, поэтому ЦРУ решило провести свое собственное расследование. Через три месяца после появления НЛО над Вашингтоном помощник директора отдела научной разведки ЦРУ Маршалл Чэдуелл направил директору ЦРУ письмо на четырех страницах. В нем он выразил озабоченность тем, что ВВС является единственной государственной службой, которая занимается расследованием тайны НЛО. Ссылаясь на сведения ВВС, Чэдуелл писал: «С 1947 года командование технической разведки ВВС получило примерно 1500 официальных сообщений о появлениях объектов… Только в 1952 году количество официальных сообщений достигло 250. Из этих 1500 сообщений, по оценке ВВС, 20 процентов составляют необъясненные, а из тех, что были получены с января по июль 1952 года, на необъясненные приходится около 28 процентов… Озабоченность населения этим явлением показывает, что значительная часть народа интеллектуально не подготовлена к восприятию невероятного. В связи с этим существует опасность возникновения массовой истерии и паники… Для того, чтобы свести к минимуму риск паники, следует разработать общенациональную политику в отношении того, что следует сообщать обществу по поводу этого явления… Я считаю, что эта проблема таких масштабов, что она должна стать предметом обсуждения Национального Совета Безопасности. Цель такого обсуждения состоит в том, чтобы предпринять координированные усилия в масштабах всего общества». Другие документы свидетельствуют о том, что ЦРУ было также обеспокоено тем, что если его интерес к этой проблеме станет известен широкой публике, то это лишь подогреет подозрения о том, что правительство что-то скрывает. Тогда «в общественном сознании проблема станет еще более серьезной, чем она уже есть». ЦРУ, как ФБР и разведка ВВС до него, также исходило из того, что «летающие тарелки» могут являться каким-то секретным государственным проектом США, но оно пришло к выводу, что это невозможно: «Это было официально опровергнуто на самом высоком правительственном уровне, а для верности мы запросили председателя научно-исследовательского и технологического правления доктора Уитмэна. На уровне „Совершенно секретно“ он отрицал такую возможность». ЦРУ также отвергло версию о том, что НЛО являются каким-то секретным советским оружием, но считало, что США придется принимать меры для обороны от возможного нападения СССР. Кроме того, ЦРУ было озабочено возможностью использовать это загадочное явление в психологической войне. Приняв во внимание, что существуют влиятельные группы гражданских активистов, которые проявляют усиленный интерес к «летающим тарелкам», ЦРУ заявило, что «должно следить за любыми признаками попыток русских воспользоваться нынешним легковерием американцев». «В настоящее время еще большую опасность представляет собой вторая угроза. Нет сомнения в том, что наша система воздушного оповещения будет всегда зависеть от сочетания радиолокационного и визуального наблюдения. Мы считаем, что Россия способна нанести по нам удар с воздуха. Однако в настоящее время мы имеем дело с десятками официальных и большим количеством неофициальных наблюдений неопознанных объектов. В случае нападения, каким образом мы сразу же сумеем отличить твердое тело от призрачного? Ответ можно найти, лишь получив гораздо больше сведений о причинах этих явлений… До тех пор, пока мы это не узнаем, мы рискуем испытывать ложную тревогу или, что еще опаснее, воспринимать реальное как ложное». Итак, возникла весьма реальная угроза того, что НЛО может стать причиной ядерного удара. Эта угроза признавалась официальными властями, хотя это признание хра-. нилось в тайне. 2 декабря Чадуелл направил другое письмо директору ЦРУ вскоре после брифинга, проведенного ВВС. В письме говорилось, что «сообщения о происшествиях убеждают нас в том, что происходит нечто такое, что требует от нас немедленного внимания… Результаты наблюдений за неопознанными предметами на большой высоте вблизи от главных оборонительных объектов США не позволяют объяснить их естественными причинами или появлением известных видов воздушного транспорта». ЦРУ собрало группу ученых (впоследствии получившую название «Круглый стол Робертсона») на секретное совещание в Пентагоне, которое длилось с 14 по 17 января 1953 года. Доклад круглого стола не был рассекречен до 1975 года, и существуют подозрения, что его полный текст никогда не публиковался. Председателем научного консультативного круглого стола был доктор Х.П. Робертсон, физик и специалист по современному оружию. Участником круглого стола был и Фредерик С. Дюрант, специалист в области ракетостроения. В настоящее время он жив. Я с ним встретился в Вашингтоне, записал его воспоминания об участии ЦРУ в исследовании НЛО, надеясь, что он прольет свет на происшествие в Росуэлле. «В ту пору я работал инженером в Американском ракетном обществе. Я интересовался возможностью использования ракет для запуска спутника, — вспоминал Дюрант, худой, аскетического вида человек, сохранивший живость и активность, несмотря на преклонный возраст. — Меня пригласили в качестве консультанта Центрального разведывательного управления для проведения исследования по НЛО. В 1952 году было сделано много наблюдений, которые командование технической разведки ВВС, осуществлявшее проект „Голубая книга“, не сумело объяснить». Дюрант рассказал, что круглый стол Робертсона был очень интересным мероприятием, в котором приняли участие самые выдающиеся ученые США. Здесь соединились знания и опыт в самых разных областях: ядерной физики, радиолокационной технологии, астрономии, а также ракетостроении. Дюрант особо подчеркнул значение политической обстановки в начале 1950-х годов: «Холодная война с Советским Союзом приняла особенно острый характер, — вспоминал он. — Центральное разведывательное управление тогда более всего беспокоили военные аспекты НЛО». Если американские средства обороны не могли определить природу огней в небе и не могли их отличить от радиолокационного эха атакующих бомбардировщиков, летящих из Советского Союза через Северный полюс, то это означало, что возникла серьезная опасность того, что нападение не будет во время отражено, или, что еще хуже — возникнет ложная тревога. Кроме того, «большое значение придавалось аспектам психологической войны. Наконец, обращалось внимание на опасность вывода из строя телефонной связи. Во время так называемого „хлопка НЛО“ 1952 года все телефонные линии Вашингтона были полностью выведены из строя. У всех телефоны оказались „заняты“, и с точки зрения национальной безопасности это вызвало серьезную озабоченность». Эти проблемы предполагалось решить на совещании, созванном ЦРУ. «Первое заседание состоялось в январе, — вспоминал Дюрант. — Совещание продолжалось всего четыре дня, но программа его была очень насыщенной. Круглый стол собирался в помещении ЦРУ. Не знаю, почему, — ведь я был самым младшим среди участников, — но мне поручили подготовить обобщающий доклад, который стал впоследствии известен как доклад круглого стола Робертсона. Доклад занял сорок страниц, в нем были перечислены все наиболее интересные наблюдения, которые смог собрать капитан Эдуард Руппелт, возглавлявший программу технической разведки ВВС „Голубая книга“, а также те две дюжины случаев, которые были выбраны из семидесяти пяти сообщений и внимательнейшим образом изучены участниками круглого стола. Я хорошо помню первые слова, которые произнес доктор Альварез (эксперт круглого стола по радиолокации): „Но здесь нет никаких данных. Нет никаких научных данных. Здесь нет ничего, что можно было бы измерить; всё это — лишь личные впечатления. У нас нет основы, с которой мы могли бы начать работу“. Интересно, что тогда были известны лишь два добротных фильма, подвященных НЛО, которые были сняты на 16-миллиметровой пленке. Один из них был посвящен наблюдению у Три Мартин в штате Юта, другой — наблюдению у Грейт Фоллз в штате Монтана. Эти фильмы были показаны несколько раз. Ко всеобщему удивлению, летающие тарелки в штате Юта оказались высоко летящими птицами. В это было трудно поверить, но нам показали фотографии чаек под определенным углом — это были белые блики в небе, и их принимали за летающие тарелки. В другом фильме, снятом в Грейт Фоллс, в штате Монтана, можно было видеть два огня, движущихся рядом друг с другом. Но мне, бывшему летчику, они показались двумя самолетами, которые идут на посадку. Позже было установлено, что это и были два самолета». Критики круглого стола Робертсона утверждали, что его участники стремились подвергнуть сомнению реальность летающих тарелок и даже не попытались рассмотреть многие необъясненные случаи, «невероятные происшествия, которые были увидены людьми, заслуживавшими доверия». Возможно, круглый стол Робертсона и не имел в своем распоряжении научных данных, но очевидно, что его участники были настроены весьма скептически и этот предмет уже начал вызывать насмешки среди наиболее твердолобых военных и ученых. (Многие сторонники НЛО утверждают, что само мероприятие представляло собой умышленную попытку ЦРУ отрицать реальность летающих тарелок, потому что Управление знало о том, что на самом деле происходит.) По словам Дюранта, участники круглого стола были обеспокоены массовыми появлениями летающих объектов над Вашингтоном и теми последствиями, которые они имели для средств связи и национальной безопасности. Одной из главных проблем, обсуждавшихся за круглым столом Робертсона, стал «высокий уровень шума, как выразился Ллойд Беркнер… то есть панические настроения, которые могли нанести серьезный вред разведывательной системе ВВС. Если же НЛО дискредитировать в глазах общественности, то, возможно, удастся остановить появление ложных или плохо обоснованных сообщений по каналам разведки». Дюрант вспоминал, что также рассматривались сообщения о появлении НЛО над атомными и другими секретными объектами. Эти сообщения расследовались ранее ФБР и ВВС. Участники же круглого стола не уделили им большого внимания, так как исходили из того, что на таких объектах люди склонны проявлять повышенную бдительность. Как и его ученые коллеги, участвовавшие в заседаниях круглого стола, организованного ЦРУ, Дюрант разделял скептицизм по отношению к этому явлению. Он и сегодня не верит в них. «По-моему, даже по прошествии почти сорока лет, у меня нет оснований изменить мое мнение о том, что эти огни в небе лишь неверно истолкованные признаки известных природных явлений. Как бы я ни желал поверить, что нас посетили крохотные внеземные существа, не было обнаружено никаких материальных свидетельств, подтверждающих это. Нет никаких материальных свидетельств, которые Академия наук могла бы рассмотреть и дать заключение о том, что они являются изделиями, созданными разумом. Единственные свидетельства, которые мы имеем, это, конечно, метеориты, огненные шары и астрономические явления. Но, что касается инопланетян, я не считаю, что они нас посещали. Я бы сказал так: я верю, что в космосе существует жизнь, разумная жизнь, более разумная, чем на нашей планете. Я верю, что когда-нибудь в будущем нас посетят. Но, насколько я знаю, до сих пор нет никаких свидетельств того, что это имело место. Я говорю как .прагматик, как инженер. Я люблю факты, а здесь нет ни одного фактического свидетельства о реальных посетителях и, конечно, ни одного обнаруженного маленького внеземного человечка». Слова Дюранта не следует игнорировать, особенно потому, что он признает реальную возможность существования жизни за пределами Земли. Меня заинтересовало, почему он так считает, и он мне объяснил: «Я объяснял своим студентом в Смитсоньевском институте так: „Выйдите из дому ночью на улицу и взгляните на темное небо. Вы увидите звезды. Их миллиарды. Это миллиарды солнечных систем, размером с нашу. Можно полагать, что вокруг этих звезд или солнц сформировались планеты. Если они находятся на подходящем расстоянии от солнца, так что там не слишком холодно и не слишком тепло, то можно допустить, что там развилась жизнь, как и на нашей планете“. Я не могу согласиться, что мы одиноки во Вселенной. Возможно, мы одиноки в нашем созвездии, но я думаю, что какая-то жизнь существует и когда-нибудь нас посетят. Пройдет много времени, прежде чем мы сможем покорить межзвездные расстояния, но я верю в СЕТИ, программу поиска внеземного разума». Дюрант отвергает версию генерала Туайнинга, изложенную им в письме командующему ВВС, о том, что это явление представляет собой «нечто реальное». «Очень многие люди ошибались, и очень много людей были сбиты с толку в прошедшие десятилетия, — смеется бывший эксперт ЦРУ по летающим тарелкам. — Я еще должен сказать по поводу этой идеи о том, что внутри правительства существует заговор с целью не публиковать документы. Эти люди уверяют, что „мы все знаем“, что „материалы хранятся в Дейтоне, Огайо или еще где-то…“ Но это просто смешно! Всякий, кто поработал в правительстве, как я, знает о том, что сохранить секрет, находясь в правительственном аппарате, невозможно в течение двух недель или двух месяцев! Информация утекает! Сохранить секреты невозможно». Я обратил внимание Дюранта на то, что некоторые сведения удавалось хранить в секрете. Например, об опытах над людьми, в ходе которых проверялось воздействие радиации на человеческий организм, узнали лишь недавно. С этим он согласился, но, что касается заговора, Дюрант убежден: заговор с целью скрыть существование НЛО было бы невозможно вечно поддерживать. Стоит поразмыслить о том, можно ли сохранять секрет такого космического значения. Существуют веские аргументы в пользу противоположных точек зрения, которые взаимно исключают друг друга. С одной стороны, очевидно, что некоторые тайны сохранялись в прошлом; ясно и то, что многие секретные эксперименты и разведывательные операции проводятся во имя народа каждый день недели, хотя мы понятия о них не имеем. С другой стороны, возникает вопрос: можно ли было в течение пятидесяти лет сохранять все время секрет, потрясающий основы основ мира? Ответ очевиден: с большим трудом. Давайте представим себе, что происшествие в Росуэлле на самом деле имело место, что оно было скрыто от глаз общественности и, наконец, выплыло наружу. В этом случае одни утверждали бы, что секрет сохранился, а другие заявляли бы, что секрет был открыт исследователями НЛО и такими документами, как МДж-12, вне зависимости от того, являются ли они подлинными или нет. Естественная склонность людей не верить правительству и доверять теориям заговоров позволяет им поворачивать одни и те же аргументы в ту или иную сторону. Что же касается круглого стола Робертсона, то, по заявлению Дюранта, там даже не рассматривалось происшествие в Росуэлле. Он убежден, что в этом случае из мухи сделали слона, что с самого начала в пресс-релизе была допущена ошибка, которая была раздута в газетных публикациях. Что же касается людей, которые поклялись, что события имели место, то выдающийся ученый только смеется в ответ: «Они или ошибаются, или их обманули, или они врут. Вот все, что я могу сказать». Но, может быть, происшествие в Росуэлле скрыли от круглого стола Робертсона? Дюрант отвергает такое предположение. «Это произошло за пять лет до круглого стола. За это время количество сообщений о полетах намного возросло. Разведчики, военные разведчики и просто военные собирали самую лучшую информацию. Я верю, что мы собрали все разведывательные данные, в том числе те, что были в распоряжении Белого дома и Национального Совета Безопасности. Поверьте мне, что скрыть, например, существование этих двух органов власти, невозможно. Представьте себе, что кто-нибудь стал бы говорить: „А существуют ли эти два органа власти? А не спрятали ли их? А может быть, они сгорели или их закопали? Где они на самом деле? Что с ними произошло? Вам никто об этом не рассказывал? Здесь скрыта тайна!“ Нет, извините, я не могу принять подобные версии. Мне говорят, что я упрямый, но за сорок лет, прошедших со времени этих расследований, я не изменил своих взглядов. Через тридцать лет после первых наблюдений в 1980 году я провел симпозиум в Смитсоньевеком институте. Вместе с Алланом Хайнеком, этим парнем Хендри, сторонником НЛО, Филипом Классом (известный скептик и автор статей еженедельника „Авиейшн уик“. — Прим. автора.) мы посвятили симпозиуму целый день, и это оказалось очень интересно. Я был председательствующим и в конце дня обратился к каждому из ведущих: „Позвольте мне задать вопросы. Верите ли вы, что в Росуэлле были обнаружены пришельцы? Считаете ли вы, что этот или другой подобный случай хранится в тайне от общества?“ И все участники дали отрицательные ответы. И теперь я придерживаюсь того же мнения». Возможно, если бы этот симпозиум состоялся сегодня, то ответ его участников был бы иным. Теперь не только многие граждане Америки рассказывают о том, что их похищали пришельцы и увозили на борт своих кораблей, а затем возвращали их назад домой в деревни, пригородные кварталы и даже в крупные города. Они утверждают, что их не только похищали, но с ними еще проводили ужасные эксперименты. При этом, по словам некоторых женщин, с ними проводились опыты по выведению неких гибридов. Утверждается, что осуществление подобных опытов необходимо для выживания пришельцев, а может быть, и нашего выживания. Об этом много написано. Эта литература представляет собой новое измерение в тайне НЛО и показывает, во что люди готовы верить: нет сомнения в том, что многие похищенные искренне верят тому, что с ними произошло. Хотя среди них всегда могут быть обманщики и любители розыгрышей, большинство из жертв искренне травмированы тем, что, как они утверждают, произошло с ними. Во многих случаях они испытывали смущение и не желали рассказывать истории своих похищений. Прав ли Дюрант или нет, но он отвергает эти сообщения, по крайней мере, как свидетельства внеземных посещений. Что же касается Росуэлла, то он убежден в том, что проект «Могол» является наилучшим объяснением события, и отказывается признать его явлением, относящимся к категории НЛО на том основании, что оно не было даже принято в расчет «Голубой книгой», списком ВВС, в котором перечислены наиболее впечатляющие случаи. Дюрант, который работал вместе с Вернером фон Брауном и написал его биографию для «Британской энциклопедии» и для «Энкарты» СД-Рома Микрософта, считает, что это не могло быть испытанием «Фау-2» или другим каким-нибудь экспериментом с полетом человека на борту снаряда. Что же касается его, что он полагает так: «Доклад круглого стола Робертсона в 1953 году представил ЦРУ вывод о том, что явление НЛО не является реальным. Другими словами, все появления НЛО могут иметь объяснения». 15. Несмотря на очевидную уверенность участников круглого стола Робертсона в своих выводах по поводу НЛО, все американские разведывательные службы и ВВС продолжали не только проявлять активный интерес к этому предмету, но и одновременно старались скрывать свою заинтересованность в этом деле. Очевидно, на восприятие проблемы неопознанных летающих объектах все еще влияли соображения национальной безопасности. В то же время в ВВС существовали лица, которые были убеждены в том, что НЛО не связаны с «прямой угрозой» Соединенным Штатам. Считалось, что большинство наблюдений имеет совершенно невинное объяснение, но до 20,1 процента наблюдений, по оценке ВВС, нельзя было объяснить воздушными шарами, самолетами, птицами или подобными причинами. Поэтому ВВС решили продолжить свои исследования, заявив: «Существуют сообщения, которые нельзя объяснить. Мы считаем, что можно объяснить все, кроме примерно 20 процентов, но если вы примите во внимание разногласия в выводах, то получится, что без всяких сомнений можно опознать лишь около 7 процентов явлений. Учитывая существующую международную обстановку и нынешние достижения науки, ВВС надлежит обладать организационными структурами, позволяющими получать сообщения, оценивать их и определять характер объектов, которые якобы летают над Соединенными Штатами». В этом докладе говорилось, что нет никакой гарантии того, что какая-то другая держава «не могла создать какой-то объект, который не соответствует нынешним представлениям о внешнем виде и летных показателях». Хотя в настоящее время нет свидетельств о наличии какой-либо угрозы обществу, нельзя отрицать возможность такой угрозы в будущем. «Наблюдение за летающими объектами в рамках существующей программы будет продолжено. Даже если с помощью этой системы можно будет получить абсолютно надежное объяснение любого появления летающих объектов, наблюдение будет продолжаться, потому что никогда нельзя узнать, что может произойти в будущем». Автор этого доклада старался обосновать необходимость совершенствования процедуры передачи сообщений. Он также сообщил о том, что в самых различных точках страны установлены кинокамеры, чтобы улучшить качество наблюдений. В то время как ЦРУ было занято тем, чтобы принизить опасность НЛО и посеять сомнения в их существовании, ВВС, по крайней мере до конца 1952 года, все еще открыто рассматривали возможность внеземного объяснения этих явлений. От проекта «Сайн» перешли к проекту «Градж», который, в свою очередь, привел к созданию проекта «Голубая книга». В официальном заявлении, подготовленном ВВС США (архивный номер 95-03) говорилось: "С 1947 по 1969 год ВВС расследовали неопознанные летающие объекты в рамках осуществления проекта «Голубая книга». Штаб этого проекта находился на авиабазе Райт-Паттерсон (штат Огайо). Проект был завершен 17 декабря 1969 года. Из 12618 наблюдений, 701 осталось «неопознанным». Решение прекратить исследование НЛО было принято после изучения доклада, подготовленного в 1969 году Университетом Колорадо, озаглавленного «Научное исследование неопознанных летающих объектов», обзора этого доклада Национальной академией наук, первоначальных исследований, проведенных сторонниками НЛО, а также опыта, накопленного в ВВС по расследованию сообщений о наблюдениях НЛО в 1940-х, 1950-х и 1960-х годах. В заключение ВВС говорилось: "На основе этих расследований и исследований, а также исходя из опыта, накопленного в изучении сообщений о НЛО с 1948 года, руководители проекта «Голубая книга» пришли к выводу: 1) ни один неопознанный летающий объект, которой был предметом сообщений и изучался ВВС, никогда не представлял угрозу для национальной безопасности страны; 2) ВВС не было представлено никаких свидетельств о том, что объекты, отнесенные к категории «неопознанных», представляют собой результаты технологических достижений или научных принципов, находящихся за пределами современной научной мысли; 3) нет никаких свидетельств того, что объекты, которые были сочтены «неопознанными», являются внеземными летательными аппаратами. После завершения проекта «Голубая книга» ничего не произошло такого, что вызвало бы необходимость в том, чтобы ВВС возобновили расследования НЛО. В условиях постоянных сокращений расходов на оборону маловероятно, что ВВС примут участие в таком дорогостоящем проекте в обозримом будущем". В марте 1952 года, за несколько месяцев до того, как появление объектов над столицей страны чуть не вызвало панику, проект «Градж» был преобразован в проект «Голубая книга», который явился самым продолжительным и, пожалуй, самым тщательным исследованием ВВС США в серии исследований неопознанных летающих объектов. Через два года, 15 мая 1954 года, генерал Натан Туайнинг, который к этому времени стал начальником штаба ВВС, выступая перед аудиторией в Амарильо (штат Техас), сообщил, что «лучшие умы в ВВС» все еще стараются решить проблему летающих тарелок. В то время проект еще не отвергал вероятность межпланетной гипотезы. «Если они прибудут с Марса, — продолжал Туайнинг, — то нам нечего их бояться, потому что они намного нас опередили!» Это замечание не только вопиющим образом противоречило выводам круглого стола Робертсона, организованного ЦРУ, но и не соответствовало ранним заверениям ВВС о том, что это явление не представляет собой угрозы для безопасности самой могучей и самой развитой в научном отношении державы мира. К тому времени различные заинтересованные граждане и организации, занятые исследованием этого явления, с большой подозрительностью относились к поведению ВВС США и той информации, которую они предоставляли общественности. Их подозрения оправдались, когда ВВС подготовили директиву от 12 августа 1954 года АР 202-2, в которой говорилось, что они обязаны сообщать о всех наблюдениях НЛО как о «возможной угрозе для безопасности США и их вооруженных сил, а также для определения технических сторон этого явления». В директиве содержались детальные указания о том, как получить максимум подробностей для разведки относительно любого появления НЛО. В соответствии с традицией и практикой военных в этой директиве были указаны в строгом пронумерованном порядке те моменты, на которые должны были обращать внимание пилоты и наблюдатели, если бы им довелось увидеть НЛО. Например, давались советы, чтобы в сообщениях обращалось внимание на следующее. "1. Описание объекта (объектов): а) Форма. б) Размеры в сравнении с известными предметами (используйте один из нижеследующего: булавочная головка, горошина, центовая монета, десятицентовая монета, четвертьдолларовая монета, полудолларовая монета, долларовая серебряная монета, бейсбольный мяч, грейпфрут, баскетбольный мяч на расстоянии руки). в) Цвет. г) Количество. д) Строй, если их число более одного, е) Какие-нибудь заметные детали или подробности, ж) Наличие хвоста, следа или выхлопных газов. Указать размеры относительно размеров самого объекта, з) Наличие звука. Если был звук, описать его. и) Другие черты объекта, возможно, необычные… Нижеследующий последний абзац директивы был равносилен сигналу тревоги для всех, кто убежден в том, что ВВС умышленно скрывает существенные факты от общественности. "9. Огласка фактов. Штаб ВВС огласит резюме всех обработанных данных, чтобы проинформировать общественное мнение. В ответ на местные запросы можно сообщать средствам массовой информации о НЛО, когда будет точно установлено, что объекты являются известными предметами и явлениями (см. параграф 26). Оглашению не подлежат лишь сведения о применяемых мерах безопасности, порядке перехвата и расследования, засекреченные сведения о радиолокации. О тех объектах, природа которых не может быть объяснена, следует сообщать лишь то, что в силу наличия многих неизвестных разведка ВВС занята анализом этих явлений. Начальник штаба ВВС США Натан Ф.Туайнинг". Различные исследования ВВС неизбежно вынесли на поверхность огромную и интереснейшую информацию, в частности, о необъясненных случаях, которые служили неоспоримыми доказательствами реальности самого явления или предлагали свидетельства в пользу межпланетного корабля. Тем не менее в ВВС возникла тенденция к скептицизму и умышленному преуменьшению значения тайны НЛО. Со временем эта тенденция усиливалась. Некоторые истолковали это как свидетельство того, что исследования НЛО, осуществляемые ВВС, всегда определялись высшими интересами. Один из них состоял в том, чтобы не позволить обществу узнать правду и умышленно преуменьшить значение НЛО. Как мы видели, существуют факты, свидетельствующие о наличии такой тенденции. Разумеется, ее появление объяснялось соображениями национальной безопасности и озабоченностью по поводу ложных тревог и всеобщей истерии. Однако существует теория, что при распространении информации ВВС руководствовались также дополнительными тайными соображениями с целью скрыть правду или, по крайней мере, не позволить обществу узнать, что военно-воздушным силам известно о НЛО. Эта политика секретности породила множество теорий заговоров, которые соединившись внесли путаницу в исследования происшествия в Росуэлле и многих других знаменитых случаев с НЛО. Трудно понять, где начинается обоснованное стремление к секретности, осторожности и дезинформации и что начинается заговор с целью «прикрыть события космического масштаба». Конечно, если НЛО не представляют собой ничего другого, о чем постоянно утверждают самые скептические скептики, то ответственность за то, что от населения скрывают правду, питая тем самым подозрения, паранойю и вымыслы о правительственном заговоре, можно возложить на различные правительственные службы (включая ВВС, за отсутствие откровенности с общественностью в ряде случаев в прошлом). Действительно, благодатная почва для появления паранойи и недоверия по отношению к ВВС и другим правительственным службам возникла не только из-за подозрительности безумных и одержимых групп граждан, вскормленных научной фантастикой. Некоторые из наиболее активных разжигателей подозрительности по отношению к официальной линии вышли из рядов бывших высокопоставленных правительственных чиновников и ученых, от которых ожидалось услышать слова поддержки совершенно противоположной точки зрения. Одним из самых известных перевертышей стал Аллек Дж. Хайнек, бывший астроном ВВС США, который участвовал в изучении сообщений о НЛО для ВВС, начиная с проекта «Сайн». Хайнек основал в Чикаго Центр по изучению НЛО, одну из самых уважаемых среди множества современных исследовательских организаций. Мужественно заняв неортодоксальную точку зрения, Хайнек, признанный выдающимся астрономом, весьма сожалел, что. он не смог организовать серьезную дискуссию о НЛО со своими коллегами-учеными, как коллегами-астрономами, так и специалистами из других областей. Однажды он публично заявил: "В высоких инстанциях были люди, которых по-настоящему обеспокоило то, что происходит, но они не могли в этом признаться. Во всяком случае публично! Действовали всегда по одному и тому же шаблону: мыслящих исследователей обычно переводили на другую работу… Я знаю, что так делалось сплошь и рядом… Поступали приказы из Пентагона — от министра ВВС. Несколько раз меня вызывали к министру Гарольду Брауну. Никогда меня, как астронома, не спрашивали о моем мнении. Мне всегда говорили: «Это — воздушный шар», или «Это — стая гусей!» Было очевидно, что проект «Голубая книга» высосан из пальца". Утрата веры Хайнека в проект «Голубая книга» нашла свое тгодтверждение в решении ВВС в 1966 году переложить ответственность за этот проект с ВВС на Университет Колорадо под руководством комитета во главе с доктором Кондоном. Эти усилия увенчались докладом «Научное исследование неопознанных летающих объектов», опубликованном в 1969 году. Кондон был выдающимся ученым, который работал над созданием атомной бомбы и радиолокаторов. Он участвовал в официальном расследовании деятельности Комиссии по атомной энергии в 1950-х годах. В 1958 году он обвинил американское правительство в умышленном преуменьшении последствий ядерных осадков и этим вызвал гнев Ричарда Никсона и Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности. Тогда-то Кондон и приобрел репутацию честного ученого, которого нельзя заставить отступить и послушно принять официальную правительственную версию. Кондон известен своим чувством юмора, и он не раз высмеивал рассказы о невероятных межзвездных похождениях, которые распространяли лица, подобные Джорджу Адамско,му. Но он убежденный скептик, и, возможно, слишком убежденный, чтобы стать во главе объективного научного расследования. Именно так оценивает его влиятельная гражданская группа исследователей Национального института и Комитета воздушных явлений. В ее состав входят бывшие высокопоставленные разведчики, военные и летчики. Под руководством Дональда Кейхоу, известного автора книг о НЛО, в которых была выдвинута идея о том, что правительство скрывает правду об этом явлении, и была разработана «внеземная гипотеза», Национальный институт направлял часть информации и сообщений в комитет Кондона, некоторые из членов которого откровенно симпатизировали гипотезам института. Однако Кондон не делал секрета из того, что он с презрением относится к теориям, не доказанным научно, и Кейхоу решил отказаться от сотрудничества с комитетом Кондона. Затем в коллективе исследователей, которым руководил Кондон, возникли трения. Кроме того, его деятельность была скомпрометирована оглаской письма помощника декана Университета Колорадо Роберта Лоу, в котором тот весьма неосторожно написал: «Для того, чтобы осуществлять такой проект, следует подходить к вопросу объективно. То есть надо допустить возможность того, что такие вещи, как НЛО, существуют. Однако серьезно рассматривать такие вещи — неприлично. Другими словами, верующие становятся изгоями. Достаточно просто признать возможность таких явлений, как вы оказываетесь в полосе отчуждения. Мы скорее уроним свой престиж в глазах научной общественности, чем поднимем его…» Следует учесть, что условия контракта, заключенного университетом с ВВС США, предусматривали объективность в подходе к изучаемому предмету. В контракте говорилось, что проект «осуществляется в условиях строго объективного подхода со стороны исследователей, у которых нет никаких предрассудков и предвзятых представлений по вопросу о НЛО». Признание Лоу и его страх стать объектом насмешек нанесли серьезный удар по престижу Кондона. Исследователи НЛО давно исходят из того, что его доклад в лучшем случае представляет собой продукт предвзятого исследования, а в худшем случае — «дезинформацию», созданную под контролем ЦРУ. Надо сказать, что для такой критики есть веские основания. Кондон уволил двоих членов комитета, которые лояльно относились к идее существования НЛО и внеземной гипотезе. Официальной причиной их увольнения было придание гласности письма Лоу. В своем заключительном докладе Кондон безапелляционно заявил: «Наше общее заключение сводится к тому, что исследования НЛО, проводившиеся на протяжении последних 21 года, не дали никаких научных познаний. Тщательное исследование данных, которые нам доступны, заставляет нас сделать вывод о том, что дальнейшее научное исследование НЛО, возможно, нельзя оправдать надеждами на то, что оно обогатит науку». Как и все его предшественники Кондон не предложил никаких решений, кроме как отвергнуть явление НЛО как недостойные дальнейшего изучения. Такое заявление не помогло развеять сомнения о том, что доклад был написан предубежденными людьми. По сути, содержание доклада явилось перчаткой, брошенной некоторым исследовательским группам НЛО как вызов для дальнейших исследований. Наиболее достойные из них провели довольно значительные исследования, соблюдая в них такие высокие нормы научной этики как во время «полевых исследований», так и в ходе анализа индивидуальных наблюдений, что работа комитета Кондона и его предшественников выглядела на их фоне в невыгодном свете. Наблюдения очевидцев часто включали оценки тех, кто сообщал о них. Однако все эти исследования встали перед той же дилеммой, на которую обратили внимание члены круглого стола Робертсона и комитета Кондона, а именно: не было никаких научных доказательств, на основе которых можно было бы прийти к научным выводам. Итак, до тех пор, пока не появятся какие-либо физические предметы или неопровержимые доказательства, явление НЛО будет, в лучшем случае захватывающей тайной, а в худшем — ненужным занятием. 16. По поводу НЛО можно сказать: отсутствие доказательств не является доказательством отсутствия! Головоломка задачи состоит в том, как доказать, что нечто существует, когда прежде всего нет доказательств его существования? Такие сомнения охватывают скептика, когда он сталкивается с тайнами, в реальность которых многие верят, а рациональное сознание решительно отвергает. Подобное наблюдается по отношению к методам лечений, основанным на вере, привидениям, многим религиям и, кончено, к летающим тарелкам. Там, где существуют сомнительные свидетельства, там же присутствуют и сомнения в существовании свидетельств. В этих случаях ни одна сторона не может доказать свою правоту, а лишь усиливает уверенность оппонентов. Когда верующие сталкиваются с неверующими, то каждая сторона подтверждает приверженность к своим предубеждениям и углубляет их. Характерно, что это предубеждение маскируется под личиной уверенности, полученной на основе «свидетельств», которые на самом деле зыбки и не основаны ни на чем более существенном, чем коллективное собрание похожих впечатлений. В этих впечатлениях имеются индивидуальные вариации, которые создают иллюзию того, что каждый человек встретился с неповторимым явлением. В то же время свидетелями этого явления стали разные люди, хотя и каждый испытал его по-своему. Эта уникальная неповторимость явления заставляет людей отличать его от тех обычных обманчивых иллюзий, жертвами которых становятся многие. Коллективный опыт индивидуальных визуальных впечатлений, похищений и подлинных наблюдений огней в небе послужил основой для целого явления в современном общественном сознании. Из этого мысленного материала легко создать мифический персонаж, вроде оператора, который снял на пленку вскрытие пришельцев, но чье существование нельзя доказать. Аналогичным образом можно создать группу тайных ученых и государственных служащих, которые имеют доступ к сокровеннейшим тайнам пришельцев. Единственное, в чем можно быть уверенным относительно летающих тарелок и Росуэлла, так это в том, что мы с ними не расстанемся. Эта тема стала предметом всеобщего внимания, проникла в общественное сознание через популярные телевизионные передачи и дорогостоящие художественные фильмы. Отчасти причиной для этого служит массовый интерес к научным дискуссиям о возможности жизни на других планетах. Открытие метеорита с Марса, в котором могут содержаться свидетельства жизни за пределами Земли, вдохнуло жизнь в представления о пришельцах с других планет. Хотя скептики считают, что находка метеорита представляет собой трюк НАСА с целью привлечь к себе внимание общественности и грубую попытку добиться предоставления новых бюджетных ассигнований от федерального правительства, растет армия верующих в НЛО и американских граждан, убежденных личным опытом, что их похищали и что существуют не только «тарелки», но и их обитатели. Обитателей других миров, которых обычно изображают как небольших существ с огромными, черными, миндалевидными глазами, называют «Серыми», потому что их кожа сероватая. В то же время сообщения о цвете кожи противоречивы: неясно, являются ли они «серыми» из-за естественной пигментации кожного покрова или же по причине формы, тесно прилегающей к телу. Хотя рассказы о похищениях захватывают воображение, доказательств того, что они имели место, еще меньше, чем о существовании НЛО. Однако широкое распространение историй о похищениях людей пришельцами также способствовало интересу к НЛО и спорам по поводу возможности жизни на других планетах. Следует также взвесить, могут ли некоторые из нынешних аргументов служить чисто теоретическим обоснованием для внеземного объяснения происшествия в Росуэлле. Ученым неизбежно приходится обращаться в далекое прошлое, чтобы узнать, можем ли мы ожидать в будущем встреч с внеземными существами. Здесь самым важным аргументом является то обстоятельство, что каким-то самым невероятным способом различные силы природы соединились вместе для того, чтобы создать строительные блоки жизни на Земле, и это за миллионы лет ранней истории привело к появлению homo sapiens'a. Будучи уверенными в том, что имеется бесконечное число планет и звезд, некоторые ученые предполагают, что в каком-то далеком уголке галактики — а может быть, и ближе — могут существовать другие цивилизации. Есть и контраргумент: эволюция жизни на этой планете возникла вследствие сочетания обстоятельств, вероятность которого незначительно мала, а поэтому шансы на то, что эти условия повторятся где бы то ни было, настолько ничтожно малы, что делают повторение таких процессов невозможным. Эта теория, которая привлекает таких неодарвинистов, как Ричард Докинс, была отчасти опровергнута успешным экспериментом, который провели в 1953 году Стэнли Миллер и Гарольд Ури в Чикаго. Они попытались воссоздать те условия, которые существовали на Земле четыре миллиарда лет тому назад. «Первородный суп» был создан в стеклянном сосуде из смеси метана, воды и аммиака. Через смесь в течение нескольких дней пропускали электрический ток. «Суп» изменил цвет, став красно-коричневым. Химический анализ показал, что жидкость содержала аминокислоты, органические молекулы, присущие всем живым организмам. Но даже если где-то во Вселенной существуют альтернативные формы жизни, у нас нет возможности добраться до них. Допускается, что другие, более развитые цивилизации, могут решить проблему межзвездного путешествия, такой рывок нам пока не под силу на нынешнем уровне научного развития. Ученые рассматривали трудности такого путешествия и тех проблем, которые им предстоит преодолеть для его осуществления. По мнению НАСА, «ракеты на химическом топливе отстают на несколько порядков до уровня, позволяющего осуществить межзвездный космический полет… Можно использовать… силу притяжения Юпитера для того, чтобы с ее помощью осуществить маневр, позволяющий вырваться из солнечной системы… Однако так как ближайшая к нам звезда Альфа Центавра расположена в четырех световых годах от нас, то, если все пойдет хорошо, свидание с ней состоится через 40 000 лет. Ясно, что нам нужно увеличить скорость, по крайней мере, в тысячу раз, чтобы совершить такое путешествие. А это означает, что надо создать принципиально новые способы передвижения». Подсчитано, что даже в космическом корабле, который бы передвигался на ядерном топливе, путь туда до ближайшей звезды и обратно занял бы восемьдесят лет. Такое путешествие было бы сопряжено с проблемами. В вышеприведенной публикации НАСА говорилось: «Давайте не будем принимать в расчет ограниченные возможности современной технологии и рассмотрим возможности наилучшей ракеты, которую можно было бы создать в соответствии с известными физическими законами. Такой явилась бы фотонная ракета, в которой происходила бы аннигиляция вещества и антивещества. В ходе этой реакции энергия бы преобразовывалась в чистую отталкивающую радиацию… Трудно представить себе такой корабль, весом менее 1000 тонн, который обеспечил бы движение, управление, энергию, связь и работу жизнеобеспечивающих систем, необходимых для экипажа в 12 человек в течение десятилетия». Помимо огромных технических трудностей, возникающих при создании кораблей различного типа, о которых размышляют специалисты из НАСА, существует также другая проблема: для того, чтобы открыть жизнь в других частях Вселенной, потребуется совершить много тысяч фантастически дорогостоящих вылазок в космос. «Трезвый анализ всех до сих пор предложенных способов передвижения приводит к заключению, что о межзвездном полете корабля с людьми на борту не может быть и речи не только в настоящем, но и в неопределенно долгом будущем времени. Вопрос не в физической, а в экономической невозможности такого полета. Должны произойти еще непредвиденные ныне прорывы, прежде чем человек сможет физически осуществить путешествия к звездам». По этой причине программа поиска внеземного разума (СЕТИ) предусматривает попытки сканировать Вселенную с тем, чтобы обнаружить радиосигналы, которые позволили бы нам установить контакт с другими формами жизни. Вышеприведенные цитаты были взяты из брошюры НАСА, в которой рассматривалась возможность осуществления СЕТИ. Инициатором программы СЕТИ стал Фрэнк Дрейк, который является автором знаменитого Уравнения, названного его именем. Эта математическая формула определяет число технологических цивилизаций, которые могут существовать в нашей галактике. В конце 1970-х годов НАСА так определило принципы СЕТИ: "Разумеется, не может быть и речи о том, чтобы на нашем нынешнем уровне технологического развития или же на любом другом уровне, который мы можем предвидеть, возможно осуществить межзвездный поиск на космическом корабле. С другой стороны, мы верим, что осуществим поиск сигналов, излучаемых другими цивилизациями, технология которых развита, по крайней мере, так же, как наша. Мы можем с уверенностью ожидать, что такие сигналы будут состоять из электромагнитных волн; ни одна другая частица не приближается к фотону по легкости излучения, управления и обнаружения. Ничто не движется быстрее, ничто не обладает меньшей энергией и ничто не может быть дешевле, чем фотон радиоизлучения. Давно утверждалось, что сигналы внеземного происхождения могут быть скорее всего обнаружены в так называемом микроволновом окне: в диапазоне волн от 0,5 сантиметра до 30 сантиметров. Источники естественных шумов достигают большой величины по обе стороны этого окна, а поэтому это — самая тихая часть спектра для всех в Галактике… Существующие радиотелескопы способны принимать сигналы от наших межзвездных соседей, если они большой мощности и если они направлены к нам такими же телескопами, которые используются в качестве передатчиков. Большая антена в Аресибо может поймать сигнал, посланный к нам таким же устройством, расположенным за тысячи световых лет от нас. Она могла бы поймать передачи от ближних звезд менее мощные, но переданные с помощью сходных с нашими телевизионных и радиолокационных систем. Земные ультравысокочастотные волны и микроизлучения сейчас заполняют сферу радиусом в двадцать световых лет. С их помощью было сделано непредумышленное объявление о том, что наше технологическое могущество становится все сильнее и сильнее с каждым годом. Весть об этом разносится в космос со скоростью света. Такое же явление может сообщить о присутствии любого технологического общества. Утечка нашей радиолокационной информации, возможно, уже привела к тому, что мы обнаружены ближайшей цивилизацией. Кроме того, развитые общества могут ставить маяки, излучающие сигналы, по целому ряду причин, возможно, просто для того, чтобы помочь развивающимся обществам вступить в контакт с давно сложившимся объединением разумных развитых обществ в галактике. Поиск, начатый сегодня, может обнаружить сигналы любого типа. Мы предлагаем осуществить поиск сигналов в микроволновой части радиоспектра, но не посылать сигналы. Хотя мы исходим из того, что наше общество будет попрежнему излучать телевизионные и радиолокационные сигналы, мы не предлагаем увеличивать степень нашей обнаруживаемости, умышленно направляя, например, сигналы на подходящие звезды. Если мы поймаем сигнал, мы сразу получим результат; если же мы будем пытаться вести передачу, то нам придется ждать, пока сигнал совершит путь туда со скоростью света, а затем поступит ответ, на получение которого уйдет такое же число световых лет, как и на достижение нашего сигнала далекой звезды. Передачи следует предпринять лишь после того, как будет получен ответ на посланный нами сигнал, или после того, как осуществление продолжительной программы прослушивания космоса не принесет никаких результатов". (И все же через радиотелескоп в Аресибо 16 ноября 1974 года было направлено послание к скоплению звезд М13 в созвездии Геркулес в 25 тысячах световых лет от нас. Сигнал, переданный на волне 2,380 гигагерц в три триллиона ватт, был самым мощным сигналом, который когда-либо передавался людьми.) «Сейчас, с одной стороны, существует технология, позволяющая обнаружить внеземной разум, но, с другой стороны, с каждым годом осложняется проблема интерференции радиочастот, а технология лишь постепенно совершенствуется. Совершенные приемные устройства не увеличат чувствительности поисковых систем по сравнению с тем, что мы имеем сейчас. Даже при наличии оптимальных условий для обработки данных существенное улучшение в восприимчивости сигналов может быть достигнуто лишь путем расширения площади, на которой осуществляется сбор сведений. Следует развивать технику с учетом существующих установок и осуществлять всесторонние исследования, прежде чем станет ясным, что мы нуждаемся в более чувствительных системах. Большие открытия являются скорее результатом мужества и решительности, чем оборудования». Хотя программа СЕТИ испытывает финансовые трудности, она все еще осуществляется, получая частные пожертвования, в том числе и от Стивена Спилберга. Несмотря на то, что сначала некоторые пойманные сигналы показались многообещающими, впоследствии ничего определенного не было получено. Возникает вопрос о том, как программа соотносится с «летающими тарелками», если будет обнаружено, что они являются способом межзвездных путешествий, совершаемых более передовой цивилизацией. Насколько мы знаем, никаких радиосигналов, исходивших от НЛО, никогда не было замечено. И все же если они реальны, то у них должна быть какая-то система связи. Можно ли вообразить, что они общаются таким образом, который мы не можем установить? Даже если НЛО представляют собой какую-то форму разумной машины, в которой пребывают роботы или существа, специально предназначенные для межзвездного полета, то им все равно нужна какая-то форма связи с теми, кто их послал. Иначе нет никакого смысла в их существовании! Даже если программа СЕТИ будет успешной, то, возможно, с ее помощью проблема явления НЛО все равно не будет разрешена. И все же СЕТИ, без сомнения, поможет в его изучении. Один из первых вопросов, который мы могли бы задать нашим новым внеземным соседям, мог бы звучать так: «Не посещали ли они Землю летом 1947 года и не приземлялись ли в Росуэлле, в Нью-Мексико?» Пока непохоже, что тайна Росуэлла будет когда-либо разгадана к удовлетворению тех, кто до сих пор верит тому, что правительство скрывает правду. С приближаем к началу нового тысячелетия увеличивается количество людей во всем мире, готовых признать возможность существования жизни за пределами нашей планеты. Возможно, это не случайно. Эти изменения в сознании могут отражать фундаментальные сдвиги в старых религиозных установках и принципах общественной организации. Однако это может также означать, что мы, вся человеческая раса, подсознательно готовимся к пробуждению перед неминуемым открытием. Хотя может оказаться, что так и не удастся доказать существование НЛО и объяснить происшествия в Росуэлле, они обрели достаточную реальность, чтобы стать объектом активных научных исследований и журналистских расследований. Это изменение, в результате которого явление, прежде не считавшееся возможным, заняло одно из ведущих положении в общественной мысли, сулит большие надежды для науки и других дисциплин, ищущих определенных ответов. Ю.А. ЕМЕЛЬЯНОВ. ТАЙНА НЛО. (Послесловие) Итак, журналистское расследование Тима Шоукросса завершено, и пора подвести его итоги. Задача, стоявшая перед автором, была не из легких. Ему надо было, подобно канатоходцу, пройтись по прямой линии истины, преодолев давление с двух сторон: со стороны официальных властей и официальной науки, с презрением высмеивающих любого, кто занимается таким «несерьезным» предметом, как НЛО, и со стороны фанатичных сторонников НЛО, готовых растерзать всякого, кто сомневается в присутствии пришельцев на Земле. Опорой же для Тима Шоукросса служили не всегда надежные сообщения о наблюдениях объектов, реальность которых вызывает большие сомнения. Как следует из нескольких документальных свидетельств ВВС США, приводимых автором, около 20 процентов всех свидетельских показаний относительно НЛО действительно относились к «неопознанным» предметам, остальные 80 процентов представляли собой предметы «опознаваемые». Таким образом, сведения о явлениях, не поддающихся простому объяснению специалистов из ВВС, были покрыты слоями сообщений, в которых обычное событие выдавалось за таинственное. При этом эти слои ошибочных сообщений раза в четыре превышали данные о явлениях, которые имели хотя бы какое-то отношение к неразгаданным тайнам. Чтобы докопаться до истины, Тиму Шоукроссу пришлось как археологу осторожно снимать толстые слои ошибок, заблуждений, обмана, миражей, спесивого скепсиса, официальной секретности. Вместе с автором мы начали знакомство с тайной Росуэлла с рассказов о куче обломков непонятных предметов, обнаруженных на пустынной земле фермером Уильямом Макбрейзелом в июне 1947 года. По словам Макбрейзела, о которых мы узнаем из воспоминаний его соседей, запечатленных Тимом Шоукроссом, странные обломки и обрывки так перепутались и сцепились друг с другом, что фермер долго не мог отделить один предмет от другого. Загадка, которую решает английский журналист, похожа на кучу обломков и обрывков, обнаруженную Макбрейзелом. На протяжении книги Тим Шоукросс с удивительным терпением и дотошностью разбирает груду информации о тайне Россуэлла, в которой байки и досужий вымысел, официальный обман и коммерческая ложь, миражи и галлюцинации тесно переплелись с верными и точными наблюдениями. Не брезгуя прикоснуться к свидетельствам вдохновенного вранья и не уставая перебирать скучные бюрократические бумаги, автор книги умеет найти даже в этих сочинениях обрывки истины и отблески правды. Наслоения психопатической эпидемии Сложность задачи, которую на протяжении книги решает Тим Шоукросс, состоит в том, что, как и в описании любого явления, в истории летающих тарелок можно найти несколько пластов из различных версий, имеющих разную природу, а потому нередко взаимоисключающих друг друга. Значительную часть из 80 процентов сообщений, которые не представляют никакой ценности для исследования тайны НЛО, составляют вымышленные истории. Как пишет Т. Шоукросс, «показания» свидетелей, с которыми он беседовал, «порой казались столь невероятными, что невольно возникали сомнения в рассудке рассказчиков». Для таких мыслей у автора были веские основания. Как известно, во все времена «пунктик» помешательства психических больных всегда отвечает духу эпохи. Если во времена великих войн и великих общественных революций сумасшедшие объявляли себя Наполеонами, то ныне многие сумасшедшие объявляют себя гениальными учеными, так как для нашей эпохи особенно характерны помешательства, связанные с научно-техническими открытиями и изобретениями. Автору послесловия приходилось читать трактаты, написанные сумасшедшими людьми, в которых излагались бредовые проекты строительства технических сооружений для решения различных проблем человечества. В подобных сочинениях верное изложение научной проблемы зачастую прерывалось безумными рассуждениями о родословной автора, связывающей его родственными узами с императорами Минской династии Китая и египетскими фараонами, а интересный рассказ об истории агротехники заключался странным призывом пускать по морскому течению плоты, на которых предварительно надо высадить овощную рассаду. Автор этого сочинения с неоригинальным названием «Моя борьба» уверял, что его метод позволяет собирать удивительные урожаи овощей. Мой хороший знакомый, долго проработавший в президиуме Академии наук СССР, рассказывал мне немало историй о том, как на этой работе его буквально осаждали помешанные люди, предлагавшие фантастические «открытия», награждавшие его «орденом Жар-птицы» и дарившие ему пластинки, которые они записывали за небольшую плату в магазине на улице Горького. Поставив пластинку, можно было услышать, как автор зачитывал уравнения, которые должны были посрамить современных физиков, одновременно исполняя на пианино бравурный марш. Это сочинение называлось «Битва Ильи Муромца с Академией наук». Визит одного такого сумасшедшего в офис президиума Академии наук закончился трагично: псих отрезал голову служащему «изобретенным» им кухонным ножом. Немало современных сумасшедших с упоением рассказывают о том, как они были похищены внеземными пришельцами на борт космических кораблей, и подробно описывают свои путешествия по планетам Солнечной системы и за ее пределами. Поэтому А.К. Прийма, автор книги «НЛО! Очевидцы непознанного», совершенно прав, когда пишет, что «невероятная фактура» рассказов о встречах с пришельцами «показывает: реальность, в которой мы обитаем, ощутимо припахивает миазмами клиники для душевнобольных». Однако, справедливо ссылаясь на то, что «отчеты о чудесах поступают от людей всех возрастов, независимо от уровня образованности и социальной принадлежности», А.К. Прийма делает из этого логически непозволительные выводы. Заявляя, что «отсюда со всей очевидностью вытекает, что никто из нас с вами не застрахован от видений», он с возмущением вопрошает: «Что же получается? Все мы вкупе существа с мозгами набекрень?» Решительно отвергнув такую возможность, автор делает из этого заявления другой смелый вывод: «Итак, „видения“, оказывается, вовсе не видения, а факты объективной реальности». Разумеется, из того, что отдельные представители разных профессий, возрастов и социальных положений могут вести безумные речи, вовсе не следует, что все люди, принадлежащие к разным возрастным, профессиональным, социальным, этническим и другим категориям населения, являются безумными. В то же время из того, что подавляющее большинство населения планеты состоит из психически нормальных людей, не следует, что нельзя найти сумасшедших самых разных возрастов, с разными уровнями образования и с разным социальным положением. К сожалению, психические болезни не знают возрастных, половых, национальных, социальных или иных барьеров. По этой причине нельзя признать «видения» отдельных обезумевших представителей различных возрастных, профессиональных и социальных групп «фактами объективной реальности». Следует также учесть, что количество людей с психическими отклонениями на Земле велико и продолжает возрастать под воздействием напряженной современной жизни. Только за последние три десятилетия в США количество психически больных увеличилось с 2 до 6 миллионов человек, а количество людей с теми или иными психическими отклонениями от нормы составляет около 35 миллионов человек. Можно с уверенностью говорить, что примерено такая же картина наблюдается и во многих других странах мира. Этим может объясняться обилие сообщений, напоминающих, по выражению А.К. Прийма, атмосферу «клиники для душевнобольных». Более того, следует учесть, что поведение безумцев может оказывать сильное воздействие на нормальных людей. Аргументы сумасшедшего при невнимательном знакомстве с ними могут показаться убедительными, горячность же его заявлений способна произвести впечатление, что их автор глубоко и искренне убежден в своей правоте, и вот вполне нормальные люди готовы принять на веру заведомо бредовые идеи, полагая, что они сами в чем-то не разобрались, чего-то не знают. Воздействию безумца на трезво мыслящих людей способствует то обстоятельство, что сумасшедший ссылается на якобы ведомый лишь ему личный опыт, знакомство с закрытыми тайнами или знанием для узкого круга посвященных. Я помню как слова больного, страдавшего от алкогольных делирий, покажись столь убедительными его психически здоровой супруге, что она пошла к соседям наверх, чтобы проверить, нет ли какого-то рационального зерна в бреднях мужа о том, что он по ночам подвергается облучению из этой квартиры. Авторы безумных теорий могут заронить сомнение в душу ученого и убедить его в том, что в этом бреде, может быть, «что-то есть», заставляя его тратить время и силы на разбор сочиненной им ахинеи. Наконец, бывают ситуации, когда по тем или иным причинам безумные мысли или действия буквально заражают здоровое большинство. Исследуя многочисленные случаи массовых увлечений, которые он именовал «психическими эпидемиями», выдающийся русский ученый А.Л. Чижевский пришел к выводу, что порой эти эпидемии превращались в «психопатические». Объясняя природу.такого превращения, Чижевский писал: «Это бывает всегда, коль скоро к тому или иному массовому движению присоединяются люди с явными нарушениями психической деятельности. Тогда у исследователя создается впечатление, что все участники движения обезумели, все подражают поведению сумасшедшего, все продолжают его дело, а между тем еще совсем недавно все они мыслили здраво и трезво. Такова великая роль общественного внушения, роль психической индукции!» Чижевский напоминал, что еще в Древней Греции наблюдались массовые, так называемые вакхические, безумства. Однажды после представления «Андромеды» Еврипида зрителями, а затем и населением целого города овладела неистовая пляска, от которой никто не мог уберечься. Нагие, бледные, со сверкающими глазами, они бегали по улицам, громко декламируя отрывки пьесы Еврипида и исполняя дикую, странную пляску. Это общее увлечение танцем, граничащее с безумием, прекратилось только с наступлением зимы. Нечто подобное наблюдалось в Италии в конце XV века, когда народ охватила психическая эпидемия неистовой пляски, напоминавшей конвульсии человека, которого ужалил тарантул. (По этой причине пляска получила название «тарантелла»; впоследствии так был назван бурный танец). «Плясовые» психопатические эпидемии охватывали в Средние века города Германии, Франции, Фламандии и других стран Западной Европы. История Средних веков изобилует сообщениями о массовых умопомешательствах и в других формах. Вот описание религиозных буйств во времена Реформации: "Женщины раздирали грудь, простирали руки в виде креста, тогда как другие ложились на спину и с пеной на губах устремляли взгляд в небо, охваченные страстным ожиданием чуда. Затем они вдруг вскакивали, впадали в неистовство, скрежетали зубами, хлопали в ладоши, одновременно призывая небеса ниспослать свое благословение и изрыгая проклятия… Некоторым чудилось огромное нисходящее с небес и охватывающее город пламя с голубыми и черными языками, истерический хохот и плач раздавались со всех сторон… Лучи солнца случайно упали на недавно позолоченный флюгер… и ослепили тех, кто смотрел в ту стороны. Столпившиеся женщины упали ниц и, сложив руки, закричали: «О! Отец Сиона! Блистательный Царь Сиона, пощади свой народ!» В период некоторых психопатических эпидемий толпы людей уничтожали «еретиков» или кончали жизнь самоубийством, занимались каннибализмом и другими зверствами. Ссылаясь на многие подобные примеры, русский ученый А.Л. Чижевский утверждал, что «вся общественная жизнь человеческих коллективов протекает под знаком массовых психозов и массовых психопатий… Чем интенсивнее бьет ключ общественной жизни, тем чаще и глубже охватывают ее коллективные безумия». Одна из наиболее крупных психопатических эпидемий поразила христианскую Европу около 1000 года. Как отмечал Чижевский, люди были охвачены «одною ужасною и роковою мыслью — о конце мира. Вера в светопреставление проникла во все умы и сердца; кончина мира должна была наступить с началом 1000 года… И чем ближе подходило время к 1000 году, тем различные страхи и смертельная боязнь все глубже вселялись в человека. В период 990 — 1000 годов люди жили только страхами, слухами, один страшней и вздорней другого, пророчествами. Все было преувеличено и приукрашено в их глазах. Обычные явления природы принимались за нечто невообразимо ужасное. Видения, таинственные голоса, массовые галлюцинации зрения и слуха наблюдались повсюду. Страх перед кончиной мира и страшным судом в некоторых странах сочетался с повальными болезнями, голодом и другими бедствиями, что доводило до крайности этот жуткий всеобщий психоз. Храмы были переполнены молящимися, повсюду совершались богослужения со страстными мольбами прощения и помилования. Торжественные процессии величественных князей церкви, блестящие ризы и стройные хоры певчих сочетались с рубищами безумствовавших людей, со сценами неописуемого ужаса и отчаяния». Воспоминания об этих панических настроениях 1000-летней давности становятся особенно актуальными по мере того, как до начала 2000 года остаются считанные месяцы. Тим Шоукросс совершенно прав, когда упоминает в конце своей книги о том, что по мере приближения к началу нового тысячелетия совершаются «фундаментальные сдвиги в старых религиозных установках и принципах общественной организации». Порой эти «сдвиги» принимают истерический и даже панический характер. Ныне, как и прежде, завершение очередного тысячелетия христианской эры многие смешивают с концом света. Правда, в духе нового времени эти выводы часто подкрепляются не только библейскими текстами, но и ссылками на изучение календарей майя и вольной трактовкой геологической теории о сдвигах в земной коре. Как справедливо отмечает Тим Шоукросс, накануне нового тысячелетия резко увеличилось количество людей во всем мире, верящих во внеземной характер НЛО. А некоторые из них ожидают в первые секунды нового тысячелетия разрушительного вторжения инопланетян на Землю. Однако нелишне вспомнить, что 1000 лет назад подобные панические страхи, к счастью, не оправдались. Известно, что как только 1000 год благополучно миновал, в Европе воцарилось спокойствие, а ожидание конца мира сменилось бурным стремлением возблагодарить небо за избавление от гибели. Как констатировал Чижевский, «депрессивная психическая пандемия сменилась столь же мощной психической реакцией, выразившейся во всеобщем маниакальном возбуждении восторга и радости». Однако вскоре Европу стали потрясать новые психопатические эпидемии. Как подчеркивал Чижевский, «начиная с XI века европейские народы и католичесхо-феодальный мир прошли через ужасный кризис массовых умопомешательств. Крестовые походы, процессы самобичевалыциков, неистовая пляска, тарантелла, макабрский танец и другие эпидемии истерии и истероэпилепсии в течение четырех столетий волновали умы. Но общее возбуждение умов не прекратилось. В XV веке… начинаются повальные эпидемии демономании. …Ни одна нация Западной Европы не избежала этой эпидемии, которая держалась около 300 лет. Повсюду вопреки здравому рассудку господствовало убеждение в том, что нечестивые люди, главным образом старые женщины, обладают адскими силами творить сверхъестественные злодеяния, мучить и умерщвлять людей, питаясь их мясом и кровью, летать на дьяволовы пиры и шабаши, превращаясь в животных, совершая все свои деяния по наущению дьяволов». Катализатором демономании служили заявления сумасшедших. Как отмечал Чижевский, «люди, психика которых была предрасположена к заболеванию, лица с расшатанной нервной системой, с предрасположением к бреду, галлюцинациям и т.д., — все они каждую минуту склонны были признать себя виновными в интимных отношениях с демонами, инкубами, суккубами и даже с самим дьяволом. Одержимые с большими подробностями рассказывали о своих полетах на шабаш дьявола, показывали анестизированные места на теле — „печати дьявола“ и приводили другие не менее „веские“ доказательства своих общений с нечистою силою… Психическая инфекция быстро охватила массы народонаселения Европы, которая превратилась в убежище истеричек, слабоумных, меланхоликов, параноиков и всевозможных маньяков». Ирония А. К. Приймы. основанная на невозможности массовых умопомешательств, игнорирует тысячи фактов из всемирной истории, в том числе и в XX веке. Новейшая история чрезвычайно богата примерами массовых безумий, которые охватывали огромные страны, жившие в обстановке страха перед внешним или внутренним врагом. Исследователь этого явления американский историк Луи де Йонг так объяснял механизм возникновения массового психоза во время внешнего или внутреннего конфликта: "Начало войны влечет за собой возникновение сильного страха у большинства людей. …Человек стоит перед угрозой неотвратимой и непостижимой катастрофы. Какое оружие применит противник? Все, что, начиная с юных лет, читал или слышал человек об ужасах войны, о сражениях с применением огнеметов, о бактериях и «лучах смерти», — все это всплывает в памяти и грозит затопить сознание… Наряду со страхом и ненавистью появляется и чувство беспомощности… В подобной обстановке у очень многих людей появляется склонность найти отдушины, чтобы освободиться от внутреннего напряжения, воспринимая без особых рассуждений мысль о том, что надо искать врага в своих собственных рядах. Теперь дело лишь за тем, чтобы кто-то первым назвал мнимого врага «по имени». «Обнаружение» мнимого врага одним или несколькими людьми способствует быстрому распространению психопатической эпидемии «шпиономании». Как отмечал Луи де Йонг, «возглас отдельного человека подхватывается тысячами и быстро передается из уст в уста. Пресса и радио заботятся о том, чтобы он оказался доведенным до миллионов людей. В подобном процессе возбуждение как искра перескакивает от одного человека к другому. Однако значительно более важную роль играет то обстоятельство, что большинство людей находится в состоянии такого напряжения, что достаточно малейшего толчка, чтобы вся их злоба и ненависть прорвались наружу. В связи с этим искры возбуждения возникают во многих местах сразу, их распространение становится исключительно быстрым, и то, что один человек только подозревает, следующий уже передает как достоверный факт… Многие утверждения люди принимают за действительность, несмотря на то, что они звучат неправдоподобно… Рациональное мышление играет весьма незначительную роль в том внутреннем процессе, который ведет к этому моменту». Луи де Йонг приводил многочисленные примеры того, как в такой обстановке обвинения в шпионаже могут возникать буквально на пустом месте: «Так, например, в Бельгии в ходе первой мировой войны жители искали особые знаки, схемы или планы города на обратной стороне рекламных вывесок фирмы „Магги“, а во время второй мировой войны с той же целью осматривали плакаты, рекламирующие цикорий „Паша“; в обоих случаях искали пометки, якобы сделанные агентами противника из среды самого населения». Жертвами обвинений в шпионаже могут стать представители самых различных категорий населения. «Люди часто искали врагов в собственной стране среди священников, монахов и монахинь. Все эти лица носят одежды, словно специально приспособленные для укрытия оружия… В 1914 году в Германии самых обычных людей принимали за шпионов, если их внешность хоть чуточку отличалась от внешности других немцев. В Англии в 1940 году необоснованно задерживали многих людей только потому, что они чем-то бросались в глаза, чем-то отличались от остальных, имели что-то странное в своей внешности». В мае и июне 1940 года около ста тысяч «подозрительных» жителей Великобритании были арестованы по обвинению в шпионаже. Многие из них погибли во время их транспортировки по морю в арестантских судах в Канаду, эту «британскую Сибирь». Тогдашние 48 штатов США избежали военного вторжения противника и не знали бомбардировок вражеской авиации, но и эту страну в годы второй мировой войны проникла психопатическая эпидемия шпиономании. Особые страхи вызывали лица японского происхождения. Как писал Луи де Йонг, «говорили, будто эти люди каждую ночь либо подают световые сигналы японским подводным лодкам, либо держат с ними связь с помощью тайных раций; будто они располагают цветочные клумбы, грядки помидоров или кормушки с сеном для скота таким образом, чтобы условно указывать расположение аэродромов и авиационных заводов; будто они отравляют овощи и фрукты, продаваемые американским домохозяйкам». Но даже после того, как более 120 тысяч американских граждан японского происхождения оказались в концентрационных лагерях, бдительные американцы не прекращали бомбардировать ФБР своими доносами на соседей и коллег по работе, «разоблачая» их как шпионов. Почти все из сотен тысяч таких обвинений оказались ложными. Подобной шпиономанией была охвачена в 1930-е годы и наша страна, бдительные граждане составляли списки с графами «большой враг», «вражок», «вражонок», а люди, попавшие в эти списки, множили население тюрем и лагерей. В подобной обстановке подозрения вызывают самые обычные стороны жизни. Де Йонг подчеркивал, что "многие нормальные явления мирного времени начинают вызывать подозрения в условиях военного времени или в тех случаях, когда над людьми нависает серьезная опасность. Скрежет шестеренок в коробке скоростей автомобиля кажется звуком сирены, а хлопанье двери — разрывом бомбы… В ходе боев за Роттердам одному немецкому офицеру химической службы показалось, — что он слышит в здании занятой немцами школы запах отравляющего вещества. Другие сразу же стали уверять, что ощущали этот запах еще раньше. Кто-то, подобрав осколки снаряда, немедленно почувствовал, что у него зачесались пальцы — иприт! Слово «газы» вызвало большое смятение, послышалась команда: «Одеть противогазы!» Руки людей, у которых чесались пальцы, забинтовали огромными повязками. А тревога оказалась ложной. Однако и в мирные дни население планеты не раз оказывалось подверженным массовым психическим эпидемиям. Многие из таких эпидемий связаны с достижениями науки и техники. В середине XVIII века повальное увлечение гипнотизмом приняло маниакальный характер, а в 20-е годы XX века, отмечал Чижевский, "весь мир пережил эпидемии «радиомании» (1924-1925), «Линдбергомании» (1927), «спасения Нобиле» (1928) и т.д. Хотя формы этих психических эпидемий не были столь опасны для окружающих, как вспышки психопатических эпидемий, например, вакхических или религиозных безумий, но и для них были характерны нарушения душевного равновесия, такие как одержимость предметом мании, неспособность к критической оценке предмета и своего поведения по отношению к нему, массовые галлюцинации, когда объект внимания обнаруживается сразу многими людьми одновременно в разных местах, где его на самом деле не было (как это было, например, с пропавшими членами экспедиции Нобиле). Знаменательно, что во время «радиомании» многими радиолюбителями были приняты «сигналы с Марса», которые были истолкованы как убедительное свидетельство разумной жизни на красной планете. Как только «радиомания» пошла на убыль, радиосигналы с Марса перестали приниматься. Оценка, которую дает Т. Шоукросс приступам «тарелкомании», позволяет ее отнести к типичной психической эпидемии, подобной тем, о которых писал Чижевский. При этом порой периодические приливы «тарелкомании» явно перерастали в психопатические эпидемии. Шоукросс пишет: «Порой возбуждение умов достигало такой степени, что Белый дом был вынужден говорить об угрозе интересам национальной безопасности». Есть серьезные основания полагать, что многие из сообщений о летающих тарелках были следствием коллективных галлюцинаций. В своей книге «Космический пульс жизни» Чижевский особо остановился на этом явлении массового психоза. Так во время эпидемии пляски св. Витта в 1375 году в Германии многие утверждали, что видели под ногами струящиеся по земле потоки крови, из которых они старались выскочить и потому высоко подбрасывали ноги. Во многих случаях большие группы людей видели в небе всевозможные «знамения». Перед началом сражения в 312 году воины императора Константина увидели в небе крест с надписью «Сим победиши». История знает сотни подобных случаев. Чижевский связывает многие психопатические эпидемии с солнечной активностью, которая имеет циклы средней продолжительностью 11 лет. Схожая по времени цикличность отмечена и Шоукроссом в отношении «тарелкомании». Он пишет: «Через несколько лет эта истерия повторилась, а затем она повторялась постоянно примерно раз в десять лет». Однако можно предположить, что помимо природных факторов на развитие «тарелкомании» влияли общественные условия, сложившиеся в США в 1940-1950-х годах. Парадоксальным образом страна-победительница, вышедшая из второй мировой войны гораздо более развитой и богатой, со второй половины 1940-х годов была охвачена страхами, порождавшими психопатические эпидемии. С одной стороны, первыми применив ядерное оружие, США стали заложниками информации о чудовищной бомбе. В то время как в нашей стране официальная пропаганда преуменьшала возможности «американской атомной бомбы», утверждала, что «воля народов мира остановит поджигателей новой войны», а сатирики читали с эстрады" басню Сергея Михалкова о мартышке, которая грозила всему миру кокосовым орехом, но не замечала, что в соседнем огороде уже выросла громадная тыква (зрители прекрасно понимали эти намеки и верили в грядущие успехи советской оборонной науки), в США широко распространялась информация о чудовищных последствиях бомбардировок Хиросимы и Нагасаки и об испытаниях более мощных бомб на атоллах Бикини и Эниветок. Эти сообщения и рассуждения ученых о возможности создания еще более страшных средств уничтожения пугали людей. С другой стороны, окончание второй мировой войны поставило вопрос о необходимости сокращения вооруженных сил и прекращения гонки вооружений. Этому противились силы, заинтересованные в сохранении своего привелегированного положения, достигнутого во время войны. Кроме того, многие влиятельные люди в США, не связанные с военно-промышленным комплексом и не заинтересованные лично в производстве оружия, серьезно опасались повторения кошмаров Великой депрессии в случае внезапного спада в военном производстве. Как объяснял виднейший американский экономист Джон Гэлбрайт, «капиталистическая экономика страдает от ограниченного рынка. Расходы на вооружение вносят необходимую коррективу». Оправдание же огромных расходов на вооружение требовало веры населения в то, что над страной нависла смертельная угроза. Как изящно объяснял Гэлбрайт, «фантазия и создание образов играют важную роль в отношении между индустриальной системой и государством». При этом «образы, созданные государством, воспринимаются очень серьезно. Если создан образ страны, отстающей в техническом отношении в мире, это обеспечит капиталовложения в научные исследования и технологическое развитие. Если будет создан образ нации, осажденной врагами, ответом будут капиталовложения в вооружение». Соответствующие «образы» были созданы. Массовая пропаганда США уверяла, что страна может оказаться жертвой нападения со стороны СССР. Реальные разоблачения советских разведчиков многократно преувеличивались. Журнал «Удивительные рассказы», о котором упоминается в книге Шоукросса, из номера в номер публиковал истории о русских шпионах, орудовавших в различных городах США. Хотя неутомимый Майк Хэммер, герой популярных детективных романов Микки Спиллейна, единолично уничтожал нью-йоркские гнезда русских агентов, полчища советских шпионов вновь возникали на страницах шпионских романов и на киноэкране. Кино и радио предлагали зрителям и слушателям постановки, в которых рассказывалось о коварных русских, готовящих нападение на Америку с применением новых видов оружия. Чуть ли не перед каждым голосованием в конгрессе США по поводу бюджета в газетах появлялись сообщения о советских подводных лодках, которые якобы были обнаружены у берегов Америки. Опровержения подобных сообщений поступали после того, как перепуганные конгрессмены голосовали за одобрение растущих расходов на вооружение. В городах часто проводились учения на случай ядерного нападения русских. В школах проходили специальные уроки, на которых детей учили как себя вести в случае налета вражеской бомбардировочной авиации. В стране множились слухи об огромном количестве советских агентов, заброшенных в страну для ведения подрывной работы. Эти страхи давали импульс массовым безумиям. Словно психическая эпидемия страну охватил страх перед советскими шпионами и советскими войсками. Выступления сенатора Джозефа Маккарти, который чуть ли не ежедневно «обнаруживал» мнимых агентов Москвы то в аппарате Государственного департамента, то в Голливуде, получали поддержку миллионов его софаждан, разоблачавших своих коллег и соседей как «агентов Кремля». Дамы почтенного возраста устраивали истерические демонстрации и пикеты с требованием изгнать из местной школы «красного» преподавателя или запретить преподавание «безбожного» учения Дарвина об эволюции. Жертвами «маккартистского» безумия стали десятки тысяч людей, уволенных с работы, арестованных по нелепым обвинениям, доведенных до самоубийств. «Общество Джона Берча», объединившее многих влиятельных политиков и деловых людей страны, обвиняло президента Дуайта Эйзенхауэра в том, что он является членом Компартии США и агентом Кремля. Подобные параноидальные обвинения были выдвинуты в адрес братьев Кеннеди и даже всего аппарата ЦРУ. Размах массового умопомешательства символизировала судьба министра обороны США Джеймса Форрестола, который в 1949 году во время приступа выбежал на улицу с криком: «Русские танки ворвались в США!» Во время другого приступа министр выбросился из окна больницы. Характерно, что, увидев неопознанные летающие объекты дискообразной формы в Каскадных горах, Кеннет Арнольд поспешил ни в ближайшую обсерваторию, ни в университет, чтобы побеседовать с физиками или астрономами. Он не попытался получить информацию от авиаконструкторов или специалистов по вооружению. Нет, прежде всего он обратился в ФБР, так как считал, что за летающими дисками скрываются скорее всего козни тайного врага или иностранной державы, а поэтому ими должна заниматься контрразведка страны. Первые слухи возникли о том, что под Росуэллом найдена «летающая тарелка», оказавшаяся русским самолетом-шпионом, и трупы, найденные возле обломков в пустыне, были телами русских шпионов. Атмосфера постоянного напряжения сохранялась в США и в последующие годы. Когда автор послесловия впервые оказался в США осенью 1959 года, то одним из первых объявлений, которое он увидел на улице американской столицы, был указатель к ближайшему бомбоубежищу. Повышенная нервозность и истеричность пропитывала общественную атмосферу в США. Приехав из советской страны, в которой средства массовой информации излучали оптимизм в отношении сегодняшнего дня и бодрую уверенность в счастливом завтра, я попал в Америку, где любое даже малозначительное событие в мире и внутри США подавалось в газетных сообщениях, радиои телепередачах в тревожных тонах. Американцы, с которыми тогда довелось беседовать, сообщали, что любой анонс по телевизору, сделанный дикторами преувеличенно взволнованным тоном, почти немедленно вызывал мысли об объявлении начала войны. Наши космические достижения изображались как прямая угроза США. Не прекращались намеки и прямые обвинения в адрес нашей страны и ее союзников в подготовке внезапного сокрушительного нападения на Америку. Даже отношение рядовых американцев к нам, русским, было зачастую настороженным, а то и откровенно испуганным, словно они видели в каждом из нас террориста с бомбой в кармане. Атмосфера всеобщего страха была до того заразительной, что автор послесловия, который до приезда в США не сомневался в мирных намерениях своей страны, в первые же недели пребывания в Вашингтоне стал невольно испытывать опасения по поводу внезапного нападения на американскую столицу и, ложась спать, глядел из окна на гигантский монумент Джорджа Вашингтона, не ощущая полной уверенности в том, уцелеет ли это сооружение вместе со всей Америкой к завтрашнему утру. Массовая нервозность в США вокруг НЛО, о которой пишет в своей книге Тим Шоукросс, сама по себе создавала опасность возникновения мирового ядерного конфликта. В ту пору в нашей стране сообщения о НЛО, поступавшие из США, долгое время не получали серьезной оценки. Видимо, эти сведения казались ненадежными и противоречивыми, а дать адекватную оценку этим явлениям не представлялось делом легким и необходимым. Поэтому советская печать просто игнорировала американские сенсационные новости о необыкновенных летающих предметах. Отношение к этим сообщением изменилось в середине 1952 года после появления в небе столицы США неопознанных объектов, когда, по словам Тима Шоукросса, «истерические настроения охватили огромные массы людей и были на грани перерастания в панику». Как указывалось в приводимом в книге письме помощника директора отдела научной разведки ЦРУ Маршалла Чэдуелла, после этих событий в правительстве США всерьез встал вопрос о том, что существующая система противовоздушной обороны США не сможет отличить неопознанные летающие объекты от советских самолетов или ракет, а это может стать причиной для нанесения Америкой ядерного удара по нашей стране. Судя по всему, в СССР узнали о таких настроениях в американских властных структурах. Как известно, действовавший в ту пору в США план атомной войны против СССР «Дропшот» предусматривал массированные бомбардировки нашей страны, в ходе которых предполагалось сбросить 300 атомных бомб и 20 тысяч тонн обычных бомб на объекты в 100 советских городах. Приоритет США в ядерных запасах и бомбардировочной авиации в условиях, когда межконтинентальной советской ракеты еще не было создано, делало возможность уничтожения нашей страны весьма вероятной. Хотя официальная советская пропаганда скрывала сведения об этих планах и размеры отставания СССР в военном отношении от США, советское руководство представляло, насколько реальна была угроза тотального уничтожения нашей страны. По мере нагнетания в США страхов перед НЛО становилась весьма реальной опасность погибнуть из-за того, что на какой-нибудь американской радиолокационной станции могут принять непонятный огненный шар за советский бомбардировщик. Неопознанные летающие диски, увиденные американцами, превратились в новую потенциальную угрозу для существования нашей страны. Поэтому советское руководство решило «разобраться» в американских летающих тарелках. Различным ученым СССР было поручено дать оценку этим сообщениям. Такое задание получил и мой отец, который в это время работал заместителем начальника 1-го Главного управления при Совете Министров СССР. (Это управление координировало работы по созданию советского атомного оружия.) Выполнить задание было нелегко. Вспомним, что американский участник научного совещания по НЛО доктор Альварез возмущался отсутствием каких-либо научных данных и чего-либо, «что можно было бы измерить». Положение советских ученых, пытавшихся дать оценку НЛО, было еще хуже: они располагали лишь отрывочными сообщениями американской прессы. Как и их американские коллеги, они не имели «основы, с которой могли бы начать работу», а «лишь личные впечатления», но в отличие от ученых США советские ученые не имели возможности проверить надежность этих впечатлений. Никакими же сообщениями о наблюдениях НЛО над территорией СССР и государств, сопредельных с нашей страной, ученые СССР, участвовавшие в подготовке экспертной справки, в это время не располагали. Ознакомившись с сообщениями о НЛО, мой отец решил, что американцы или принимают природные явления за реальные, или сами себя пугают. Вместе с тем он обратил внимание на опасность неверного истолкования нашим потенциальным противником природных феноменов или розыгрышей, устраиваемых их соотечественниками. Очевидно, подобные выводы были сделаны и другими советскими учеными, анализировавшими зарубежные сообщения о НЛО. Видимо, эти выводы были взяты на вооружение руководством страны, которое решило предупредить США об опасности использования страха перед НЛО в качестве повода для ядерного нападения на СССР. Эта позиция была изложена в первом и единственном официальном заявлении советского правительства по НЛО, которое было сделано на торжественном собрании в Москве 6 ноября 1952 года по случаю 35-й годовщины Октябрьской революции. Это было последнее подобное собрание, на котором присутствовал И.В. Сталин, а поэтому можно уверено считать, что заявление правительства страны было одним из последних, получивших его одобрение. В своем докладе на этом собрании член президиума ЦК КПСС и член Специального комитета, который возглавлял работы по атомному оружию, М.Г. Первухин объяснил сообщения о летающих тарелках тем, что "огромная пропагандистская машина миллиардеров США искусственно раздувает военный психоз. Она приучает народ к мысли о необходимости применения атомной бомбы, изо дня в день запугивает не только взрослых, но и детей, устраивая, в частности, ложные тревоги воздушного нападения. Результаты налицо. Многие американцы потеряли душевный покой. Они то и дело вглядываются в небо, и некоторым из них стали мерещиться в небе странные предметы, напоминающие огромные «летающие тарелки», «сковородки» и «зеленые огненные шары». Американские газеты и журналы широко печатают рассказы всякого рода «очевидцев»: которые-де видели эти странные предметы и утверждают, что они являются… русскими таинственными снарядами либо в крайнем случае — летательными аппаратами, посланными с какой-то другой планеты для наблюдения за тем, что делается в Америке! Как не вспомнить тут русскую народную поговорку: «У страха глаза велики». Косвенным образом это заявление и выводы ученых, на основе которых оно было сделано, показывало, что в ту пору НЛО в СССР не наблюдались или, во всяком случае, это явление не было широко известно в нашей стране. В то же время в нашей стране распространилось убеждение, что летающие тарелки — плод безумных фантазий. Между тем появление сообщений о НЛО в СССР, особенно участившиеся в 1970-1980 годы, невольно опровергло версию о том, что «летающие тарелки, сковородки и зеленые огненные шары», о которых говорил М.Г. Первухин, являются лишь следствием милитаристской пропаганды «миллиардеров США». В ту пору в нашей стране миллиардеров не было, пропаганда войны была объявлена преступлением, а сообщения о НЛО почти не публиковались. Из содержания книги Шоукросса ясно, что за густой пеной психопатических эпидемий в США было нечто, не укладывающееся в объяснения о безумных видениях. Тим Шоукросс пишет, что истерия 1952 года, едва не переросшая в панику, сопровождалась многими свидетельствами трезвых наблюдателей о появлении непонятных объектов, а также странными показаниями приборов, не подвластных человеческим эмоциям. Однако, чтобы найти подлинные факты, многим исследователям, вроде Тима Шоукросса, приходится долго очищать их от обильных наслоений коллективного безумия. Продукты устного народного творчества В информации о НЛО существует еще один густой слой, в котором исследователю приходится долго копаться, прежде чем он доберется до истины. Как видно из содержания книги, рассказы о летающих тарелках и их обитателях могут быть сфабрикованы людьми совершенно нормальными. Шоукросс достаточно подробно остановился на пласте «тарелковедения», состоящего из фантастических баек, сочиненных психически здоровыми людьми. Наиболее яркие примеры такого фантазерства содержатся в рассказах Рика Тангейта. Необузданное воображение автомеханика позволяет ему, вопреки правилам американской армии, получить офицерское звание в 18 лет, «телепатически» беседовать с пленным пришельцем, сбегать из корейско-китайского плена и за пару недель проходить пешком Китай, Вьетнам, Лаос, Таиланд и Малайю. Хотя автор испытывает некоторые сомнения относительно нормального рассудка Рика Тангейта, очевидно, что буйное воображение не мешает автомеханику быть превосходным специалистом своего дела и связно сочинять свои байки. Скорее всего, Рик Тангейт принадлежит к той неистребимой категории вралей, которые всегда присутствуют в любом народе. Не являлись психически ненормальными шолоховский дед Щукарь, дед Пантелей из чеховской «Степи», шукшинский Бронька Пупков, Тартарен и Бомбар из романов А. Додэ и другие литературные герои, а также их реальные прототипы, сочинявшие или повторявшие невероятные истории. Не был ненормальным и реальный барон Мюнхгаузен, который послужил прототипом для известного литературного персонажа. Не были и не являются психически ненормальными миллионы людей, сочинявших и продолжающих сочинять небывальщину. Старые как мир байки являются порождением человеческой фантазии, этого вечного спутника людей с давних доисторических времен. Не вдаваясь в морально-этическую природу вранья, специалисты по устному народному творчеству объясняют искажения правды непременным условием своеобразного жанра — былички, короткого устного рассказа, претендующего на документальность. Сам жанр такого повествования заставляет его творца следовать определенным сюжетным поворотам, соблюдать необходимые пропорции эмоциональных красок, вводить определенных персонажей. Я не раз был свидетелем того, как точные, но скучноватые истории, пересказанные в жанре былички, претерпевали поразительные изменения: существенно выигрывая в занимательности, но заметно отклоняясь от правдивых фактов. Люди создают произведения устного творчества и делают себя очевидцами редких событий. Так, количество людей, которые якобы несли с Лениным бревно на первом Всероссийском субботнике, значительно превышало количество лиц, необходимых для переноски даже ствола секвойи длиной в несколько десятков метров. Не удивительно, что после обнародования Кеннетом Арнольдом своего рассказа об увиденном в Каскадных горах, возникло множество баек, в которых другие люди сообщали, что видели «нечто похожее». Представим себе, что появление представителей внеземных цивилизаций произошло бы так, как его описывали в научно-фантастических романов в конце XIX — первой половине XX века. Вероятно, в этом случае, автор байки рассказывал бы о том, что он был на той самой Хорселльской пустоши, на которую, по словам Герберта Уэллса, упал цилиндр с марсианами. А если бы такой очевидец обладал живым воображением деда Щукаря, барона Мюнхгаузена или Рика Тангейта, то он бы непременно показал «следы» ожогов от «теплового луча марсиан». В том же случае, если бы прибытие внеземных странников состоялось так, как его предвидел наш соотечественник Георгий Мартынов, то сочинители баек непременно оказались бы под Курском и попали бы в ураган, вызванный ракетой с планеты Каллисто, а «очевидец» рассказывал бы, что он был свидетелем вылета из круглого шара дружелюбных, улыбающихся людей с искусственными крыльями и их парения над землей. Но зачастую автор байки не ограничивается тем, что присоединяет себя к участникам известного события. Условия, в которых создается устный рассказ, требуют того, чтобы автор оказался в центре описываемого события и стал его главным героем. Для этого ему приходится соответствующим образом «реконструировать» события прошлого, чтобы отвести себе в них центральное место. По этой причине Рик Тангейт превращает себя в организатора небывалого побега американских пленных из Северной Кореи, а Бронька Пупков «открывает» новую страницу в истории второй мировой войны, описывая, как он покушался на Гитлера в 1943 году. Рассказчик истории о встрече с инопланетянами оказывается «избранным» представителями внеземной цивилизации для уникального контакта. Причины для такого выбора часто темны, но порой рассказчики указывают, что были избраны для особой миссии в силу своих уникальных качеств. Так, Рик Тангейт утверждает, что ему доверили разбор архивов по НЛО потому, что он обладает фотографической памятью. Уникальные качества Тангейта были замечены и инопланетянином, который всякий раз радовался, когда тот приходил к нему для телепатической беседы. (Как известно, Броньку Пупкова избрали для уничтожения Гитлера за его исключительную меткость и за поразительное внешнее сходство с немецким офицером, захваченным в плен.) Анонимный «оператор», который якобы снял пленку «вскрытия пришельцев», утверждает, что он был специально избран генералом Макалланом для ответственной киносъемки. Если верить этому рассказу, то многочисленные солдаты и офицеры терпеливо слушали истошные вопли умирающих пришельцев и ждали несколько часов, пока автор байки прибудет на место приземления первых представителей внеземной цивилизации. Такое мировосприятие типично для автора байки: мировая история может останавливаться и ждать, пока ее главный герой прибудет на место действия. Судя по его комментариям, автор популярных документальных фильмов явно не может понять, зачем психически нормальные люди сочиняют вымышленные истории. Подобным же образом, когда Егорушка из чеховской «Степи» повзрослел, ему «казалось странным», что дед Пантелей, «изъездивший на своем веку всю Россию, видевший и знавший многое, человек, у которого сгорели жена и дети, обесценивал свою богатую жизнь до того, что всякий раз, сидя у костра, или молчал, или же говорил о том, чего не было». Точно так же «обесценивают» свою жизнь Бронька Пупков, участник Великой Отечественной войны. Так же «обесценивает» свою жизнь Рик Тангейт, талантливый автомеханик, немало повидавший в жизни. В то же время следует учитывать, что сам характер межличностного общения людей невольно обесценивает их уникальный и сложный реальный жизненный опыт, не укладывающийся в рамки «игр, в которые играют люди». Из своего опыта межличностных контактов люди знают, что порой единственный способ сделать беседу интересной в их привычном кругу общения — это рассказать захватывающую историю, а единственный способ заставить окружающих привлечь внимание к тебе — поставить себя в центр невероятной истории. Весьма знаменательно, что автору вымышленной истории мало того, что он превращает себя в героя всемирно-исторического значения. В таком рассказе он хочет получить и чисто земные награды, которых был лишен в реальной жизни. По этой причине Тангейт производит себя в капитаны, а Бронька позволяет себе вдоволь побаловаться генеральским пайком. За такие заветные минуты, когда рассказчик байки превращает свою жизнь, в которой, по его мнению, нет и не было ничего интересного, в героическую сагу, он готов даже, как Бронька Пупков, вытерпеть упреки близких и даже угрозы понести наказание «за искажение истории». Если же такой рассказчик знает, что скоро его покажут по телевизору и о нем напишут в книге, а это, между прочим, будет служить неплохой рекламой для его небольшого, но доходного предприятия, то такой врунишка может сочинить самую невероятную историю про собственные подвиги. Для того, чтобы понять обусловленность многих рассказов о контактах с НЛО жанром байки, нужно вспомнить, как подобные события освещались в классической научной фантастике. Как известно, в романах Уэллса и Мартынова о возможности прибытии инопланетян на Землю первыми предупреждают астрономы, заметившие светящиеся точки, приближающиеся к нашей планете. И в том, и в другом случае к месту приземления космических кораблей прибывают толпы людей, уже заранее оповещенных о том, где можно ожидать прибытия инопланетных посланцев. Здесь находятся представители властей и журналисты. Проходит немало времени, прежде чем крышка марсианского цилиндра отвинчивается, а шар каллистян открывается. В считанные минуты после своего явления перед глазами землян последним становится ясно, что из себя представляют пришельцы и что можно от них ожидать. Внешний облик марсиан («Большая сероватая круглая туша, величиной, пожалуй, с медведя», которая «лоснилась, точно мокрый ремень… Два больших темных глаза… круглая голова… треугольный рот, с выступающей верхней губой, полнейшее отсутствие лба, никаких признаков подбородка, непрерывное подергивание рта, щупальца, как у Горгоны, шумное дыхание в непривычной атмосфере, неповоротливость и затрудненность в движениях… в особенности же огромные пристальные глаза — все это было омерзительно до тошноты») вполне соответствовал их каннибальским действиям. Внешний же облик жителей Каллисто («Все — руки, шеи, лица, были черными, черными, как китайская тушь. Черты из продолговатых лиц были такие же, как у людей белой расы, и красивы, красивы с земной точки зрения. Светлые золотистые волосы лежали мягкими волнами. Головы были ничем не покрыты. Ростом они были около двух метров, и их широкие плечи указывали на физическую силу… Их глаза (два глаза) были очень длинны и узки, так что казались прищуренными. Ресницы были золотисты, как и волосы. Никаких признаков бороды или усов не было заметно… И они улыбались».) также отвечал их намерениям сотрудничать с землянами. Если в романах встреча с иными мирами сразу становится событием всемирно-исторического порядка (в романе Артура Кларка «Конец детства» первые инопланетяне приземляются у здания ООН в Нью-Йорке, и Генеральный секретарь ООН поднимается на борт их корабля), то в рассказах «очевидцев» встреча с инопланетными существами — это явление личного опыта, да к тому же таинственным образом закрытое для остального мира. Обсерватории мира не замечают приближения кораблей, на которых прибывают межзвездные странники. Представители властей, журналисты, случайные свидетели отсутствуют на месте приземления корабля. Внеземные пришельцы выбирают лишь одного, редко двоих-троих людей для установления межпланетного контакта. Поскольку нет ни одного общепризнанного документального свидетельства о пребывании представителей других миров на Земле, следует признать, что картины первых межпланетных контактов, созданных воображением Уэллса, Мартынов и Кларка, столь же гипотетичны, сколь и рассказы очевидцев. Существенные же различия в описании пришельцев, характера встречи землян с ними обусловлены прежде всего разницей в жанре. Познания научного фантаста в современной науке и общественной организации, ясное представление о скромном положении отдельного лица в обществе заставляют его воображение представлять межпланетный контакт скорее всего так, как его представили Уэллс, Мартынов и Кларк. Ограниченный круг знаний и опыта, эгоцентризм, игнорирующий общественную организацию, желание вознаградить себя в фантазии, сделав себя «избранным» для уникальной роли в мировой истории, и вознаградить себя в реальной жизни, получив признание слушателей, заставляет автора байки ставить себя в центр вымышленного всемирно-исторического события. Традиционность же форм межличностных контактов, в ходе которых создается байка, обусловливает и традиционность ее формы. Анализируя характер многих рассказов очевидцев о своих наблюдениях летающих тарелок и «контактах» с «пришельцами», отечественный этнограф В. И. Санаров в своей статье «НЛО и энлонавты в свете фольклористики» (Журнал «Советская этнография», 1979, N 2) решительно отказался выносить суждение «о достоверности самих НЛО». Специалиста по фольклору рассказы о НЛО и внеземных пришельцах заинтересовали как явление, свойственное определенному жанру устного народного творчества. «Рассказ о встрече с НЛО или энлонавтами — это своеобразный отчет очевидца, свидетельское показание о странном, таинственном случае, нарушившим течение нормальной жизни, — отмечает знаток фольклора. — За редким исключением, это всегда документированный рассказ, с указанием определенного лица, даты и времени события, места наблюдения, иногда с зарисовкой увиденного». Эти черты рассказов о внеземных пришельцах позволяют В.И. Санарову уверенно отнести истории «о встречах с НЛО к жанру несказочной прозы — меморантам, в частности, характеризовать их как былички». Традиционные былички, которые повествовали о чертях и ведьмах, леших и водяных, русалках и домовых, по оценке В.И. Санарова, «находятся в состоянии распада». Но им на их смену пришли «современные былички о странных летающих объектах и их пассажирах, которые, однако, унаследовали многие черты своих предшественников». Признание жанрового единства многих рассказов о НЛО с традиционными историями о встречах с нечистой силой фактически содержится в книге А.К. Прийма «НЛО! Очевидцы непознанного», в которой сообщения о внеземных пришельцах приведены как бесспорные свидетельства наряду с извечными, но еще бытующими байками о леших и домовых. Правда, в отличие от В.И. Санарова, исходящего из фантастической природы быличек про домовых и леших, А.К. Прийма выдает этот нехитрый товар не первой свежести за новые находки отечественных наблюдателей. Как и персонажи древнего фольклора, персонажи современных быличек часто имеют вид необычный. Как отмечал В.И. Санаров, «в описании внешности энлонавтов иногда четко видны черты, роднящие их с образом лешего, водяного или черта: покрытые волосами человекоподобные существа с рожками на голове и большими клыками или с зелеными лицами, красной кожей, с круглыми, как у рыбы, глазами». В то же время, по мнению специалиста по фольклору, подобные образы «не соответствуют духу времени. Поэтому в большинстве случаев энлонавты предстают в быличках как вполне нормальные люди пропорциального телосложения». Как известно, некоторые герои традиционного фольклора (лешие, черти) «пропадали с глаз, стоило только перекреститься». Подобной способностью внезапно исчезнуть обладают НЛО, их пилоты и пассажиры. На протяжении полувека они старательно избегают открытой встречи с человечеством, ограничиваясь непродолжительными контактами с отдельными людьми, которые обрываются поспешным отлетом пришельцев и исчезновением НЛО в небе. «Контакт» с пришельцем совершается по традиционному шаблону былички. В древних байках, если леший подсаживался в телегу, то никакая сила не могла ее сдвинуть с места. Теперь под воздействием НЛО выходит система зажигания автомобиля. Иногда, увидев пришельца, сам очевидец может окаменеть, лишившись сил, чтобы двинуться с места. Парализовав волю человека, нечистая сила могла творить с ним что ей вздумается. Как и традиционные лешие, водяные, домовые и русалки, пришельцы постоянно занимаются похищениями людей. Элементы современности присутствуют в описаниях космического корабля, на борт которого захватывают рассказчика, а также в описании медицинских экспериментов, которые над ним проводят. Как обычная нечисть, наводившая порчу на домашних животных, пришельцы не оставляют без внимания скот, принадлежащий людям: часто они вырезают части тела у коров для каких-то генетических экспериментов. Наконец, В.И. Санаров обратил внимание еще на один существенный элемент традиционной былички, присутствующий в рассказах про НЛО — "вера в достоверность рассказанного. Вера в НЛО как в «персонаж отмечается даже тогда, когда рассказчик видел действительно реальный, земной объект… Рассказчики убеждены, что они встречались именно с НЛО и энлонавтами, ставшими, таким образом, новыми „персонажами“ в народных представлениях о потусторонних силах». Диктат жанра делает рассказы о НЛО и пришельцах поразительно похожими друг на друга, лишенными индивидуальности. (Хотя, по мнению А. К. Прийма, эта жанровая стандартизация якобы говорит в пользу их истинности. Он пишет: «Объявлять их выдумками — нелепо. Сплошь и рядом люди, живущие в самых разных концах Земли, рассказывают одни и те же вещи. Зачастую их отчеты похожи как братья-близнецы». Очевидно, что автор книг о НЛО не признает наличия «бродячих сюжетов», присутствующих во всех анекдотах, сказках, драмах и многих других художественных произведениях.) В целом пришельцы из баек так же сильно отличаются от представителей внеземных цивилизаций в научно-фантастических романах, как нечистая сила из баек от Мефистофеля из «Фауста» Гёте, Люцифера из «Потерянного рая» Мильтона и Дьявола, явившегося Ивану Карамазову. И это лишний раз подчеркивает, что отличия в изображении необыкновенного явления обусловлены разными жанрами художественного вымысла. Однако при всей фантастичности баек в них может содержаться какая-то истинная информация. Тим Шоукросс терпеливо выслушивает вдохновенные сочинения Тангейта, полагая, что автомеханик мог хотя бы случайно привнести в свои байки какое-то зерно истины, например, про чистку архивов, которая на самом деле происходила в отношении документов 509-го авиаполка. Однако очистить подлинное от вымышленного в байке нельзя чисто механическим способом удаления фантазии, как это можно сделать в отношении безумных бредней. Тут требуется своеобразная «химическая очистка». Для того, чтобы извлечь фактическую информацию, которая может содержаться в байке, следует разрушить ее жанровые рамки, то есть превратить ее из произведения устного народного творчества в нехудожественное, документальное. Пытливые расспросы «завравшегося» рассказчика действуют как химикаты на ткань его сочинения позволяют разложить его на составные части, среди которых может оказаться и известная доля истины. Из книги Т. Шоукросса следует, что Министерство ВВС CША разработало свою методику, с помощью которой историю о встрече с НЛО, изложенную в виде былички, можж было превращать в строго документальное свидетельство. «Химикатами», которые разъедают ткань устного творчества и преобразуют информационный остаток в документальные свидетельства, служат вопросы о размерах, фopме, скорости и других свойствах НЛО. Любая же попытка сохранить рассказ о НЛО и пришельцах в его первозданном виде неизбежно обрекает превращение даже подлинной информации в фольклорную историю. Наслоения мистификаций Близко к байкам, порождавшим ложные сообщения о НЛО, находятся и розыгрыши, которые устраивали и продолжают устраивать люди, «потехи ради». Хотя А.К. Прийма не только отрицает возможность мистификаций в отношении НЛО и даже заявляет, что сама мысль об этом «не выдерживает критики», трудно отделаться от впечатления, что автор книги о НЛО, сопроводивший ее своими неудачными снимками, которые он выдает за бесспорные свидетельства наличия необъясненной наукой энергии, принадлежит к отчаянным шутникам и любителям розыгрышей. История последнего полувека свидетельствует: чем сильнее разыгрывались страсти вокруг НЛО во время очередного приступа тарелкомании, тем активнее были любители подшутить над ближними. Как пишет Т. Шоукросс, в разгар «тарелкомании» шутники монтировали «летающие тарелки», а один розыгрыш стал предметом дискуссий ФБР и ВВС. В отличие от байки, автор которой ограничивал сферу межпланетного контакта своей личностью и не мог предъявить в пользу этого контакта никаких зримых свидетельств, творцы розыгрышей создавали впечатление о том, что инопланетяне оставили всему человечеству осязаемые следы своего пребывания и порой предлагали миру соответствующие вещественные доказательства. Один из наиболее известных розыгрышей, в ходе которого обыгрывалась тема вторжения из космоса, был предпринят почти за девять лет до сообщения Кеннета Арнольда известным актером и режиссером Орсоном Уэллесом. Хотя впоследствии Орсон Уэллес не раз напоминал о том, что внимательный радиослушатель мог догадаться, что передается фантастическая постановка, значительная часть радиоаудитории не подозревала, что 30 октября 1938 года по радио транслировалась модернизированная версия романа Герберта Уэллса «Война миров». Постановка открывалась прологом, с которым выступил ее автор. Орсон Уэллес говорил: «Это было в конце октября. Деловая активность возрастала. Ужасы войны остались позади. Все больше народу возвращалось к труду. Развивалась торговля. В тот вечер, 30 октября, по подсчету „бюро Кросли“, 32 миллиона человек слушали радио». Пролог, с которым выступил Орсон Уэллес, был нарочито неясным, и многие слушатели не поняли, что, говоря о «прошедшей войне» и «конце октября», актер имел в виду не страх перед мировой войной, охвативший почти весь мир в сентябре 1938 года, и не конец октября 1938 года. Речь Уэллеса прервалась диктором, который говорил: «…В течение ближайших суток температура воздуха остается без изменений… Максимальная температура 66 градусов, минимальная 48 градусов (по Фаренгейту. — Прим. автора.). Мы передавали прогноз погоды на завтра, подготовленный Государственным метеорологическим бюро… Сейчас включаем студию „Отель парк плаца“, откуда будем передавать концерт оркестра под управлением Рамона Ракуэлло». Однако через несколько секунд концерт Рамона Ракуэлло был прерван. Диктор передал «экстренный бюллетень» о том, что обсерватория Mayнт-Дженнингс наблюдала «несколько взрывов раскаленного газа на планете Марс». Он сообщил, что «данные спектрального анализа свидетельствуют о том, что это водород и что он движется с огромной скоростью к Земле». Радиостанция вернулась к программе танцевальной музыки, которая была вновь прервана обращением Государственного метеорологического бюро ко всем обсерваториям: им предлагалось вести неустанное наблюдение за Марсом. Затем последовали интервью с неким «знаменитым астрономом», профессором Пирсоном, которого играл сам Орсон Уэллес. Пирсон успокаивал радиослушателей, уверяя, что почти нет шансов на то, что на Марсе существует жизнь, и сообщая, что расстояние между Землей и Марсом «вполне безопасное». После серии схожих информационных сообщений о «красной планете» неожиданно последовало «экстренное сообщение из Трентона (штат Нью-Джерси)». Диктор взволнованным голосом говорил: «…В 20 часов 50 минут огромный огненный предмет, похожий на метеорит, упал неподалеку от Гроверс-Милл, Нью-Джерси, в двадцати двух милях от Трентона. Вспышка была видна на небе в радиусе нескольких сот миль, а звук взрыва был слышен даже в Элизабете». Вскоре "специальный радиорепортер «Филлипс» передавал с места падения метеорита: «Вот лежит эта штука, прямо передо мной, она наполовину зарылась в землю. Насколько я могу судить, этот предмет не очень похож на метеор… скорее, он похож на огромный цилиндр». Как и в романе Герберта Уэллса, крышка цилиндра отвинтилась и из нее появился марсианин. «Радиорепортер» постарался прочесть текст Уэллса как можно выразительнее: «Леди и джентльмены! Ничего более ужасного я никогда не видел. …Господи, что-то похожее на серую змею выползает из темноты. Вот еще и еще… Это похоже на щупальца. Я вижу тело этого существа. Оно не меньше медведя и блестит, как мокрая кожа. Но лицо!.. Оно… оно не поддается описанию. Я с трудом заставляю себя смотреть на него. Глаза черные и сверкают, как у змеи. Рот V— образной формы, губы совершенно не очерчены; они дрожат и пульсируют, с них капает слюна. Чудовище почти не может двигаться. Вот оно приподнимается. Толпа отпрянула назад. С нее довольно. Это слишком потрясающее зрелище. Я не нахожу слов… Все это время я не выпускаю из рук микрофон. Сейчас я должен перейти на новое место и на несколько секунд прерву передачу». После нескольких фраз диктора «Филлипс» продолжал свой «прямой репортаж». Он сообщал: «Прибыли новые подразделения полиции… Подождите! Творится что-то неладное! (Какой-то свистящий звук, за которым слышится все нарастающее гудение.) Из ямы поднимается какойто горбатый предмет. Я вижу небольшой световой зайчик от поднятого вверх зеркала. Что это такое? Из зеркала бьет струя огня и попадает в приближающихся к яме людей. Боже милосердный, их пожирает пламя! (Стоны и страшные крики.) Теперь все поле охвачено огнем. (Взрыв.) Лес… сараи… бензобаки автомобилей… всюду бушует пламя. Оно приближается ко мне. Всего в двадцати ядрах справа от меня… (Треск микрофона… затем мертвая тишина.)» Далее следовали выпуски «последних известий», из которых радиослушатели узнавали, что «репортер „Филлипс“ сожжен тепловым лучом», а «профессору Пирсону удалось спастись». Взволнованные дикторы передавали, что на территорию США приземлилось еще несколько цилиндров. Выбравшись из космических кораблей, марсиане передвигались на своих треножниках-роботах, которые возвышались над деревьями. Вскоре первые марсиане вступили в Нью-Йорк. Приблизившись к городу, марсиане выпустили черный ядовитый дым, от которого противогазы не спасали. Радио сообщало, что «охваченные паникой толпы людей ринулись из города, но все дороги уже были безнадежно забиты». Находясь на крыше небоскреба, радиокомментатор передавал: «Пять гигантских машин… Сначала одна пересекает реку… она переходит Гудзон вброд, как человек переходит через ручей… Ее стальная, похожая на гигантский колпак, голова поднимается вровень с крышами небоскребов… Это конец… Появляется черный дым… черный дым плывет над городом. Люди… бегут в сторону Ист-ривер… тысячи людей, спасающихся бегством, как крысы. Теперь дым распространяется быстрее. Он уже обволакивает Таймс-сквер. Люди пытаются спастись, но тщетно. Они падают, как мухи. Вот дым заполняет Шестую авеню… Пятую авеню… он в ста ярдах от меня… в пятидесяти футах…» После паузы потрясенные радиослушатели услыхали, как анонимный радист безнадежно взывал: «ДВА ИКС ДВА ЭЛ вызывает СИ КЬЮ… Нью-Йорк! Меня кто-нибудь слышит? Меня кто-нибудь слышит?… ДВА ИКС ДВА ЭЛ…» (Наступает тишина.) Как и роман Уэллса, радиопостановка завершалась благополучно для землян. Марсиане гибли от земных бактерий, о чем уведомлял радиослушателей уцелевший профессор Пирсон. Но прежде чем радиослушатели услыхали благополучный конец и объяснение Орсона Уэллеса о завершении радиопостановки, более миллиона американцев оказались охваченными паникой. Поверив «астроному», «Филлипсу» и другим «радиокомментаторам», радиослушатели воспринимали многие приметы обычной жизни как подтверждение реальности той картины, которая родилась в их сознании под воздействием услышанного. Тот, кто увидел на улице большое движение транспорта, решил, что происходит массовая эвакуация. Тот же, кто увидел пустую улицу, решил, что население в панике покинуло город или что район оцеплен полицией. Как свидетельствовал еженедельник «Ньюсуик» от 7 ноября 1938 года, "тысячи перепуганных людей готовились к эвакуации. Некоторые считали, что на США напали немцы или японцы. Сотни призывали к себе родных и друзей, чтобы сказать им последнее прости. Многие просто бегали как угорелые, сея панику, пока, наконец, не узнали в чем дело. В полицию непрерывно звонили люди, взывая о помощи: «Мы уже слышим стрельбу, мне нужен противогаз!» — кричал в трубку какой-то житель Бруклина. Дороги и телефонные линии в течение нескольких часов были забиты до отказа. Мистификация, затеянная Орсоном Уэллесом, не могла продолжаться долго. По окончании постановки он выступил перед радиослушателями и сообщил о том, что он и театр «Меркюри» «инсценировали эту историю, чтобы немножко попугать вас». Артист выразил надежду, что слушатели «с облегчением узнают, что ничего подобного не самом деле не было». Многие авторы мистификаций, в которых использовался интерес людей к НЛО, руководствовались аналогичным желанием «немножко попугать» людей. Видимо, этим объяснялись действия шутников в Англии, которые занимались потравами на полях, оставляя ровные круги поломанных колосьев. Эти круги выдавались за следы летающих тарелок. В других случаях авторы розыгрышей, как и авторы баек, получавших широкую огласку, рассчитывали на сиюминутную славу. Еще на заре тарелкомании в США один из таких шутников предъявил общественности «тело пришельца». «Труп инопланетянина» «обнаружил» парикмахер. На самом же деле у брадобрея дома была ручная обезьянка. Когда она сдохла, то цирюльник обрил ее, а затем бросил на близлежащее шоссе. Когда труп обезьянки переехал мощный грузовик, парикмахер забрал изуродованное тельце и стал названивать в газеты. Прибывшим к нему представителям прессы он сообщил, что у него на глазах вблизи от шоссе приземлилась летающая тарелка. Ее миниатюрные пилоты вышли наружу. Один из них вышел на проезжую часть дороги, где был сбит и раздавлен грузовиком. Видимо, в ужасе от происшествия остальные члены космического экипажа бросились к тарелке, и она в мгновение ока скрылась. Труп же «пришельца» остался на шоссе. Несколько часов парикмахер был героем страны, но вскоре его обман был раскрыт. Предъявление весомых свидетельств в виде трупика странного существа (в которое превратилась обритая наголо обезьянка) или хотя бы в виде радиосообщения с использованием дикторского текста, прямых репортажей с места событий, экспертных оценок производит на обманутых людей гораздо более глубокое впечатление, чем байка. По этой причине рассказ польского крестьянина, поведовавшего о том, как он во время поездки по полю в телеге был захвачен необычными существами, выгодно отличался от большинства быличек про НЛО обилием реалистичных подробностей, которые обычно отсутствуют в убогих фантазиях о пришельцах. Крестьянин рассказывал, как он услыхал над собой шум мотора. Взглянув наверх, он увидел вертолет необычной окраски. Вертолет приземлился недалеко от него. Из него вышли два существа, похожие на людей. Однако в отличие от людей их глаза, по словам очевидца, были огромными и выпуклыми, как у громадной рыбины, а ступни ног были необыкновенной величины и похожи на лягушачьи. Они, не говоря ни слова, схватили крестьянина, повели в вертолет, там дали поесть нечто желеобразное. Потом вертолет поднялся в воздух, сделал несколько кругов, а затем приземлился, и крестьянина вытолкали из машины. После того, как это известие вызвало немалый ажиотаж в Польше и за ее пределами, было установлено, что похитителями крестьянина были шутники из Варшавского отделения существовавшего тогда общества содействия польской армии. Взяв списанный военный вертолет, находившийся на балансе общества, надев очки и ласты для спортивного плаванья, подгримировавшись и приготовив желе, любители розыгрышей решили вызвать очередную волну слухов о НЛО. Однако шутники были задержаны, когда они в своем необычном облачении попытались мистифицировать скопление людей. Хотя розыгрыши оказывают значительно более сильное впечатление на сторонних наблюдателей, чем байки, они являются более уязвимыми для разоблачения. Пока автор вымышленной версии утверждает, что происшедшее с ним является частью уникального опыта, который не может быть подтвержден или опровергнут иными свидетелями, нельзя предъявить 100-процентное доказательство его вранья. Однако как только лжец приводит вещественные доказательства в пользу своего обмана или пытается надуть широкую аудиторию, предъявленные им предметы можно подвергнуть дотошной технической экспертизе, а в аудитории могут оказаться свидетели, которые без труда опровергнут мнимое алиби. Любой житель Трентона, где якобы происходило приземление кораблей марсиан, любой житель «погибшего» Нью-Йорка мог легко разоблачить мистификацию, а поэтому Орсон Уэллес поспешил признаться в обмане уже в конце своей передачи. Американский парикмахер, предъявив свою мартышку для опознания, мог быть разоблачен первым же патологоанатомом или зоологом, не говоря уже о своих друзьях и знакомых, видевших у него не раз симпатичного зверька. Вылазка в сельскую местность членов польского ДОСААФа оставила столь много материальных следов и свидетельских показаний, что опознать их варшавским сыщикам не представляло большого труда. Короче говоря, авантюристичные обманщики, сочиняющие мистификации космических масштабов, рискуют довольно быстро завраться и оказаться разоблаченными. Все вещественные свидетельства существования НЛО, которые можно было подержать в руках, взвесить, измерить, подвергнуть химическому анализу, были разоблачены как мистификации. Доказательства того, что НЛО существуют, предъявлены лишь на фото— и кинопленке или в документах властных структур. По этой причине мистификаторы, эксплуатирующие тему НЛО, особенно рьяно занимаются фабрикацией правительственных документов, кино— и фотоматериалов, не выдерживающих критики экспертов, но охотно принимаемых за подлинные публикой, некомпетентной и жаждущей «чуда». Чтобы доказать несостоятельность сфабрикованных версий, требуются специалисты своего дела. Знатоки того, как снимали документальные фильмы военные операторы в годы второй мировой войны, в считанные минуты увидели многочисленные нелепости попыток выдать пленку о «вскрытии пришельцев» за продукцию военного кинодокументалиста 1940-х годов. Как сообщает Тим Шоукросс, знатоки правительственного бумаготворчества доказали полную несостоятельность так называемых «документов МДж-12». По этой причине Рей Сантилли и его сообщники так старательно уклоняются от технической экспертизы пленки, а неуловимый «оператор» избегает очной ставки с теми, кто мог бы подтвердить или опровергнуть его рассказ о съемке «вскрытия пришельцев». Однако, поскольку подобных специалистов своего дела чрезвычайно мало, публика может принять или отвергнуть версию мистификатора в зависимости от того, в какой степени она допущена к информации специалистов и готова принять их оценки. Явно имитируя свою готовность сотрудничать с серьезными специалистами, Сантилли прекрасно знает, что у него есть огромная аудитория, которая готова принять его фильм без всякой экспертной проверки. Что еще более важно, Сантилли знает, что эта многомиллионная аудитория готова заплатить немалые деньги за то, чтобы ей показали фильм, который решительно отвергнут всеми компетентными людьми как фальшивка. Мистификатор с космическим размахом, если он желает избежать быстрого провала, старается ориентироваться на определенную аудиторию, которая никогда не сможет осуществить проверку предъявленных вещественных доказательств в силу недостаточной компетентности и никогда не пожелает подвергнуть сомнениям основные положения вымышленной версии. Известно, что успеху шарлатана способствует не только владение мастерством иллюзиониста, но и легковерие публики, готовой, а порой жаждущей поверить занимательному обману. Как пишет Шоукросс, среди сторонников НЛО оказалось немало таких, которые, прекрасно зная о мнении специалистов относительно «документов МДж-12», не пожелали прислушаться к их суждениям и приняли на веру сфальсифицированные бумаги. Чем менее взыскательна публика, для которой предназначены подделки документов и фото— и кинофальшивки, тем примитивнее эти изделия. Очевидно, что А.К. Прийма ориентируется на людей, никогда не бравших в руки фотоаппарат, коль скоро предъявляет обычные для любого фотолюбителя бракованные снимки в качестве свидетельств явлений, не замеченных современной наукой. Обычные дефекты на пленке или брак при проявлении автор представляет как снятые им «энергетические петли» или «стены мрака». Впрочем, и получившиеся у автора без брака невыразительные снимки на лоне природы используются им в качестве фотосвидетельств чудесных событий. Сломанная береза, подобия которой можно увидеть в большом количестве после всякого сильного ветра, служит «доказательством» наличия невидимых энергетических сил. Полянка, на которой выросли огромные цветы дудника, должна подтвердить присутствие мощного невидимого энергетического поля. В том же должен убедить снимок засохшего ствола березы. Любой человек, впервые взявший в руки фотоаппарат, может без труда за час наснимать фотографии, подобные тем, что представил А. К. Прийма в своей книге. Однако рядовой фотолюбитель не получит за подобные снимки ничего, кроме насмешек своих родных и близких. Надо быть опытным знатоком рынка, чтобы суметь продать столь негодный товар с выгодой. Не приходится сомневаться в том, что А. К. Прийма мастер своего дела и сумел удачно пристроить свои убогие фотоработы. В то время как сочинители охотничьих историй и рассказов про ведьм, леших, русалок и пришельцев довольствуются обычно успехом в узком кругу друзей, знакомых, случайно встретившихся попутчиков, мистификаторы ориентируются на имеющийся спрос на их продукцию. В отличие от баек крупномасштабный вымысел, претендующий на документальность, изначально предназначен для массового рынка. В своей книге Тим Шоукросс обратил внимание на сочинения Джорджа Адамского, Ховарда Менджера, Дэниела Фрея и других, рассказывавших совершенно невероятные истории о своих полетах на внеземных космических кораблях и встречах с инопланетянами. Следует учесть, что в отличие от сочинителей быличек, авторы удачливых мистификаций получают немалую материальную выгоду от своих произведений. Из содержания книги Шоукросса ясно, что подавляющее большинство из нескольких миллионов сторонников НЛО некритично воспринимают самую разнообразную пищу на тему внеземных контактов, а поэтому в США и за их пределами сложился огромный рынок для любителей такой литературы. В свою очередь современные мистификаторы не просто игнорируют мнение специалистов, но возбуждают недоверие, переходящее в патологическую подозрительность, по отношению к людям, обладающим глубокими познаниями и высокой квалификацией в различных областях науки и техники. По этой причине практически все мистификаторские версии исходят из так называемых «теорий заговоров», о которых постоянно упоминает Тим Шоукросс. Раздувание мистификаторами подозрительности к специалистам науки и техники является важнейшим условием их коммерческого успеха. В то же время отвращение к специальным знаниям и научному методу способствует массовой интеллектуальной деградации. Теории заговора часто используют стереотипные представления о тех силах, которые могли быть организаторами всемирных заговоров. По этой причине Владимир Терзицкий, автор одной из версий, утверждает, что НЛО создаются под ледяной шапкой Антаркиды, где укрылись недобитые нацисты. Как уверяет Терзицкий, под многокилометровым льдом существует двухмиллионный Нейе Берлин. Версию Терзицкого поддержали супруги Хилл, Барни и Бетти, которые оказались среди многочисленных «похищенных» НЛО. Пилоты летающей тарелки были одеты в форму, напоминавшую форму пилотов ВВС, и говорили с иностранным акцентом. Более того, Барни Хилл утверждал, что капитан «тарелки» был «похож на немецкого нациста». Весьма знаменательно, что в соответствии с версией Терзицкого, антарктические нацисты используют НЛО для тайных сношений с американским правительством. Все это якобы тщательно скрывается от амери канского народа. Лейтмотивом всех последних мистификаций, связанных с НЛО, является содержащиеся в них обвинения правительства США, а вкупе с ним и правительств других стран мира в сокрытии правды о летающих тарелках. Самые разнообразные теории заговора исходят из того, что американское правительство уже в июне 1947 года получило неопровержимые доказательства существования внеземных цивилизаций, но их было решено скрыть от общественности. Утверждается, что Пентагон где-то хранит заспиртованные тела пришельцев и «подлинные» обломки летающей тарелки, приземлившейся в районе Росуэлла. Абсурдность теорий заговоров высмеивалась военными США еще во время первой эпидемии «тарелкомании». В беседе с астрофизиком Дональдом Мензелом представитель ВВС в 1947 году довольно цинично объяснял, что в принципе военные заинтересованы не в сокрытии появления пришельцев и их летательных аппаратов, а, напротив, во всемерном раздувании страха перед возможным нашествием внеземных агрессоров: «Ну зачем нам скрывать информацию о межпланетных тарелках, если есть какие-то данные, что они действительно существуют? Если бы мы могли привезти несколько конгрессменов и сенаторов на эту таинственную базу в Нью-Мексико и показать им настоящую летающую тарелку и тела маленьких человечков, которые, как говорят, там разбились, нам сразу же ассигновали бы все необходимые суммы. А если бы оказалось, что эти самые тарелки хоть на одну десятую столь опасны, как расписывают некоторые их горячие приверженцы, то мы, полковники, немедленно стали бы генерал-майорами». Циничные высказывания анонимного полковника ВВС, похоже, нашли, наконец, свое воплощение после того, как ряды фанатиков НЛО достигли нескольких миллионов. Одним из новейших продуктов, выброшенных недавно на книжный рынок, является книга полковника в отставке Филипа Дж. Корсо «На следующий день после Росуэлла». Как и все авторы коммерческой литературы по НЛО, Корсо ориентируется на читателей, не только не знакомых с историей научно-технической революции, но и просто с историей. Даже те немногие известнейшие факты из истории XX века, которые нашли место в его произведении, Корсо умудрился переврать. Рассказывая о своей военной службе, он утверждает, что «к 1942 году мы выгнали немцев из Африки» (на самом деле в 1942 году американцы высадились в Марокко, где немецких войск не было, а бои американцев с немцами в Северной Африке по-настоящему начались в 1943 году), что американцы взяли Рим «за несколько месяцев до высадки в Нормандии» (на самом деле Рим был взят за два дня до высадки десанта союзников в Северной Франции). Но гораздо большую вольность автор допускает, рассказывая о той роли, которую он сыграл в истории Италии. Он утверждает, что именно ему, капитану американской армии, было поручено «взять под контроль формирование гражданского правительства, создававшегося под союзным военным управлением» в Риме. К консультациям Корсо привлек и папу Пия XII, у которого он получил аудиенцию. В дальнейшем же Корсо руководил борьбой с мафией и «отрядами НКВД», которые необъяснимым образом оказались в Вечном городе. (Очевидно, что даже очень неискушенный в истории читатель знает об итальянской мафии и советском НКВД.) Хотя Корсо уже в 1947 году приобщился к тайне Росуэлла, лишь в 1961 году он всерьез ею занялся, оказавшись в отделе технологической разведки Пентагона. Автор книги не только утверждает, что под Росуэллом разбился корабль инопланетян и обломки корабля и трупы пришельцев были собраны и сохранены американскими военными. Он уверяет, что находки были тщательно проанализированы учеными США, и это позволило Америке осуществить многие выдающиеся научно-технические открытия. Удивленные читатели узнают из книги, что человеком, который сумел разгадать подлинную ценность обрывков и обломков, найденных на ранчо Фостера, мобилизовать научную и техническую мысль США на открытие лазера, приборов ночного видения, стекловолокна, полупроводников, компьютерные блоки памяти, был полковник Корсо, скромный служащий отдела технической разведки Сухопутной армии США. Если верить автору, то он — гений науки, техники и организации, который сумел совершить мировую научно-техническую революцию менее чем за два года работы в Пентагоне. При этом непризнанный до сих пор герой был вынужден вести постоянную борьбу против ЦРУ, которое, как известно всякому стороннику «общества Джона Берча», являлось надежным орудием КГБ. (Видимо, зная о политических взглядах Филипа Корсо, предисловие к книге написал патриарх «ультраправых» США сенатор Стром Термонд, который, не обмолвившись ни единым словом о НЛО, выразил свое восхищение «патриотизмом» полковника Корсо.) Как утверждает Корсо, русские через ЦРУ стремились выкрасть секреты летающей тарелки, но Корсо и его начальство так ловко прятали шкаф с обломками тарелки, что агенты ЦРУ (а значит, и КГБ СССР) не смогли найти его в грандиозном пятиугольном здании Министерства обороны США. ЦРУ и другие «агенты Кремля», как убеждает Корсо, все же кое-чего добились: они сорвали строительство базы ракет с термоядерным оружием на Луне, на котором настаивали в Пентагоне. Как теперь объясняет Корсо, с помощью такой базы можно было бы не только держать русских под прицелом, но и помешать им вступить в сговор с инопланетянами, которые готовили что-то вроде нового варианта «договора Молотова — Риббентропа». К сожалению, автор не может предъявить для доказательства своей версии ничего нового, кроме пресловутых «документов МДж-12», а также «меморандума Туайнинга», дословно приводимого в книге Тима Шоукросса. Объясняя, почему он не может назвать фамилий военных, ученых, техников, участвовавших в использовании материалов пришельцев для американской промышленности, Корсо ссылается на засекреченность всего относящегося к «росуэлльским находкам». Почему Корсо нарушил обет молчания, остается тайной. Наличие вопиющих ошибок и отсутствие логики в повествовании с лихвой компенсируются острым сюжетом и красочными описаниями, которые, очевидно, являются заслугой Уильма Бирнса, соавтора Корсо (а может быть, и фактического автора книги?). Например, глава, в которой Корсо завершает в ходе ночного бдения в Пентагоне написание доклада о том, как следует распорядиться обломками летающей тарелки, ничуть не уступает романам про крутых детективов, обнаруживших преступника и собирающихся совершить свой суд, скорый, но правый. Очевидно, что книга Корсо является не только очередной попыткой дать «полное объяснение» природы НЛО, но и способом воздействовать на многомиллионные массы «сторонников НЛО». Тим Шоукросс справедливо обращает внимание на то, что миллионы сторонников НЛО в США представляют ныне влиятельную политическую силу, с которой вынуждены считаться государственные мужи этой страны. Хотя утверждение Корсо о том, что «холодная война» служила в значительной степени поводом для подготовки США к созданию мощной системы обороны от вторжения из космоса, может вызвать лишь безмерное удивление у непредубежденного читателя, подобные версии охотно проглатывают фанатики НЛО, не верящие никаким специалистам, в том числе историкам и политологам. Не исключено, что теперь, когда холодная война закончена, определенные круги в США ищут новые способы для того, чтобы оправдать гонку вооружений. «Защита от возможного вторжения пришельцев» может явиться достаточно эффективным средством оправдания огромных расходов на вооружение. Разумеется, поскольку мистификации создаются с расчетом извлечь выгоду за счет введения в заблуждение несведущей публики, найти в них зерна истины практически невозможно. Однако рассчитанные на сенсационный эффект мистификации могут в течение немалого времени морочить сознание и отвлекать добросовестных исследователей, подобных Тиму Шоукроссу, от разгадки тайны НЛО. Наваждения миражей Одно время в нашей стране считали, что тайна НЛО разгадана. Так казалось многим читателям книги "О «летающих тарелках», переведенной и выпущенной Издательством иностранной литературы в 1962 году. Ее автором был Дональд Мензел, американский профессор астрофизики Гарвардского университета, активно выступавший с разоблачениями различных мистификаций и иных вымыслов, связанных с НЛО. (Видимо, в отместку за эту деятельность, а также с целью доказать «глубину заговора», авторы сфабрикованных «документов МДж-12» включили знаменитого астрофизика в мнимый комитет, якобы руководивший исследованиями росуэлльских обломков НЛО.) В своей книге профессор астрофизики попытался объяснить не только явления, которые эксперты ВВС относили к 80 процентам «объяснимым», но и оставшиеся 20 процентов «необъясненных» явлений. Отдав должное многим мистификациям, бредням воспаленного воображения и досужим байкам, Д. Мензел уделил большое внимание тем наблюдениям, которые были сделаны людьми честными и добросовестными, но искренне заблуждающимися. Он также обратил внимание на то, что во многих случаях люди принимают за летающие тарелки огни самолетов, метеорологические воздушные шары, отражения фар автомобилей. Не ограничившись этими очевидными заблуждениями, Мензел особо остановился на тех редких атмосферных явлениях, которые порой попадают в поле зрения профессиональных наблюдателей за небесами. Мензел подчеркивал, что, как астроном, он чаще других смотрит на небо, знает небо и изучил законы распространения световых лучей от Солнца, Луны и звезд в земной атмосфере. Исходя из своего профессионального опыта, Мензел писал: «Свет не всегда распространяется прямолинейно. Облака, капельки воды, ледяные кристаллы (крошечные снежинки) и даже пыль, оказавшись на пути светового луча, изменяют его качество и направление. Я видел белые облака, обрамленные чудесной многоцветной каймой. Я видел „ложные солнца“ и „ложные луны“, отливавшие серебром и висевшие по обе стороны от настоящих… Я видел красную радугу, такую красную, что в ней исчезли все другие цвета. Я видел радугу ночью. Я видел Солнце, над которым возвышался огненный столб. Все эти оптические явления несколько необычны, но вполне объяснимы. И происходят они без всякого вмешательства пришельцев из космоса… А когда мы переходим к более сложным явлениям, порождаемым кристаллами льда в атмосфере, то мы обнаруживаем немало вариантов одной и той же простой картины. Порой ледяные кристаллы имеют форму длинных игл, порой — звездообразных пластин. Иногда они неподвижны, а иногда они быстро движутся. —И что самое удивительное, все эти дуги, ореолы и ложные солнца, созданные различными типами ледяных кристаллов, почему-то похожи друг на друга». Знания атмосферной оптики позволили Д. Мензелу прийти к следующему выводу: «Летающие тарелки реальны, столь же реальны, как и радуга, и не более опасны… Но мне хотелось бы особо подчеркнуть: предметы, принимаемые за „тарелки“, не однотипны — можно обнаружить, по крайней мере, пять различных типов. Тарелка, наблюдаемая днем, имеет свои характерные особенности, ночью — свои. Тарелка, наблюдаемая с самолета, значительно отличается от той, которую можно увидеть с поверхности Земли». Помимо обнаружения пяти типов тарелок Мензел «пришел к выводу, что существуют сотни разновидностей летающих тарелок. Всем им можно найти вполне естественное объяснение». Хотя Тим Шоукросс проявил известный скептицизм в отношении объяснений летающих тарелок законами небесной оптики, считая, что "подобные необычные метеорологические условия, возможно, являются еще более редкими, чем «летающие тарелки», вряд ли можно согласиться с этим его утверждением. Во-первых, никто не проводил статистического сравнения между количеством замеченных летающих тарелок и другими необычными явлениями в небе. Во-вторых, судя по книге Мензела, он, будучи профессиональным исследователем неба, многократно был свидетелем самых разных необычных атмосферных явлений, в том числе и связанных с появлением дискообразных, движущихся объектов. "Из всех летающих тарелок, какие мне довелось наблюдать, — вспоминал Мензел, — самой эффектной была тарелка, замеченная мною с военного самолета, когда я совершал обычный полет для изучения метеорологических условий в Арктике… Я любовался звездами, как вдруг на горизонте появился какой-то яркий предмет и устремился прямо к самолету. Сначала я подумал, что это падающая звезда, но предмет настолько явно летел прямо на нас, что катастрофа казалась неминуемой. Вдруг он резко остановился и начал бесшумно преследовать самолет, то поднимаясь, то опускаясь у самого конца крыла. Насколько я мог судить, до него было метров 75.Я был невероятно поражен. Предмет этот был почти круглым, на нем вспыхивали красные и зеленые огни, а сверху, казалось, вращался пропеллер. Я проверил, не отражение ли это в оконном стекле, и прикинул, каков его кажущийся диаметр. Он был невелик, около половины диаметра полной луны, и, следовательно, на расстоянии в 75 метров едва ли мог превышать 30-40 сантиметров. Как только я повернулся к одному из наших метеорологов, сидящих в кабине, чтобы он подтвердил мое наблюдение, предмет скрылся. Я определил, что ему понадобилось всего две секунды, чтобы пересечь линию горизонта, который, по моим подсчетам, находился на расстоянии 320 километров. Это значит, что увиденный мною предмет, если он был материальным телом, двигался со скоростью 160 километров в секунду! Я был ошеломлен этим выводом. Я не отрываясь смотрел в окно, и через мгновение предмет снова появился и стал приближаться к нам, причем его разноцветные огни вспыхивали еще ярче, чем раньше. И тут я внезапно сообразил: это не что иное, как Сириус — яркая звезда, которая в тот момент находилась ниже горизонта, но лучи которой были сильно изогнуты воздушной линзой. Я повернулся к метеорологам. Показания приборов ясно говорили о наличии сильной температурной инверсии. Разноцветные вспышки были вызваны мерцанием звезды, а блюдообразная форма предмета и пропеллер возникли в результате искажения светового пучка при длительном прохождении через земную атмосферу. Уже одно это наблюдение позволило объяснить множество аналогичных случаев, сообщения о которых хранятся в архивах Министерства военно-воздушных сил. Это всего лишь миражи; как правило, миражи звезд и планет, а иногда миражи далеких прожекторов, посадочных огней, воздушных шаров, освещенных облаков и т.п.". Мензел был уверен, что практически все неопознанные летающие объекты могли быть опознаны, если знать о сложной и многообразной природе миражей. Он замечал: «Появление многих летающих тарелок можно объяснить отражением света от таких предметов, как птицы, поднятые ветром газеты, самолеты и воздушные шары. Железная крыша, которая видна сквозь легкую мглу, затягивающую Землю, ярко отражает солнечные лучи, и порой может показаться, что она находится выше слоя мглы и даже передвигается с места на место. Эти передвижения, конечно, происходят в результате едва заметных постоянных движений человеческого глаза». Одно из объяснений «внезапного» роста количества летающих тарелок можно найти в научно-техническом прогрессе, повлиявшим на наблюдения людей за состоянием неба. Следует учесть, что по мере развития современной техники количество людей, которые во второй половине XX века стали выискивать в верхних слоях атмосферы какие-либо предметы, существенно возросло. Если раньше сельского труженика, всматривавшегося в небосклон, интересовало прежде всего наличие или отсутствие там дождевых облаков или грозовых туч, то есть объектов, занимающих значительную часть небесного свода и медленно движущихся, если охотники в небе искали лишь сравнительно низко летящих птиц, если городской житель обращал взор к небу от случая к случаю, уточняя идет ли дождь, светит ли солнце, да порой, находясь в романтическом настроении, разглядывал луну и звезды, то по мере развития авиации неизмеримо выросло количество людей, следящих за появлением быстро летящих предметов, которые с земли могут казаться величиной с булавочную головку или муху. Не менее важно и то обстоятельство, что по мере развития авиации в мире возрастало количество людей, которые стали разглядывать небеса с непривычной для них точки зрения. Даже самые обыкновенные облака с высоты в несколько тысяч метров казались неузнаваемыми, и авиапассажиры, впервые отправившиеся в воздушный полет, с удивлением обнаруживали, что облачный покров сверху поразительно похож на бескрайнее снежное поле. В этой связи Мензел особо подчеркивает, что летающие тарелки, увиденные с самолета, существенно отличаются от тех, что видны с земли. Количество людей, которые пристально выискивали в небе мелкие и быстро движущиеся объекты, намного опережало количество тех, кто мог объяснить смысл необычных небесных явлений. Количество пилотов, авиадиспетчеров, наблюдателей противовоздушной обороны, а также авиапассажиров, которые хоть и не столь пристально, но все же разглядывали окружавшие их воздушные просторы, намного превысило количество астрономов, метеорологов, ведущих исследования воздушной среды, и других профессиональных знатоков тайн многослойной атмосферы. Вследствие указанных причин доля людей, которые могли верно объяснить необычные небесные явления среди тех, кто их наблюдал, резко сократилась и продолжала сокращаться по мере развития авиации. В то же время авторитет профессиональных астрономов и метеорологов, которые могли истолковать необычные явления, падал по мере того, как возрастало количество очевидцев, прежде никогда не наблюдавших редкие небесные странности и не подозревавших о сложной природе атмосферы, но всецело полагавшихся на собственное восприятие. Эти люди часто не знали объяснений специалистов, а иные, зная эти объяснения, предпочитали довериться собственным впечатлениям. Вспомним, что первым «открыл» летающие тарелки пилот, который управлял собственным самолетом. Таких людей, как Кеннет Арнольд, даже в процветавшей Америке 1940-х годов было немного, но их количество быстро росло. Нелишне также напомнить, что Кеннет Арнольд был не только занят управлением самолета, но и пристально всматривался в снежные хребты Каскадных гор, стараясь разглядеть на их склонах останки разбившегося самолета. Не менее знаменательно, что Кеннет Арнольд поспешил обратиться в ФБР, а затем долго беседовал со служащими ВВС, так как он был абсолютно уверен в том, что наблюдал предметы искусственного происхождения. Арнольд даже не попытался обратиться за консультациями к астрономам, полагаясь на свои личные впечатления. Исходя же из своего богатого опыта, профессор Мензел пришел к выводу, что «летающие диски», которые наблюдал Кеннет Арнольд, скорее всего представляли собой небесное явление, вызванное отражением солнечных лучей в слоях атмосферы. (В то же время, будучи корректным ученым, Мензел подчеркивает: «Что именно видел Арнольд — остается тайной и по сей день…») «Самым главным во всей истории с тарелками» Мензел считал «упоминание о горном хребте. Оно помогает определить расстояние до тарелок и их приблизительные размеры, а также в общем подтверждает их кажущуюся скорость, о которой говорил Арнольд». Мензел вспоминал, что он «не раз наблюдал в бинокль или небольшой телескоп, как с горных вершин поднимаются вверх клубящиеся массы снега. Это объясняется возникновением вдоль горных хребтов турбулентных потоков воздуха. Кружащиеся вихрем облака снега отражают, как зеркало, солнечные лучи, а их колеблющиеся поверхности создают впечатление, что цепь каких-то предметов, словно волна, несется вдоль хребта». Мензел предлагает и другое объяснение: «В ясный тихий день в земной атмосфере может появиться один или несколько слоев тумана или пыли. Такой слой почти невидим, когда смотришь на него снизу или сверху, но с летящего вдоль него самолета он отлично виден. В определенных условиях туман или мгла отражают солнечные лучи, почти как зеркало. Очевидно, именно такой слой и присутствовал в атмосфере во время знаменитого полета Арнольда. Сильные воздушные потоки над зазубренными вершинами хребта крутили и рвали этот слой, создавая наблюдавшийся эффект. Возможно, что одновременно происходила конденсация, которая увеличивала отражательную способность облаков. Я совершенно убежден, что тарелки Арнольда появились прежде всего благодаря вихрям, возникающим над горным хребтом; это те самые воздушные потоки, из-за которых самолет попадает в „болтанку“, пролетая над сильно пересеченной местностью. Однако сейчас мы не знаем, чем был вызван их металлический блеск — волнами снега или волнами тумана». Мензел находил объяснение и другому нашумевшему наблюдению в августе 1947 года, когда два летчика авиакомпании «Бэсел» увидели большое темное сигарообразное тело. (Этот случай напоминает историю, случившуюся с самолетом компании «Истерн эйрлайнс» в июле 1948 года и пересказанную в книге Шоукросса.) Летчики едва избежали столкновения с ним, резко свернув в сторону; темный предмет пронесся мимо. Летчики попытались догнать его, но быстро отстали, хотя летели со скоростью 315 километров в час. Через четыре минуты преследования темный предмет исчез. Вернувшись на аэродром, летчики сообщили, что предмет был похож на «самолет С-54, но только без крыльев, без моторов или каких-нибудь видимых двигателей; его поверхность была ровной и обтекаемой». Мензел обнаружил в этом сообщении ряд подробностей, позволяющих почти безошибочно объяснить природу наблюдавшегося явления: «Одной из них, конечно, является его сигарообразная форма. С другой стороны, заслуживает внимания тот факт, что если бы все это произошло поздно ночью, то в докладе приводились бы прямо противоположные данные. Предмет был темным и вырисовывался на фоне светлого неба; через несколько часов, при прочих равных условиях, предмет казался бы светлым на фоне черного неба». Эти данные позволили Мензелу сделать следующий вывод: «Я полагаю, что летчики видели мираж. Если не считать ученых, знакомых с атмосферной оптикой, немногие отдают себе отчет в том, как часто возникают миражи. Мало кто знает, что такое мираж и какова его природа. Прежде всего мне хотелось бы подчеркнуть, что мираж — вещь совершенно реальная, а не галлюцинация вроде синих слонов. Но это и не оптическая иллюзия. Световой луч может значительно отклониться от своего первоначального направления, когда в нижних слоях атмосферы создаются особые температурные условия, то есть когда к земной поверхности прилегает слой очень горячего или очень холодного воздуха. Воздух играет роль своеобразной линзы, собирая в фокусе световые лучи, отраженные от какого-то далекого объекта. Линза эта очень несовершенна, поэтому созерцаемый сквозь нее мир искажен до неузнаваемости, словно мы видим все через чужие очки. И ничего нет удивительного в том, что вам мерещится всякая чертовщина — даже летающие тарелки». Разбирая детально явление, увиденное летчиками авиакомпании «Бэсел», Мензел утверждает; «Эффект, который наблюдали два летчика из Алабамы, заключается в том, что земля вдруг оказалась на небе, а небо — на земле. Черный предмет, напоминавший самолет С-54, — это мираж, отражение в атмосфере какого-то темного участка земной поверхности, который словно по волшебству был поднят в небо и превратился в своеобразный небесный остров. Форма, величина и положение острова в значительной мере зависят от того места, откуда его наблюдают. Если наблюдатель движется, то мираж движется в противоположном направлении. А если он пытается догнать его, то мираж становится все меньше и меньше и наконец совсем исчезает. В докладе летчиков нет ничего странного, если не считать того, что в течение пяти лет никто не смог объяснить этого явления». Будучи уверенным в том, что практически все необъясненные явления, связанные с НЛО, являются миражами, Мензел предложил разгадки самых таинственных историй, приключившихся в 1940-1950-х годах в американском небе. Останавливаясь на тех случаях, когда, по сведениям наблюдателей, НЛО совершали сложные маневры в воздухе, то приближаясь к самолету, то удаляясь от него, Мензел подчеркивал, что «так может себя вести только тень или отражение в зеркале. Тарелки каким-то образом связаны с отражением или преломлением световых лучей в земной атмосфере — отражением от тумана, мглы, дождевых капель и ледяных кристаллов или преломлением в чередующихся холодных и теплых слоях воздуха». «Преследование» самолетов миражами, по мнению Мензела, не является необычным. Он приводит следующий пример. «Несколько высокопоставленных офицеров присутствовали при испытании нового самолета… Испытание закончилось, и самолет пошел на посадку. И тут произошло нечто поразительное. От брюха этой большой машины вдруг отделилась маленькая темная тарелочка, стала падать вниз, а потом унеслась с огромной скоростью неизвестно куда, по-видимому, унося с собой и те секреты, в которые пассажиры тарелки успели проникнуть, пока летели зайцем под самолетом. Думаю, что именно это странное явление, повторявшееся с тех пор несколько раз, и стало одним из главных мотивов, побудивших власти прибегнуть к секретности». Однако, как считает Мензел, «объяснить это явление как раз проще всего. Таинственным спутником самолета был его собственный мираж. И Министерство военно-воздушных сил обрадуется, узнав, что его секреты находятся в полной безопасности». Один из случаев, когда мираж словно играл с летчиком, завершился трагически. Как сообщалось в официальном отчете, представленном Министерству ВВС, 7 января 1948 года в небе над Фортом Нокс (штат Кентукки), там, где находится золотой запас США, был замечен непонятный предмет, по форме напоминавший "шарик мороженого с красной-верхушкой… Три самолета приблизились к предмету и сообщили, что он металлический и огромных размеров. Один из летчиков сказал, что он «круглый, как слеза, и иногда кажется почти жидким». Командир звена Томас Ф. Мантел пошел на сближение с предметом. Неожиданно предмет стал набирать высоту и увеличил скорость. Мантел продолжал преследование. Он передавал: «Поднимусь до высоты 20 000 футов и, если не смогу сблизиться, прекращу преследование». Вскоре связь с Мантелом прекратилась. Хотя молва утверждала, что летающий диск сбил самолет, а тело Мантела было «изрешечено пулями», на самом деле, как показало расследование, на высоте 20 000 футов Мантел потерял сознание от недостатка кислорода и умер от удушья еще до того, как самолет упал на землю и разбился. По мнению Манзела, Мантел преследовал мираж. «Разгадку дают нам цвет и форма неведомого предмета: светящийся „шарик мороженого с красной верхушкой“. Большое значение имеет и цвет неба, особенно в 3 час пополудни. На закате солнце окрашивает облака в различные оттенки красного цвета, но для ученого, знакомого с атмосферной физикой, красный цвет после полудня в середине зимы может означать только одно — то, что мы обычно называем „ложным солнцем“. Несомненно, наблюдавшееся пятно света и было ложным солнцем, которое вызывается ледяными кристаллами в перистых облаках, расположенных на высоте, недоступной для самолета Мантела. Такое ложное солнце и гало (светящиеся круги) вокруг него создают эффект, подобный описанному выше. И, естественно, Мантел никогда не смог бы приблизиться к преследуемому им предмету. Гнаться за ложным солнцем — это все равно что гнаться за радугой. Она помчится от вас с той же скоростью, с какой двигаетесь вы сами. Иногда удаляющееся световое пятно покажется вам разноцветным, а иногда серебристым». Редкие миражи, аналогичные тем, что видели летчики, могут быть замечены и с земли. Мензел приводит в своей книге такой случай: "Летом 1951 года один турист из Колорадо пережил довольно неприятный момент. В ясный летний день после полудня он лежал возле костра, глядя, как тонкая струйка дыма лениво поднимается вверх, а потом расплывается горизонтальным слоем в 10-12 футах над землей. Внезапно перед ним появился какой-то призрачный предмет, нечто похожее на светящийся шар. Он ясно видел его очертания на фоне деревьев по другую сторону костра. И как ни странно, предмет казался прозрачным, ибо сквозь него, словно в тумане, он различал лес. Потом появился второй призрак. Страшно перепуганный, турист пустился было наутек, и призраки тотчас же исчезли. Тогда он быстро взбежал по склону холма, но «тарелок так и не увидел». Как объясняет Мензел, «здесь снова был мираж светлого облака или солнца, возможно, в сочетании с отражением от слоя дыма. Описанные условия были идеальными для появления миражей: поднявшийся вверх слой теплого воздуха, температурная инверсия и стойкий слой туманной дымки». Некоторые наблюдения НЛО, по мнению Мензела, не были связаны с миражами, вызванными преломлением света. Об одном таком собственном наблюдении «летающих тарелок» Мензел поведал в главе, написанной специально для русского издания своей книги: «Эту главу я пишу в обсерватории Сакраменто-Пик, где только вчера я наблюдал восемь тарелок, летевших строем в виде буквы V; они двигались очень быстро. Было четыре часа пополудни, тарелки появились со стороны Сакраменто-Пик и как раз пролетали над долиной, по которой я ехал на машине. Я немедленно выключил мотор и вышел из машины, чтобы разобраться, что это такое. Тарелки казались самосветящимися телами, испускающими желтовато-оранжевый свет; они белели на фоне темных облаков, затягивающих западную часть неба, где солнце еще озаряло своими лучами долину. К счастью, тарелки пролетели прямо над моей головой. И вдруг я сообразил: это перекати-поле». Как пояснил Мензел, «накануне было ветрено… Сильный порыв ветра… обрушился на группу перекати-поля, застрявших у дерева или изгороди. Могучие ветры сорвали их с места и подняли высоко в небо, а восходящие потоки воздуха расположили их в каком-то определенном порядке, что мне и довелось тогда наблюдать. Их кажущееся свечение было иллюзией: озаренные заходящим солнцем, они резко выделялись на фоне черных грозовых облаков… Я навел справки и узнал, что, хотя наблюдавшаяся мною группа перекати-поле летела сравнительно низко (она пронеслась у меня над головой на высоте около 70 метров), перекати-поле могут подниматься на значительно большую высоту. Ученые из обсерватории Сакраменто-Пик нередко видели их на высоте нескольких тысяч метров над горами, вершины которых поднимаются почти на два километра над бассейном реки Тулароза, где растут перекати-поле. Один или несколько кустов перекати-поля, ярко отражающих солнечные лучи на фоне темно-синего неба, могут легко превратиться в очень эффектную летающую тарелку. Форма подходящая, а внезапные порывы ветра заставляют этот яркий предмет маневрировать в разных направлениях». Объясняя, почему люди не учитывают, в какой степени миражи могут играть их чувствами, Дональд Мензел справедливо обращал внимание на нежелание людей признать, что «наши пять чувств не в состоянии воспринимать все факторы, необходимые для полного познания мира», а также что «органы чувств играют лишь ограниченную роль в общем процессе познания». Мензел справедливо замечает, что «сигналы, которые органы чувств посылают мозгу, были бы не поняты, если бы мозг не организовывал и не истолковывал их в свете человеческого опыта». Для иллюстрации этого утверждения он приводит следующий пример: «Человек смотрит в окно. Он видит четыре дерева, длинную улицу, несколько больших зданий, мотоцикл, автомобиль, три флага и несколько людей, одетых в белое; он слышит музыку и бой барабана; пахнет пылью и отработанным бензином. Он поворачивается к жене, чтобы рассказать ей об этом, но не перечисляет подряд свои впечатления, а организует их в соответствии со своим опытом. Он скажет ей, что видел военный парад. Если ему известно, что сегодня праздник, то он может заключить, в честь чего устроен этот парад. Если же он вообще ничего не знает о парадах, то его органы чувств могут обмануть его, и он подумает, что на город напали неприятели». Мензел подводит читателя к мысли о том, что люди, несведущие в законах атмосферной оптики, не знающие о «воздушных линзах», «температурных инверсиях», скорее всего истолкуют неверно увиденный ими мираж и, возможно, расценят его как угрозу своему существованию. Он справедливо замечает, что «люди нередко строят свои рассуждения нелогично, и это приводит к очень серьезным ошибкам». По мнению Мензела, «попытки обосновать причину появления летающих тарелок служат ярким примером неумения мыслить логично. Хотя для человеческого опыта тарелки и являются чем-то „новым“, однако отсюда вовсе не следует, что они непременно космического происхождения». Необходимость критической оценки свидетельств непосредственного восприятия, важность анализа личных впечатлений на основе знаний, накопленных человечеством, о чем говорил Мензел, кажутся особенно актуальными теперь, когда обман чувств может усиливаться обманом безумцев, врунов и шарлатанов. Объяснения Мензела казались исчерпывающими. Его убежденность, что почти все сообщения, сделанные психически здоровыми и порядочными людьми, о неопознанных летающих объектах, заражала уверенностью в том, что тайна НЛО раскрыта. Почему Мензелу не удалось закрыть дискуссию о НЛО? Однако ныне, как и 35 лет назад после выхода книги Мензела на русском языке, споры о природе НЛО не прекращены. Почему же веские аргументы астрофизика не убедили людей? Для этого существует несколько разных причин. С одной стороны, следует иметь в виду, что опыт человеческого общества далеко не равнозначен индивидуальному человеческому опыту. Даже на самом примитивно" уровне общественного развития коллективный опыт родг и племени богаче, чем отдельной личности. Специализация и профессионализация, усиливая интеллектуальну( мощь общества, дробит общественный опыт, оставляя отдельным индивидам лишь узкий набор специальных по знаний и слишком общие, нередко весьма приблизительные представления об интеллектуальном богатстве всего общества. Вследствие этого может возникать парадоксальное, но закономерное интеллектуальное обеднение отдельной личности в обществе с высоко развитой наукой, техникой и культурой. Все в большей степени принимая как должное обслуживание своих потребностей специалистами в узких областях, человек, живущий в высоко развитом обществе, может не заметить, как сузился его собственный интеллектуальный горизонт, как поверхностны его познания о многих предметах. Вместе с тем, являясь таким же узким специалистом, современный человек, получивший хорошее образование и знакомящийся с текущей информацией, обретает иллюзорное ощущение знакомства с вершинами человеческих знаний. Он ощущает себя на равных со специалистами в других областях и начинает излишне доверяться своим поверхностным представлениям о предметах, требующих иных, чем у него, познаний и навыков. Ему начинает казаться, что в оценках явлений, выходящих за пределы круга его знаний и опыта, он также может довериться своим органам чувств, а то и эмоциям, и интуиции. Незаметно для себя современный человек начинает следовать «двойному стандарту»: решительно критикуя тех некомпетентных людей, которые вторгаются в сферу его знаний и опыта, он позволяет себе выносить суждения по предметам, о которых сам имеет поверхностное, а порой и неверное представление. По этой причине по мере общего развития науки и накопления общечеловеческих знаний в современном мире так легко распространяются лживые версии, не обременяющие ум освоением специальных знаний, но воздействующие на непосредственное восприятие и эмоции. С другой стороны, коллективный опыт человечества является его мощным орудием лишь постольку, поскольку он развивается и пополняется. Однако убежденность специалистов в том, что никто, кроме них, не может разобраться в тех или иных явлениях природы и общества, приводит к тому, что круг знаний в той или иной области оказывается закрытым для новых идей, мнений, критических оценок. Вследствие этого научные знания догматизируются, способы оценок действительности утрачивают гибкость, наблюдения, ставящие под сомнение сложившиеся установки, отвергаются, а наука перестает служить активной силой развития общества. Превращение науки в кастовое занятие ставит успех ученого в зависимость от чисто формальных показателей, что еще дальше уводит науку от разгадок глубоких тайн природы и общества. Этому же может способствовать ориентация научных и технических проектов на решение чисто конъюнктурных задач. К тому же осуществление этих проектов без учета всего комплекса природных и общественных связей может превращать науку и технику в силы разрушения природы и общества. Начиная с того времени, когда ученые французской Академии наук высмеяли невозможность существования метеоритов (камни, дескать, не могут падать с неба) и снегов Килиманджаро (снег, мол, обязательно растает на экваторе), столпы мировой науки многократно умножили список догм, которые были опровергнуты жизнью. Вместе с тем за пару столетий существенно расширился перечень дел, в которых ученые мира нанесли огромный ущерб природе и человечеству. Стремление значительной части современных ученых следовать проторенными путями, обеспечивающими им спокойную и обеспеченную жизнь, стало главным препятствием на пути развития научной мысли. Говорят, среди отечественных физиков был один необычный ученый, следовавший такому принципу: если на 99 процентов опыты подтверждали его гипотезу, то он занимался тем одним процентом случаев, который не укладывался в его предположение. В этом «неудобном» проценте ученый обычно открывал неизведанный и наиболее перспективный путь, уводивший его от очевидного к гениальным открытиям. К сожалению, это внимание к явлениям, не отвечающим раз и навсегда установленным правилам, редко отличает современного ученого. Удовлетворяясь теми данными, которые статистически подтверждены в большинстве наблюдений, современные ученые зачастую проходят мимо необычных явлений и нестандартных решений. Заметно, что главное в изысканиях Мензела — это стремление найти универсальное объяснение странным явлениям. Возможно, что на основе объяснений Мензела можно отгадать природу почти всех неопознанных летающих объектов. Но даже если среди тысяч явлений найдется хотя бы десяток случаев или хотя бы один случай, не укладывающийся в обычные объяснения, мы можем совершить грандиозное открытие, которое кардинально изменит наши представления о мире. Справедливо заботясь о здравомыслии своих граждан и предлагая им те верные объяснения таинственных явлений, о которых они не подозревали, профессор Мензел даже не пытается искать среди массы наблюдений те, анализ которых может привести его, а вместе с ним и мировую науку к невиданным достижениям. Хотя трудно возразить логичным и эрудированным доказательствам Дональда Мензела, но нельзя не заметить, что в своих решениях загадочных явлений он порой подменяет «вероятностное» «несомненным». Возможно, по этой причине стремление Д. Мензела «закрыть» проблему НЛО не осуществилось. Новые данные о природе, полученные за пределами тех методов астрофизики, которыми пользовался Мензел, показали недостаточность его объяснений. Выход человека в космос позволил взглянуть на нашу планету из ми.ра, где нет атмосферы, искажающей восприятие предметов. Между тем один за другим космонавты и астронавты передавали сообщения о странных предметах, перемещающихся в высших слоях земной атмосферы. Советские космонавты первыми заговорили о так называемых «серебристых» и «горчичных» облаках. Эти явления, не укладывающиеся в представления о миражах, возникали редко, а поэтому вызвали жадное желание космонавтов поближе познакомиться с ними. В 1978 году космонавт Коваленок открытым текстом передал в эфир: «Проходя над Фолклендскими островами, наблюдали серебристые облака, перемещавшиеся кильватерной колонной. Просьба изменить траекторию полета, чтобы лучше наблюдать это явление». Вернувшись на землю космонавты пытались осмыслить увиденное, но при этом версии миража были отвергнуты. Космонавтом Гречко была выдвинута гипотеза, исходившая из вещественной природы «серебристых» и «горчичных» облаков. Он, в частности, считал их газовыми образованиями, перемещающимися между различными слоями атмосферной оболочки Земли. Эта гипотеза не была опровергнута, но и доказать ее с бесспорной точностью не удалось. Тайна непонятных небесных явлений сохранялась. Секреты, охраняемые военными патрулями Помимо ученых, которые скорее стремились «закрыть» проблему, чем совершить научное открытие, серьезные трудности на пути исследования НЛО возникали из-за позиции правительственных организаций, по поводу чего неоднократно выражает недовольство Тим Шоукросс на протяжении всей книги. Кстати, попытки Мензела дать универсальные объяснения НЛО были заранее обречены на неудачу не только из-за ограниченности его профессионального опыта, но и из-за засекреченности значительной части современной науки. В период гонки вооружений почти половина ученых во всех наиболее развитых странах мира работали в оборонной промышленности, а поэтому их труды оказались строго засекреченными. Вряд ли можно признать случайным, что особенно большое количество НЛО было обнаружено в штате Нью-Мексико и в других юго-западных штатах США. Верный своим «оптическим» объяснениям Д. Мензел считал, что обнаружение большого количества НЛО вблизи военных объектов в юго-западных штатах США было вызвано помимо «неба и климата» этого края (особые атмосферные условия и большая прозрачность воздуха) огромным ростом населения в послевоенные годы и тем, что «люди, живущие и работающие в этих районах, более настороженно относятся ко всему происходящему вокруг». Однако можно согласиться с Тимом Шоукроссом, который медленно, но верно подводит читателя к выводу о том, что за событиями, разыгравшимися в Росуэлле, и многими другими эпизодами вокруг НЛО стоят секретные военные эксперименты. О том, что в небесах Земли появились предметы, которые могли перемещаться на большой скорости и, подчиняясь команде, отданной по радио, резко менять свой курс, узнали жители стран Западной Европы в конце второй мировой войны, как отмечает . Помимо радиоуправляемых ракет «Фау-2», которые сеяли смерть и разрушение в Англии, в нацистской Германии под руководством Вернера фон Брауна велись разработки более совершенного ракетного оружия. В начале 1945 года советские солдаты, занявшие помещение одной научной лаборатории Германии, увидели на стене лозунг с призывом скорее завершить работу над новым оружием — «Фау-3», которое должно было обеспечить перелом в войне в пользу гитлеровцев. ' Хотя нет точных данных о том, что подразумевалось под названием «Фау-3», некоторые исследователи утверждают, что в нацистских конструкторских бюро вплоть до первых месяцев 1945 года кипела работа по созданию истребителей типа «Шаровая молния». Эти истребители по форме напоминали круглые диски и должны были развивать огромную скорость. Вероятно, этими работами не исчерпывались исследования в области авиации и ракетной техники. Известно, что уже в конце 1944 года британское агентство Рейтер передало сообщение о том, что у немцев появилось секретное оружие противовоздушной обороны, напоминающее «стеклянные шары, которыми украшают рождественскую елку. Они висят над территорией Германии иногда по одиночке, иногда гроздьями. Они окрашены в серебристый цвет и, очевидно, являются прозрачными». Предполагается, что эти шары представляли собой воздушные шары, способные перемещаться с большой скоростью. Как напоминает Тим Шоукросс, Вернер фон Браун продолжил свою исследовательскую деятельность на полигоне Уайт Сэндс в Нью-Мексико. Хотя и безуспешно, но автор книги пытается найти свидетельства связи между росуэлльским происшествием и экспериментами в Уайт Сэндс. Не были ли сообщения о НЛО, появившихся в 1946 году в небе Швеции и других скандинавских стран, свидетельством того, что с полигона Пейнемюнде, оказавшегося в советской зоне оккупации Германии, советские разработчики или немецкие специалисты, попавшие в плен, экспериментировали с некоторыми изделиями военной техники, оставшимися там после похищения фон Брауна американскими разведчиками? О том, что между испытаниями управляемых ракет и сообщениями о НЛО существует прямая связь, свидетельствуют различные факты. Как говорилось выше, долгое время в нашей стране считалось, что НЛО — это заокеанская выдумка. Но вот в конце 1950-х годов стали появляться слухи о летающих тарелках на территории СССР. И хотя в ту пору старательно скрывалось место расположение ракетодромов страны, один из слухов был связан с летающей тарелкой, появившейся над казахстанским городом Джамбул. В сентябре 1977 года петрозаводские газеты опубликовали материал о необычном небесном явлении: в ночном небе Петрозаводска перемещались какие-то светящиеся тела. Интерес к «карельскому чуду» проявили различные средства массовой информации, особенно те, что специализировались на рассказах о тайнах природы. Но вскоре последовала грозная инструкция: прекратить печатание этих материалов. Как оказалось, жители карельской столицы стали невольными свидетелями испытания одной из советских ракет. В начале 1985 года одна из центральных газет страны опубликовала сообщение о том, что пассажиры самолета, летевшего в темное время зимнего дня над Белоруссией, были немало встревожены, увидев в иллюминаторы огромное сигарообразное тело, которое летело рядом с их воздушным лайнером. Несколько минут оба объекта двигались параллельно друг другу. Публикация наделала немало шума, а затем сообщения на тему о происшествии прекратились. Примерно в эти же дни, когда многие обсуждали случай с самолетом, автора послесловия пригласили выступить перед студентами, изучавшими радиотехнику и телеметрию. В небольшой комнате, где собирались докладчики, находился академик, один из признанных авторитетов по радиотехнике. Когда его спросили о происшествии с самолетом, он, без обиняков, ответил, что рядом с самолетом летела экспериментальная отечественная крылатая ракета, маршрут которой случайно совпал с маршрутом гражданской авиации. Разумеется, нельзя делать далеко идущие выводы на основании двух случаев, но оба происшествия принадлежали к тем, которые получили, пожалуй, наибольшую огласку в СССР. Не менее характерно и другое обстоятельство: количество слухов, а тем более сообщений в средствах массовой информации о НЛО в нашей стране резко сократилось после того, как Советский Союз развалился, а военная наука и оборонная техника стали переживать глубокий кризис. Несмотря на то, что Тим Шоукросс не смог доказать связь между экспериментом Вернера фон Брауна и происшествием в Росуэлле, из этого, во-первых, не следует, что такой связи не было, и, во-вторых, что мог иметь место иной засекреченный эксперимент, о котором автор книги не знает. Тим Шоукросс справедливо обращает внимание и на другую сторону засекреченных экспериментов. Защищенные от общественного мнения завесой секретности, ученые разных стран, осуществляющие работы по обеспечению обороны своей страны, порой начинают пренебрегать интересами гражданского населения, как, например, это следовало из истории про крылатую ракету, летевшую вдоль самолета гражданской авиации. Хотя утверждение Тима Шоукросса о том, что организаторы первого в мире взрыва атомной бомбы всерьез опасались начала цепной реакции, которая погубит весь мир вследствие атомного испытания, а Оппенгеймер поставил на карту жизнь планеты, неверно и его можно объяснить недостаточным знакомством с историей физической науки, но в связи с этим испытанием известны другие подлинные факты, свидетельствующие о готовности ученых пренебречь интересами гражданского населения. Руководители эксперимента в Аламогордо исходили из того, что в случае изменения ветра радиоактивное облако от взрыва могло пойти на близлежащий городок Карризозо (он упомянут в книге Шоукросса). В этом случае, как писал официальный хроникер «проекта Манхэттен» Уильям Лоуренс, «ничего не подозревавшие жители могли оказаться жертвами смертоносных осадков». Как писал У. Лоуренс, «чтобы избежать этого, несколько сот армейских грузовиков с солдатами, получившими подробные инструкции, ночью окружили Карризозо. Если бы ветер подул в этом направлении, люди в грузовиках приступили бы к действиям по сигналу, данному по радио. Каждой группе был заранее указан квартал и дан приказ входить в дома, будит людей и увозить их в безопасное место, применяя, если понадобится, силу, не давая одеться и не тратя времени на объяснения. Хотя жители Карризозо были, без сомнения, разбужены взрывом, они не знали, что еще больший сюрприз их ожидал бы с переменой направления ветра». План по эвакуации Карризозо, хотя и составленный из благих намерений, подтверждает реалистичность рассказов жителей Росуэлла о действиях военных летом 1947 года. Завеса секретности позволяла ученым не считаться не только с общепринятыми нормами этикета, но и этики. Подозрения Тима Шоукросса о том, что трупы, найденные под Росуэллом, могли быть телами калек или детей, погибших во время бесчеловечного эксперимента, не кажутся лишенным оснований. Следует учесть, что район Росуэлла был местом, где существовали самые разные лаборатории, полигоны и испытательные центры. Несмотря на строжайшие меры по хранению тайн (по словам Уильяма Лоуренса, суровые меры, включали использование неграмотных солдат для ежедневного уничтожения любых записей, которые к концу рабочего дня не помещались в особые, тщательно охраняемые помещения), сведения о характере экспериментов, проводившихся в Лос-Аламосе, на полигоне Уайт Сэндс и других объектах, выплывали наружу. Как писал У. Лоуренс в своей книге «Атомы и люди», среди тех, кто не имел доступа к секретной информации, распространялись слухи о «лучах смерти» или «ужасном оружии, которое скоро уничтожит мир». По этой причине курьер, которому было поручено доставить небольшую коробочку с первым кусочком полученного урана-235, выпрыгнул из своей машины, как только услыхал за своей спиной взрыв. Позже, когда курьера догнали, оказалось, что услышанный им звук был вызван артиллерийским снарядом, упавшим на близлежавшем полигоне. Хотя до испытания атомной бомбы мало кто точно знал, каковы будут возможности нового оружия, многие работавшие над «проектом Манхэттен» и даже посторонние люди догадывались, что речь идет о взрывном устройстве необыкновенной силы. Знаменательно, что на секретных объектах «проекта Манхэттен» распространялись слухи об опытах, не имевших никакого отношения к созданию ядерного оружия. По непонятной причине в ходу были слухи о биологических опытах по изменению цвета кожи. Чтобы развеять эти слухи, руководители засекреченных предприятий прибегали к шуткам, но и в них речь шла о биологии или медицине. Один генерал, в частности, уверял, что его предприятие занято созданием приспособлений для выкидышей при преждевременных родах. (См. У. Лоуренс. Атомы и люди. М., 1967, 116-117). Хотя Тим Шоукросс, исходя из популярных представлений, упорно пытается установить связь между бесчеловечными опытами и «нацистским ученым» Вернером фон Брауном, он не учитывает моральную атмосферу, царившую в Америке в первой половине XX века. Расизм был официальной моралью в южных штатах страны, и негры подвергались унизительной сегрегации в любом общественном месте. В юго-западных штатах США объектом дискриминации и презрительного отношения служили мексиканцы, которые до середины XIX века были полновластными хозяевами этих мест. Убеждение, что люди делятся на «первосортных» и «второсортных», разделялось многими американцами. В отношении «второсортных» многое было позволено такого, что нельзя было и мыслить по отношению к «первосортным». Поскольку специалисты в евгенике тех лет «научно» доказывали, что негры — глупы, а мексиканцы — ленивы, то принимались меры для сокращения рождаемости среди этих этнических групп американского населения. В 1930-х годах в 30 из 48 штатов Америки были приняты законы о насильственной стерилизации лиц, которые объявлялись «неполноценными». По самым осторожным подсчетам, около 60 тысяч людей, главным образом негров, мексиканцев, индейцев и других «небелых» меньшинств, были подвергнуты насильственной стерилизации. Необходимость насильственной стерилизации признавалась для тех, кто не сумел пройти только что разработанный в то время так называемый тест «интеллектуальности». Только в Калифорнии 6200 людей, показавших неважные результаты при прохождении теста, были объявлены «слабоумными» и подвергнуты стерилизации. Тим Шоукросс упоминает об опытах по воздействию радиации на человеческий организм. Эти опыты ставились над теми, кто, по меркам Америки тех лет, считались «второсортными» людьми. Только недавно президент США Билл Клинтон был вынужден извиняться за проведение в 1930-1940-е годы экспериментов над тысячами представителей черного населения страны, в ходе которых изучалось, как протекает сифилис, если его не лечить. Зная об атмосфере, царившей в ту пору в США, было бы не удивительно узнать, что «подопытными кроликами» для «научных» экспериментов могли стать представители «второсортных» меньшинств, особенно, если они были физическими или психическими инвалидами с рождения. Но все же в Америке 1947 года вести о бесчеловечных опытах могли вызвать шок среди подавляющего большинства населения. Только что в Нюрнберге закончился процесс над главарями нацистского режима. Из всех обвинений, которые были выдвинуты в адрес подсудимых, наиболее страшными казались те, что были связаны с «лагерями смерти» и опытами над людьми. Поэтому любые сведения о том, что военные и ученые США творят нечто подобное, подавлялись бы властями. Может быть, в этом разгадка исчезновения таинственной и безымянной медсестры, о которой упоминали Гленн Дэннис и братья Анайя? Может, в этом причина уничтожения личных дел служащих элитного 509-го авиаполка. Призраки тайн, уничтоженных с помощью чисток архивов, запугиваний жителей Росуэлла и устранения нежелательных свидетелей, бросают зловещую тень на событие, которое, по мнению энтузиастов уфологии, открыло новую эру в истории человечества. Что могло произойти в Росуэлле Так что же было в Росуэлле: операция по сокрытию бесчеловечного эксперимента или первый контакт с внеземной цивилизацией? Тщательно очистив сведения, представляющие ценность, от информационного мусора, Тим Шоукросс, словно автор детективного романа, не спешит объявлять разгадку тайны, а предлагает нам все детали, из которых можно собрать целую версию. Благодаря стараниям Шоукросса куча информационных обломков и обрывков очищена и разобрана. Теперь нетрудно убедиться в том, что речь идет о двух разных событиях, которые произошли близко друг от друга во времени и пространстве, но в силу особых обстоятельств оказались смешанными и перепутанными. Только полковник Бланшард присутствует в каждом из этих событий, большинство же персонажей связано только одним из них. В одном событии участвует фермер Макбрейзел, его соседи, шериф, к которому фермер принес какие-то обломки, дети шерифа, радиокомментатор Фрэнк Джойс, ответственный авиабазы за информацию и связь с общественностью Уолтер Хот, майор разведки Марсел и т.д. В другом событии героями являются похоронный агент Гленн Дэннис, анонимная медсестра, братья Анайя, жена одного из братьев, помощник губернатора штата (затем сенатор и губернатор) Монтойя. Ко второй группе причисляет себя и Кауфманн, хотя о нем ни слова не говорят остальные участники второй драмы. Попытаемся представить себе, что события начались не с визита фермера Макбрейзела к шерифу Росуэлла, а со звонка помощника губернатора Нью-Мексико братьям Анайя, своим друзьям, которые, как и он — мексиканцы. Почему был взволнован молодой политический деятель штата, пользовавшийся поддержкой местного мексиканского населения, и что заставило его ехать срочно на авиабазу? Любопытство человека, желающего увидеть представителя внеземной цивилизации, или возмущение политического лидера штата, узнавшего о бесчеловечных опытах, которые проводятся у него на родине и, возможно, над его соплеменниками? Так Монтойя мог себя вести, допустим, если он узнал о том, что обитатели приюта для умственно отсталых или психически больных мексиканских детей были использованы для какого-то бесчеловечного эксперимента. Несмотря на разные красочные варианты в изложении рассказа о поведении видного политического деятеля Монтойя, очевидно, что он был потрясен до глубины души увиденным. Чем объяснялась схожая реакция губернатора Нью-Мексико и анонимной медицинской сестры, увидевших «нечто» (один — в ангаре, другая — в помещении госпиталя)? Как утверждают братья Анайя и похоронный агент Дэннис, такая реакция объяснялась тем, что они увидели трупы. Конечно, зрелище мертвецов не из тех, что всякий воспримет безмятежно. Однако медсестра была опытной, а закаленный политический деятель наверняка был приучен сохранять выдержку при самых трагичных зрелищах. Что было в этих трупах такое, почему опытная медсестра и прожженный политикан вдруг гак разволновались? В показаниях Дэнниса, братьев Анайя и Кауфманна речь идет о телах существ во всем похожих на людей, но немного меньших размеров, чем взрослые люди. Офицер, запрашивавший Дэнниса о размере фобов, которые, видимо, предназначались для этих трупов, оценивал размеры тел в метр или метр и тридцать сантиметров. Если же верить Кауфманну, то размеры трупов составляли метр и шестьдесят сантиметров или метр и семьдесят сантиметров. В остальном же строение фигур, черты лиц не отличались от человеческих. Правда, по словам медсестры, которые через полвека передавал Тиму Шоукроссу Дэннис, кость руки от плеча до локтя была короче, чем кость от локтя до кисти. Медсестра также утверждала, что «их головы были больше человеческих, глаза также казались более крупных размеров и запавшими в глазницы. Вообще все выпуклости на лице, нос, глаза, уши, казались немного запавшими». Кроме того, медсестра утверждала, что «у каждого трупа было по четыре пальца», а «два средних были длиннее остальных». Позже Дэннис уверял, что на эскизе, который нарисовала медсестра, «на конце каждого пальца была подушечка, похожая на присоску», но автор эскиза ничего не говорила о «присосках» и, скорее всего, такое истолкование рисунка было следствием фантазии самого Дэнниса. Кажется, что ни размеры тел, ни их черты, ни даже отсутствие больших пальцев на руках не должны были бы вызвать у Монтойя и медсестры сильную эмоциональную реакцию, свидетелями которой были братья Анайя и Дэннис. Умершие дети и лилипуты, лица покойников с несколько запавшими глазами обычно не вызывают такой реакции. Тем более трудно поверить, что трупы людей ростом в метр и семьдесят сантиметров могли показаться пугающе ненормальными. Вряд ли можно себе представить, что небольшая диспропорция в развитии рук могла вызвать такой всплеск эмоций. Допустим, что помощник губернатора и медсестра узнали, что трупы принадлежали внеземным существам, и это вызвало у них приступы ужаса. Поскольку несмотря на усилия многочисленной армии сторонников НЛО до сих пор нет ни единого свидетельства о встречах землян с внеземными существами, которое стало бы общепризнанным, то приходится полагаться на рассказы, в которых люди придумывали такие встречи. Воображая свои встречи с инопланетянами, авторы научно-фантастических произведений или баек нередко придавали пришельцам отталкивающие внешние черты, а их поведению — черты агрессивности. И все же в таких произведениях письменного или устного творчества земляне не теряли духа, не плакали и не выражали желания напиться до беспамятства при воспоминаниях о своих встречах с инопланетянами. Даже в самых страшных фантазиях люди не вели себя так, как вели помощник губернатора и медсестра. Из этого можно сделать вывод, что зрелище, увиденное помощником губернатора и медсестрой, принципиально отличалось от тех, которые были описаны в научно-фантастических рассказах и байках про встречи с инопланетянами, в том числе и с мертвыми. В то же время можно без труда представить себе зрелище, которое могло вызвать подобную реакцию: вид изуродованных человеческих тел, особенно детских тел. Из рассказа Дэнниса мы знаем, что среди вопросов, которые были ему заданы офицером авиабазы, некоторые касались состояния трупов, которые долго пролежали в пустыне и подверглись нападению хищников. По рассказам Дэнниса, медсестра и два патологоанатома буквально задыхались от вони, которая исходила от трупов. В рассказе Кауфманна, в котором немало сомнительных моментов, также упоминается о том, что на одном из трупов кожа стала отслаиваться от тела. Наконец, уродливый вид трупов мог быть следствием не только нападения хищников и начавшегося разложения, а следствием того, что они принадлежали к ненормальным людям, имевшим отклонения в физическом развитии. Было бы не так уж удивительно, если помощник губернатора штата и медсестра, увидев перед собой искалеченные трупы детей-уродцев, ощутив жуткую вонь, исходившую от них, испытали ужас и отвращение и дали бы волю своим эмоциям. Возможно, что если им было сказано, что это — трупы инопланетян, то их ужас усилился, но и без этого их ощущения и нервная система подверглись тяжелому испытанию. Судя по содержанию книги, Дэннис попал на авиабазу совершенно случайно. Хотя причины скоропалительного визита Монтойя на авиабазу неясны, можно представить, что его посещение также не было согласовано с военными властями и скорее всего было для них неожиданным. Если бы не было этих визитов, то меры по обеспечению безопасности исключили бы появление каких-либо сведений о наличии трупов на территории базы, кроме туманных слухов. Из содержания книги понятно, что визиты Дэнниса и братьев Анайя на территорию базы произошли еще до того, как вышел в свет пресс-релиз о падении летающей тарелки, в котором ни слова не говорилось о трупах, но зато утверждалось, что фермер Макбрейзел нашел обломки «летающего диска» на своем ранчо. Вот здесь и начинается другая история, лишь искусственным образом соединенная с найденными трупами. Мы знаем, что до публикации этого пресс-релиза Макбрейзела задержали на авиабазе на целую неделю и, судя по всему, подвергли усиленной обработке со стороны военных. Давлению военных подвергся и местный шериф, которого успел навестить фермер до своего посещения авиабазы. Сторонники НЛО уверяют, что в течение недели фермера уговаривали молчать о внеземном происхождении предметов. Но в этом нет никакой логики: после недельной обработки фермера выходит в свет пресс-релиз, в котором говорится о летающей тарелке. Скорее всего имело место нечто обратное: фермера уговаривали признать в трупах пассажиров летающей тарелки, которая якобы разбилась на территории ранчо. Вид трупов, угрозы с целью признать в них обитателей мнимой «тарелки», а затем неожиданный отказ от согласованной версии могли сломить и более искушенных людей, чем фермер Макбрейзел и шериф. Неудивительно, что, по словам их друзей и родственников, оба человека казались надломленными на всю оставшуюся жизнь. Можно предположить, что появление фермера Макбрейзела на авиабазе было как нельзя кстати для начальства 509-го авиаполка. Судя по воспоминаниям соседки Макбрейзела, Лоретты Проктор, жившие вдали от людных мест фермер и его соседи еще не были достаточно хорошо знакомы с пластмассой, а уж тем более с новейшими образцами этого материала. Необычный вид обломков, как мы знаем из содержания книги, во многом объяснялся тем, что они были сделаны на фабрике игрушек. Фермеры поражались необыкновенным материалам, которые можно было мять, а они принимали первоначальную форму и не горели. Так как к этому времени вот уже целую неделю все радиостанции и газеты Америки твердили о «летающих тарелках» и фантазировали о русских шпионах и инопланетянах, то фермеры, изолированно жившие на ранчо, могли даже обычный брезент и эбонит принять за необычные изделия иноземного или внеземного происхождения. Разумеется, любой сколько-нибудь сведущий человек не увидел бы в этих предметах ничего особенного. Именно по этой причине радиокомментатор Фрэнк Джойс, к которому обратился сначала фермер, сразу же оценил его рассказ по достоинству и вместо того, чтобы готовить сенсационный репортаж, посоветовал ему обратиться на авиабазу. Более того, ознакомясь с содержанием пресс-релиза авиабазы, Фрэнк Джойс попытался убедить своего знакомого офицера воздержаться от публикации этой чепухи. Однако, узнав, что вздорной версии фермера дан ход, он решил не отстать от других в распространении сенсации и был вознагражден необычным вниманием со стороны своих коллег чуть ли не из всех городов США и даже за ее пределами. Почему начальство авиабазы и прежде всего полковник Бланшард решились на публикацию версии, лживость которой е^е задолго до ее публикации была понятна Фрэнку Джойсу? Очевидно, что начальство авиабазы было вне себя после того, как тщательно скрываемые ими трупы были увидены местными жителями, в том числе одним из ведущих представителей властных структур штата. Мы знаем, что полковник Бланшард был виртуозом импровизационного вранья и склонен к авантюризму. Такой человек мог сочинить любое, хоть самое фантастическое объяснение присутствия жутких трупов на его базе. Подобные объяснения были в духе тех анекдотов, которыми в ту пору угощали военные начальники закрытых учреждений, рассказывая уже упоминавшиеся выше байки про приспособления для выкидышей. Поэтому можно предположить, что содержание пресс-релиза, который был опубликован с ведома, а может быть, и по инициативе полковника Бланшарда, было вдохновлено прежде всего желанием скрыть истинные причины присутствия трупов на авиабазе. Скорее всего именно полковник Бланшард смешал воедино две разные истории и этим сумел всех запутать. Но как и всякий авантюрист Бланшард не продумал, что он будет делать после того, как от него потребуют обломки «летающего диска». Версия про «летающую тарелку» требовала продолжения, и, как мы видим, потребовалось несколько десятков лет, чтобы полковник Корсо и писатель Уильям Бирнс сумели его дописать. Отчаянные попытки майора Марсела убедить генерала Рамни в неземном происхождении обломков с треском провалились. Более того, Пентагон принял действенные меры для того, чтобы немедленно положить конец распространению по радио и другим каналам массовой информации версии про летающую тарелку. Возможно, пока авиабазы США распространяли взаимоисключающие версии о происшествии в Росуэлле, скандал, который мог бы быть вызван обнаружением трупов, удалось погасить в зародыше. С будущим сенатором Монтойя удалось договориться. Знаменательно, что политическая карьера Монтойя успешно развивалась после 1947 года. Бланшард и Марсел были повышены в должности. Впечатлительная же и говорливая медсестра исчезла не то в Англии, не то по пути в эту страну. Что за чудовищный эксперимент был поставлен? Испытывались ли перегрузки на человеческий организм при взлете ракеты или пребывании в верхних слоях атмосферы? Были ли это жертвы экспериментов по воздействию радиоактивных материалов на развитие организма? Было ли это плодом каких-то сложных биологических опытов? Кто были эти жертвы, избранные для эксперимента? Как жертвы экспериментов оказались на авиабазе? Наконец, можно поставить и вопрос, мучивший Клима Самгина: «А был ли мальчик?» Так как произведение Тима Шоукросса не детективный роман, а его автор старается твердо держаться неоспоримых фактов, то можно рассматривать предложенные им сведения лишь как информацию к размышлению, с помощью которой возможно строить версии, не имеющие окончательного решения. Создается впечатление, что Тим Шоукросс предъявил убедительные факты, которые позволяют закрыть версию о внеземном происхождении росуэлльского происшествия. Тайна НЛО остается Но даже если будет неопровержимо доказано, что события в Росуэлле связаны с бесчеловечными экспериментами и не имеют никакого отношения к внеземной цивилизации, если будет доказано, что многие наиболее таинственные появления летающих объектов связаны с проведением экспериментов с управляемыми ракетами или самолетами неизвестных конструкций, будет ли это означать, что тайна НЛО закрыта? Нет. Ждут своих разгадок десятки, если не сотни тысяч сообщений о таинственных предметах, появившихся в небесах за последние полвека, которые поняты лишь на уровне вероятностных предположений. Пока с абсолютной точностью нельзя доказать ни одну версию происшествия в Росуэлле, ни одну версию относительно летающих дисков, увиденных Кеннетом Арнольдом в Каскадных горах, ни одну версию относительно множества других таинственных событий, происшедших в небе нашей планеты на протяжении второй половины XX века. В чем причина неудач в разгадывании НЛО? Хитроумие инопланетян? Противодействие властных структур? Присутствие неизвестных форм материи? Неуловимая природа предмета исследования? Отсутствие самого предмета как такового? Очевидно одно. Неразгаданность НЛО бросает вызов человечеству. Загадка НЛО показывает, что, вопреки всем научно-техническим достижениям человечества, мы не имеем возможности с абсолютной точностью реконструировать события, происшедшие в прошлом, и мы не всегда имеем возможность дать точную оценку событиям, происходящим непосредственно перед нашими глазами. Хотя из рассказов о Шерлоке Холмсе и из сериала про Знатоков мы знаем, что дедукция, эрудиция и применение современной техники позволяют раскрыть самые запутанные дела, жизнь зачастую не подтверждает веру во всесилие разума, даже вооруженного мощной техникой. Опыт изучения НЛО раскрывает слабости современного человека даже в тех областях, где он, казалось бы, достиг особенно впечатляющих успехов. Хотя мир опутан множеством коммуникационных систем, подавляющее большинство сообщений о НЛО поступало слишком поздно, чтобы их могли наблюдать значительное количество людей, особенно те, кто могли дать верные оценки явления. Несмотря на развитие фото-, кино— и видеотехники, количество подлинных изобразительных материалов явно недостаточно для оценки явления. Человечество уже давно может узнавать химический состав далеких звезд по спектральному анализу, но мы не умеем определять физическую и химическую природу быстро возникающих и исчезающих явлений, подобных НЛО. На фоне успехов человечества в измерении мельчайших субатомных частиц и расстояний до далеких галактик, способы для измерений неопознанных летающих объектов, предложенные Министерством ВВС США, кажутся поразительно примитивными и архаичными. Полувековая история изучения НЛО раскрыла очевидные слабости людей в познании природы. Способы классификации природных явлений, которыми мы пользуемся, настолько несовершенны, что даже видные ученые не могут на основе имеющихся сведений безошибочно определить, является ли НЛО продуктом разума или неживым предметом, или миражом. Противоречия в оценках НЛО показывают, что наши представления о формах материи, даже о возможных состояниях веществ, столь еще далеки от совершенства. Полвека, прошедшие после наблюдения НЛО, четыре десятилетия космической эры показали, что человечество еще не готово к встрече с чужим разумом, коль скоро не имеется даже приблизительных представлений о том, как могут выглядеть представители внеземных миров, как можно общаться с ними. Наконец, история изучения НЛО показала, что у людей нет надежных критериев, как отличить сфабрикованную ложь от правды. И не случайно сплошь и рядом в качестве доказательства правоты очевидца ссылался на то, что он производил впечатление честного человека. История НЛО показывает, в какой степени жизнь человечества отравлена ложью, обманом, фальшью, бреднями и как трудно отыскать под этим грузом крупицы истины. Обман сам по себе опасен не только потому, что он искажает истину о том или ином предмете. Неверные представления об одном предмете, по законам логики, распространяют ложь и на представления о значительной части остального мира. Вследствие этого обман даже в одном жизненно важном вопросе может разрушать способность людей находить истину. Судя по всему, человечество оставляет загадку НЛО на следующее тысячелетие. Будем надеяться, что из предыдущих неудач в изучении НЛО будут сделаны выводы, а разгадывание неопознанных летающих объектов поможет людям достичь новых, еще неведомых вершин в познании мира. notes ПРИМЕЧАНИЯ 1 «Теории заговора», о которых на протяжении книги автор не раз упоминает, исходят из наличия в правительственных кругах США заговора с целью скрыть от общественности факты о пребывании на Земле представителей внеземной цивилизации. В некоторых вариантах этих теорий речь идет о всемирном заговоре умолчания. (Прим. перев.) 2 Уфологи — люди, занимающиеся изучением НЛО (неопознан— ных летающих объектов) (по-английски, «unidentified flying objects», или сокращенно «UFO»). Автор книги исходит из того, что подавляющая часть «уфологов», или «сторонников НЛО», полагает, что НЛО созданы внеземными цивилизациями. (Прим. перев.) 3 Этот главный герой происшествия в Росуэлле назван в книге то полной фамилией «Макбрейзел», то без шотландской приставки «Мак» просто: «Брейзел». Во избежание путаницы в переводе этот фермер везде назван «Макбрейзел». Кроме того, хотя на протяжении книги не раз говорится о том, что «Макбрейзел нашел на своем ранчо», в дальнейшем мы узнаем, что участок земли, на котором были обнаружены обломки, назывался «ранчо Фостера». Очевидно, что ранчо не принадлежало Макбрейзелу, а он арендовал его или какую-то его часть. Судя по содержанию книги, площадь ранчо Фостера была огромной: для того, чтобы пересечь его на машине, требовался не один час. Ясно и то, что ранчо находится от ближайшего городка Росуэлла в нескольких часах езды на машине. (Прим. перев.) 4 Санта-Фе — столица штата Нью-Мексико. (Прим. перев.) 5 Роберт Рипли, автор популярной в 1940-1950-х годах серии книг под общим названием «Верь или не верь!», в которых были собраны короткие заметки о всевозможных курьезах природы или поразительных случаях в человеческой истории. Некоторые сведения в книгах Рипли выглядели сомнительными или явно противоречили историческим и географическим фактам, (Прим. перев.) 6 На протяжении своих рассказов супруги Анайа и два брата по-разному титулуют господина Монтойя, называя этого известнейшего политического деятеля Нью-Мексико то «сенатором», то «губернатором». В 1947 году Монтойя был помощником губернатора штата Нью-Мексико, он не раз избирался членом палаты представителей и сенатором США. (Прим. перев.) 7 Ранее в докладе говорилось о том, что в Сент-Луисе размешается Национальный центр учета личного воинского состава, а Федеральный центр документации находится в Форте Уорте (штат Техас). (Прим. перев.) 8 4 июля — главный государственный праздник США — День независимости, в течение которого в стране происходят торжественные мероприятия и фейерверки в честь подписания Декларации о независимости США 4 июля 1776 года. (Црим. перев.) 9 В 1947 году США состояли из 48 штатов и столичного округа Колумбия. (Прим. перев.) 10 В США лицо, избранное президентом на всеобщих выборах, которые проходят в первый вторник после первого понедельника ноября каждого високосного года, приступает к исполнению своих обязанностей лишь 20 января следующего года. До этого он считается лишь «лицом, избранным президентом», а обязанности президента продолжает исполнять его предшественник, избранный на этот пост четыре года назад. В течение трех месяцев победитель на президентских выборах входит в дела и знакомится с государственными проблемами и секретами. (Прим. перев.) 11 Согласно средневековой западноевропейской легенде, Святой Грааль является чашей, из которой пил вино Иисус Христос во время тайной вечери. В эту чашу была собрана кровь Христа после его казни. Чаша с кровью Христа была увезена в Англию и надежно спрятана от нечистых духом. Поиском Святого Грааля заняты многие герои рыцарских легенд. В переносном смысле Святым Граалем именуют самые заветные и тщательно хранимые тайны. (Прим. перев.) 12 Мостовая перед входом в Китайский театр Граумэна в Голливуде выложена небольшими плитками из бетона, в которых запечатлены отпечатки ладоней и ног ведуших звезд Голливуда. (Прим. перев.)